Крымское Эхо
Блоги Поле дискуссии

Как русский знак стал украинским трезубцем

Как русский знак стал украинским трезубцем

ДРЕВНЕРУССКИЕ НАЗВАНИЯ
КНЯЖЕСКИХ ЗНАКОВ КИЕВСКОЙ РУСИ, или О ЧЕМ НЕ ЗНАЛИ «СВИДОМЫЕ» УКРАИНСКИЕ НАЦИОНАЛИСТЫ,
ВЫБИРАЯ СВОИМ ГЕРБОВЫМ ЗНАКОМ ТРЕЗУБЕЦ

Термин «трезубец» впервые ввел в начале XIX в. российский историк Н.М. Карамзин (1767-1826гг.), автор фундаментального труда «История государства Российского», назвав его знаком Рюриковичей.

Появление этого знака на территории древней Руси уходит в глубокое Средневековье и прослеживается с X века. Археологические находки и исторические документы засвидетельствовали трезубец на монетах (фото № 1) и печатях, перстнях и бляхах, посуде, инструментах, оружии, товарных пломбах, гривнах – слитках, кирпичах (например, на кирпичах Киевской Десятинной церкви (986-996гг.), на плитах Успенского собора во Владимире-Волынском (1160г.), в гербе французской королевы Анны Ярославовны — дочери Ярослава Мудрого (XI в.), а также в качестве отдельных подвесок, найденных в Киеве, Новгороде (Рюриково городище) и Белгороде.

Фото 1. Серебряные монеты киевского князя Владимира с трезубцем (саном). Надпись на одной стороне: «Владимир на столе», с другой стороны: а се его серебро»

Практически все исследователи этого знака относят трезубец и его предшественника двузубца, датируемых Х-ХП вв., к княжеским знакам (фото № 2). Одни ученые считают трезубец родовым знаком Рюриковичей, другие — символом государственной (княжеской) власти. Древнее название этого знака неизвестно и не рассматривалось в качестве предмета отдельного исследования.

Фото 2. Княжеские знаки Киевской Руси X – XII веков

Автором данной публикации на основании нового прочтения фрагмента известной летописи «Повесть временных лет» (ХП в.) устанавливается его древнее название.

В сведениях, относящихся к 967 году, этой летописи, переведенной с древнерусского языка на современный известным ученым-литературоведом Д.С. Лихачевым, отмечается:

«…Отправилась Ольга к Новгороду и установила на Мсте погосты и дани и по Луге — оброки и дани. Ловища ее сохранились по всей земле, и есть свидетельства о ней и места ее и погосты оригинале текста: «знаменья и места и погосты» — авт.), а сани ее стоят в Пскове и поныне, и по Днепру есть места ее для ловли птиц и по Десне, и сохранилось село ее Ольжичи до сих пор. И так, установив все, возвратилась к сыну своему в Киев и там жила с ним в любви»[1].

Из приведенного отрывка следует, что княгиня Ольга на посещенных ею землях устанавливала княжескую власть, занимаясь распорядительной и хозяйственной деятельностью.

Предметом анализа является часть отрывка, содержащая сведения о санях княгини Ольги, стоявших в Пскове. Об этом как имеющем якобы место факте указывал российский историк Н.М. Карамзин:

«Чрез 150 лет народ помнил о сем благодетельном путешествии Ольги и в Несторово время хранили еще сани (зимнюю повозку на полозьях — авт.) ее как вещь драгоценную»[2]. С этим утверждением соглашался и историк С.М. Соловьев, отмечая, что «во времена летописца показывали ее (Ольги — авт.) сани как вещь драгоценную»[3]. И.И. Срезневский в «Средневековом словаре древнерусского языка» однозначно определяет слово «сани» как зимнюю повозку на полозьях[4].

Однако внимательное рассмотрение указанного в летописи предложения показывает несоответствие слова «сани» как повозки в контексте всего предложения, смысл которого заключается в том, что автор летописи дает перечень административно-хозяйственной деятельности княгини Ольги. Так причем здесь сани? Зачем их нужно было оставлять в Пскове в середине своего путешествия? Ведь они были необходимы княгине для возвращения в Киев, именно зимой или ранней весной по зимнику.

