Крымское Эхо
Поле дискуссии

«Севастопольцы» уже не обороняются. Они смотрят, как мы отступаем

«Севастопольцы» уже не обороняются. Они смотрят, как мы отступаем

9 сентября 2020 года, в День Памяти русских воинов, павших в Крымскую (Восточную) войну 1853-1856 гг. и Первой обороны Севастополя (1854-1855 гг.), то есть в некий исторический период, который возможно когда-нибудь потом назовут «между первой волной и второй», наблюдая карантинные ограничения местных властей (негласный запрет «массовки» в ходе траурных мероприятий, маски на ВИП-участниках и прочая «атрибутика») вспомнил о былом.

На тему вируса-пандемии и памяти потомков

Еще при «оранжевом» президенте Украины В. Ющенко, в годах так 2008 — 2009-х, был в осенний сезон эдакий «свинячий» грипп. В этот же период русские соотечественники, руководители и активисты региональных русских организаций как раз планировали в Киеве свой съезд.

И вот, приезжаем делегацией из Тавриды на киевский вокзал, а нас в город со станции не выпускают со словами: «Карантин! Езжайте домой!»

Делать нечего, думаем о возвращении (билетов обратно, как логически следует из этого форс-мажора, тоже нет). Ноябрь, дождь, вечерний мрак…

Решительно садимся в первую же электричку и едем в южном направлении, в Днепропетровск/Екатеринослав. Получается, «на перекладных». Пока ехали — созвонились с живущими там товарищами. Так что по приезду нас там уже встречают.

Друзья, ночь, эпидЭмия, как говорил один из героев в «Кавказской пленнице» и главный на Украине любитель «глЭчиков». Так что алгоритм простой: супермаркет, пакеты, такси, компания, подготовка к ночной трапезе…

В этом городе на реке Днепре мы в первый раз, но знаем, что здесь есть Братское кладбище «севастопольцев» — защитников города-базы Черноморского флота в Первую оборону, умерших в екатеринославских госпиталях от ран и болезней. И слышали о проблеме — корыстных попытках со стороны очередных современных злодеев завладеть частью территории парка-погоста, посему настойчиво предлагаем хозяевам провести обследование состояния мемориала.

«Ребята! Мы первый раз здесь, давайте хоть город ночной посмотрим, а заодно проинспектируем стояние Братского кладбища-мемориала! Ведь там захоронено, по оценкам историков, свыше 25 тысяч человек!» Колоссальная по тем временам цифра; к слову, тогда в Екатеринославе проживало вполовину меньше постоянного населения.

Среди нас — секретарь комиссии Верховного Совета Крыма по увековечению памяти русских воинов, павших в Крымской войне; журналист-телевизионщик; общественник, руководитель Бахчисарайской районной организации (на территории района тогда активно восстанавливался Альминский военно-исторический мемориал, 1854 г.). В общем, люди в теме.

Днепропетровцы нам не верят, отвечают: «А у нас такого кладбища нет!» Не спорим — выезжаем. Через час находим в историческом центре объект.

Запущенность, арка на входе, отдельный объект культурного наследия, разгромлена (говорят, не восстановлена до сих пор). Это местные «быки» (бандиты, исполкомовцы и националисты вперемешку) таким образом расчистили дорогу КАМАЗам для строительства своих гаражей.

В общем, точечная застройка в парке-мемориале, как обычно при капитализме, да еще «при Украине-Ющенко», да на «русском кладбище»…

В центре сквера видим в темноте холм, каменную кладку, ступени, скромный (характерный по стилю для Крымской войны) обелиск и сохранившуюся чугунную табличку у его подножия примерно с такой надписью: «Отлита в честь 100-летия событий, в 1955 году, трудящимися города. Слава воинам-защитникам!».

Помолчали, перекрестились…

Вернулись к машинам, а затем в скучающую без нас теплую компанию.

Ранним утром поехали на вокзал, сели в электричку до Запорожья (там – до Джанкоя и вот он, родной Симферополь). Вернулись.

