Крымское Эхо
Знать и помнить

Об истоках мифа о никогда не существовавшей Крымской республики

Об истоках мифа о никогда не существовавшей Крымской республики

Перед вами — текст, автор которого Сергей Алексеевич Ефимов. Да, тот самый «автор Республики Крым» — прежде всего, конечно, ее названия, взятого крымчанами для своей восстановленной в 1991 году автономии, а потом росчерком пера Леонида Кучмы в 1995-м его лишившимся. Фашисты, загоняя людей в концлагеря, заменяли их имена цифрами — непокорных жителей полуострова Киев наказал «всего лишь» тем, что поменял название их республики…

20 января исполнится ровно тридцать лет с того дня, как крымчане — первые в СССР, между прочим! — проголосовали за воссоздание своей республики. Среди тех, кто не просто «пришел-увидел-назвал», а всерьез боролся за историческую справедливость, был как раз наш автор. А боролся он не на площадях со знаменами в руках, а в тиши кабинетов, изучая горы документов и составляя новые, каждая запятая в которых порой стоила сотен страниц. Борец невидимого (можно вообще сказать — кабинетного) фронта — того самого, без которого победы не бывает: если она не закреплена в конкретных документах, прошедших весь положенный процедурный путь, у вас ее отберет любой проходимец.

Тридцать лет прошло — но до сих пор тот январский референдум 1991 года рождает массу мифов. А если быть точными, все мыслимые и немыслимые мифы наши, скажем так, идеологические противники давно уже вынули из самых мрачных закутков своих воспаленных мозгов и опубликовали. А мы, крымчане, наши ученые, историки и политологи, дано на них ответили.

Но ведь с тех пор подросло новое поколение, и не одно. Это поколение нашими стараниями (а точнее, своей беспризорностью в образовательном плане, подвергшемся разорительным реформам) просто не знает о том, что происходило тогда, на сломе эпох. И им сейчас запросто можно вложить не только в уши, но и в мозги, а самое страшное — в души другую матрицу.

Например, о том, что в Крыму, еще до образования в 1921 году Крымской Советской Социалистической республики существовала некая Крымская народная (она же демократическая) республика, созданная курултаем крымскотатарского народа.

Но на самом деле ее никогда не было. А что было?

Читайте Сергея Ефимова.

***

В последний день своей работы – 13 декабря 1917 г. курултай крымских татар (на фото из открытых источников) утвердил в качестве инструмента внутриэтнического регулирования «Основные законы крымских татар».

Однако с начала 1990-х гг. минувшего столетия этому документу отдельными исследователями стало приписываться государствообразующее значение как «конституции», в соответствии с которой была якобы создана Крымская Народная (в ряде источников – Демократическая) Республика. Это можно объяснить как, с одной стороны, «жаждой исторических открытий», которая была особо ощутима после дезинтеграции СССР, так и, с другой стороны, желанием упрочить исторический фундамент зарождавшейся в конце 90-х годов ХХ века системы «курултай – меджлис[1]».

Впервые в полном объеме данный документ, представляющий собой перевод текста, опубликованного в 1952 г. в монографии Эдиге Кырымала на турецком и немецком языках, был введен в широкий научный оборот М.Н. Губогло и С.М. Червонной в 1992 г. [5]. Как указывает С.М. Червонная, сделанный ею перевод был сопоставлен «с прежними переводами текста на французский, польский и русский языки. При этом устранены некоторые неточности, имевшие место в прежних публикациях на русском языке и нередко искажавшие смысл статей «Национальной конституции» [5, с. 25].

По-видимому, многократные переводы с переводов не способствовали достижению поставленной цели – устранению неточностей – и согласно эффекту «испорченного телефона» нашли своё отражение как в названии («Национальная конституция. Основной закон крымскотатарского народа»), так и в тексте.

Обратим внимание читателя на заключительную часть ст. 16: «Поэтому Курултай признает и провозглашает Демократическую Крымскую Республику» [5, с. 25], т.е. дается посыл на имя собственное (все слова с большой буквы), при этом в разделе «а» статьи 8 речь идет о «Крымской демократической республике».

