Крымское Эхо
Архив

Виктор Ерофеев: «Украина не готова к восприятию европейских ценностей,

Виктор Ерофеев: «Украина не готова к восприятию европейских ценностей,

и пройдет еще немало времени, прежде чем…»

Очередным и седьмым со времени начала работы международного медиа-клуба «Формат А3» гостем крымских журналистов был Виктор Ерофеев, в прошлом — диссидент, ныне один из тех российских писателей, имя которого у одних вызывает неподдельный интерес, у других — неприятие, у третьих что-нибудь еще, но только не безразличие. Он на слуху и как телеведущий, а как просто собеседник, так говорят, цены ему нет. И все же «Крымское эхо» решило проверить слух насчет этой самой цены и обратилось к писателю с просьбой об эксклюзивном интервью. Результат — после биографии московского гостя.

Итак, Ерофеев Виктор Владимирович родился 19 сентября 1947 года в Москве в семье дипломата. В 1970 году окончил филологический факультет МГУ, в 1973 — аспирантуру Института мировой литературы. Первое признание пришло после публикации эссе о творчестве Маркиза де Сада в журнале «Вопросы литературы»

В 1979 года за участие в организации самиздатовского альманаха «Метрополь» был исключен из Союза писателей и десять лет не печатался в СССР. Сегодня издано семнадцатитомное собрание сочинений. Ведущий программы «Апокриф» на телеканале «Культура» и «Энциклопедия русской души» на радио «Свобода». Член Исполкома российского ПЕН-центра, заведующий кафедрой русского языка и литературы международного университета, лауреат премии им. Набокова, кавалер Ордена Франции за заслуги в развитии литературы и искусства, любит путешествовать, женат, имеет сына и дочь.

— Вас причисляют к сословию диссидентов. Скажите, диссиденты и сегодня имеют место быть в России? Или это ушло в прошлое? Можно ли считать десидентами того же Немцова, Касьянова, Каспарова? Новодворская та же…

— Теперь такого понятия нет. Диссидент — это чисто советское понятие. Сейчас есть оппозиционеры — люди, которые совершенно необязательно противостоят власти, обществ, государству. Это более-менее критическая оппозиция. Вот к таким принадлежит и тот же Немцов, и Новодворская. Я убежден, что в каждой стране должна быть своя оппозиция. К сожалению, в России она не набрала той политической мудрости, которую хотелось бы видеть. Ведь предназначение оппозиции не в том, что она должна противостоять власти. Смысл ее в том, чтобы она указывала государству на те проблемы, которые необходимо решать. Оппозиция должна напоминать об этих проблемах так, чтобы государство их не замалчивало. Оппозиция должна быть конструктивной, в ином случае это просто политическое хулиганство.

В России же со стороны оппозиции слишком много деструктивизма, больше какая-то левизна. Хватит, мы надышались этими революциями! Мы должны на основе наших национальных ценностей, о которых я и пишу в своих книгах, говорю о них на телевидении, строить свои отношения так, чтобы помнить и них, сохранить их, возродить.

— Я пытался найти что-либо из ваших высказываний о ситуации в Украине, не нашел. Возможно, плохо искал. А поэтому было весьма интересно узнать ваше мнение об Украине, об оранжевой революции, если таковой ее можно назвать, о нынешней власти.

— Я поддерживал оранжевую революцию в ее начале. Я поддерживал оранжевую революцию — но не в украинском диапазоне. Я вообще поддерживаю европейские ценности как наиболее правовые. Имею в виду культуру межчеловеческих отношений, отсутствие хамства… Мне кажется, что оранжевая революция как раз и должна была бы привнести европейские ценности в Украину. Но, к сожалению, и меня предупреждали об этом западные политики, что политическая элита в Украине — и оранжевая, и другие — очень неустойчивые. А дальше идет коррупция, тупость. Эти идеи, которые я имею в виду, быстро были извращены. Я даже не поехал на инаугурацию Ющенко, понимая, что это совсем не то, на что я надеялся.

При всем при этом, на мой взгляд, мы все должны быть немножко оранжевыми — не в том смысле, чтобы быть похожими на этих людей, а в смысле восприятия европейской культуры, европейских ценностей. Ведь элементы европейской культуры изначально были заложены и в украинской культуре, и в российской. Давайте не забывать, что Александр Сергеевич Пушкин был первым настоящим европейцем, дворянство российское воспитывалось на европейских ценностях. Другое дело, когда мы говорим о самобытности. Я езжу на немецкой машине и люблю французское вино, но все равно я русский до мозга костей. И когда я приезжаю в Европе, все знают, что я русский. И я вижу, что Украина не готова, к сожалению, к восприятию европейских ценностей, и пройдет еще немало времени, прежде чем…

Но вместе с тем, хотелось бы, чтобы в Украине сохранилась ее самобытность, своя культура и, безусловно, родство с Россией.

