Крымское Эхо
Интервью Общество

КОВИД не так прост, как может показаться

КОВИД не так прост, как может показаться

ЧТО ОБ ЭТОМ ГОВОРЯТ КРЫМСКИЕ СОЦИОЛОГИ

Больше года человечество живет в новой пандемической реальности. За то время, которое призрак КОВИДа-19 бродит по Европе и другим континентам, в нашей жизни изменилось многое. Фактически поменялся привычный уклад жизни. Мы, в одночасье оказавшись «в заточении», то есть на карантине, лишились свободы и мобильности. Были разрушены устоявшиеся социальные связи, КОВИД поставил под угрозу не только здоровье физическое, но и психическое, причем не только отдельных индивидуумов, но и всего общества.

Особенно это отразилось на молодежи. Каким рискам в ковидное и постковидное время подвержены молодые люди, как они реагируют на новую реальность, как минимизировать последствия пандемии и найти в нынешнем негативе зерна позитива, мы беседуем с ведущим социологом Крыма, доктором социологических наук, профессором Виктором Чигриным (на фото).

— Виктор Александрович, вы и ваши коллеги уделили самое пристальное внимание тому, как на пандемию и все, что с ней связано, отреагировала молодежная среда, в данном случае крымская. Проводили ли вы какие-то исследования, каковы их результаты?

— Действительно, коллектив Крымского филиала Федерального научно-исследовательского социологического центра РАН и Крымского индустриально-педагогического университета провел масштабное социологическое исследование. В режиме онлайн-анкетирования и выборочных тестирований были опрошено более 2600 молодых крымчан.

В результате выяснилось, что самоизоляция, столь необходимая в условиях разгула короновируса, довольно сильно изменила молодежную среду. Подрастающее поколение, в одночасье оставшись без свободы передвижения, частично потеряло и атрибут самостоятельности, очень важный в переходный период.

Была разрушена модель поведения, которая формировалась в семьях и учебных заведениях. Перед подростками и молодежью больше не стоял выбор: идти или не идти на учебу, вызовут тебя или не вызовут, отвечать не отвечать и так далее. Но главное — была потеряна живая и непосредственная связь между родителями и детьми, преподавателями и учениками. А это дистанционным обучением не заменить.

КОВИД породил и новый вид семейных противоречий: от подростков, постоянно находящихся дома, потребовалось и максимальное внимание для дистанционного обучения, и выполнение повседневных семейных обязанностей и родительских наставлений. Вынести мусор, сходить в магазин, не сидеть целый день за компьютером и т.п.

— Пандемия привела к тому, что находящиеся на карантине люди, причем в различных уголках планеты, возмущались по любому поводу, но главное — из-за КОВИД-ограничений. Массовые протесты, особенно среди молодежи, где только ни вспыхивали! Вспомнить хотя бы Нидерланды и Испанию, где столкновения молодых людей с полицией носили очень жесткий характер. Такой воспламеняемостью молодежной среды пытались воспользоваться и манипулировать разные деструктивные силы. А каков уровень взрывоопасности был среди молодых крымчан?

— Последствия первой волны пандемии, из-за чего экономическая жизнь во многом замерла, потенциально могли привести к всплескам негатива у молодых крымчан по отношению, скажем, к приезжим, «отнимающим рабочие места», или «распространяющих вирусы» или местным чиновникам, по умолчанию, «виновным в происходящем». Но грамотные действия региональных органов власти позволили избежать существенного обострения ситуации, чему способствовали и наши социологические исследования. Они четко показали, что из-за пандемии системных негативных настроений среди крымской молодежи нет.

Однако среди части подростков и молодежи исследования зафиксировали ухудшение социально-психологического состояния.

Самоизоляция, отягощенная непривычным дистанционным обучением, привела к тому, что у части молодых крымчан усилилось стремление участвовать в различных актах протеста. Причем в большей степени индивидуальных, чем групповых. В то же время 32 процента участников исследования заявили, что ни при каких условиях не будут принимать участия в подобных протестных мероприятиях. Что касается тех, кто готов выйти на акции неповиновения, то 30% из них будут это делать из-за так называемого «ущемления личных прав и свобод».

Другие причины в подавляющем большинстве индивидуальны, но 12,5% участников исследования могли бы выступать в защиту неформальных молодежных групп, копирующих западные формы, в том числе даже ЛГБТ-сообщества.

