Крымское Эхо
Архив

Дмитрий Киселев: Слово в устах украинского политика ничего не значит

Дмитрий Киселев: Слово в устах украинского политика ничего не значит

ОТКРОВЕННО О ТВ, ЖУРНАЛИСТАХ И УКРАИНСКОЙ ПОЛИТИКЕ

В рамках международного медиа-проекта Формат А-З популярный российский журналист, которого хорошо знает крымский зритель по его работе на канале ICTV и джазовому фестивалю в Коктебеле, Дмитрий Киселев прибыл в Крым, где встретился с журналистами и общественностью автономии. В ходе своего однодневного визита Дмитрий Киселев согласился дать эксклюзивное интервью интернет-изданию «Крымское эхо».

— Первый вопрос, который я вам, Дмитрий, задам, он не от меня, а от вашей поклонницы и тоже журналиста, которая, узнав о предстоящей с вами встрече, попросила поинтересоваться, какими путями вы пришли в украинское телевидение и какими путями оттуда ушли?

.

Дмитрий Киселев


Дмитрий Киселев: Слово в устах украинского политика ничего не значит
— Все было довольно прозаично. Николай Княжицкий был нашим еще молодым и начинающим корреспондентом, когда я работал на ТВЦ, и когда на IСTV решили переформатировать канал из чисто развлекательного в канал с новостной службой, Николай позвонил мне и предложил провести с журналистами семинар. К тому времени у меня на ТВЦ была своя ежедневная программа. Я согласился, приехал и провел несколько семинаров. А тут мне предлагают: давай оставайся, будешь у нас работать. Я в общем-то и не планировал, но предложили хороший контракт, от которого трудно было отказаться, да и новое дело заинтересовало. Решил, поеду года на два в Киев. Но был 2000 год, и тут в Украине события начались такие, как исчезновение Гонгадзе, все понеслось стремительно, водоворот событий, оранжевая революция — и получилась не пару, а все пять лет. Через год после оранжевой революции всем стало понятно, что это такое. Понятно стало и Европе, и России, и Украине. Я вернулся домой. Для меня это был важный, красивый, профессиональный период в мой жизни, с тех пор я и прикипел к Украине.

— А теперь вопрос тоже о пришлых в украинскую журналистику. Я говорю о Савике Шустере и его телешоу «Свобода слова».

— Что касается «Свободы слова», а именно под этим названием Савик ведет свою программу, то название программы придумал в свое время я, и под таким названием, но несколько в другом формате выходила программа на IСTV. Там за столом сидели несколько журналистов, не было зрительской аудитории. И когда я потом Савику позвонил и задал вопрос по поводу названия, тот ответил примерно так: «Взял, ну и взял…». В то время мы авторские названия не регистрировали… Савик Шустер профессиональный человек, экзотический человек и как бы специальный персонаж в журналистике, у него было много ярких страниц в биографии. Например, не все знают, что в период афганской войны он, будучи в Афганистане издавал фальшивую газету «Красная звезда»…

На встрече с журналистами
и общественностью

Дмитрий Киселев: Слово в устах украинского политика ничего не значит
— Работая на украинском телевидении, как вы относились к такому явлению, как беседа одновременно на двух языках, украинском и русском? Есть ли нечто подобное на телевидении других стран?

— В Скандинавии такое приходилось наблюдать. Один говорит на норвежском, а его собеседник — на шведском. Поскольку у меня первый по образованию язык норвежский, я десять лет вел на иновещании радиопрограмму на норвежском языке и поэтому знаком с этим хорошо. В Скандинавии эти близкие языки позволяют спокойно общаться как бы на разных языках одновременно и без переводчика. При этом в силу множества диалектов не все это понимают. На Украине же все хорошо владеют и русской речью, и украинской. Если же говорить о таком явлении, как двуязычие в одной программе в варианте украинского телевидения, то здесь вопрос стоит скорее о вежливости. Принято говорить на том языке, на котором удобно говорить собеседникам. Вежливость состоит в том, чтобы не доставлять и собеседнику и телезрителям неудобства. Понимая подтекст вопроса, скажу так: любой национализм саморазрушителен, и никому в мире он еще не помогал, он ведет к самоизоляции, и сейчас это уже контрпродуктивно. Люди говорят на том языке, который им удобен, и смысл общения не в демонстрации чего-либо. И, возвращаясь к вопросу о вежливости: можно ведь не наступать на ноги, а можно и специально наступать…

— Что вас удивило в череде последних событий в Украине?

