Крымское Эхо
Общество

Скованы одной цеЛью

Скованы одной цеЛью

Есть, конечно, профессиональные пациенты — но те, у кого нет такого хобби, как лечение, существуют другие темы разговоров, кроме болячек, и есть более приятные и духовно близкие собеседники, чем врачи, в лечебных учреждениях оказываются уж когда совсем припечет. Тем более сейчас, когда в поликлиниках такое столпотворение, что ее посещение можно запросто желать врагу: там окочуриться проще, чем вылечиться. Но деваться-то некуда – когда невмоготу, пойдешь толкаться.

Так случилось со Светланой Сергеевной, которая среди сверстниц слывет на зависть здоровой и энергичной для ее семидесяти трех лет. Но тут прихватило сердце, и она пошла к кардиологу. Выстояв огромную очередь в регистратуре, попала к врачу, срочно отправившему ее на кардиограмму, а уж оттуда в дневной стационар. Но там, не считаясь с состоянием больного, женщин не принимают без посещения гинеколога – пришлось выстоять очередь в регистратуре повторно. После осмотра врачом дневного стационара пришлось спускаться в регистратуру по третьему заходу: она направила пациентку к невропатологу, и опять все повторилось сначала. 

Лечение в дневном стационаре формально бесплатное, но никаких дорогостоящих препаратов там нет: хочешь пройти полноценный курс лечения – покупай сам. «Хорошо, что я могу позволить себе купить необходимые лекарства, а так бы лечили по верхам, — рассказывает пенсионерка. – Но не только в этом беда. Врач в дневном стационаре один и уже далеко не первой молодости: тут сказала – там забыла. Никаких обходов больных, хотя, судя по вывешенному на двери кабинета графику, он полагается дважды в день: с утра, до приема лекарств и проведения процедур, и после проведённых манипуляций и назначений.

С назначенными лекарствами просто беда! Накупила всё выписанное, стала изучать аннотации, а там, боже ж мой, не столько толку от них, сколько противопоказаний. И чуть ли не к каждому приписка: «принимать под контролем врача». Говорю врачу про это, а она мне в ответ «еще никто от этого не умер». А мне дома худо стало, вызвала «скорую», а она не едет на высокое давление. Страховая медицина, не страховая – все равно толку от нее не будет, пока не будет молодых врачей и сколько требуется по штату!»

Такого же мнения и Геннадий Борисович, который пришел на прием к терапевту, а в расписании их работы почти одни прочерки. «Я надеялся, что страховая медицина что-то изменит, а оказалось еще хуже: единственный терапевт, к которому всегда толпился народ со всего района, уволился, остались те, к кому больные идут в крайнем случае, когда больничный нужен или уже совсем невмоготу. Один такой уже досидел до восьмидесяти лет и идет, наверное, на рекорд, как артист Зельдин, другому семьдесят скоро стукнет».

Попалась на дефиците коллег и врач-стоматолог Наталья Евгеньевна. «Если бы не больничный, лечилась бы сами, — говорит она. – С температурой под сорок чуть ли не полдня названивала в регистратуру, чтобы вызвать участкового на дом, и до позднего вечера, уже не надеясь, ожидала прихода. Какое счастье, что наше отделение не работает по страховым полисам, иначе бы мы не успевали протезировать, а только бы строчили и строчили отчеты. Пациентам без разницы, как оформляется их прием, а врачей буквально завалили писаниной».

Пациентам действительно все равно, сколько сочинений про каждого из них должен написать врач для отчета в страховую компанию. Их раздражают длинные очереди в регистратуру, где с них разве что отпечатки пальцев не берут, и многочасовые ожидания под кабинетами. «В декабре врач направила меня на ЭКГ, но я расхворалась и пошла туда уже в новом году, — делится своими поликлиническими приключениями Алла Игнатьевна. – Но с прежним направлением меня не приняли и наладили к врачу за новым. Что значит сейчас попасть к врачу? Отдать полжизни! Выстояла очередь в регистратуру, выяснила, что наш участковый уволилась, и получила направление к другому врачу, которого ни я не знаю, ни он меня. 

Очередь под кабинетом, как в Мавзолей. Для полного счастья приема врача ожидали шестеро (!) заключенных местной колонии, которые матерились, орали, препирались с больными. Так мало того, в поликлинике одновременно с приёмом идет ремонт: устанавливают новые двери и красят стены. Через три с половиной часа я оказалась в кабинета врача, которая, увидев меня, сразу уложила на кушетку, бросилась мерять давление и заставила срочно принять таблетки от него. 

Направление, что она мне выписала, выглядело точно так же, как старое: клочок бумажки с одной разницей – на ней был написан номер моего страхового полиса. Правда, с ЭКГ повезло: кабинет работает не как раньше, до обеда, а до восьми вечера. Выклянчить направление к кардиологу у терапевта мне не удалось, сказала, что еще не настолько плохо, чтобы обращаться к специалисту. И это она сказала мне, инвалиду по кардиозаболеванию». 