Новый вектор в понимании итогового документа курултая 1917 г. зафиксировал составитель сборника документов «Крымскотатарское национальное движение в 1917–1921 гг.» А.Г. Зарубин, включивший в него (в современном правописании) текст «Объявления крымско-татарского Национального Правительства», первоначально опубликованного в газете «Голос Татар» от 20 декабря 1917 г.

В отличие от М.Н. Губогло и С.М. Червонной, он не разрывал единый текст «Объявления» на два документа. Однако хотя в разделе «А» ст. 8 говорилось о «крымской демократической республике» [3, с. 25], в заключении ст. 16 речь уже идет о «крымской Демократической республике» [3, с. 27]. При этом по непонятным причинам публикации «Объявления…» предпослан заголовок «Конституция Крымской Народной Республики» [3, с. 24]. Так с легкой руки составителя это название вошло в обиход.

Интересно, что в «Национальной конституции …», переопубликованной из сборника М.Н. Губогло и С.М. Червонной в сборник «Депортовані кримські татари, болгари, вірмени, греки, німці» в ст. 16 речь идет уже о «Демократической Крымской Республике», а переопубликованное оттуда же, также отдельно от основного текста объявление под названием «ОБРАЩЕНИЕ (Прокламация) татарского национального правительства», видимо, для пущей солидности снабжено сообщением о наличии под ним подписей никогда не существовавших должностных лиц – «Президент и члены Правительства» (как известно, в татарское правительство входили директора во главе с председателем совета директоров – С.Е.) [6, с. 10-14].

Итоговый документ курултая в редакции, предложенной С.М. Червонной, в силу совершенно неправомерного применения ею в качестве ключевого термина слова «конституция», абсолютно не использовавшегося в 1917 г. его создателями, приобрел не присущую ему изначально общеобязательную контекстность.

Эта микродеформация текста породила макроожидания исследователей при его анализе: «Именно противоречие между внутренне-татарским назначением Конституции и ее претензией на то, чтобы стать нормативной основой для жизни всего полуострова составляют основную проблему этого документа», – указал в монографии А.Л. Копыленко [13, с. 12], придя к выводу о том, что «Демократическая Крымская Республика так и осталась на бумаге» [13, с. 14-15].

В русле зародившейся традиции действовал и С.М. Исхаков, опубликовавший в переводе с польского еще одну версию итогового документа курултая – 1917 [11]. Его оригинал представлял собой текст сообщения сотрудника польской военной разведки, относящегося ориентировочно к осени 1920 г. (этот документ попал в СССР из Германии после Второй мировой войны).

Укажем, однако, что в предпосланном статье введении С.М. Исхаков отмечает, что «разумеется, обратный перевод не может буквально отражать оригинал, который до сих пор на русском языке не обнаружен, если он вообще существовал. … Конечно, только адекватный перевод первоисточника … или русский текст конституции, переведенный самими ее авторами в 1917–1918 гг., могут окончательно устранить все расхождения» [11, с. 107].

Новый импульс расширению зоны влияния мифа придала Г. Абдулаева, опубликовавшая уже в 2006 году в меджлисовской газете «Авдет» без ссылок на какие-либо первоисточники собственное видение текста «Конституции Крымской Народной Республики» [1]. Недостаточно критическое отношение к данному источнику подвигло автора несомненно интересного и обстоятельного диссертационного исследования М.Ю.Крапивенцева сделать вывод о том, что «Курултай провозгласил… создание Крымской Народной Республики … и даже принял Конституцию, распространявшуюся только на территорию Крыма» [14, с. 62].

Отметим, однако, что ни в одном из опубликованных текстов так называемых «конституций» не содержится никаких упоминаний ни о параметрах пространства, на которое распространялось их «действие», ни о территориальном устройстве проектируемой государственной власти.

Обращаем столь пристальное внимание читателя на детали, ибо, как известно, именно в них кроется дьявол. Ведь не случайно с легкой руки первопубликаторов в украинском историко-исследовательском сообществе прочно утвердился миф о принятии курултаем в 1917 г. некоей «конституции» и создании некоей «Крымской Демократической (вариант: Народной) Республики», приверженцы которого, по-видимому, полагают, что термин «конституция» эквивалентен словосочетанию «крымско-татарские основные законы».