— Меня привлек внимание сюжет о заместителе министра охраны природы и окружающей среды, который уволен за взятку. Я задаюсь вопросом: а что же будет дальше? Ведь это преступление, и замминистра не только не должен работать в правительстве, но это должно и караться! Преступник должен сидеть в тюрьме… Коррупция — наша общая беда, как в России, так и в Белоруссии, так и в Средней Азии. Ее надо искоренять разными способами, в том числе и судебным преследованием.

Второе, что привлекает мое пристальное внимание, — это шаги нового правительства в сфере образования. Имею в виду прежде всего введение внешнего независимого тестирования на пяти языках — русском, украинском, крымскотатарском, венгерском, румынском. Мне кажется, что такое решение очень сильно подчеркивает многонациональность и поликультурность украинского общества, что на самом деле значительно укрепляет государство. У многих, как говорится, отлегло. Ведь тестирование на одном языке многих детей, если не половину, отсекало от высшего образования. А Украина не так богата, чтобы позволить себе такую роскошь — половину талантливых людей отлучать от перспективы получать высшее образование. Это очень сильный шаг, и в этом, я считаю, большая заслуга министра образования Дмитрия Табачника. Я очень уважаю этого человека.

И, конечно же, волнуют вопросы отношения с Россией. В России простые люди вздохнули с облегчением, и я должен подчеркнуть, что эти простые люди испытывали большой дискомфорт из-за того, что между Россией и Украиной фактически не было все эти годы отношений. И даже невозможно было представить, чтобы офицеры украинской армии воевали на стороне Грузии и с их помощью, с их участием сбивались российские самолеты. В кошмарном сне такое не могло присниться, что мы когда-то будем смотреть друг на друга через прицел.

Дмитрий Киселев: Слово в устах украинского политика ничего не значит
И делалось это, прямо скажем, иезуитскими методами. По указанию Ющенко украинских офицеров выводили за штат, а потом они как вольноопределяющиеся, якобы по своему желанию убывали в Грузию, На самом деле им говорили примерно так: либо за бесплатно в Западную Украину поедите ликвидировать последствия наводнения, либо — за деньги в Грузию. И они вынуждены были выбирать, хотя я не уверен, что от такого выбора у них остались приятные воспоминания и они, конечно же, стыдятся об этом рассказывать.

Крым для всех россиян очень важен. Само слово Крым оказывает на нас какое-то магическое воздействие. Решение по Черноморскому флоту вообще трудно переоценить. А настроение у нас в России было такое, что как бы там ни было, а флот в Севастополе останется навсегда. И хорошо, что это произошло вот таким образом.

— А что, могло быть и другим образом?

— Я говорю всего лишь о настроениях в обществе…

— А как вы расцениваете позицию лидера ЛДПР Владимира Жириновского, который выступал против ратификации Харьковских соглашений, предупреждая своих коллег по Госдуме о том, что доверять украинским политикам опрометчиво и дорого стоит?

— Я понимаю, что имел в виду Жириновский. Поскольку в отношениях с Украиной мы обжигались неоднократно. Ну, а что делать? Нет другого варианта. Не доверять — значит продолжать разрушать отношения. На мой взгляд, нужно постоянно строить отношения, и это дает шанс на их развитие. Конечно, есть всегда червячок сомнения, но при всем при этом строить отношения надо, а чтобы не было чего-то неожиданного, надо стремиться закреплять характер этих отношений правовым способом.

— В продолжение темы хотел бы напомнить, что Украина, заявив об отказе вступать в НАТО, тем не менее, продолжает активно выполнять так называемую годовую национальную программу интеграции в этот альянс. И это опять вопрос к заявленным намерениям быть внеблоковым государством.

— На мой взгляд, внеблоковый статус Украины отвечает настроениям и пожеланиям большинства украинского народа. Политики — и оранжевые, и нынешние — все время говорили о том, что вопрос о внеблоковости будет решаться на референдуме. Ну так решайте! Тем более новый закон в первом чтении о референдуме уже принят. А мировая практика проведения референдумов такова, что можно проводить референдумов по одному и тому же вопросу сколько угодно раз. Можно было провести референдум с такой постановкой вопроса: а не внести ли нам внеблоковый статус Украины в Конституцию, что значительно выше, чем обычный закон, поскольку изменения в Конституцию закрепляются конституционным, а не обычным большинством? Это было бы надежнее, чем прописать внеблоковость в законе, что выглядит полумерой, что неспокойно для людей, которые привыкли планировать свою жизнь на долгий срок.

