Крымское Эхо
Архив

Распространение нетрадиционных исламских течений в Автономной республике Крым

Распространение нетрадиционных исламских течений в Автономной республике Крым

Владимир ГРИГОРЬЯНЦ

Утрата религиозных традиций и разрыв в преемственности исламских институтов сделали для крымских татар быстрое возрождение их традиционной религии практически непосильной задачей. Неспособность Духовного управления мусульман Крыма (ДУМК) быстро и эффективно заполнить религиозно-психологический вакуум, образовавшийся в результате исторического отрыва крымских татар от канонических норм традиционного (ханифитского) ислама, приводит к заполнению его иными, более «жесткими» толками и псевдоисламскими экстремистскими течениями.

С самого начала процесса возрождения ислама в Крыму наиболее тесными и интенсивными были связи меджлиса и ДУМК с зарубежными исламскими организациями Турции. Однако, со временем, наряду с «традиционной» ориентацией на Турцию, значительное место в них начинают занимать и религиозные организации арабских стран.

Проникновение в страну нетрадиционных религиозных течений, стимулировалось, прежде всего, исключительно либеральным характером Закона Украины 1991 г. «О свободе совести и религиозных организациях». Предоставив полную свободу функционирования любым конфессиям, закон открыл широкие возможности не только для возрождения традиционных для Украины культов, но и для проникновения в страну новых — зарубежных (1).

С другой стороны, этому немало способствовало стремление Меджлиса и ДУМК использовать мусульманский фактор для изыскания внешних источников финансовой и идеологической поддержки национального движения. К 1995 г. крымская администрация отмечала, что «ни одно из строящихся зданий не финансируется за счет добровольных пожертвований граждан», а «спонсоры новостроек находятся в Турции или Арабских эмиратах»(2).

Аналогичная ситуация сохранялась и в последующие годы. В настоящее время в АРК зарегистрировано 338 мусульманских религиозных организаций в составе Духовного управления мусульман Крыма (ДУМК), 1 религиозная мусульманская община в составе Духовного управления мусульман Украины (ДУМУ) и 48 автономных мусульманских общин. Следует отметить особо, что в 2007 г. рост числа автономных мусульманских общин впервые превысил рост числа общин, находящихся под юрисдикцией ДУМК. Кроме того, свыше 600 мусульманских общин действовало без официальной регистрации. По данным Комитета по делам религий АРК, начиная с 1992 года, мусульманскими общинами за счет заграничных спонсоров построено свыше 50% культовых сооружений.(3).

Сегодня характер и содержание процесса возрождения ислама в Крыму во многом определяют три внешних источника религиозного влияния: 1) «турецкий ислам»; 2) «ваххабиты» и приверженцы других направлений «строгого» или «чистого» ислама стран Арабского Востока; 3) радикальные исламисты Чечни, Северного Кавказа и Центральной Азии. Сколько-нибудь заметного влияния российских мусульманских организаций в среде крымских татар не просматривается.

Заинтересованные в финансовой и прочей («хадж», благотворительность, исламское просвещение и др.) помощи мусульманских стран, в частности Саудовской Аравии, Меджлис и ДУМК были вынуждены тесно сотрудничать с действующими на территории Крыма арабскими мусульманскими организациями (4).

Ассоциация «Альраид»
Наиболее существенную роль стала играть основанная в 1997 г. студентами-арабами украинских вузов на базе 10 организаций из разных областей Украины (в том числе крымской — «Ахрар») Всеукраинская межобластная ассоциация «Альраид» («Передовой»).

На сегодняшний день эта организация имеет около 20 ячеек по всей Украине, несколько мощных Интернет-ресурсов, собственную программу на радио, издает свою газету тиражом более 20.000 экз. Одна из наиболее влиятельных ячеек ассоциации находится в Симферополе. Организация напрямую финансируется Министерством вакфов, призыва и ориентации Королевства Саудовской Аравии (структура, официально отвечающая за распространение идеологии ваххабизма). Благодаря финансовой помощи этих организаций в Крыму были построены десятки мечетей. Распространение влияния в мусульманской среде осуществлялось посредством предоставления материальной помощи неимущим, выкупа жилья для остро нуждающихся семей, обучения молодежи основам Ислама. На средства арабов был организован подростковый лагерь в Симеизе, в котором поправляли здоровье и проходили соответствующее обучение сотни детей крымских татар. Активисты «Альраид» работают почти в каждой мусульманской общине Украины в качестве преподавателей арабского языка и чтения Корана (5).