Так, С.М. Соловьев сообщает, что «русские князья в ноябре отправлялись с дружиною к подчиненным племенам на полюдье и проводили у них зиму… Обычай полюдья… был для князя единственный способ исполнять свои обязанности относительно народонаселения…»[5]. Соответственно, князья могли возвращаться с полюдья не позднее ранней весны до начала сезона распутицы, используя единственно возможные тогда средства передвижения лошадей и сани.

Поэтому предполагается, что в приведенном отрывке летописи смысловое значение слова «сани» иное, нежели зимняя повозка. Ответ на этот вопрос находится в «Толковом словаре живого великорусского языка» В.И. Даля, где наряду с традиционным значением слова «сани» как зимней повозки на полозьях дается иное его толкование в производном варианте:

«Санки, пск. твр. (на псковском и тверском наречиях — авт.) … челюсти, нижние скулы; // … дужка, вилка»[6].

Связывая в единое смысловое значение все предложение отрывка летописи, можно полагать, что его автор, описывая путешествия княгини Ольги к Новгороду, имел в виду установленные ею знаменья (знаки) в виде дужки или вилки под названием сан, сани (во множественном числе), или на псковском наречии — санки.

Дословный перевод отрывка летописи, с учетом проведенного исследования, приобретает следующую логическую форму:

«…Отправилась Ольга к Новгороду и установила по Мсте погосты (сельские приходы или дворы, в которых могли быть оставлены княжеские приказчики — тиуны) и дани; и ловища (установленные места ловли зверей, птиц и рыбы) ее сохранились по всей земле, знаменья (знаки) и места (посады, селения в виде городков) и погосты, и сани (знаки в виде вилки: двузубца или трезубца) ее стоят в Пскове и до сего дня, и по Днепру перевесища (места ловли птиц, где лет птицы и где ставились сети — перевесы) и по Десне, и есть село ее Ольжичи и доселе. И изрядивши (устроив), возвратилась к сыну своему в Киев, пребывая с ним в любви».

Славянская традиция ставить знаменья (знаки) княжеской власти в поселениях, находившихся в вассальной зависимости, прослеживается и в Крыму.

В конце 80-х годов прошлого столетия историком и археологом М.Я. Чорефом в одной из пещер южного обрыва мыса Бурунчак в г. Бахчисарае, на территории средневекового поселения был найден достаточно хорошо сохранившийся трезубец киевского князя Владимира высотой около 50-ти сантиметров. Он вырублен в скале на стене пещеры в специально подтесанной рамке (фото № 3).

Фото 3. Трезубец (сан), киевского князя Владимира, вырубленный в скале на стене пещеры в южном обрыве мыса Бурунчак в Бахчисарае

Этим же исследователем подобные трезубцы были найдены также на скалах на территориях раннесредневековых поселений Качи-Кальон, Эски-Кермен, а также в третьей балке близ с. Глубокий Яр Бахчисарайского района.

Их появление М.Я. Чореф объясняет следующим образом. Во время осады Херсона князь Владимир подчинил и обложил данью небольшие слабоукрепленные населенные пункты округи этого города. И, чтобы зафиксировать их вассальный статус, он приказал выбить свои хорошо опознаваемые знаки на скалах в особо значимых местах этих поселений[7]. Как видим, трезубец мог являться знаком подчиненности населенных пунктов князю Владимиру, занявшему юго-западный Крым во время войны с Византией в 988 году.

К предмету данного исследования следует отнести известную группу археологических находок времен Киевской Руси — медных подвесок, содержащих изображения трезубцев (санов), которые были опубликованы Б.А. Рыбаковым[8] (фото № 4).