Этот миф метастазировал не только в научно-популярные издания (в т.ч., изданные под эгидой Института истории НАН Украины [17, с. 302; 20, с. 306]), но и в монографии [2; 9; 10; 13] и справочно-энциклопедические издания [6; 15, с. 472]. Циничной апофеозности он достиг в труде санкт-петербургского экс-члена меджлиса крымских татар В.Возгрина, обогатившего историческую науку эпохальным открытием: «…в Крыму… была образована первая в истории человечества мусульманская демократическая республика» [4, с. 32-33].

Впервые возникнув в Москве [5], миф вернулся на российское историческое поле, как ни странно, в работах крымских исследователей [9, с. 99; 12, с. 37; 14, с. 62]. Самокритично отмечу, что нашлось ему место и в коллективной монографии «Крымские репатрианты: депортация, возвращение и обустройство», правда, с оговоркой о том, что «эта республика так и не была реально создана, оставаясь лишь в тексте конституции» [4, с. 32-33].

Вместе с тем, еще в 1992 г. А.В.Мальгин, анализируя крымский исторический контекст конца 1917 г., в статье с однозначно трактуемым названием «Республика, которой не было» [16] обосновал, что курултай не создавал никакой крымской государственности, а лишь предвосхищал ее.

Спустя почти два десятилетия к этому выводу, основываясь на собственном исследовании, пришел Айдын Шемьи-заде, опубликовавший статью «В 1917-м году не могло быть провозглашения Крымской народной республики!». Приведем несколько цитат из этой небезынтересной работы.

«Довольно часто, – пишет он, – разные авторы упоминают о «провозглашенной в ноябре 1917-го года независимой Крымской Народной Республике». С одной стороны, можно сочувственно отнестись к желанию этих людей поверить в хоть недолгое существование такой «независимой республики», Но, с другой стороны, можно ли поощрять веру в никогда не существовавший фантом?
Утверждение, что Курултай учредил Крымскую Народную республику, на самом деле не возвеличивает события знаменательных ноябрьских дней, а принижает образ первого национального Парламента. При серьезном подходе современные авторы должны бы осознать, что не могли мудрые и образованные лидеры Курултая пойти на такой странный шаг, как одностороннее провозглашение политического устройства на Полуострове в ноябре 1917-го года
» [18].

Далее А. Шемьи-заде обращает внимание современных исследователей на статью 6 Крымско-татарских основных законов, в соответствии с которой татарский парламент был «обязан вырабатывать законы для татар по вопросам народного просвещения, религии, юридическим, военным, финансовым, политическим торгово-промышленным и земледелия».

«Конечно, — продолжает автор, – утверждающим, что имело место провозглашение «республики» надо бы внимательнее ознакомиться с высказываниями участников тех событий. Джафер Сейдамет, который очень подробно излагает события 1917-го года и рассказывает даже о том, как он подарил Челебиджихану зимнее пальто, не упоминает о таком событии, как «провозглашение Крымской Народной Республики». В его повествовании речь идет только о необходимости принятия законов, которые легли бы в основу будущей народной республики. И он в отдельном разделе «Anayasanın kabulı» пишет о принятии 13-го декабря такого Основного Закона – и только! Никакого «провозглашения независимого государства» не было!» – резюмирует А. Шемьи-заде.

Разделяя вышеприведенные мнения о том, что Крымская Народная (вариант – Демократическая) Республика никогда не существовала, а решения курултая-1917 лишь предвосхищали формирование государственности на полуострове, полагаем, что «основные законы крымских татар» надо рассматривать не с позиций создания государственности, а с позиций формирования на полуострове национально-персональной автономии крымских татар [7, с. 202].