Дмитрий Киселев: Слово в устах украинского политика ничего не значит
— Тема встречи с журналистами и общественностью Крыма обозначена как «Национальные интересы России и Украины: в чем их совпадение и в чем расхождение». А я вас хочу спросить о национальной идее. Наши отечественные политики который год уже бьются над ее формулировкой и все равно получается нечто такого набора: Тарас Шевченко, незалежность и… без России. Ну, еще и европейский образ жизни туда же вставляют. Нужна ли вообще на ваш взгляд национальная идея, и что об этом говорят в России? Есть ли у России национальная идея и если то в чем она? Может ли национальная идея стать общей для наших стран?

— Безусловно, без идеи жить обществу нельзя. Нужна объединяющая ценность. Сейчас, к сожалению, таких объединяющих ценностей очень мало. Ценности царских времен были разрушены советской властью, а ценности, предложенные обществу в советский период, разрушены с развалом советского государства. А новых ценностей я назвать, к сожалению, не могу. Та же демократия. Для одних она — ценность, для других нет. Даже дети в наше время перестали быть ценностью, поскольку если бы это была ценность, то не было бы ежегодно полутора миллионов абортов в России. То же самое в процентах и на Украине. У нас даже природа перестала быть ценностью, если говорить об отношение к ней людей.

У нас честность не является ценностью, поскольку воровство и коррупция просто зашкаливают. Национальной идеей мог бы стать призыв Александра Солженицына жить не по лжи, не воровать, жить достойно, беречь себя и нацию. И тогда у нас совсем по-иному пойдет жизнь. Это состояние должно быть на уровне внутреннего закона, никакие внешние законы здесь не помогут. Но ведь все это сформулировано в православии, там все заповеди есть. И православие как становой хребет отечественной культуры должно занять достойное место в нашей жизни.

— Это и будет объединяющей идеей для России и Украины…

— Это и будет. Но нельзя не иметь в виду и мусульман с их традиционной религией. С ними всегда был мир, мы на протяжении столетий научились жить в мире и согласии.

Дмитрий Киселев: Слово в устах украинского политика ничего не значит
— Как вы попали в журналистику?

— Я не знал точно, кем мне быть, но всегда хотел воздействовать на других людей либо принимать активное участие в жизни страны. Такие вот были позитивные устремления. Поэтому я хотел быть либо дипломатом, либо журналистом, а поскольку точного выбора не было, потому и выбрал гуманитарное направление в образовании. Закончил филфак Ленинградского университета, с третьего курса я понял, что хочу писать и уже писал в газеты, потом работал на радио, вещал на норвежском языке, ну и все дальше пошло именно в том направлении, что было связано с журналистикой.

— О вас пишут, что вы лучший интервьюер России? Поделитесь опытом! Вы ведь берете интервью у президента России, у глав государств, у мировых знаменитостей…

— Важное место в этом деле занимает подготовка к интервью. Кто ясно мыслит, тот ясно излагает. Вы должны представлять, что вы хотите спросить и что вы хотите услышать.. Интервьюер на 70 процентов знает ответы. И если он их еще не знает, то он их должен знать до разговора с собеседником. Нужно идти на интервью с хорошим настроением, и брать интервью с настроем, что этот человек лучше, чем вы о нем думаете. И это сложно. Трудно возвысить Святейшего Патриарха еще выше, чем он есть. Патриарх Кирилл — блестящая личность. Но если постараться это сделать, и если это получится, это будет большой журналистский успех — открыть своего собеседника настолько, открыть такие высоты в нем, которых он и сам в себе не ожидал. И если вы идете на интервью, то вы должны позаботиться о том, чтобы раскрыть красоту и глубину этого человека. И вам скажет спасибо не только этот человек, но и зритель, для которого вы готовили это интервью. Потому что и читателям и телезрителям надоела эта грязь вокруг, эта мелкотравчатая зависть, брюзжание, надоела эта желтая журналистика. Все это стало вызывать омерзение и к сожалению влияет на отношение общества к профессии журналиста. То же о чем я говорю, востребовано. Есть у общества такой запрос.

