Крымское Эхо
Общество

Решение аксакалов: каждому — или никому!

Решение аксакалов: каждому — или никому!

КАК ПОМОГАЛИ ВОЗВРАЩАЮЩЕМУСЯ ДОМОЙ НАРОДУ

В рамках осуществления мер по государственной программе обустройства прибывающих на Крымский полуостров ранее депортированных граждан, помимо строительства жилья, инженерных сетей и объектов соцкультбыта, также предусматривалось оказание людям прямой материальной помощи. То есть раздача денег наличными.

Весёлое тогда было время, 1990 – 1992 годы. В том числе и по поводу денег. Сначала по гражданам тогда ещё СССР шандарахнула так называемая «павловская» реформа (был такой премьер-министр, Павлов — ред.). Вдруг оказалось, что купюры в 50 и 100 рублей — уже не того фасона. Их надо срочно, у кого они есть, поменять на другие бумажки. Внешне такие же, как и прежние, но с белой полоской.

Кто помнит те дикие очереди в сберкассы и как, по сколько дней и ночей, люди выстаивали, чтобы поменять наличность, имеющуюся на руках? Хорошо, если в семье ещё имелись в наличии крепкие, выносливые старики-пенсионеры, которым не надо было идти на работу!

Вот они и шли все на кассы, как на Бастилию. Правда, на многих предприятиях подсуетились местные профкомы: они организовали что-то наподобие обменников. Рабочие и служащие сносили свои, вчера ещё драгоценные, бумажки, составлялась ведомость: кто, сколько и каких по номиналу, чуть ли не номера и серии банкнот.

После всё это куда-то отвозилось, и через два-три дня привозились обратно и раздавались, согласно ранее составленным спискам, новые бумажные деньги. Толкотни, разумеется, было намного меньше, но зато для трудового коллектива уже не составляло никакого секрета: кто из его членов и как в действительности жил, в смысле обеспеченности.

Просто находка для любителей пересудов, сплетен и покопаться в чужом белье, тем более что оно, это бельё, само навалилось в пребольшущюю кучу!

***

Особо запомнился один момент из тех давно минувших дел. Главпочтамт на Большой Морской, переговорный пункт: солидный мужик, которого, вероятно, по каким-то делам занесло в это нелёгкое время в Севастополь, по телефону давал кому-то на той стороне провода срочное указание насчёт своих бумажно-денежных сбережений.

Или связь была неважной, или абонент на том конце провода туго соображал, но дядька орал и ругался в трубку так, что, наверное, не только вся Большая Морская, но и все улицы, прилегающие к ней, знали в подробностях: на каком месте огорода, под каким именно деревом и сколько нужно копать, и как выглядит тот предмет, в котором у мужика хранится крупнокалиберная наличка, которую нужно немедленно извлечь и передать свату…

***

Кто тогда уцелел, если можно так выразиться? Правильно. Те, кто тогда, до всего этого шухера, держал свои деньги в сберкассах. Им не надо было менять бумажки. Поэтому очень многие, видя, казалось бы, неоспоримое преимущество безнала (а вдруг опять деньги «перерисуют»?), свои заново заменённые банкноты заложили… в сберкассу.

Наверное, думали, от греха подальше.

А за горизонтом предстоящих лет на многострадальное советское население неотвратимо надвигалась гигантская беспощадная волна-цунами – январь 1992 года. Сбербанк СССР….

В числе финансово пострадавших, конечно же, были и крымские татары, у которых вдобавок вовсю бушевал ещё и процесс переселения. Говорят, что один переезд равен двум пожарам. Это для обычных переездов. Татарские «переезды» вполне тянули на все двадцать два.

Государственная материальная помощь (финансовая, безвозвратная), как мне помнится, была оказана всего один раз. Это была так называемая помощь для индивидуальных застройщиков в размере 65 тысяч карбованцев (на конец 1992 года). Независимо от степени готовности жилья, при минимальном наборе личных документов (паспорт и решение по земельному участку, копии которых необходимо было собрать и сдать к положенному сроку).

Много это было или мало – честно говоря, сказать затруднительно. Кто-то с умом воспользовался этими, «с неба свалившимися» деньгами и сумел впоследствии неплохо раскрутиться. Кто-то просто проел всё до копейки.

Что немаловажно: помощь оказывалась тем, у кого было официальное решение на получение земельного участка. Тем же, кто на момент объявления о порядке и сроках получения денег возился на самозахватах, помощь не оказывалась: нет решения на участок. Да, эти люди очень сильно обижались.

***

Но были случаи, когда обделённые помощью граждане сильно обижались не только на власть.