Фото 4. Подвески с княжескими знаками. 1. Медная нагрудная подвеска из Киева. 2. Подвеска из Белгорода. 3. Подвеска из Киева. 4. Подвеска из Рюрикова городища близ Новгорода

Исследователь отмечал, что эти предметы «не могли быть простыми подвесками, например, к ожерелью, так как слишком массивны и тяжелы для этого. Но, несомненно, что они носились на шнуре. Об этом свидетельствуют наличие ушек и потертость всех привесок. Невольно вспоминаются татарские пайцзе, нагрудные знаки достоинства, которые носились чиновниками и доверенными лицами хана. На пайцзе писалось имя хана; на наших подвесках изображался знак князя. И те, и другие имели приспособление для шнура и носились на груди. Подвески с княжеским знаком найдены в крупнейших городах Киевской Руси административно связанных с Киевом и киевским великим князем: в Киеве, Новгороде (Рюриково городище) и Белгороде, любимом городе Владимира Святославовича». Ученый обосновано полагал, что «киевские князья давали эти знаки, своего рода верительные грамоты, своим посадникам, тиунам, вирникам»[9].

В результате проведенного исследования можно с уверенностью утверждать, что указанные подвески — знаки достоинства, на которых изображен княжеский трезубец, назывались «сан».

Логически следует вывод, что слово «сановник» произошло не только от слова-корня «сан» в известном, вероятно позднем, его значении «знатная должность», но, в первую очередь, от названия подвесок — знака княжеской власти, носимых должностными лицами на груди. В дальнейшем слово «сановник» трансформировалось в «чиновник». Оба эти слова с одинаковым написанием сохранились в современном русском и украинском языках.

В ХIХ веке в России была возрождена традиция присвоения определенным должностям должностных знаков, в том числе и в виде подвесок, которые носились на груди при исполнении служебных обязанностей и в торжественных случаях.

Такие знаки, в частности, устанавливались для полицейских служителей (1863г.), статс-секретарей Его Императорского Величества (1872г.), волостных старшин, его помощников, заседателей волостных правлений и сельских старост (1890г.) и других чиновников.

В 1871 году официально введены знаки для лиц, «служащих по городскому общественному управлению»: городских голов, их товарищей (заместителей) и помощников, членов городской управы[10].

В фондах Бахчисарайского государственного историко-культурного и археологического музея-заповедника хранятся два должностных знака в виде подвесок на цепи: Бахчисарайского городского головы (БИКАМЗ, Фонды, КП 1255) и члена Бахчисарайской городской управы (БИКАМЗ, Фонды, КП 1254), датируемых 16 июня 1870 года.

Автор, Валерий БОРИСОВ,
член Союза архитекторов России,
Заслуженный архитектор Республики Крым,
Почетный гражданин города Бахчисарая


[1] 1. «Изборник»: Сборник произведений древней Руси. – М., 1969. – с.47.

[2] Карамзин Н.М. История государства Российского. – М., 1988. Т. I., Гл.VII. – с.101.

[3] Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Сочинение в 18-ти книгах. — М., 1988. Кн.1 . Т.1. – с.148.

[4] Срезневский И.И. Словарь древнерусского языка. – М., 1989. Т.3. Ч. 1 (Р-С). – с.258.

[5] Соловьев С.М. Цит. соч. – с.148-149.

[6] Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. – М., 1991. Т.4. – с.137.

[7] Чореф М.Я. Наскельнi свiдчення про перебування вiйск Володимира Святославовича у Пiвденно-Захiдному Криму (давньокиïвскi тризубцi у Таврицi) // Друга наукова геральдична конференцiя. Проблеми единоï та камеральноï археологiï: iсторiя, теорiя, методика. Випуск 10. – Львiв, 1992. – с. 84-85.

[8] Рыбаков Б. А. Знаки собственности в княжеском хозяйстве Киевской Руси X –ХП вв. // Советская археология, 1940. №6. – с.239.

[9] Там же. – с. 239.

[10] Брокгауз Ф.А., Ефрон И.А. Энциклопедический словарь. – Спб.;1894. Т.ХII А (кн.24). – с.614.

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 4.2 / 5. Людей оценило: 10

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

А за базар надо отвечать

Евгений ПОПОВ

Зачем Украине казахские юрты?

Руководить – значит, уметь дерзать

Иван ЕРМАКОВ

Оставить комментарий