Прошел примерно год. Узнаём, что наши друзья, проникнувшись исторической экскурсией гостей по их родному городу, создали условия: напрягли власти, СМИ, общественность, толстосумов, бюджет. В общем, изыскали средства: астрономическую для такого некоммерческого повода и в столь сжатые сроки сумму — около миллион «убитых енотов». И вскоре, на удивление, полностью восстановили мемориал (правда, без арки)!

А в конце следующего лета туда уже приехал предстоятель нашей церкви Патриарх Кирилл.

Прибежали тогда к нему местные «януковичи» (Федорович тогда уже рулил). Выставили почетный караул из военных. Пригласили «на парад» меценатов и реставраторов, интеллигенцию-общественность, студентов-школьников. Затем какое-то время там даже почитали 9-10 сентября — ежегодные Дни памяти (как это уже традиционно проводится в Севастополе, Крыму).

К чему, спросите, этот короткий очерк? Эпидемии, карантины дают нам порой такие возможности, которые мы сразу не осознаем. А по остроте восприятия эти чувства и воспоминания остаются в памяти на всю жизнь. Сколько нам Бог её даст…

«Погибли за Севастополь»

Кроме внушительного мемориала в Екатеринославе/Днепре-Днепропетровске аналогичные места поклонения — Братские кладбища, братские могилы, отдельные захоронения «севастопольцев» — остались на материке почти во всех главных городах Новороссии: Одессе, Николаеве, а также в Херсоне.

Примечание: в том самом Херсоне, где буквально на днях сбушники посадили в СИЗО «за измену» учительницу русского языка, кандидата педагогических наук и руководителя общества русской культуры Татьяну Кузьмич.

Есть такие места и в городках помельче — как, например, в приграничном сегодня Геническе.

Придется сразу огорчить читателей: в Геническе (заштатном городке бывшего Мелитопольского уезда Таврической губернии Российской империи) памятник не сохранился. Он был уничтожен фашисткой авиацией в 1941-м, при вражеских воздушных атаках на наши зенитки, прикрывающие тогда мост на наш полуостров через озеро Сиваш (снова — к тому же Севастополю, как и в Крымскую).

На центральной улице Геническа, этого курортного местечка местного значения, возле усохшего в годы перестройки Фонтана Дружбы, почти напротив краеведческого музейчика, есть пара сохранившихся зданий — бывших военных госпиталей. Там же, в историческом центре городка – старинный православный собор Рождества Пресв. Богородицы, горевший в ходе военного лихолетья ХIХ в. от бомбардировок англо-французской эскадры, прибывшей в Азовское море для диверсий (а заодно, если получится высадить десант – грабежей).

Местные краеведы пишут, что в Геническе тогда же спасались от супостата (размещались в эвакуации) «феодосийские присутственные места», бежавшие в тыл (как казалось поначалу – «глубокий и надежный»), похоже, прямо по Арабатской стрелке…

Примечание: так как «по линии самостийных властей», желающих «воспевать имперский период» в самом городе, районе и всей Херсонской области не нашлось, лет десять назад москвичка С.Е. Павлова, неоднократно ранее гостившая в Геническе в летние периоды, очевидно, имея историческое образование, упорство и желание поработать в столичных архивах, написала занимательный очерк о периоде Крымской войны, событиях в городе в 1854-1855 гг..

Кстати, на «Генгорке» (Генической, надо понимать), что находится на «стрелке», напротив города, то есть, получается, уже на крымской земле, предположительно для разметки «Путешествия в полуденный край России» Екатерины Второй (Великой) в 1778 году, к моменту вояжа императрицы была выстроена «Екатерининская миля». Но это уже – иная история…

Единственный в Российской империи памятник рядовому Русской армии установлен в Альминской долине

Тогда же, 10-12 лет назад, получается, что и в период «екатеринославско-днепропетровской эпопеи», особенно на фоне первого успеха, у крымчан была попытка восстановить в Геническе хотя бы памятник над Братской могилой, где покоятся свыше 500 «севастопольцев».

