Крымское Эхо
Блоги Севастополь

Огонь, вода и трубы

Огонь, вода и трубы

Пройти огонь, воду и медные трубы севастопольцам вместе со своим родным городом пришлось неоднократно в различные героические годы и периоды лихолетья. Защита от врагов, возрождение из пепла — всё это было.

Ну а что было в 90-е годы? В это время была оборона от безводья!

Вода — главное богатство природы в обеспечении жизни людей. Так вот этого богатства севастопольцам досталось, с одной стороны, много: море вокруг, есть несколько речек (Кача, Чёрная, Бельбек и пр.), много водоёмов, несметные кладовые подземных вод, а с другой стороны — невозможность обеспечить жизнедеятельность города и людей пресной водой, увы… Мирная, но война.

Водой Севастополь обеспечивало Чернореченское водохранилище, Орловский подземный водозабор, несколько небольших водоёмов и артезианские скважины — вот, собственно и практически все источники. Главный, естественно — Чернореченское водохранилище.

Начало 90-х годов прошлого столетия было крайне неблагоприятным по погодным условиям: практически полное отсутствие снега зимой и дождей весной и летом. И так три года (1991-1993 годы) подряд. Чернореченское водохранилище не было заполнено даже наполовину (полное наполнение — немногим более 60 млн. кубометров), и, так как не пополнялось, стало очевидным: к осени, несмотря на режим строжайшей экономии (воду в дома подавали на два часа в сутки по графику), водохранилище опустеет, и город останется совсем без воды.

Рассматривались разные варианты выхода из чрезвычайной ситуации: доставка воды танкерами, задействование всех водоёмов (Гасфортского, Орлиновской долины и др.), оборудование туалетов во дворах всех домов, бурение скважин, подача днепровской воды, установка опреснителей.

Надо отметить, что в это время было очень сильным движение «зелёных», которые организовывали пикеты, митинги против подачи днепровской воды. Я тоже понимал, что днепровская вода, конечно, не самого лучшего качества: чтобы попасть к нам, она проходит через часть России, Белоруссии и Украину, собирая по пути всё, что только можно: в реке купаются люди, животные, в реку сливают стоки и заводы, и фермеры.

И вот летом 1991 года стало ясно, что нужно немедленно, дабы не нажить беды, принимать решение. В водохранилище остался мёртвый запас, около 5 млн кубометров воды, и она практически перестала самоочищаться, так как водоросли и рыба гибли от полного отсутствия в воде кислорода и других необходимых для их питания веществ.

Угроза эпидемии нависла над городом реально и надвигалась неотвратимо. Я и моя команда понимали огромную ответственность, которая ложилась на наши. Специалисты-профессионалы, учёные, проанализировав все возможные и невозможные варианты, пришли к выводу, что проблему можно решить, только подав в городскую водопроводную сеть днепровскую воду.

Их мнение поддержали члены Президиума горсовета и исполкома, а также Совет ветеранов и руководство Черноморского флота. С их мнением я согласился и вынес вопрос о возможности подачи днепровской воды на внеочередную сессию горсовета, на заседание которой был приглашён весь актив города. Но прежде, чем голосовать в зале, мы все сели в автобусы и отправились на Чернореченское водохранилище — для наглядности.

Картина предстала совсем не радостная. Воды практически уже не было. Прибыв обратно в город, где-то в 14-00, открыл сессию, и тут начались такие горячие споры и дебаты, что я, видя возможный провал решения о подаче в город днепровской воды, так как страх от её возможно плохого качества парализовал даже депутатов, закрыл сессию и заявил, что я беру на себя персональную ответственность и принимаю решение о подаче в город днепровской воды. И тут же приказал соответствующим службам обеспечить его выполнение.

Меня поддержали, ибо другого пути никто не видел, да его, собственно, и не было. Срочно, в авральном порядке, стали достраивать стационарный водовод, очистные сооружения на Межгорном водохранилище и начали подготовку городских сетей и оборудования к приёму днепровской воды.

Пока же совместно с Черноморским флотом (больше даже силами их специалистов) были проложены две временные нитки трубопроводов (трубы предназначались для использования при ведении военных действий и взяты были из мобилизационного резерва), и воду пустили по ним. Так город был спасён от большой беды, связанной с безводьем.

Я крайне признателен и сейчас, по истечении стольких лет, тем должностным лицам — моим заместителям Эдгару Костоломову и Леониду Жунько, начальнику Управления ЖКХ Вячеславу Горбатову, директору водоканала Игорю Пучкову, командующему ЧФ адмиралу Хронопуло М. Н. и его подчинённым — за ту огромную работу, которую они организовали и проделали, чтобы в короткий срок решить жизненно важную для людей и города водную проблему.

Я искренне благодарен людям, которые непосредственно организовали практическое выполнение задачи, и спасибо всем севастопольцам, кто отнёсся с пониманием к такому решению. Ну и, чтобы остался позитив от вышеизложенного, хочу сказать, что мы, и я лично, дали возможность выбора севастопольцам в использовании воды.