В целях обеспечения конструктивности дальнейших изысканий введем в научный оборот еще один источник, публикуя в приложении текст объявления татарского национального правительства из ежедневной газеты Таврического губернского земства «Южные Ведомости» № 108 (273) от 23 декабря 1917 г. [19]. Данный документ был выявлен А.В.Мальгиным в фондах Центрального музея Тавриды.

Обращая особое внимание читателей на статью 12 «основных законов», отметим, что в публикуемом приложении сохранены особенности как действовавшего тогда правописания, так и иные особенности оригинала. Есть достаточные основания полагать, что данный текст на русском языке создан самими авторами документа.


Приложение

Крымско-татарское національное правительство

Приводимъ объявленіе образованнаго въ Крыму татарскаго націанальнаго правительства:

«Граждане соотечественники!

Издавъ основные законы, Крымско-татарский Курултай объявилъ себя національнымъ парламентомъ.

Избранное національнвмъ парламентомъ и получившее довѣріе парламента крымско-татарское національное правительство съ сегодняшнего дня вступаетъ въ исполненіе своихъ обязанностей.

Крымско-татарскій народъ, сумѣвшій среди пожара анархіи, охватившей всю Россію, создать парламентарное національное правительство, считаетъ себя и др. народы Крыма достигшими спокойствія и стремящимися къ установленію благодействія въ краѣ.

Крымско-татарское національное правительство заботится о счастіи и спасеніи не одного только татарскаго народа; оно считаетъ священной своей обязанностью защиту личной, имущественной безопасности и чести всѣхъ своихъ крымскихъ соотечественниковъ и защиту высокихъ лозунговъ великой революціи.

Крымскіе татары одинаково съ остальными народами Крыма стонали подъ ярмомъ централистическаго деспотическаго правительства.

Но отнынѣ, воодушевляемые высокими и святыми чувствами братства и гражданства, не останавливаясь ни передъ какими жертвами, крымскіе татары совмѣстно съ революціонной демократіей будутъ стремиться къ недопущенію всеразрушающаго дѣйствія анархіи, уже надвигающейся и на Крымъ и нещадящей на своемъ пути ни памятниковъ старины, ни памятников искусства, ни храмовъ науки и культуры.

Крымско-татарское національное правительство категорически и неуклонно рѣшило поддерживать порядокъ и спокойствіе на полуостровѣ; оно рѣшило положить предѣлъ царящимъ въ краѣ голоду, финансовой разрухѣ всевозможнымъ захватамъ и уже показывающей свою голову анархіи.

Питая глубокую вѣру въ то, что болѣе сильное крымское правительство можетъ быть создано только обще-крымскимъ парламентомъ, крымско-татарское національное правительство всѣми силами и средствами будетъ стремиться къ возможно скорѣйшему созыву Крымскаго Учредительнаго Собранія.

Крымско-татарское національное правительство, признавая и уважая личныя и гражданскія права каждаго и требуя такого же уваженія къ правамъ своего народа, объявляетъ ко всеобщему сведенію крымско-татарскіе основные законы, исполненіе и подчиненіе которымъ обязательно для каждаго крымскаго татарина и уваженіе которыхъ требуется отъ каждаго крымскаго соотечественника:

Крымско-татарскіе основные законы

1) Курултай признаетъ за всѣми народностями право на полное самоопредѣленіе.

2 Курултай признаетъ, что осуществленіе національныхъ идеаловъ возможно только изданіемъ законовъ, выявляющихъ истинную волю народа и регулирующихъ вопросы во всѣхъ областяхъ жизни татарской націи, и считаетъ необходимымъ постоянное существованіе періодически избираемаго мужскимъ и женскимъ населеніемъ на основѣ всеобщаго, равнаго, прямого и тайнаго избирательнаго права крымско-татарскаго парламента, при которомъ татарскій народъ на вѣчныя времена получилъ бы возможность самъ устраивать свою жизнь и решать свою судьбу.

3 Курултай признаетъ, что жизненны и плодотворны только тѣ законы, которые выявляютъ истинную волю народа  и рождаются изъ самой жизни и духа народа и считаетъ необходимымъ періодическій созывъ парламента черезъ каждые три года.