Вначале рассчитывали на возможности и связи уроженца Геническа А.А. Бабанина, бывшего тогда ректором Медуниверситета (не вышло, тот заделался «оранжевым», обращаться к нему поостереглись). Затем сделали несколько выездов к мэру Геническа («имярек»), но тот был вечно пьян, причем, как говорили каждый раз, потупив глаза, его подчиненные — «в стельку».

Вскоре «засветило Солнце регионам» — но «сине-голубые» оказались иезуитами: они начали энергично все «дорабатывать, додумывать и предлагать»; вначале – перенести предполагаемый памятник к музею, на центральную, мол, «артерию»; потом – построить монумент на месте фонтана (но, чтобы уничтожить «дружбу», требовалось, по определению, «мнение народа», да на сходе граждан, а этого, мол, нет)…

Предложение установки, хотя бы временно, деревянного креста на Братской могиле «севастопольцев» (примерное место которой указывали городские старожилы, помнящие примерное расположение памятника, существовавшего до начала Великой Отечественной войны) отбраковывалось как «не точное».

Одна из Братских могил на Альме

А чтобы повесить памятные таблички на здания госпиталя (как это ежегодно делалось, например, в Симферополе, где этих горестных мест было около сорока), нужно было согласовывать где-то «на самом верху». Вскоре последовали претензии власть имущих к общепринятой для эпохи фразы «русские воины» (к первому слову), а затем, с подачи вездесущих экстремистов из меджлиса-курултая*, и вообще ко всей «затее», к тому же «из АРК».

В общем, футболили память защитников Отечества местечковые избранники, как могли!..

Война в Крыму — весь Крым в дыму

В общем, в одно и то же время, примерно на одном и том же общественно-географическом ландшафте вызрели абсолютно противоположные результаты.

Поэтому в качестве выводов, которые мы сделали тогда и чтим до сих пор в качестве перманентной аксиомы, остается вечный вопрос о кадрах. Особенно с учетом того факта, что актив соотечественников до 2014 года стареет, растет понимание, что на смену нам должны прийти те, кто проникся историей своего Отечества. Хорошо, чтобы это произошло у молодой смены. Неплохо, если под знамена, и не по принуждению, встают зрелые люди…

Свято-Никольский храм на Братском кладбище в Севастополе

Для работы с массами вроде бы всё есть, особенно в современном российском Крыму. Не хватает очевидной «малости» — системности.

Вновь, как будто мы в ситуации до 2014 года, оказываются не готовы (не скорректированы) нормативные и распорядительные акты, определяющие порядок организации и проведения Дней памяти.

Лития на Братском кладбище в Севастополе

Как и раньше нет координации с «самостийным» Севастополем, ядром той самой обороны. Половина республиканских СМИ имеет в графике намерения «осветить мероприятия», половина – нет. Нет сегодня, по сути, и какой-либо серьезной (системной) издательской программы, нет внятной информации о просветительских акциях (соответственно не слышно уже о книжных и иных выставках). Нет штаба (а раньше был, причем, не столько из чиновников, сколько из актива соотечественников).

Соответственно нет и масштаба!..

Кроме дежурных упоминаний и коротких «новостишек» что-то интересное (или, не дай бог, новое) о далеких, но столь волнующих событиях, которые когда-то приковывали внимание всего мира, даже из Сети уже не вытащить!

Севастопольские реконструкторы

И слово «пандемия» здесь уже порой — как «спасительная микстура»… И все чаще в эфире, замечаю, с нашей стороны, «информационная война», вместе с «гибридной» (собственно, как и наяву) — это удел лишь «партизан» и «добровольцев»!

В общем, поэтому мы зачастую вместо наступательной позиции обороняемся, где у нас «есть что сказать», — отступаем. А попадаем в резонанс лишь там, где надо промолчать.

В том числе – и в дни Памяти, на братских воинских погостах!

Делов-то…

Фото из архива «Крымского Эха»,
Сергея Горбачева
и из открытых источников


* Запрещенная в РФ организация

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 5 / 5. Людей оценило: 4

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Революция, о необходимости которой всё время…

Чужие

Игорь НОСКОВ

Отравленные Семена крымская земля уже не примет

Евгений ПОПОВ