Руководители «Альраид» старательно открещиваются от обвинений в исламском экстремизме. В подконтрольных «Альраид» СМИ нет призывов к насилию, речь идет только о «мире и согласии». Между тем, по некоторым данным, один из финансовых источников «Альраид» — основанная в 1972 г. в Эр-Риаде (Королевство Саудовская Аравия) «Всемирная Ассоциация исламской молодежи»( «World Assembly of Muslim Youth» — «WAMI») — рассматривается ФСБ России как спонсор чеченских террористов. Название этой организации прогремело на весь мир после терактов 11 сентября 2001 г. в Нью-Йорке. Оказалось, что ее председатель — один из родственников руководителя «Аль-Каиды» Усамы бен Ладена (6).

Усиление влияния арабских религиозных организаций в Крыму проявилось в соответствующей переориентации определенной части верующих. Так, несмотря на то, что ДУМК еще в 1999 г. разослало всем мусульманским общинам официально установленные даты мусульманского поста и праздников, арабские миссионеры отмечали эти мероприятия на день раньше установленной даты, внося разлад в среду местных мусульман. Таким образом, насаждался иной, нетрадиционный для Крыма мазхаб (толк в Исламе). Предпринимались шаги по финансированию строительства в Крыму мечетей в обход и без согласия ДУМК. В апреле 2000 г. крымскотатарская газета «Голос Крыма» сетовала на то, что различные «арабские» и «турецкие» мусульманские течения пытаются «перетянуть на свою сторону и без того разобщенный крымскотатарский народ» (7).

Руководство меджлиса и ДУМК неоднократно и публично провозглашало непринятие арабского ислама. Особое беспокойство вызывало бесконтрольное распространение в Крыму «ваххабитских» изданий. В этой связи М.Джемилев, Р.Чубаров и другие лидеры меджлиса неоднократно обращались к властям с предложением сосредоточить контроль за распространением гуманитарной помощи и религиозной литературы для мусульман Крыма исключительно в руках ДУМК. Озабоченность высказывалась и непосредственно руководству арабских религиозных центров (8).

В условиях правовой «открытости» религиозного пространства Украины и дефицита финансовых средств, контроля меджлиса над деятельностью ДУМК оказалось недостаточно для того, чтобы оградить «неискушенную крымскотатарскую умму» от влияния «жестких» толков зарубежного ислама. Уже в конце 2003 г. муфтий мусульман Крыма Эмирали Аблаев в беседе с председателем Совета министров АРК С. Куницыным признавал, что в АРК действуют автономные общины, не подчиняющиеся Духовному управлению мусульман Крыма (9).

В последующем влияние ваххабитов в Крыму продолжало усиливаться. В интервью агентству «Регнум» в октябре 2007 г. М.Джемилев объяснял это либеральным характером религиозного законодательства Украины: «Украина — открытая страна. Сюда каждый может приезжать и проповедовать свою точку зрения, привозить литературу и тому подобное. Эмиссары из Саудовской Аравии, где ваххабизм является официальной религией, тоже приезжают в Крым. Сразу после возвращения в Крым, — мы заявили всем исламским структурам: кто может, помогайте построить мечеть. Ведь нам приходилось начинать все с нуля. Может, в какой-то мере, это было ошибкой. Потому, что приезжали люди разных течений. И каждый, кто строил свою мечеть, старался вокруг себя собрать своих сторонников. Сейчас мы этого не позволяем и говорим, что надо действовать только через муфтия» (10).

Известный конформизм руководства меджлиса и ДУМК к распространению в Крыму ваххабизма и других направлений нетрадиционного для Крыма ислама объяснялся не только финансово-экономическими соображениями. Низкий уровень теологического образования не позволял крымскому духовенству противостоять проповедям иностранных миссионеров и распространяемой ими литературе. По мнению бывшего председателя Комитета по делам религии АРК В.Малиборского, ослабление влияния меджлиса на мусульманское сообщество Крыма связано «с недостаточной компетентностью управляющего религиозного органа, каковым является ДУМК, о чем постоянно твердят его оппоненты» (11). Ему вторит лидер оппозиционного меджлису крымскотатарского блока Эдип Гафаров: «Если бы крымский муфтият работал нормально и мог бы собирать вокруг себя мусульман, мы не имели бы сегодня такой презентации радикалов» (12).

Надо признать, что проблему сохранения влияния ДУМК на крымских мусульман в меджлисе часто пытались решить административными методами: «И если окажется, что в каких-то мечетях сил муфтията недостаточно, чтобы противостоять сектантам, то такие мечети должны немедленно переходить под контроль региональных меджлисов…», — заявил в своем выступлении на Курултае в сентябре 2007 г. М.Джемилев (13).

