Крымское Эхо
Главное Интервью

Какую страну в России ни строй, все равно получается империя

Какую страну в России ни строй, все равно получается империя
З0 декабря в политическом и государственном календаре СССР, конечно, присутствовал — но, как бы помягче сказать, вполне себе формально. Праздником для народа День образования СССР точно не был — по сути, его затмевал «красный день календаря» 7 ноября, День Великой Октябрьской социалистической революции — тем более после памятного военного парада на Красной площади в 1941 году.
Сегодня, на расстоянии, как и всё великое, многое видится куда более объемно и значимо. А «расстояние», перефразируя классика, уже вполне достаточное, чтобы понять и оценить событие столетней давности.
Вездесущий интернет знает всё. Нашлась в нем — байка-не байка; может, факт, может, фейк — будто бы у Владимира Путина спросили: мол, как будем праздновать 30 декабря. А он якобы сказал, как отрезал: «Это не праздник».

Развал или распад?

— А для вас это праздник? — с этим вопросом мы пришли к известному политологу, эксперту, ныне председателю Общественной палаты Республика Крым Александру Форманчуку (на фото). — Вспоминая старую советскую рубрику «Если бы директором был я», какой лично вы бы издали указ по этому дню в сегодняшних условиях?

— Это важная дата, столетие со дня образования СССР. Если бы от меня что-то зависело, я бы все-таки нашел форму, которая позволила на всём постсоветском пространстве отметить эту дату. Создание СССР было эпохальным событием: в мире появилось государство, которому до сих пор нет равных — революция бросила всему человечеству вызов в плане кардинального переустройства самой сущности государства.

В результате появилось супердержава, которая привела человечество к двухполюсному миру. Сегодня не только к людям старшего, моего, поколения, но и к молодым, тридцати-сорокалетним, приходит понимание, что двухполюсный мир куда более устойчивый, чем нынешний.

До сих пор меня мучает вопрос, на который я не могу найти ответ: что же произошло в 1991 году. Говорят, что это был распад Советского государства — но я с этим не совсем согласен: распад — это не одномоментный исторический акт; на самом деле этот распад продолжается и поныне.

— Ну, нас к этому распаду долго подводили…

— Да. Скорее, правильнее говорить о целенаправленном развале Советского Союза. Беловежское соглашение — это уже был акт роспуска державы тремя ничего не значащими историческими деятелями. Всего тремя! Хотя остальные потом вынуждены были подключаться к этому процессу. Подчеркиваю: вынуждены!

Что же касается распада, то распад по-настоящему начался только в 1991 году. Многие аналитики, и я с ними согласен, считают, что по отношению к России это был не распад, а полураспад: то, что коллективный Запад сегодня ведет войну с Россией на ее уничтожение, говорит о том, что Запад только тогда признает распад СССР, когда произойдет распад России.

Мы не до конца осознаем, что же произошло 100 лет назад, когда Советский Союз только создавался, и что случилось 31 год назад, когда его попытались умертвить. СССР, несмотря ни на что, сегодня прорастает в каких-то новых формах. Они осознаны, полуосознаны — но они есть, эти формы, и это говорит о том, что такого рода глобальные события не могут не коснуться всего человечества, самих основ человеческой цивилизации.

Американцы неудачно попробовали присвоить себе заслуги в этом процессе распада, даже поторопились учредить специальную награду за победу в Холодной войне, но это ничего им не дало. На самом деле мир стал не только более хрупким, но впервые с 1922 года мы сегодня вообще стоим на грани не просто мировой войны, а реального ядерного взаимного уничтожения.

— Американцы уже начали понимать, что сила их потихоньку сходит на нет, поскольку появляются новые страны-гиганты. Пока они не набрали силу, надо успеть атаковать богатую ресурсами Россию. К своей атаке на нас они готовили Украину не одно десятилетие…

— Соединенные Штаты Америки, чтобы не потерять своё доминирование в мире, пошли по пути создания ситуации управляемого хаоса. Им кажется, что тот хаос, который они начали плодить цветными революциями, начиная с арабской весны…

— …Югославии…

— Да, и заканчивая украинским Майданом. Югославия для США была, наверное, первым практическим опытом создания управляемого хаоса. Нужно признать, что какое-то время им это удавалось и пока еще во многом удается доминировать в этой ситуации хаоса, который они сами стимулируют. Но делать им это становится все тяжелее: действительно, в мире появляются государства-гиганты, такие, как Китай, которые просто так не разрушишь при помощи такой теории. Та же Индия и, вообще, страны БРИКС. Думаю, не случайно именно сейчас, в 2022 году, практически на наших глазах выстроилась чуть ли не очередь на вступление в эту международную организацию, свободную от США.