В экстренном порядке в короткий срок почти в каждом дворе были пробурены артезианские скважины и установлены водоразборные колонки. Особенно хорошо эта работа была организована в Гагаринском районе, руководил которым Виктор Кирюнников, да и в Ленинском неплохо организована была «колонконизация» — руководитель района Владимир Головин.

Кроме того, постоянно развозили по дворам питьевую воду водовозками. Естественно, в первую очередь обеспечивали водой школы, больницы и др. общественно значимые объекты.

Людям был дан выбор. Главное, как мне кажется, всегда и по любому вопросу человек должен иметь право выбора. Я в этом убеждён. И севастопольцы его получили, и это оценили.

***

Решив как бы сиюминутную проблему обеспечения города водой, я понимал, что её надо решать капитально. В Севастополе на самом высоком уровне, с привлечением науки и проектных институтов, проводились совещания под моим председательством. Было принято решение: поднять ещё на три метра дамбу на третьем гидроузле и от образованного достаточно вместительного водозабора проложить ещё одну нитку водовода диаметром около метра, установить дополнительные перекачивающие насосы и строить резервуары-накопители.

В первую очередь — в интенсивно развивающемся Гагаринском районе (кстати, мы их построили, и я живу теперь прямо рядышком с ними). Кроме того, рассматривались несколько вариантов строительства водосборников-хранилищ для сбора и хранения воды, ведь в паводки миллионы кубов воды бесполезно сбрасываются в море.

Приведу пример дальнейшего бесхозяйственного отношения к выполнению принятых решений водообеспечения. С целью их выполнения были закуплены тысячи метров труб большого диаметра. В то время их прекратили выпускать, и мой тогдашний заместитель Жунько Л.М. специально неоднократно ездил в г. Харцызск и решил проблему поставки этих труб.

Их начали поставлять в Севастополь и укладывать в землю, образуя мощный водовод. Потом судьба распорядилась так, что президентом Кравчуком Л. М. я был снят с должности. Работу мой преемник Виктор Семёнов не продолжил, ну а так как в 1994 году засуха закончилась, трубы в огромном количестве были разворованы, и ответственности за миллионные затраты никто, к великому сожалению, так и не понёс.

Думаю, что к водной проблеме, кто бы ни находился у руководства, нужно вернуться капитально. Бог нас миловал, и почти десятилетие мы не знали проблем с наполнением водохранилища. Правда, уже в 2014 и в 2016 годах природа сделала предупреждение, что не надо расслабляться с водной проблемой, а надо решать её, не ожидая катастрофы.

Да и ещё дикое по-своему значению решение украинского руководства о перекрытии подачи днепровской воды… Ведь Днепр берёт своё начало в России, наполняется в Белоруссии, т.е. вода Днепра это как бы общее достояние. Ну да ладно, Бог им судья! Будет она, водная проблема, решена как в Севастополе, так и в Крыму. Не дождутся супротивники нашей водной беды! За нами Великая Россия.

***

Ну а чтобы отвлечь вас, приведу один казусный пример, связанный с моей семьёй. Люди помнят, какие в то время страсти пылали вокруг вопросов, связанных с водообеспечением, и какие очереди были у водоразборных колонок. Так вот, однажды депутат горсовета Евгений Синебоков так настроил и возбудил людей у колонки рядом с домом по ул. Юмашева, где жил я и моя семья, говоря, что Ермакову проведён отдельный водопровод со специально очищенной водой, что толпа (в основном, женщины) ринулась штурмом брать мою квартиру с целью проверить этот факт в реальности.

Квартира располагалась на четвёртом этаже обычной пятиэтажки. Дома, естественно, была только жена с ребенком (младшему сыну было немного больше года), который спал. Разъярённая толпа начала стучать в дверь, греметь вёдрами, требуя показать отдельный водовод.

Жена попросила людей вести себя потише, сказав, что дитя спит, но, подстрекаемые и перевозбуждённые страстным желанием увидеть и раскрыть «преступление века», люди были непреодолимы. Жена всё же показала им набранную, как у всех, ванну с водой, обычные краны и трубы. Сын проснулся, расплакался. Разочарованные «штурмовики» притихли.

И вот тогда из своих квартир вышли соседки с половниками, набросились на Синебокова и других «демократов» и разогнали их.

Были и такие моменты. Я вообще-то даже рад, что такое произошло. Люди увидели, что руководитель города и его семья живёт в такой же квартире и с такими же удобствами, как и они. Молва сразу же разнесла это событие по «домам и весям», и люди успокоились, поняв, что беда — она «на всех одна», и выход из неё один: совместно решать проблему в целом.

***

А как же «заявленный» в названии «огонь»?

В быту — это свет, газ, дающий и поддерживающий огонь, превращая его в горячую воду, тепло в квартирах и домах, возможность готовить пищу, работать предприятиям и пр.

В начале 90-х годов обеспеченность газом была тоже одна из тяжёлых и до конца не решённых проблем. Тогда потребление газа составляло более 2 млн. кубометров в сутки. Сейчас всего где-то около 700 тысяч кубов (может, я ошибаюсь в цифрах, но ненамного).