— А какие конкретно коронавирус обострил чувства у крымской молодежи, у каких ее групп и почему?

— Часть опрошенной молодежи подчеркнула, что пандемия вызвала у них чувство сострадания, желание помогать нуждающимся, но у определенной, сравнительно небольшой части молодых крымчан усилилась тревожность и даже мнительность, касающиеся здоровья, взаимоотношений с окружающими, различные фобии, возникающие вследствие нерешенных проблем в семье и так далее.

У сравнительно небольшой группы наших респондентов стало возникать инстинктивное чувство опасности, связанное с реализацией жизненных планов, к примеру, боязнь лишиться или не получить прилично оплачиваемой работы.

У части респондентов увеличились претензии относительно ограничений на въезд и выезд из Крыма. При этом часть подростков и молодежи не понимают, что эти ограничения инспирированы Западом и Украиной, которые пытаются направить недовольство нашей молодых людей на власть.

— Самоизоляция и дистанционное обучение еще более приблизили подростков и молодежь к компьютеру, к интернету, а, следовательно, к социальным сетям, в том числе экстремистского и террористического характера. Насколько в своих исследованиях вы коснулись этих моментов?

— Весьма детально. В исследовании скрупулезно рассмотрены особенности девиантного[1] поведения подрастающего поколения в интернет-пространстве. Хотя напрямую на экстремистские сайты заходят всего 4,7% молодых крымчан. Однако в исследовании подробно проанализировано, что эти сайты затем влияют на включение юных посетителей в неформальные и часто асоциальные группы.

В числе причин, подталкивающих подростков и молодежь, к участию в экстремистских группах, первое — это депрессия и отсутствие уверенности в будущем. Причем более всего подвержены этим чувствам девушки как более ведомые психологически. Депрессионный пик приходится на возраст 22-24 года, когда заканчивается учеба в колледже или вузе, а устойчивого профессионального и социального статуса нет.

Еще одна причина – попытка поднятия интереса к себе, повышения авторитета в своем кругу, оригинальничание, выпячивание своих реальных или вымышленных достоинств, «приоткрывание» своего участия (в том числе и мнимого) в каких-то тайных обществах или группах. Как правило, это все рассыпается, когда молодой человек приобретает социальный, профессиональный или семейный статус.

Также тягу к запрещенным сайтам порождают вседозволенность и безнаказанность. К сожалению, любые попытки контроля со стороны родителей или преподавателей, воспринимаются как покушение на личные права и свободы.

— Насколько опасна для подрастающего поколения «интернет-свобода» и чем это грозит?

— Всемирная паутина представляет собой идеальное место для реализации и «дозревания» девиантного поведения.

В условиях анонимности интернета связь с подростками-носителями форм девиантного поведения устанавливается легко. Это в дальнейшем может привести к преступным действиям — таким как киберпреследование, кибертравля, мошенничество и многое другое.

Расширению и углублению девиантного поведения молодежи в интернете способствуют анонимность, ощущение безнаказанности и зачастую — отсутствие контроля.

Следует отметить, что некоторые формы девиантного поведения в интернете имеют продолжение в реальной жизни. Например, интернет-сообщество «Арестантский уклад един» (АУЕ)[2], провозглашающее приоритет тюремных законов, существует и в реальности в виде в молодежной группировок «АУЕ Шпана», «АУЕ Братва» и других. Их участники придерживаются так называемых «понятий», превозносят авторитетов преступного мира, насильственно навязывают сверстникам свое мнение и тюремные схемы поведения.

Социология подтверждает необходимость ограничения деятельности подобных сетей на территории Российской Федерации, механизмы которого прорабатываются сегодня на законодательном уровне.

В заключение отмечу, что сегодня Крыму, как никогда, нужны целевые репрезентативные исследования, проведение которых поможет своевременно нивелировать указанные и иные угрозы и риски, которые вызываются последствиями пандемии.


[1] Девиантное поведение подростков – совокупность действий и поступков, отклоняющихся от правил, принятых обществом

[2] Признана в России экстремистской организацией, ее деятельность запрещена на территории страны

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 5 / 5. Людей оценило: 3

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Скончался Иван Имгрунт

.

Десятый Юбилейный

Николай ОРЛОВ

В Симферополе будет лучший олимпийский бассейн

Степан ВОЛОШКО