— Но это уже будет не Советский Союз!

— Нет, конечно. Речь вообще не идет о воссоздании Советского Союза, это практически невозможно, я это понимал с 91-го года.

 Когда начнем строить империю?

— В менталитет нашего народа зашито требование справедливости. Мы спасаем от катастрофы бывшие советские республики, но что-то они, члены ОДКБ, не спешат сегодня подставить плечо России. А ведь в прошлом веке их никто не тянул — они сами просились принять их в СССР. Чем им союз «свободных республик» так насолил?

— Желание уйти из Союза было не у широких слоев населения — это национальная элита почувствовала вкус власти. А когда она получила собственную государственность, никем не контролируемую, это им окончательно вскружило голову. Но так было всегда, во все времена и у всех народов. Управленческая элита формируется под влиянием центробежной силы распада, и она характеризуется созданием своей компрадорской буржуазии.

Не будем забывать, что в экономическом отношении все эти государства переживают форму дикого агрессивного капитализма, когда основные средства производства перешли в руки частного капитала, а частный капитал был создан не путем его первичного накопления, которым когда-то шел коллективный Запад (хотя там тоже было много очень жестоких по своему содержанию форм).

А «новые постсоветские элиты» пошли путем разграбления того, что было создано Советским Союзом. И именно Россия, к сожалению, положила этому начало, именно в России началась чубайсовская «прихватизация», именно она создала агрессивную олигархическую компрадорскую буржуазию. И это олигархическое начало в России и сегодня живет. Правда, В.Путину удалось отодвинуть российских олигархов от активной политики и в значительной мере направить их усилия на службу государства.

— Пока, как мне кажется, многое держится исключительно на личном влиянии нашего президента.

— К сожалению, так. Многое действительно держится на личных отношениях Путина с большинством из отечественных олигархов. Это первое, что я хотел бы отметить. Второе. Советский Союз унаследовал сталинскую модель государства. А она в свою очередь взяла за основу лучшие имперские традиции России. Ведь мы не должны забывать о том, что Россия на протяжении своей тысячелетней истории получила своё могущество и расцвет именно как Империя.

Для России империя существует как форма своего исторического существования, она обеспечивает единство власти, как говорится, данной от Бога. И при этом она опирается на веру людей в Бога. И эта вера, духовное божественное начало имперской власти позволило России добиться выдающихся успехов.

— А возможен ли сегодня возврат к империи?

— Я считаю, что возврат империи в той или иной форме является единственной формой дальнейшего развития России. По сути, то, что сегодня Россия во многих случаях демонстрирует, это и есть те лучшие традиции Российской империи, которые она уже переживала в своей истории.

Возьмите возвращение исторических земель — начиная с того же Крыма. Крым ведь обеспечил Российской империи гарантию безопасности на южных направлениях. Не случайно Россия вела длительные войны за то, чтобы присоединить Крым, особенно с Османской империей. Возвращение Крыма в 2014 году открыло дорогу для возникновения новой империи, и это серьезно напугало Запад.

С точки зрения государственного существования Россия, на мой взгляд, может успешно существовать и развиваться только в расширительном понятии — неслучайно Владимир Владимирович как-то сказал, что Россия границ не имеет. Вот поэтому возвращение Крыма, а теперь Луганска, Донецка, Херсона и Запорожья — это практическое восстановление имперской России.

Речь о монархе?

— Понятно, что Россия из спецоперации выйдет совершенно другой. Вы говорите о возрождении, воссоздании империи — но к империи прилагается император! Как вы думаете, согласится на это страна? Ведь по сути речь о монархе…

— Я к этой идее отношусь с пониманием того, что в России монархическое начало в управлении всегда существовало. Даже в советский период — в образе генеральных секретарей КПСС. Сегодня оно все больше укрепляется в образе Владимира Путина. Но оно еще уязвимо с точки зрения личностных характеристик того или иного руководителя.

Современная Россия существует как мощное централизованное бюрократическое государство, и класс бюрократии является основой этого государства. Меня, как и вас, и многих других людей часто раздражает излишняя забюрокритизированность нашего аппарата управления. Но я понимаю, что это предтеча будущей централизованной власти, которая должна опираться как раз на волю одного правителя. Не случайно выдающийся (теперь мы уже не боимся так сказать) наш современник Владимир Вольфович Жириновский не стеснялся об этом говорить.

— Почему мы должны этого «бояться»?