— Заметное потепление в украино-российских отношениях вызвало много надежд у людей, исповедующих русскую культуру, думающих по-русски. Со временем и довольно быстро эти надежды стали таять: обещанное в части предоставления русскому языку статуса государственного ушло в песок, даже несмотря на некоторые послабления в том же тестировании для выпускников школ. До сих пор ходит в героях Степан Бандера, Юрий Шухевич, переименовываются улицы Киева в честь Мазепы. И в этой связи хотелось узнать, согласны ли вы с позицией Жириновского, когда он призвал на Госдуме не рацифитировать соглашение по Черноморскому флоту? Получается, Украине верить нельзя?

— В каждой стране есть разные контексты культуры. Но Украина поставлена в особое положение. Украина разорвана. Западная ее часть очень насыщена восточноевропейскими ценностями. Восточная и южная Украина — другая. Взять ту же Одессу…. Сказать, что то, что для Западной Украины приемлемо, а для восточной нет, это мало. Мы помним и 1939 год, и события, происходящие и в завершении войны, и в послевоенный период. Мы не решим этих противоречий, но мы должны сделать собственный выбор. Того же Бендеру… Я его считаю не только не героем — я его считаю преступником. Но я одновременно понимаю, что не сахаром посыпан на Западной Украине 1939-й год. Я представляю себе, если бы мои родители были в те годы расстреляны и что бы я сегодня говорил и думал. Украина разделена по очень болезненному признаку, и чтобы найти примирение, надо быть очень сильной личностью. А такой личности сегодня в Украине, увы, нет.

А если говорить о потеплениях в украино-российских отношениях, то здесь могут быть такие моменты, которые могут нас, мягко говоря, смущать. Я имею в виду, что иногда под маской дружбы, напротив, происходит отталкивание России от Украины, когда вопрос касается бизнеса и поведения украинских олигархов, чего не было при Ющенко, когда к тебе идут со словами дружескими, а на самом деле это не ради благополучия украинского народа, а лишь в интересах олигархических кланов. Здесь все не так чисто и прозрачно. Мне очень хочется, что бы все было иначе.

— Украина всеми фибрами души и прошлого и нынешнего руководства устремилась в Европу. Насколько, на ваш взгляд, совместимы по укладу своей жизни, по культурному мировоззрению, по вере, наконец, современная Европа и нынешняя Украина с ее правым и левым берегами?

— Я бы хотел, чтобы отношения между Россией, Украиной, Беларусью и Казахстаном строились на принципах Римского соглашения 1955 года о создании объединенной Европы. Только не бросался бы сломя голову копировать эти принципы, а сформировал бы общий рынок, общие институты власти. Мы бы имели государство если не федерального, то, по крайней мере, надфедерального устройства. Тогда каждая страна или регион, оставаясь со своими историческими амбициями и укладом жизни, были бы объединены общими идеями. Как та же Европа, объединенная идеей Римского права, католической религией, другими идеями.

А нас может объединять и православие, и общая история, и культура. А сейчас, пока этого нет, главное для нас — не вступать ни в какую конфронтацию, быть прозрачными в своих отношениях, создавать нормальные условия для всех национальностей, населяющих наши страны. Люди должны ощущать естественные условия, а не такие как, например, для русских в Крыму. Сегодня же другие отношения, тот же бизнес не национально ориентирован, а ориентирован на задницу жены. И вот это меня бесит. Пока мы не наведем порядок в нашей душе, все эти пожелания будут липой, а крымские русские будут находиться в загоне. Власть не хочет свободного открытого общества, а если оно состоится, то там совсем другие законы, регулирующие отношения между бизнесом и обществом, в таком обществе по-другому должна распределяться и прибыль.

В перспективе, если мы не создадим альянса цивилизаций, нас просто разорвет на этой маленькой планете под названием Земля. Я недавно вернулся из мусульманского Ирана, был в Китае, в Индии… Я не думаю, что мы пойдем вместе с Китаем, с Индией или прислонимся к арабскому Востоку. Я думаю что нас, Россию, Украину, Крым, волей-неволей прибьет к Европе. Потому, что наша культура — европейская. Это, в том числе, и культура романа, культура поэзии. Но с другой стороны, мы — самобытны. Поэтому в перспективе движение к Европе приобретет естественный характер. На постсоветском пространстве пока это является предметом спекуляции в попытке что-то получить от Европы. Это же относится и к Украине, и к Белоруссии. Но мы должны работать на европейскую перспективу, оставаясь при этом самими собой. Русские должны быть русскими, украинцы — украинскими.