Хочу сразу же отметить, что лимиты газа для Севастополя выделяли в то время в полном объёме, беда была в другом: Севастополь был конечным (тупиковым) потребителем газа, и пока он доходил до города, по пути его разбирали, и нам его хронически не хватало. Особенно это чувствовалось зимой. Давление газа падало ниже положенного, котельные отключались, предприятия прекращали работу, люди в квартирах оставались без возможности приготовить еду и обогреться.

Проблема становилась угрожающе опасной. О ней знали на самом высоком уровне. Достаточно сказать, что в один из таких зимних моментов тогдашний президент Украины Леонид Макарович Кравчук отдал распоряжение руководителям «Нафтогаза» лично быть в Крыму и регулировать подачу газа, обеспечивая его поставку в Севастополь.

Я лично неоднократно бывал в Киеве и еще чаще в Симферополе, разрешая эту газовую проблему. Доходило до того, что отключали потребителей газа в Бахчисарае, Гвардейском и других районах Крыма, чтоб Севастополь мог получать газ в нужном объеме.

Помогало мне и то, что был заместителем председателя Верховного Совета Крымской республики и, кроме того, был в очень хороших отношениях с её руководителями. А учитывая то, что глава Крыма Н. В. Багров тепло и с любовью относился к Севастополю, проблему удавалось решать и удерживать под контролем.

Но тем не менее, для крымчан безусловно своя рубашка была ближе к телу. Поэтому иногда приходилось прибегать и к крайним мерам. Однажды, когда ситуация стала совсем критической, я принял решение и отправил взвод «Беркута» на газораспределительный узел в Глебовку с приказом держать «наш кран» открытым и не подпускать к нему никого. Дальше я пригрозил, что попрошу помощь у ЧФ и тогда мы на каждой газовой задвижке поставим посты морской пехоты.

Это вызвало бурную реакцию руководства Крыма. Доложили о моём “партизанстве” в Киев, но тем не менее проблема для Севастополя была разрешена, и мы были обеспечены газом. Я понимаю, что это уже был перебор, в какой-то мере детские забавы, но я себя за это не осуждаю, ведь я действовал в интересах севастопольцев и Севастополя, а его честь и достоинство защищали наши прадеды ценой своих жизней. Ну а мы — как могли.

Потом мы вместе с руководством соответствующих организаций прорабатывали различные варианты решения проблемы подачи газа в Севастополь, в том числе прокладку второй нитки газопровода, отдельной от крымской, прокладку газопровода через бухту с Северной на Южную сторону и т.д. И я откровенно рад, что моими преемниками данная проблема практически решена. Были бы деньги…

***

Ещё одна проблемная история — это обеспечение города электричеством. В начале 90-х на Украине и в Севастополе началось веерное отключение электричества. Это приводило к нервному восприятию данного явления всем населением города и особенно работниками промышленных предприятий. Не буду расписывать, как решалась данная проблема, но с помощью переговоров и настойчивости мы не знали такой, как другие регионы, тяжести этой проблемы, и в беду нашу она не превратилась.

Я хотел бы сказать за это большое спасибо людям, которые отвечали за решение задачи и решили её с достоинством.

Говоря об огне, воде и трубах, не могу не остановиться на таком аспекте, как проблема качества городских дорог. Надо отметить, что оно на начало 90-х было удручающим. И вот я, мои соратники и помощники поставили себе амбициозную задачу: заменить дорожное покрытие на всех центральных улицах и дорогах за пятилетку.

Учитывая трудности финансирования — это была поистине сложная задача, но мы ее довольно успешно решили. За три года было заменено и отремонтировано дорожное покрытие на улицах Острякова, Ревякина, Горпищенко, по кольцу города, объездная Камышовская дорога и т. д.

Единственная дорога, к которой не успели даже приступить — это Камышовая, центр. Я доволен, что хоть с 2014 года, практически с момента воссоединения с Россией, дороги и тротуары на глазах преображаются и становятся отвечающими требованиям к ним на европейском уровне. Думаю, что если бы мы оставались в составе Украины, вряд ли это было бы возможно. Деньги ведь вкладываются в это направление хозяйства не виданные досель.

А трасса «Таврида» — это чудо дорожное европейского уровня! К слову, теперь до Симферополя можно доехать менее чем за час, как и до аэропорта. И даже без нервотрёпки.

Дороги постоянно требуют внимания, денег и пр. И я хочу отметить, что в Севастополе к дорогам и после начальных 90-х годов руководители относились с должным вниманием.

Я изложил своё видение некоторых проблем и их решение в исторический момент с 90-х уже прошлого века. О состоянии данных проблемных моментов настоящего периода напишу немного позже.

Каждый прочитавший, возможно, видит изложенное как-то по-своему, но это же ведь право каждого, и это правильно.

Будьте здоровы и живите богато!

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 1 / 5. Людей оценило: 1

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Пора возродить церковь Александра Невского

Иван ЕРМАКОВ

Война будет холодной, но беспощадной

Исторический день

Дмитрий СОКОЛОВ