— Потому что срабатывала инерция. В советское время власть генсека была безгранична, но принято было говорить о «власти народа», о «народном характере» самой власти и ее институтов. Так и сегодня — мы постоянно пытаемся говорить о том, что источник власти — народ.

— Но имеем в виду президента В.Путина.

— Мы не хотим самим себе признаться, что нам нужен такой вот верховный правитель. И, кстати, Запад этого боится. Вот почему он, Запад, вынудил нас начать СВО именно сейчас — потому что там хотят, чтобы в 2024 году на выборах не было следующего «издания» Путина.

— То есть наш народ на все эти демократические формы не откликается, ему монархию подавай! Почему?

— Это правило сформировано тысячелетним опытом нашего государства, и другого исторического опыта у нас не было. И выдающихся успехов мы добивались тогда, когда в России появлялся сильный верховный правитель. Мы никогда не завоевывали чужие территории — за исключением тех, когда возвращали свои. Наши люди воспитаны на этих традициях, на этом историческом опыте, и это имеет настолько мощную инерцию сознания, что перебить ее, на мой взгляд, невозможно. Это наше природное состояние.

И оно еще освящено верой в людей, потому что это Православие, а оно всегда предполагало поклонение патриарху, а через него — самодержавию. Эту тягу народа к самодержавию не следует переделывать, ее не надо выкорчевывать — ее просто надо правильно понимать и правильно направлять в нужное русло.

Сказанное вовсе не исключает необходимость формирования зрелого гражданского общества. Тема гражданского служения России всегда имела широкий отклик у российских патриотов. Общественная палата, кстати, в нынешнем ее виде представляет из себя ключевой институт гражданского общества. И мы как раз занимаемся формированием этого гражданского общества в Крыму. Без него, я считаю, невозможно создать мощное имперское государство.

Я думаю, что Владимир Владимирович сам не может говорить об этом откровенно — но при этом уже много сделал для того, чтобы этот образ Верховного правителя закрепился. В этом смысле имперское начало нашего Российского государства в значительной мере восстановлено уже в правлении Путина.

Достаточно вспомнить наше голосование 2020 года за изменения в Конституцию, в том числе и практически о снятии ограничения по срокам избрания для президента — мы постепенно идём по пути создания имперского государства. Но при этом — не только к созданию, но и признанию, чтобы мы не стеснялись говорить об этом. Сейчас об этом уже многие говорят, пишут книги, ведутся дискуссии, но пока эта идея еще не достигла того уровня, который позволит юридически оформить этот процесс.

Но я убеждён, что наш президент лучше других понимает такую необходимость, но как опытный и мудрый руководитель он не может озвучивать буквально все. Он прекрасно понимает, что психология масс инерционна, сегодня она во многом еще находится под инерцией распада того же Советского Союза, который привил нашему народу понимание «народности власти».

 Диктатор Сталин и демократ Горбачев

— Народ в 1945-м победил фашистов — но ведь сделал он это под руководством Сталина! То есть, одного человека, который отдавал приказы, в том числе и ошибочные, и в конце концов привел страну к победе. А потом его объявили тираном и развенчали культ его личности. Но страна именно при нем стала победительницей. А при «демократе» Горбачеве — распалась… Мы уже поняли, что «демократия» в западном виде нам не нужна, но и до империи не доросли.

— Тут надо пару слов сказать о Сталине. Считаю, что его незаслуженно предали этакой гражданской анафеме; мы не можем бесконечно жить в рамках двойной морали. Мы празднуем День Победы, которые стал для нас сакральным — а акция «Бессмертный полк» сделала этот праздник поистине всенародным. Его уже невозможно вытравить из наших традиций: это очень мощная скрепа, который собирает в единый народ всех здесь живущих.

С другой стороны, мы стыдливо молчим о том, кому страна во многом обязана этой победой. Верховным главнокомандующим был Иосиф Сталин, и сталинская воля была не только во многом разрушительной (при уничтожении ленинской гвардии в 1937 году), но не носила такого массового характера, как нам пытаются представить некоторые историки. Все-таки Сталин является создателем этого государства, и это государство, если бы не Сталин, не его коллективизация и индустриализация, не выдержало бы эту войну.

Но оно его выдержало, мы победили и более того — сразу после войны благодаря Сталину (и Берии) создали свое ядерное оружие, которое до сих пор нас уберегает от исчезновения. Современная Россия удержалась на историческом плаву после ельцинско-горбачевского развала СССР только благодаря наличию ядерного оружия: неотвратимость ответного удара сдерживала Запад от более решительных действий, направленных на распад уже не Союза, а России.