Примѣчаніе: Курултай, считая, что выборы народнаго представительства въ настоящее тревожное въ странѣ время могутъ быть выполнены съ большими затрудненіями, объявляетъ себя парламентомъ срокомъ на одинъ годъ.

Примѣчаніе: Курултай признаетъ созывъ татарскаго парламента путемъ выбора по одному депутату отъ каждыхъ 5-7 тысячъ душъ татарскаго населенія.

  1. Время созыва очередныхъ сессій парламента опредѣляется самимъ парламентомъ. Чрезвычайныя же сессіи парламента созываются по требованію одной трети всѣхъ членовъ парламента черезъ президіумъ.
  2. Личность членовъ парламента неприкосновенна и, доколѣ будетъ существовать обязательная воинская повинность, отъ обязанностей военной службы свободна.
  3. Татарскій парламентъ обязанъ вырабатывать законы для татаръ по вопросамъ: 1) народнаго просвѣщенія, 2) религіи, 3) юридическимъ, 4) военнымъ, 5) финансовымъ, 6) политическимъ, и въ случаѣ необходимости, торгово-промышленнымъ и земледѣлія.

Примѣчаніе: по каждому изъ указанныхъ вопросовъ в парламентѣ выделяются особыя комиссіи.

  1. Курултай, признавая полную свободу и самостоятельность законодательнаго и исполнительнаго органов и суда, считаетъ, что и каждый изъ отдѣловъ національнаго самоуправленія является вполнѣ свободнымъ и самостоятельнымъ въ предѣлахъ своего вѣдомства.

Примѣчаніе: Курултай признаетъ совѣтъ директоровъ татарскаго національнаго правительства.

Примѣчаніе: Курултай, признавая въ принципѣ избраніе одного директора для каждой дирекціи національнаго правительства, допускаетъ, въ случаѣ необходимости, избраніе одного директора для двухъ дирекцій, а также исполненіе однимъ директоромъ обязанностей другого по постановленію совѣта директоровъ.

  1. Курултай считаетъ, что такъ какъ для урегулированія національныхъ дѣлъ необходимы соотвѣтсвующіе законы, то и для проведенія этихъ законовъ въ жизнь необходимы соотвѣтствующіе исполнительные органы, поэтому татарское національное правительство подраздѣляется на дирекціи: 1) по народному просвѣщенію, 2) по дѣламъ религіи, 3) финансовъ и вакуфовъ, 4) юстиціи, 5) по внѣшнимъ деламъ и 6) на дирекцію предсѣдателя совѣта директоровъ.

А. Дирекція по народному просвѣщенію вѣдаетъ всѣми національными учебными заведеніями (мектебами и медрессе): опредѣляетъ взаимоотношенія между татарами и всѣми культурно-просвѣтительными учрежденіями въ крымской демократической республикѣ и совмѣстно съ выборными просвѣтительными учрежденіями вырабатываетъ законопроекты по принципу автономности просвѣтительныхъ учрежденій.

Б. Дирекція по дѣламъ религіи отдаетъ распоряженія по вопросамъ религіи согласно шаріату.

В. Дирекція финансовъ и вакуфовъ вѣдаетъ національными налогами; составляетъ роспись доходовъ національнаго правительства, которую представляетъ на утвержденіе парламента.

При дирекціи финансовъ учреждается отдѣлъ, который заботится объ улучшеніи положенія вакуфовъ и о поднятіи культурно-экономическаго уровня татаръ, живущихъ на вакуфныхъ земляхъ.

Примѣчаніе. Курултай въ цѣляхъ обезпеченія расходовъ національнаго управленія признаетъ взиманіе національныхъ налоговъ согласно основамъ, принятымъ національнымъ парламентомъ.

Г. Дирекція юстиціи выполняетъ гражданское судопроизводство татаръ согласно шаріату, обычаю и традиціямъ общественной жизни татаръ. Такимъ образомъ, упраздняется муфтіатъ и вмѣсто него учреждается дирекція юстиціи.