К интервью нужно очень серьезно готовиться и ставить вопросы, в которых есть проблемы, интрига, а не просто изложение сюжета. Ведь недаром говорится, что люди необразованные обмениваются сюжетами, а образованные — мыслями. Так вот, надо так поставить вопрос своему собеседнику, чтобы эти вопросы заставили его думать в кадре. Надо найти такие сопоставления или противоречия, чтобы он, размышляя, раскрывал ход своих мыслей, свои аргументы, свои ценности. Я уже не говорю о том, что интервьюер должен быть доброжелательным, вежливым. Вся это должно создавать комфортность в разговоре, в общении.

Дмитрий Киселев: Слово в устах украинского политика ничего не значит
— Порой в газетных интервью звучат в адрес своих оппонентов довольно нелицеприятные оценки, которые на грани непечатных слов. И в то же время журналист, не соглашаясь с такой оценкой, все же их печатает. Может, он это делает, руководствуясь тем, что-де, слово не воробей, и что сказано, то сказано. Как это вяжется с журналисткой этикой?

— Журналист должен иметь свои моральные принципы. Он же не просто выполняет технические функции: записал — напечатал. Журналист представляет общество. Ему доверено многое, общество его пером, его речами осмысливает само себя, смотрит на мир глазами журналиста.

— Вашими собеседниками являются и политики, и деятели культуры и искусства, видные ученые. Как вам удается быть всегда в теме, когда такое разнообразие профессий и личностей, их представляющих?

— На самом деле это не просто. Непросто было, когда я вел после Влада Листьева ежевечернюю программу «Час пик». Я подчеркиваю, что надо было вести программу каждый вечер. Сегодня перед тобой военный, завтра политик, послезавтра балерина, художник. Причем вы всегда играете на чужом поле. С балериной говорите о балете, с художником — о живописи, со спортсменом — о спорте. Эти люди в своей области корифеи, яркие личности, которые состоялись. Им должно быть с вами интересно и публика должна воспринимать вас не как лоха, который сидит и ничего в теме не соображает. Это дается приобретенным навыком быстро впитывать в себя информацию и также быстро ее стирать. Такая вот телевизионная моторика.

Это дается долгими годами образования. Журналист не может быть необразованным человеком, иначе он неминуемо будет скатываться в желтый сектор. И, к сожалению, такая тенденция есть, и особенно эта тенденция проявляется на Украине. Когда я в 2000 году приехал в Киев, мне было удивительно открыть для себя, что в стране нет ни одной серьезной ежедневной газеты, а вся пресса желтая. Ну, есть там, скажем, еженедельник, который на что-то претендует, «Зеркало недели», но газета политически ангажирована. В этом смысле на Украине какой-то провал. Казалось бы, Киев, многомиллионный город, с хорошими традициями, с тысячелетней культурой, и для меня до сих пор необъяснимо, что утром на стол нельзя положить пачку украинских газет.

— Как строятся ваши, как заместителя генерального директора ВГТРК, отношения со своими коллегами, младшими по рангу?

— Здесь другие отношения, нежели старший с младшими по должности. У нас звезды работают. Если же вы имеете в виду молодежь, то я занимаюсь стажировкой студентов Высшей школы телевидения МГУ, иногда там же читаю лекции.

— Вы звезда и вас окружают звезды…

— Насчет моего окружения… Это действительно так. У нас работают замечательные журналисты. Но если говорить о рабочих отношениях, то это свой журналистский мир, где лучше не ссориться и даже поддерживать друг друга по-человечески и профессионально. Это своего рода закон журналистского цеха.

Дмитрий Киселев: Слово в устах украинского политика ничего не значит
— И, наконец, о вашей семье, о доме…

— У меня есть жена и дети. У меня есть старший сын Глеб, ему 23 года, от которого вот только что был звонок; у моей жены Маши есть сын Федя, которому девять лет. И у нас еще родились два общих ребенка — Костя и Варвара. Вот самой младшей Варваре два с половиной месяца. А Глеб — студент Строгановского художественно-промышленного университета, старшему поколению больше известного как Строгановка. Учится на отделении транспортного дизайна. Это все, что двигается, летает, самолеты, автомобили… Живем под Москвой в Королеве, в своем доме. Для меня семья — основная ценность.

