Крымское Эхо
Главное Мир

Бунты против географии

Бунты против географии

ЧЕМ ЗАКАНЧИВАЮТСЯ ПОПЫТКИ ЖИТЬ В УСЛОВИЯХ «КОНЦА ГЕОГРАФИИ»

Несколько дней назад в СМИ прошли сообщения под примерно общим заголовком: «Казахстан не смог найти новые маршруты поставки нефти в обход России».

В чем проблема?

Весной прошлого года казахским властям вздумалось поиграть в некоторую многовекторность. У этого был ряд, в том числе и объективных, причин. Одна из них – помощь России в момент попытки переворота в январе.

Это в обычной жизни благодарность за помощь – нормальное явление. В сфере власти принятие помощи – это проявление слабости, поэтому обычной реакцией является неблагодарность. Этому нужно не удивляться, это нужно предвидеть. В данном конкретном случае Астане захотелось показать свою самостоятельность.

Но тут начали происходить удивительные вещи. То Каспийский транспортный консорциум, который поставляет нефть с прикаспийских месторождений Казахстана в новороссийский порт, что-то экологическое нарушит, то вдруг обнаружатся в Новороссийске рядом с нефтяным терминалом боеприпасы времен Великой Отечественной…. В результате продавать нефть у Казахстана получалось с серьезными перебоями.

И тогда в июле президент Токаев провозгласил «диверсификацию транспортно-транзитного потенциала», пообещал Евросоюзу заменить российскую нефть казахской, для чего предложил совместно развивать «альтернативные трансконтинентальные коридоры, включая Транскаспийский международный транспортный маршрут».

Что же это за маршрут? Это давний проект строительства нефтепровода по дну Каспийского моря в Азербайджан, чтобы поставлять казахскую нефть по трубопроводам в Турцию и грузинские порты.

Чтобы понять эффективность такой схемы, достаточно взглянуть на карту. Существующие нефтепроводы идут из Казахстана в Новороссийск по суше, почти по прямой, слегка огибая северный берег Каспийского моря и дельту Волги. Рельеф практически по всей трассе равнинный, лишь у Новороссийска невысокие горы. Реализовываться этот проект начал еще в 90-е годы именно для взаимовыгодного сотрудничества России и Казахстана.

Транскаспийский же проект предполагает строить нефтепровод через сейсмически опасные участки Каспийского моря. Есть у берегов Азербайджана такой Апшеронский порог – система тектонических разломов с большими рисками землетрясений. Что может означать разрушение нефтепровода для экологии Каспийского моря, объяснять излишне. Есть и проблема смешения легкой азербайджанской нефти и тяжелой казахской.

Географическая нелепость такого проекта очевидна. Придумали его давно, но реализовывать на практике не стали: бессмысленная трата денег и создание серьезных рисков.

Но руководство Казахстана решило устроить бунт против географии. Закончилось ничем — через полгода пришлось признать неосуществимость этого проекта. Хорошо, что вовремя, не заведя свою страну в тупик, который успешно посетили и решили там остаться другие страны постсоветского пространства.

Какой урок из этого следует? География, может, и, согласно фонвизинскому Митрофанушке, наука не дворянская, но для государственной политики абсолютно необходимая.

Когда в начале 90-х популярность стала набирать концепция Фукуямы о конце истории, очень быстро появился и образ «конца географии». Что ж, история с географией всегда шли в тандеме. Для эпохи романтического восприятия глобализации такое сочетание было вполне естественным: все доступнее становились авиационные перевозки, новостная лента глобализировалась; потом пришел интернет и в реальном времени стали доступны картины любых уголков земли.

Такая виртуальная реальность в головах многих становилась почти объективной реальностью, в которой территориальные пространства уже не имеют значение — в приоритете коммуникации, не знающие преград. Те же, кто рассуждает о естественных границах, значении территорий – неисправимые ретрограды.

Максимум, чему придавалось значение – это транзитный потенциал государства. Сколько пришлось выслушать и прочитать в прошлом о небывалом транзитном потенциале Украины! Он действительно неплох — но все три десятилетия ее незалежности делалось все, чтобы его стало меньше и Украина превратилась в тупик для любого транзита.

Подводя итоги такой трансформации Украины, приходишь к выводу, что там тоже поверили в конец географии, точнее перестали воспринимать свое реальное геополитическое положение в мире.

Еще один яркий пример бунта против географии – это Прибалтика. Все исторические эпизоды процветания этого региона связаны именно с использованием его географического положения: торговля через порты со странами Восточной Европы. Это лодки викингов могли плавать по мелким рекам Руси — более серьезные корабли вынуждены были ограничиваться заходами в порты на балтийском побережье.