— В свое время, в начале 60-х годов, один из ведущих диссидентов Андрей Дмитриевич Сахаров активно выступал за реабилитацию крымских татар и за право возвращения их в Крым. А сегодня, когда возвращение их практически завершилось, в многонациональном Крыму это едва ли не самый острый политический вопрос, и связан он, прежде всего, с тем, что крымские татары провозгласили своей целью создание национальной автономии, пусть и в далекой, по их словам, перспективе — и это при всем при том, что население Крыма преимущественно русское.

— Крымские татары — самая большая проблема Крыма. Эта проблема нагноилась и это почти, как Чечня, где в свое время тоже было допущено много ошибок. С Чечней это был позор, сначала военный, а теперь другой, когда Чечня получила больше, чем хотела. Фактически Чечня вышла за пределы Конституции при поощрении федеральной власти.

Возвращение крымских татар на свою родину было событием историческим. Национальные обиды накапливались еще с того момента, когда прописка крымских татар в Крыму была почти неразрешимой проблемой. А сегодня земельный вопрос, касающийся крымских татар, до сих пор не решен. С другой стороны, украинская власть стала спекулировать на проблемах крымских татар в обмен на поддержку в очередной избирательной кампании. И все равно ничего не решалось; нет нормального переговорного процесса, который является в многонациональном обществе признаком цивилизованных отношений. Поэтому активизация движения крымских татар и характер их требований будут возрастать. Это, кстати, и не только проблема Украины, но и России, которая долгие годы присутствовала и продолжает присутствовать в Крыму.

— Многие деятели культуры в недавние времена устремились в Госдуму. Тот же Кобзон, Говорухин, сейчас вот Расторгуев. Вам не хотелось бы вот так же порулить Россией?

— Мне глубоко несимпатична политика. Я вырос в семье дипломата, и многие известные политики, партийные деятели до сих пор остались в памяти. Ведь у политиков, как и бизнесменов, есть одна нехорошая черта: они работают на интерес, а не на общество. Я же как писатель работаю на общество. Через свои книги, через теле- и радиопрограммы я хочу заинтересовать моих читателей и слушателей — где они живут, чем живут. В своей телепрограмме «Апокриф» я всегда делаю акцент на русской культуре, русской литературе.

— Гражданское общество…. О нем с началом горбачевской перестройки говорили не счесть сколько. Вторили этому и в Украине, опять-таки, ссылаясь на Европу. Как вы думаете, оно, это гражданское общество сегодня сформировалось или мы также далеки от него, как были далеки со времен царя-батюшки?

— Сейчас идет процесс формирования гражданского общества и он, этот процесс, не зависит от политиков и власти, потому что это общество растет из частной жизни. Владимир Путин будучи президентом России заключил с населением негласный контракт: давайте, я буду вами править, а взамен вы получите свободу частной жизни. Вы не поверите, но последний период, когда была свобода частной жизни в России, относится к 70-м годам 18 века, когда Петр I издал указ, представляющий ограниченную свободу частной жизни дворянскому сословию. И вот пришел Путин — и появилась большая свобода частной жизни, она и есть основа нашего сегодняшнего гражданского общества.

— Что для вас Крым?

— Родственные связи, дом в Коктебеле, совершенно потрясающий воздух в том же Коктебеле, Крым — это совершенно незамеченный даже самими крымчанами бриллиант, Крым — это нечто такое…

[color=red]См. также:[/color]

[url=http://old.kr-eho.info/index.php?name=News&op=article&sid=4760&word=%D4%EE%F0%EC%E0%F2+%C0-3] Андрей Константинов: «Есть такая мечта — изменить мир» [/url]
[url=http://old.kr-eho.info/index.php?name=News&op=article&sid=4537] Дмитрий Киселев: Слово в устах украинского политика ничего не значит
ОТКРОВЕННО О ТВ, ЖУРНАЛИСТАХ И УКРАИНСКОЙ ПОЛИТИКЕ [/url]
[url=http://old.kr-eho.info/index.php?name=News&op=article&sid=4209&word=%CC%E0%EC%EE%ED%F2%EE%E2] Дмитрий Дибров: «Все это я сказал, чтоб вы поняли, как я глуп и самовлюблен»
ЕЩЕ ОДИН ГОСТЬ «ФОРМАТА А-3» [/url]
[url=http://old.kr-eho.info/index.php?name=News&op=article&sid=3946&word=%CC%E0%EC%EE%ED%F2%EE%E2] Владимир Мамонтов: «Крым держит высокую планку» [/url]
[url=http://old.kr-eho.info/index.php?name=News&op=article&sid=3734&word=%E3%EE%E2%EE%F0%F3%F5%E8%ED] Станислав Говорухин: Крым, ощущение неземного счастья [/url]

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

На подхвате у Крыма

Грач пообещал рассказать, как Джарты натравливает силовиков на оппонентов

Алексей НЕЖИВОЙ

«…А пироги печет сапожник»

Олег ШИРОКОВ