Д. Дирекція по внѣшнімъ дѣламъ имѣетъ отдѣлы: 1) отдѣлъ, регулирующій взаимоотношенія между татарами и городскими и земскими учрежденіями; 2) отдѣлъ по военнымъ дѣламъ доколѣ будетъ существовать обязательная воинская повинность; 3) отдѣлъ по урегулированію политическихъ, гражданскихъ, экономическихъ и общественныхъ вопросовъ между татарами и остальными національностями.

Е. Дирекція предсѣдателя совѣта директоровъ контролируетъ дѣятельность и законность распоряженій выше перечисленныхъ дирекцій. Устанавливаетъ согласованность дѣятельности между всѣми частями административнаго аппарата національнаго правительства, который ведетъ въ направленіи достиженія національныхъ стремленій и идеаловъ.

  1. Каждая изъ дирекцій обязана выработать законопроекты и представить ихъ на утвержденіе парламента.
  2. Парламентъ простымъ большинствомъ выбираетъ изъ своей среды предсѣдателя совѣта директоров нац. правительства, которому поручается сформированіе національнаго правительства изъ пяти лицъ, которыя, по полученіи довѣрія простого большинства парламента, вступаютъ въ исполненіе своихъ обязанностей.
  3. По требованію одной четверти членовъ парламента или отдѣльныхъ фракцій, состоящихъ не менѣе, чѣмъ изъ 10 членовъ, парламентъ во всякое время можетъ сделать запросъ исполнительному органу.
  4. Считая, что вопросъ о формѣ правленія въ краѣ можетъ быть рѣшенъ только краевымъ Учредительнымъ Собраніемъ, созваннымъ на основѣ всеобщаго, равнаго прямого и тайнаго голосованія избирательнаго права Курултай находитъ, что форма правленія въ Крыму можетъ быть опредѣлена Крымскимъ Учредительнымъ Собраніемъ. Поэтому Курултай поручаетъ парламенту въ кратчайшій срокъ принять мѣры для созыва Крымскаго Учредительнаго Собранія.
  5. Курултай признаетъ, что вопросы, относящіеся къ жизни края, какъ финансовый, политический и земельный, могутъ быть рѣшены только Крымским Учредительнымъ Собраніемъ послѣ созыва такового.
  6. Курултай признаетъ необходимымъ участіе представителя крымскаго парламента всюду, гдѣ только будетъ обсуждаться и рѣшаться вопросъ о политическомъ положеніи Крыма для выраженія мнѣнія и воли Крымскаго Учредительнаго Собранія и крымскаго парламента по данному вопросу.
  7. Курултай, признавая, что судьба того или иного края можетъ быть рѣшена только голосомъ самого народа, населяющаго этот край, но ни въ коемъ случаѣ не дипломатами, требуетъ участія на мирной и всякой другой конференціи представителей заинтересованныхъ краевъ и народностей.
  8. Курултай, считая, что какъ осуществленіе необходимыхъ въ общественной жизни свободы личности, слова, печати, совѣсти, собраній, жилища, союзовъ, стачекъ, страхованіе жизни рабочихъ, так и осуществленіе принципа самоопредѣленія народовъ и правъ меньшинства и тѣхъ законовъ, которые приняты Курултаемъ могутъ быть гарантированы только при демократической республикѣ, признаетъ и объявляетъ крымскую демократическую республику.
  9. Курултай упраздняетъ существующія среди крымскихъ татаръ званія, какъ: мурза, бей, челеби, князь, духовный, дворянинъ, мѣщанинъ, поселянинъ и связанныя съ ними сословныя привелегіи.
  10. Курултай, стоя на принципѣ равенства, признаетъ и утверждаетъ и за женщиной полное равноправіе съ мужчиной и поручаетъ парламенту изданіе соотвѣтствующаго закона.

Предсѣдатель совѣта директоровъ и директор юстиціи Ч. Челебіев.
Директоръ по внѣшнимъ и военнымъ дѣламъ Д. Сейдаметовъ.
Директоръ финансов и вакуфовъ Д. Хаттатовъ.
Директоръ по дѣламъ религіи А. Шукри.
Директоръ народнаго просвѣщенія И. Озенбашлы.