После распада СССР эти страны во многом продолжали существовать за счет этого транзита, но новое, единственное верное, учение махровой русофобии постепенно весь этот потенциал угробило. В результате прибалтийские страны постепенно превратились из транспортных коридоров в тупики. В этом году к этому славному клубу решила присоединиться Финляндия.

Отсутствие географического восприятия окружающего мира – это уверенность в том, что можно как угодно рисовать на карте линии воображаемых нефтепроводов, считать, что дотации из казны Евросоюза заменят работу портов. Такой способ восприятия крайне выгоден тем, кто пытается выстроить мир под свои интересы.

Проще говоря, хочешь управлять – изучай географию и не давай ее изучать тем, кем ты хочешь управлять.

Иначе говоря, все эти громко рекламируемые концы истории и географии – это нарратив от тех, кто хочет эту историю и географию выстроить в своих интересах.

Когда изучал информацию о метаниях Казахстана по поводу транспортировки своей нефти в обход России, мне встретился комментарий: «Чем выше чувство незалежности, тем хуже знания географии и физики». Лучше не скажешь!

Но гораздо интереснее поговорить о тех, кто географию не забывает, а использует. То есть не о жертвах, а о жрецах, которые эти жертвы приносят. Наверное, многим известен американский стратег Джордж Фридман и его агентство Stratfor. В прошлом году широко разошлись видео его выступления в 2014 г., где он предрекал новую большую войну в Европе. Мне уже приходилось рассказывать о его пророчествах, на которые сильно оказался похож нынешний украинский кризис.

Особенно интересна в плане как сбывшихся, так и не сбывшихся прогнозов его книга «Следующие сто лет: прогноз на XXI век», вышедшая в 2009 г. В частности, в ней он предсказывает резкий рост зоны влияния России в 20-е годы и подъем Турции.

Фридман в своем анализе геополитического положения той или иной страны много внимания уделяет их речной системе. Опирается он, в первую очередь, на историю с географией США – какую роль в становлении ее экономики сыграла речная система Миссисипи. Обращает он внимание и на то, что главная река России – Волга – впадает в закрытое море.

Сейчас Россия пытается решить эту проблему созданием комбинированного транспортного коридора «Север-Юг», хотя там есть ряд сложностей, но политика Запада вынуждает Россию более полно использовать ресурсы, заданные ее географическим положением.

У Украины тоже есть естественная речная система – Днепр с притоками, но впадает он не непосредственно в Атлантический океан, а в его удаленную часть – Черное море. Вывод, который следует из этого географического факта, вполне очевиден: нужно поддерживать хорошие отношения с черноморскими соседями. Но вместо этого решили превратить пространство, обеспечивающее единственный выход в мировой океан, в зону конфронтации.

Вспомним Льва Николаевича, который верно заметил, что все счастливые семьи похожи друг на друга, а каждая несчастливая семья несчастлива по-своему. То же самое можно сказать и о государствах: успешно развивающиеся страны похожи как раз правильным пониманием своей географии.

Здесь напрашивается пример Турции, руководство которой осознало, что географическое положение на пересечении путей из Европы в Азию и из Черного моря в Средиземное гораздо важнее, чем членство в НАТО. Невзирая на все обязательства перед союзниками по североатлантическому блоку, она в полной мере использовала все возможности, которые ей предоставила география.

Еще более интересным примером в 2022 году стала Грузия. Можно найти множество причин для объяснения, почему эта страна не присоединилась к санкциям, и даже на днях отказала Украине в передаче ей зенитных комплексов. Однако главная в том, что в Тбилиси пришло осознание того, что география – это судьба. И судьба эта в том, что Грузия никуда не денется от того, что жить ей приходится между Россией и Турцией.

Хотя той же Грузии еще в недавнем прошлом тоже было свойственно бунтовать против географии, и не факт, что этого не произойдет в будущем, но трезвый географический выбор в прошедшем году уже дал грузинской экономике рост ВВП за год на 10%. В деньгах – это в разы больше, чем она могла бы получить подачек от Запада.

И Турция, и Грузия (экономика которой уже во многом является периферией турецкой) используют свое географическое положение не из хорошего отношения к кому-либо, а исключительно ради своих интересов.

География объективна для всех, поэтому и происходит совпадение интересов с соседями.

А вот бунт против собственной географии ни себе, ни соседям пользы не создаст. Какие-то временные дивиденды соседи получить смогут, как получила их весной-летом, например, Румыния за счет использования ее портов для украинского экспорта, но это ненадолго.

В конце концов, любое государство, страна – это географический феномен. Если она поднимает бунт против географии, то это означает только одно: саморазрушение.

Фото из открытых источников

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 4.7 / 5. Людей оценило: 19

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

О линии раздела между Россией и Европой

Сергей КИСЕЛЁВ

Пришло время решений для игры вдолгую

Есть вещи важнее мира: жизнь на Земле за неделю глазами крымских журналистов

Оставить комментарий