Время, отведенное на интервью, заканчивалось, да и моему собеседнику пора было отправляться на встречу с крымскими журналистами и общественностью Симферополя. Эта встреча, как и прежние в этом формате, не были похожи на обычную пресс-конференцию, где диалог со слушателями идет по схеме вопрос-ответ. Да, были вопросы и были ответы, но почти каждый ответ вызывал дискуссию, и страсти ее участников порой перехлестывали через край. Я приведу из состоявшегося разговора те фрагменты, что вызвали аплодисменты зала, а значит, и согласие с позицией влиятельного российского журналиста.

 

О национальных интересах России и Украины

 

 

Украина и Россия представляют собой недостроенные государства с неосознанными и несформулированными национальными интересами. Оба государства являют собой пример разделенного народа.

Украина и Россия — это пример разделенного народа, как, скажем, Восточная и Западная Германия, Южная и Северная Корея, я считаю, что мы один народ и у нас общие национальные интересы. Можно говорить об интересах правого и левого уха или правой и левой руки, но они дополняют и балансируют нормальный организм.

В настоящее время национальные интересы в России, как и на Украине, не осознаны и недоформулированы, поскольку есть проблема самоидентификации. Поиск национальных интересов внутри обоих государств — тема запущенная и сходная. Сам термин «национальный интерес» зачастую подменяется в обеих странах интересом коммерческим. Национальные интересы не осознаны ни простыми людьми, ни чиновниками, ни государственными руководителями. Они могут интерпретироваться, трактоваться по-разному.

Существуют корпоративные интересы, интересы какой-то этнической группы, все это смешивается, но государство должно обязательно сопоставлять коммерческий и национальный интерес. Невозможно продать себя и ничего не оставить следующим поколениям». В отличие от Украины, в целом Россия осознала большую часть своих национальных интересов. Но никто пока в классики осознания национальных интересов не вышел, это процесс долгий. Мы живем в недостроенных государствах, в которых пока не найдены баланс и секреты устойчивого экономического роста.

 

Об отношениях Украины и России в энергетической сфере

 

 

«Россия не откажется от планов по строительству газопровода «Южный поток» в обход Украины, несмотря на явное экономическое преимущество увеличения транзита топлива через украинскую газотранспортную систему. Совместная добыча углеводородов на шельфе Черного моря возможна только после успешной реализации проекта «Штокман» в Северном море.

Существует европейский принцип диверсификации путей поставок энергоносителей, и все согласны с тем, что это нужно делать для большей надежности и стабильности стран Европы. Однако политические риски и нестабильность на Украине сохраняются. Если «оранжевые» больше не придут, то это не значит, что не придут другие, другого цвета. Нет единой консолидированной позиции на Украине и нет общенационального лидера, а все являются региональными и опираются на свой кусок страны, на свою часть. Естественно, что ни Россия, ни Европа не могут себе позволить играть в русскую рулетку — слишком велики ставки.

Поддерживая свою газотранспортную систему в надлежащем состоянии, Украина может сохранить большую часть транзита из России в Европу. Эта система строилась для великой страны и строилась силами супердержавы. Украина сама не может ее поддерживать. Это требует многих миллиардов долларов. В свое время идея газотранспортного консорциума не была поддержана официальным Киевом, и российский премьер Владимир Путин пошел на провокацию по объединению «Нефтегаза Украины » и «Газпрома», но тут тоже пока туго. Сейчас Россия фактически спонсировала Украину на 40 миллиардов долларов, снизив цену на газ. Никто и никогда так Украину не спонсировал, и не будет спонсировать. Расчет на какое-то иждивенчество не оправдан.

 

О некоторых особенностях украинской политики

 

 

Договорились, что он (Янукович — [I]ред.) даст интервью на 100 дней президентства, и мы вылетаем. И вот позвонили и сказали, что интервью будет на следующей неделе. Пришлось снимать съемочную группу с самолета, задерживать рейс, чтобы «выковырять» багаж». Нам сообщили, что интервью было перенесено на неделю и должно было состояться сегодня. Однако за день до съемок интервью отменили.

Я думаю, что президентский аппарат у Януковича находится в стадии формирования. Это одна причина, которой я могу все произошедшее объяснить. У Януковича нет официального пресс-секретаря, там идет некая борьба за то, кто будет открывать двери прессе. Надеюсь, что это будет каким-либо образом сформировано. Но есть более общая причина.

На Украине «слово» значит гораздо меньше, чем в России. Когда я работал здесь, то меня это шокировало: прямая ложь становится, стала и сейчас она есть приемлемым политическим инструментом. Политик может прямо наврать, и при этом сохранить свой пост. В Европе или Америке подобное означало бы политическую смерть, а на Украине считается приемлемым.