Но на этом проблемы Аллы Игнатьевны не закончились. Как инвалиду терапевт выписала ей бесплатный рецепт на лекарства, но беда в том, что в Керчи аптек «Крым-Фармации» нет, единственный аптечный пункт при онкодиспансере, обслуживавший больных по бесплатным рецептам, закрыт. Говорят, временно, и никто не может ответить, когда в городе появится аптека, работающая с бесплатными рецептами для льготной категории. 

Однако это еще не все проблемы, с которыми сталкиваются больные в Керчи. Например, в городе работает единственный врач-гастроэнтеролог, попасть к которому можно только на платный прием в частном кабинете. Причем, несмотря на стоимость приема в тысячу рублей, сделать это сразу не удастся: следует заблаговременно записаться. За недели две как минимум. Но это вовсе не означает, что частная практика сделала из врача внимательного и любезного Айболита. Прием, как и в государственном лечебном учреждении, идет конвейерным способом: беглый осмотр, минимум направлений на обследование, традиционные методы лечения, известные хроническим больным с ЖКТ не хуже, чем выпускникам медуниверситета. 

«Два месяца сижу на кашах и протертых супах и была просто счастлива, когда подошла моя очередь к гастроэнтерологу, — рассказывает Ирина Константиновна. – Мне хотелось пройти полное обследование, но врач сказала, что рано мне еще делать УЗИ и гастроскопию – хватит с меня и таблеток. Никакие уговоры на нее не подействовали, хоть реви белугой. Теперь мне другого врача порекомендовали, не узкого специалиста, а просто хорошего доктора, жду очереди по новой».

У тех, кому необходим профосмотр, заморочки не слабее. Этим занимается единственное в Керчи лечебное учреждение: больница водников. Очередь туда уже не как в Мавзолей — в Эрмитаж. Дня два-три приходится потолкаться в очередях, чтобы обойти всех врачей. Бегают по кабинетам компаниями: один караулит очередь к лору, другой — к хирургу, третий – к невропатологу, поэтому когда она подходит, вваливаются гурьбой. «С нового года мы все работаем на новом российском предприятии, поэтому как новичкам надо пройти профосмотр, — рассказывает инженер-программист Никита. – Работать начинали с обеда, потому что три дня исправно бегали с утра по врачам, выложили за это удовольствие шестьсот пятьдесят рублей, почти стольник за медицинскую книжку, а женщины еще за прием гинеколога». 

Пока что страховая медицина не вызывает у больных большого энтузиазма. В переходный период, когда в стационарах стали кормить, выдавать постельное белье и лечить не принесенными из дома лекарствами, настроение было куда фееричнее. Думали, проблемы рассосутся под воздействием денег, но оказалось, к новой форме работы лечебные учреждения не подготовлены, изменились стандарты, чего, видимо, не ожидали сами медики и уж, конечно, пациенты. Они надеялись, что теперь «скорая» будет приезжать по щелчку, врачи станут бегать на вызовы быстрее лани, а у кабинетов появится швейцар, с поклоном произносящий «чего изволите?». 

«Мы ожидали «скорую» целых двадцать минут!» – возмущается Лариса Дмитриевна, вызывавшая медиков к задыхавшейся матери, и невдомек ей, что еще повезло: российский стандарт бригада выдержала тютелька в тютельку, хотя могло случиться, что единственный на подстанции врач мог быть на вызове за десять километров от их дома. 

Врачам приходится не только на ходу осваивать новые формы работы, принимать возросший поток пациентов, но и выслушивать массу претензий, жалоб и недовольство больных. Нет ничего удивительного в том, что при первой же возможности сменить место работы они бегут из поликлиники, ведь при их востребованности без работы никогда не останутся: частные клиники, приватные кабинеты, да и лечение на дому знакомых по вызову не дадут умереть врачу с голоду. Особенно тем, кто за долгие годы работы сделал себе имя и наработал верящих ему пациентов. 

Наверное, вскоре к ним присоединится еще один хороший доктор, если, конечно, всё обойдется со здоровьем. Сумасшедшая нагрузка загнала участкового терапевта, которого едва спасли коллеги со «скорой»: гипертонический криз. Ничего, впрочем, удивительного. В поликлинике вместо одиннадцати терапевтов принимают четверо, ургентных вызовов в день более пятидесяти, а кроме того каждодневная рутина на участке: пятнадцать-двадцать больных на дому, в поликлинике не меньше двадцати-двадцати пяти пациентов. После таких толп домой врач попадает где-то после восьми вечера, а там его ждет еще оформление бумаг. 

Причем пациенты при страховой медицине в фаворе: одна подтверждённая жалоба – врач штрафуется на десять тысяч рублей. Две жалобы оставляют его без зарплаты. Судя по накалу «горячей линии» Сергея Аксенова, жалобы из Керчи идут сплошным потоком, а куда еще их отсылать, когда управления здравоохранения в городе с нового года нет, а курирует медицину заместитель главы администрации далекий от этой отрасли. Получается, что врачи и пациенты варятся в собственном соку, жалуясь, фактически на одно и то же: огромные очереди, нехватку персонала. Ну и попутно на все остальное.

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Школа активного долголетия набирает обороты

Улыбнитесь! Вы в библиотеке!

.

Вычеркнутые символы Великой войны

Валерий БОРИСОВ