18-го декабря 1917 г.»



Список литературы

 Абдулаева Г. Крым для крымцев // Авдет. Симферополь, 2006. 27 ноября. № 44.

Бикова Т.В. Створення Кримської АСРР (1917–1921 рр.). Київ: Інститут історії України НАНУ, 2011. 247 с.

Вопросы развития Крыма. Вып. 3. Крымскотатарское национальное движение в 1917-1921 гг. / сост. А.Г. Зарубин. Симферополь, 1996. VII +89 с.

Габриелян О.А. Крымские репатрианты: депортация, возвращение и обустройство / Габриелян О.А., Ефимов С.А. и др. Симферополь: Амена, 1998. 340 с.

Губогло М.Н., Червонная С.М. Крымскотатарское национальное движение. Т. II. Документы. Материалы. Хроника. М.: Центр по изучению межнациональных отношений, 1992. 340 с.

Депортовані кримськи татари, болгари, вірмени, греки, німці: Документи. Факти. Свідчення (1917–1991) / упоряд. Ю. Білуха, О. Власенко. Київ: Муз. Україна, 2004. 464 с.

Ефимов С.А. Административно-территориальные преобразования и опыты крымской государственности в годы Первой мировой войны // Первая мировая война и Крым // Проблемы истории Крыма. Симферополь: Антиква, 2015. Вып. 1. С. 194-218.

Зарубин А.Г., Зарубин В.Г. Без победителей. Из истории Гражданской войны в Крыму. 2-е изд., испр. и доп. Симферополь: Антиква, 2008. 728 с.

Зарубин А.Г., Зарубин В.Г. От «форпоста мировой революции» до последнего плацдарма «белой» России // Отечественная история. 1999. № 2. С. 99-106.

Зарубин В.Г. Проект «Украина». Крым в годы смуты (1917–1921 гг.). Харьков: Фолио, 2013. 379 с.

Исхаков С.М. Первая конституция крымско-татарского народа //Отечественная история. 1999. № 2. С. 107-113.

Киселева Н.В. Этнополитические процессы в Крыму: исторический опыт, современные проблемы и перспективы их решения / Киселева Н.В., Мальгин А.В., Петров В.П., Форманчук А.А. Симферополь: Салта, 2015. 352 с.

Копиленко О.Л. Автономна Республіка Крим: проблеми правового статусу. Київ: Таксон, 2002. 342 с.

Крапивенцев М.Ю. История трансформации политико-правового статуса Крыма в 1917–1921 гг. Дис. … канд. ист. наук. М., 2014. 293 с.

Маврін О.О. Кримськотатарського народу Курултай // Енциклопедія Сучасної України. Київ, 2014. Т. 15. С.471-472.

Мальгин А.В. Республика, которой не было // Таврические ведомости. Симферополь, 1992. № 5, 6, 7, 8 (февраль).

Скальський В. Що спільне та відмінне в українському і кримськотатарському рухах у 1917 р.? // Історія Криму в запитаннях та відповідях / відп. ред. В.Смолій / Інститут історії України НАНУ. Київ: Наукова думка, 2015. 526 с.

Шемьи-заде А. В 1917-м году не могло быть провозглашения Крымской народной республики! //Авдет. Симферополь, 2011. № 51. 19 декабря.

Южные ведомости. Ежедневная газета Таврического губернского земства. Симферополь, 1917. 23 декабря.

Якубова Л. Коли й ким було ухвалено першу в історії Криму Конституцію? // Історія Криму в запитаннях та відповідях / відп. ред. В.Смолій / Інститут історії України НАНУ. Київ: Наукова думка, 2015. С. 304-307.

Возгрин В.Е. История крымских татар: в 4-х томах. Симферополь: Крымучпедгиз, 2013.- Т. 2. 940 с.

 

[1] Ныне, с 2016 года, признана экстремистской организацией и запрещена на территории России

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 3.7 / 5. Людей оценило: 3

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

След Великого Гения на крымской земле

Этих дней не смолкнет слава

Валерий БОРИСОВ

В Симферополе установлен памятник Григорию Потемкину

.