«Слово» ничего не значит вообще. Приведу такой пример. Когда сбили российский самолет над Черным морем, Кузьмук (министр обороны Украины — [I]ред.) сознательно дезинформировал Кучму, а тот — Путина. Это была прямая ложь, впоследствии признанная самим Кузьмуком. Но он остался, сохранив пост министра обороны и заняв его потом еще раз. То есть это нормально.

Примеров прямой лжи достаточно много, и объяснением тому может быть только одно — инфантильность украинских политиков.

Это не ложь — это детские фантазии, инфантильность. Когда ребенок говорит ложь, он просто фантазирует и сам думает, что это так. Слово и политическая честность является атрибутом зрелого общества и развитого государства. На Украине этого нет, и это просто констатация.

Такое положение связано с отсутствием опыта государственности на Украине. Здесь никого невозможно обвинять, потому что жителям Украины с молоком матери не объяснено было, что у них есть государство, и не могло быть объяснено, потому что государства не было. Когда оно появилось, то никто не знал, как с этим быть и что с этим делать. Как относиться к президенту, к флагу, своей армии, суду. Что значит парламент и как это быть депутатом. Или что такое пресса. Все эти институты быстро организовались, а потом стали разрушаться в политической борьбе. Ющенко боролся с Кучмой, разрушая государственные институты, включая институт президентства. И когда он сам стал президентом, этот институт оказался уже разрушенным им самим, а парламент превратился в торговый дом «Верховная Рада». В таких условиях прямая ложь приемлема, и все государственные институты Украине приходится выращивать в условиях очень молодого государства.

[hr]

Досье
Дмитрий Константинович Киселев
, заместитель генерального директора Всеросийской государственной телевизионной радиокомпании (ВГТРК), родился в 1954 году, окончил норвежское отделение филологического факультета ЛГУ, после окончания университета работал в Центральном радиовещании на зарубежные страны Гостелерадио СССР в норвежской, польской редакциях. С 1988 по 1991 — работа на Центральном телевидении СССР, был корреспондентом программы «Время», затем, с 1991 по 1995, когда ЦТ преобразовалось в государственную телерадиокомпанию «Останкино», являлся уже ведущим программы «Время». Также сотрудничал с ARD, RTL, японской телекомпанией NHK.

3 марта 1995 года, после убийства Листьева, назначен ведущим программы «Час пик», которая шла на Первом канале Останкино, а с 3 апреля — на только что созданном канале ОРТ. Первоначально вел программу поочередно с Сергеем Шатуновым, но после его ухода, с 25 апреля по 28 сентября 1995 года, вел программу единолично. С начала октября 1995 вёл программу поочередно с Андреем Разбашем. Окончательно ушел из программы 25 сентября 1996 года. С 1997 по 2003 вел ток-шоу «Национальный интерес», которое выходило сначала на РЕН ТВ, затем на телеканале РТР с сентября 1997 по май 1998 года, а затем на украинском канале ICTV. С 2006 — ведущий программы «Вести» в паре с Марией Ситтель.

С августа 2008 — заместитель генерального директора ВГТРК, при этом он покинул программу «Вести».

 

Фото автора и Кирилла Губы

 

[color=red]См. также:[/color]

[url=http://old.kr-eho.info/index.php?name=News&op=article&sid=4209&word=%CC%E0%EC%EE%ED%F2%EE%E2] Дмитрий Дибров: «Все это я сказал, чтоб вы поняли, как я глуп и самовлюблен»
ЕЩЕ ОДИН ГОСТЬ «ФОРМАТА А-3» [/url]
[url=http://old.kr-eho.info/index.php?name=News&op=article&sid=3946&word=%CC%E0%EC%EE%ED%F2%EE%E2] Владимир Мамонтов: «Крым держит высокую планку» [/url]
[url=http://old.kr-eho.info/index.php?name=News&op=article&sid=3734&word=%E3%EE%E2%EE%F0%F3%F5%E8%ED] Станислав Говорухин: Крым, ощущение неземного счастья [/url]

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Читаем вместе крымскую прессу. 21 августа

Борис ВАСИЛЬЕВ

Идет охота на людей. Идет охота

Живой уголек

Пётр КАЧИНСКИЙ

Оставить комментарий