Путину удалось остановить процесс разрушения страны, а благодаря воле теперь уже Путина — нарастить ее мощь. Если бы не современное гиперзвуковое оружие, многие другие вещи, коллективный Запад куда менее сдержанно бы себя вел в ситуации с Украиной. Хотя и сейчас нам приходится непросто, и будет сложно еще какое-то время, безусловно, мы все равно победим.

Где пределы возможностей России

— Как вы думаете, какой мы увидим Россию после СВО?

— Россия после завершения специальной военной операции должна, на мой взгляд, вернуть себе значительную часть исторических территорий современной Украины: помимо полноценных Херсонской и Запорожской областей, мы не должны забыть на южном направлении — как минимум про Николаев и Одессу, что позволит лишить Украину военной маневренности и способности оказывать какое-то серьезное сопротивление. Дальше — через Одессу выход на Приднестровье. И конечно же, мы должны не забыть о Харькове, Чернигове и Сумах — это три области, которые позволят обезопасить Белгородскую, Курскую и Тульскую области.

— Но укронацисты не останавливаются перед уничтожением своих же украинцев — они точно так же будут обстреливать российский Чернигов, как сегодня обстреливают, скажем, Белгород…

— Вы затронули сущностный вопрос: понимают ли сегодняшние правящие националистические элиты, что Россия может не остановиться вплоть до полной ликвидации украинской государственности? Вообще, в идеале это нужно сделать, потому что Украина стала источником опасности для России.

— Мне кажется, киевской власти вообще все равно: они доверху набили карманы и в определенный момент просто сольются…

— Согласен. Многие понимают, что Россия таки может пойти на это, и тем не менее пытаются организовывать какое-то сопротивление. И не только потому, что они хотели бы продолжить свою безбедную жизнь, разворовывая помощь коллективного Запада. Вызывающие доверие источники утверждают, что, если состояние Зеленского на момент его прихода к власти оценивалось где-то в 60 с лишним миллионов долларов, то сегодня оно уже под миллиард. Та же картина и у ближайшего окружения.

— Американцам, а сейчас там кашу заваривают демократы, нужно обязательно дотянуть до 2024-го года — победить не столько Россию, сколько своих внутренних оппонентов, чтобы сохраниться у власти еще на один срок. Это у них такой способ убеждения электората…

— Это балансирование на грани термоядерной угрозы. Они больше всего боятся нашего сверхзвукового оружия. Вы, наверное, обратили внимание — буквально на днях мы поставили на боевое дежурство нашу баллистическую ракету «Ярс» шахтного базирования. Это предостережение Западу.

Там ведь есть политики, которые понимают: если мы будем поставлены в безвыходные условия, то мы нанесем ядерный удар. Поэтому ставить вопрос о физическом уничтожении России не получится, а только хаотизацией не выходит. Надежда была на то, что удастся развалить экономику, тем самым вызвать недовольство населения, которое сместит Путина. Тоже не получилось: экономика, уже ясно, выстояла.

Внешняя угроза всегда только сплачивала народ вокруг верховной власти, вокруг царя. То, что удалось в 1917 году, во многом случилось из-за безволия самого царя. Слава богу, сегодня у нас Путина невозможно назвать безвольным, наоборот, президент, при всей его осторожности, умеет анализировать, вкладывая в анализ многофакторную панораму современной международной и внутренней жизни.

Путин прекрасно понимает, где пределы наших возможностей. Они, эти пределы, сегодня еще не позволяют нам прибегать к ядерному удару. Война на Украине фактически свелась к войне на истощение. И истощение это направлено не только на Украину, но и в целом на Запад — кто кого быстрее измотает и обескровит. И на Западе мы уже видим первые признаки этого истощения: вооружения не хватает, их население мерзнет, нет многого самого необходимого.

Это еще не признак окончания военного противостояния, но тем не менее, все больше наши люди понимают, что мы на правильном пути.

***

— Так какой бы вы указ издали, будь ваша воля, к 30 декабря?

— О том, что надо оказать знаки почести советскому прошлому. Провел бы большое мероприятие на государственном уровне, торжественное собрание, пригласил бы туда ветеранов, которые еще живы. Наградил бы в торжественной обстановке особо отличившихся, наиболее достойных. Чтобы телевидение было и чтобы салют вечерний — чтобы было понятно, что мы отдаем дань уважения всем, кто имел отношение к созданию этого государства. Это была великая страна, великая история…

Фото — пресс-служба Совмина РК

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 4.5 / 5. Людей оценило: 13

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Как закалялся Крым

Непризнание Крыма стало менее выгодным для Лукашенко, чем его признание

КОВИД не так прост, как может показаться

Оставить комментарий