Крымское Эхо
Знать и помнить

Берега Маклая: от Новой Гвинеи до Севастополя

Берега Маклая: от Новой Гвинеи до Севастополя

175 ЛЕТ НАЗАД РОДИЛСЯ ОДИН ИЗ САМЫХ ЗНАМЕНИТЫХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ В ИСТОРИИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

Одни считали его богом, другие – авантюристом, третьи – людоедом, четвертые – великим путешественником и ученым. Его не раз «хоронили заживо», ему приписывали желание стать царьком дикарей и гарем из 147 жен. Он останавливал войны и хотел создать на краю земли туземное государство под протекторатом России.

 За что севастопольцы поставили памятник Миклухо-Маклаю

Николай Николаевич Миклухо-Маклай известен всему миру, конечно, прежде всего своими исследованиями Папуа-Новой Гвинеи, однако и для Крыма знаменитый путешественник сделал немало. Именно благодаря его стараниям в Севастополе была открыта первая в России биологическая станция, на базе которой впоследствии создан Институт биологии южных морей Российской академии наук.

В сентябре 1869 года, на Втором съезде русских естествоиспытателей в Москве, Миклухо-Маклай выступил с докладом о необходимости учреждения приморских зоологических станций, охарактеризовав их как «одно из самых необходимых средств для успешного развития научного естествознания».

«Зоологические станции представляют выгоды, удешевляя ученому исследование у моря, а также сохраняя ему время для занятий», — объяснял Николай Николаевич.

Несколько дней его предложение оживленно обсуждалось в кулуарах съезда. В итоге была создана комиссия, которая рекомендовала основать две первые станции в Севастополе и Сухуме, обратиться к Обществу любителей естествознания, археологии и этнографии с просьбой взять на себя заботы по их организации, открыть подписку для сбора средств, а также просить содействия у Морского министерства.

Биологическая станция была открыта в Севастополе в 1871 году. Несколько лет спустя для нее выстроили на Приморском бульваре красивое здание, на первом этаже которого был устроен большой аквариум, плата за его осмотр служила одним из источников финансирования станции.

Миклухо-Маклаю, который большую часть своей жизни провел за тысячи километров от России, так ни разу и не довелось посетить открытую по его предложению станцию в Севастополе, но ее сотрудники не забыли своего «крестного отца». В 1971 году, к столетию станции, у входа в ее здание был установлен первый в мире памятник великому этнографу.

Человек с Луны

Выбирая, куда бы ему отправиться для своих исследований, Миклухо-Маклай остановился на Новой Гвинее как наименее известном острове на Земле. Целью ученого было найти местность, которую еще не посещали белые люди. Ею оказался северо-восточный берег, около бухты Астролябии, который ученый назвал своим именем – берег Маклая.

Имя знаменитого путешественника было окружено легендами еще при жизни. В иностранных газетах можно было, например, прочесть, что он — …людоед, каждый день съедающий на завтрак кого-нибудь из папуасов, и наоборот — что он авантюрист, вообще никогда не бывавший на Новой Гвинее. А один почтенный датский сочинитель написал, что на своем острове «тамо русс» имел гарем из 147 туземных жен.

Миклухо-Маклая не раз хоронили заживо, не веря, что он сможет один, безоружный, выжить среди папуасов, а он не только выжил, но и стал для туземцев кем-то вроде бога.

«Мне удалось, наконец, через несколько месяцев узнать, что среди туземцев возникла мысль о моем сверхъестественном происхождении. Эта мысль возникла, выросла и окрепла среди туземцев не только без всякого с моей стороны участия или содействия, но даже без моего ведома, так как сам я узнал о существовании ее только впоследствии, ближе ознакомившись с местным языком, — писал Николай Николаевич в своих дневниках. — Я стал замечать, что в разговорах между собою они часто употребляли весьма странную комбинацию слов: «каарам тамо»; «каарам» означает луна, «тамо» – человек. Сначала я не мог понять значение этого выражения, и, только познакомившись, наконец, с языком папуасов настолько, чтобы спросить у них «что это такое», где находится «каарам тамо», я, к своему крайнему удивлению, узнал, что так они называют меня».

Человек с Луны завоевал любовь и почитание туземцев тем, что всегда выполнял свои обещания. В итоге у них даже родилась поговорка «балал Маклай худи», что в переводе значит: «слово Маклая одно».

О чем путешественник беседовал в Ливадии с Александром Третьим

«Чтобы они дошли до такого мнения, я действительно должен был весьма заботиться о том, чтобы никогда ничего не обещать, чего не могу сделать. Это исключительное положение много помогало мне в частых сношениях с туземцами и давало мне возможность оказывать на них хорошее влияние при часто возникавших между ними междоусобиях и войнах», — рассказывал Миклухо-Маклай.

Влияние путешественника на туземцев было так велико, что ему удалось совершенно прекратить постоянные междоусобные войны.

«Вследствие своего положения и авторитета как «человека с Луны», я имел возможность положительно запретить войны и вскоре увидел хороший результат этого запрещения», — писал Николай Николаевич.

Миклухо-Маклай, как мог, заботился о судьбе веривших в него, как в бога, туземцев, обращая внимание, например, на теневую сторону появления на островах Тихого океана миссионеров. Вслед за миссионерами следовали торговцы и другие эксплуататоры всякого рода, влияние которых проявлялось в распространении болезней, пьянства и огнестрельного оружия, объяснял ученый и выражал сомнение в том, что эти «благодеяния цивилизации» уравновешиваются умением читать, писать и петь псалмы.

Лев Николаевич Толстой, познакомившись с трудами Маклая, написал ему:

«Вы первый несомненно опытом доказали, что человек везде человек, то есть доброе, общительное существо, в общение с которым можно и должно входить только добром и истиной, а не пушками и водкой».

Переживая о судьбе туземцев, Николай Николаевич вынашивал идею создания на «своем берегу» автономного государства под протекторатом России. С этой просьбой он обращался в апреле 1886 года здесь, у нас в Крыму, в Ливадии к императору Александру Третьему, однако проект путешественника был отклонен. Политическим планам Миклухо-Маклая сбыться было не суждено, но он прославил Россию в самых дальних пределах земного шара. Памятники путешественнику установлены не только в Севастополе, но и на Папуа-Новой Гвинее, в Австралии и Индонензии.

Рисунок из открытых источников

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 5 / 5. Людей оценило: 2

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Великий гражданин Симферополя — 2

Виктор ГАЛКИН

На разных крыльях командирского мостика

Сергей ГОРБАЧЕВ

Как нацисты немцев упрекали

Алексей НЕЖИВОЙ