Крымское Эхо
Архив

Себе на горе

Себе на горе

Термин «социальное сиротство» в педагогике не нов, однако стандарты, которыми оно теперь характеризуется, изменились: это не только дети, проживающие вне родной семьи, усыновленные, находящиеся под опекой или в интернатных учреждениях. Сейчас все чаще говорят <b>о скрытом социальном сиротстве</b>, когда мама-папа живы-здоровы, родительских прав не лишены и со стороны кажется, что «всё хоккей»: дети на фоне своих сверстников выглядят даже круче остальных. Это, как правило, дети, чьи родители уехали на заработки заграницу, оставив их на стариков-родителей, или тех, кому приходится ради заработка тянуть две-три работы. Цель, что движет родителями, согласитесь, благая.

Какое материнское сердце выдержит, когда ребенок плохо накормлен и одет в ношеные кем-то вещи. Понятно, что между нищетой и заработком на стороне всегда выбирается возможность тяжко трудиться, но чтобы ребенок имел все, что пожелает. Так в результате и случается: они имеют навороченные мобилки, компьютеры, модный прикид, карманные деньги, а обществу достаются все новые и новые социальные сироты, растущие вроде бы в семье, но без родителей.

Ольга Борисовна живет в Италии восемь лет, за время ее отсутствия сын Миша превратился из робкого, музыкально одаренного мальчугана, послушно держащегося за мамин подол, в наглого, требовательного подростка. Неумеренная любовь бабушки к «сиротке» и жалостливое телефонное воспитание мамы сделали Мишеньку неуправляемым, конфликтным, требующим от посторонних особого к себе отношения парнем.

«Вы описали стандартную, к сожалению, ситуацию, — говорит социальный педагог Екатерина Ермолина. — Любящая бабушка, которая вкусно кормит, жалеет, ласкает, редко оказывается авторитетным для него человеком. Она не может с взрослением ребенка подтверждать его статусность, потому что с выходом на пенсию сама, как правило, утрачивает социализацию, а для ученика средней школы уже на первое место выдвигается его роль и значимость среди сверстников. «Забить» себе «место под солнцем» он может или в дворовой компании сверстников, или при поддержке авторитетного взрослого — от этого зависит, пойдет он нюхать клей «момент» или подастся в спортивную секцию».

Для детей, живущих в семье без родителей, считает школьный психолог Наталья Абдыкашева, не столь важно, кто их воспитывает, а — как воспитывает. «Одной заботы детям мало, потому что мы наблюдаем в школе постоянно, как они, на первых порах ничем не отличаясь от своих одноклассников и сверстников, с взрослением меняются: делаются более агрессивными, хуже адаптируются в новых коллективах. Наверное, отчасти это происходит от того, что в семьях прервана связь поколений: между стариками и детьми нет прослойки из людей среднего возраста, родителей, их друзей и приятелей, которые ближе им по духу, лучше социализированы, больше несут в себе примет нового времени. Однако когда ставится вопрос, что лучше для такого неуправляемого, конфликтного, плохо поддающегося воспитанию ребенка — передать на воспитание в интернатное учреждение или оставить с бабушкой, я склоняюсь пусть и к неполноценной, но семье. Здесь если не могут дать правильного воспитания, то хотя бы стараются компенсировать его искренней любовью. Ничего хуже социального учреждения для ребенка нет».

Несмотря на то, что пагубность скрытого социального сиротства признается и педагогами, и школьными психологами, они настаивают, что эти дети гораздо меньше отличаются от растущих в полных семьях сверстников чем те, кто воспитывается в интернатных учреждениях. «В последнее время детей, у которых мама на заработках, папы нет, а бабушка заменяет собой семью, много. В начальной школе мы практически не ощущаем особенности таких воспитанников, потому что высок авторитет учителя и взрослого человека в семье. Но к классу четвертому-пятому бабушка уже ни во что не ставится и начинаются проблемы в школе, — говорит директор Керченского морского технического лицея Светлана Кухарская. — Однако при всей сложности работы с такими учащимися нам есть с кем сравнивать. У нас с первого по девятый класс обучаются воспитанники детского дома временного содержания. Вот это действительно социальные сироты, потому что они выдернуты из дурных семей и погружены в промежуточную среду. Пока идет оформление ребенка или в интернатное учреждение, или в семейный детский дом, или под опеку, они живут в этом детском доме. Но многочисленные воспитатели появляются у них, к сожалению, с большим опозданием, когда личность во многом сформирована. Не буду обобщать — дети все разные. Есть совершенно неуправляемые, плохо поддающиеся педагогической коррекции, крайне конфликтные, нелюбящие и нежелающие учиться — это явные издержки воспитания в неблагополучных семьях. Но большинство детей влились в классные коллективы, и мы всеми силами стараемся выявить в каждом хоть толику способности и интереса к какому-нибудь из учебных предметов или внешкольных занятий. Такие ребята особенно нуждаются во внимании взрослых, которого были лишены в семьях. Тем не менее, с домашними сверстниками они срастаются плохо, на переменах держатся своей компанией».

Однако, по рассказам Светланы Кухарской, некоторыми родителями детский дом временного содержания стал использоваться как исправительное учреждение. «Как-то на пороге моего кабинета появилась импозантная пара: женщина в дорогой шубе и мужчина в военной форме с большими звездами. Я решила, что пришли оформлять ребенка в школу, но оказалось, — справиться о своем сыне, которого за несколько месяцев до того отдали в детский дом временного содержания на перевоспитание. Справиться с ним они не могут, слишком поглощены собой и не находят времени на поиски контакта с ребенком, поэтому подсуетились, сослались на срочный отъезд и добровольно расстались с сыном. Мальчик сложный, озлобленный, конфликтный, агрессивный — всё чистая правда, но теперь и мы, педагоги, теряемся в догадках, был ли он таким изначально или это ответная реакция на поступок родителей. Вместо того, чтобы поговорить с психологом, провести коррекционные сеансы, его отдали в детдом. Понимаете, если за всякую провинность лишать ребенка семьи, то он, во-первых, отвыкнет от нее, а во-вторых, будет воспринимать семью не как родительский дом, а способ поощрения, от которого гордо может и отказаться. Мне делается страшно от того, что в полноценных семьях с хорошим материальным достатком растят социальных сирот».

Сегодня на наших улицах болтается множество ребят, предоставленных самим себе, у которых нет контакта с родителями либо из-за их постоянного отсутствия, либо по причине невероятной занятости. Дети, у которых формально есть семейный дом, живут фактически сиротами. «Их положение порой бывает куда более сложным, чем у живущих в интернате, — делится практическими наблюдениями социальный педагог Екатерина Ермолина. — У сирот всё конкретно определено: они социально защищены государством. Сироты при живых родителях, случается, и одеты, и накормлены хуже, потому что родители или вовсе не занимаются ими, или вполне довольствуются тем, что скинули их на чьи-то руки. И не знаю, что хуже: то, что выросшие в интернате дети не знали семьи, или то, что родительские сироты к нему не приросли. Сиротская пустота гложет души и одних, и других».

 

Фото вверху —
с сайта novayagazeta.spb.ru

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Сколько партий в Крыму, спрашиваете? Загляните в бюллетень!

Праздник нереабилитированной армии

.

Нас хотят на колени поставить. Как бы не так!

Борис ВАСИЛЬЕВ