В одном из сёл Симферопольского района ещё летом 1992 года готовилась на раздачу земельных участков под ИЖС (под расселение депортированных граждан) заранее подготовленный участок. Завершалась проектно-сметная документация, всевозможные согласования, списки граждан и прочая рутинная, но обязательная работа. По идее, уже в октябре можно было выходить и на окончательное решение.

Но некоторым местным, не в меру беспокойным, татарским «активистам» взбрело в голову ускорить процесс получения земли — и они, собрав кучку таких же умников, полезли на площадку самозахватом. На готовую и почти уже согласованную площадку!

Всё!

Весь дальнейший процесс по передаче земли остановился «до выяснения обстоятельств». Мало того, они притащили на это поле совсем других людей — не тех, что уже были в списках на получение земли. Пока разбирались, пока «выяснялись», время подошло деньги от государства получать, а решений ни у кого нет. И денег – тоже.

Благодаря кому?

После, правда, всё порешали как надо; самозахватчики ушли, люди из списка получили свои участки, но время, увы, прошло. Ох, и гоняли же потом этих «активистов» по всему району! Так что в тех краях «любовь» большинства крымских татар к меджлисменам[1] имеет свою давнюю и вполне оправданную историю.

Кстати, залезать на почти готовые к раздаче земельные участки и объявлять их самозахватом было излюбленной тактикой «активистов». Думается, что делали они своё чёрное дело не сами, а выполняли чей-то заказ.

Подобный фокус «активисты» пытались провернуть и в Севастополе, но там на защиту своих будущих участков вовремя встали местные татары, да и власть сработала весьма оперативно. Так что номер не прошёл. Подумать только: народ защищался, по сути, от своих же! Напрашивается вопрос: а «свои» ли они были?

***

Кто ещё тогда обижался на власть за непредоставленную материальную помощь? Те, кто уже приобрёл в Крыму готовое жильё — они же не являлись застройщиками! Думаю, в чём-то они были правы: ведь им при переезде в Крым приходилось покупать далеко не роскошные хоромы за довольно приличные деньги, а после ещё и сильно вкладываться, чтобы привести свои домишки в более-менее приглядный вид.

Кроме прямой денежной помощи, практиковались и другие её виды: компенсация за проезд-провоз багажа, оплата за учёбу детей в вузах и техникумах, безоплатное предоставление набора строительных материалов: ракушняка, шифера, пиломатериалов. Позже ввели для депортированных льготы по оплате услуг ЖКХ.

Случай предоставления негосударственной материальной помощи крымско-татарским переселенцам также имел место быть. И произошёл он в Севастополе, в 1993 году.

***

Один известный, сказать точнее, очень известный севастопольский предприниматель, банкир и меценат также решил в меру возможностей пособить деньгами местному крымско-татарскому населению и выделил для этой цели очень даже хорошую сумму с просьбой распределить её среди наиболее нуждающихся людей.

А как определить, кто наиболее нуждающийся? Для этого на серьёзный разговор в городскую государственную администрацию со всех мест компактного проживания были приглашены почтенные аксакалы, пользующиеся среди своих заслуженным авторитетом. Вопрос один: составить списки, по их мнению (а они-то знали обстановку на местах) наиболее нуждающихся. И не затягивать, так как инфляция сведёт на нет все благородные усилия.

Вердикт уважаемых стариков — всем поровну! Всем! Включая детей. На вежливое возражение: если всем поровну, то каждому достанется совсем немного, тогда как же быть с «наиболее нуждающимися»? — последовал твёрдый ответ: «Господин банкир решил оказать нам помощь, и мы с благодарностью её принимаем. Пусть его помощь распространится одинаково на всех без исключения, а уж каждый из нас сам решит, как ею в дальнейшем распорядиться: оставить всё себе или поделиться с наиболее нуждающимися. Тогда банкиру будут благодарны все, а обижаться будут только на тех из нас, кто не поделится».

Мудро! Решение стариков оформили на бумаге, списки составили также очень быстро. Вскоре люди получили свои деньги. Хоть и немного, но все. То есть – каждый. Поровну.

P.S. А заодно узнали, сколько же действительно крымских татар проживает в Севастопольском регионе.

Фото Натальи Гаврилевой —
самозахват земли под Симферополем,
возле кладбища Абдал. Фото 2007 года

[1] Члены меджлиса — организации, деятельность которой в Российской Федерации запрещена

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 5 / 5. Людей оценило: 1

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

«Ломоносов» в Севастополе

Дмитрий СОКОЛОВ

Праздник в Солнечном

Старая пластинка, выщербленный край