Со своей стороны, государство не принимало каких-либо действенных мер по защите ислама в Украине от внешнего воздействия, несмотря на предупреждение руководства Госкомитета Украины по делам религий о том, что «миссионерская деятельность зарубежных фондов и общественных организаций по сути противоречит законодательству о свободе совести, а в ряде случаев служит прикрытием для проникновения в регион членов международных исламских организаций радикального направления» (14). Не удивительно, что курс руководства меджлиса и ДУМК на «исламизацию» крымских татар, проводимый без учета реальных возможностей и готовности этноса к «восстановлению» традиционного ислама, привел к распространению в Крыму «ваххабизма» и других исторически чуждых для крымских татар течений.

В своем выступлении на последнем курултае М. Джемилев признал рост влияния группы исламских радикалов, обвинив ее в запугивании людей, массированной пропаганде против меджлиса и попытках создать «параллельный муфтият» Крыма. Он подчеркнул, что призывы к созданию мифического исламского халифата, где единым языком общения должен быть арабский, к непризнанию национального флага и гимна и отказу от участия в украинских выборах, вредят крымскотатарскому народу и подрывают его единство. Тем не менее, главную угрозу миру и стабильности в Крыму глава Меджлиса предпочел усмотреть в «русском фашизме». «Если со стороны органов власти, в первую очередь со стороны Киева, не будут предприняты необходимые меры против разгула дикого русского шовинизма в Крыму, то мы стоим перед реальной угрозой кровопролитных столкновений», — заявил М. Джемилев (15).

Угроза активизации ваххабизма активно используется М.Джемилевым в качестве средства давления на центральную власть, чтобы убедить Киев в том, что только он и его сторонники, представляющие демократический сегмент в национальном движении, способны оградить крымских татар от влияния исламских радикалов. Так 19 декабря 2007 г. на пресс-конференции в столице он заявил, что, если позиция Киева в вопросе урегулирования неотложных крымскотатарских проблем не изменится, то это приведет к усилению влияния в Крыму исламских религиозных группировок, позиционирующих себя в качестве «защитников крымскотатарского народа». В то же время на Курултае глава меджлиса выступил против создания крымско-татарских отрядов самообороны, которые радикалы хотели сформировать сразу после известного штурма на плато Ай-Петри. Вместо этого Джемилев пообещал мирные, но массовые акции протеста «по всему полуострову», а также обращения в международные инстанции (16).

Некоторые аналитики считают, что на определенном этапе руководство национальным движением крымских татар сознательно пошло на компромисс с ваххабитами и сейчас обеспечивает им политическое прикрытие, используя сплоченную ваххабитскую общину как боевое крыло на организованных меджлисом акциях, в том числе — самозахватах земли. Отмечают, что муфтий по требованию местных мусульманских общин назначил в некоторые мечети салафитских имамов (17).

Отсутствие серьезных научно обоснованных оценок процесса распространения нетрадиционных толков ислама в Украине и Крыму становится питательной средой для заявлений алармистского характера среди политиков и журналистов. Так, по мнению лидера молодежного движения «Прорыв» А.Добычина, действия меджлиса и ваххабитов изначально скоординированы. Они идут к одной цели, но решают разные задачи. Меджлис отвечает за «разогрев» крымских татар на национально-патриотической почве; ваххабиты как якобы конкуренты меджлиса и его противники — на религиозной. «Именно они решают задачу по созданию боевого крыла верных мусульман, которые будут с оружием в руках устанавливать халифат, а также держать в страхе и подчинении самих крымских татар, не согласных на войну с русскими». В нужный момент, — уверен А.Добычин, — эти две силы сольются и выступят единым фронтом. В конечном счете, конфликт будет использован американцами для проведения в Крыму «миротворческой операции» по типу Косово (18).

Справедливости ради надо отметить, что в Крыму ваххабиты не были замечены в какой-либо террористической активности, однако недооценивать опасность, исходящую от этой части исламского спектра, не стоит. Салафиты контролируют около 30 мусульманских общин. Всего же, по некоторым данным, их число в Крыму может достигать 500 человек. В основном они сосредоточены в Бахчисарайском районе, Перевальненской долине, пригородах Симферополя и в степном Крыму» (19).

Религиозно-политическая партия «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами»
Другой зарубежной организацией, под влиянием которой оказалась некоторая часть крымских мусульман, стала запрещенная в государствах Центральной Азии, США, России, Германии и некоторых других странах религиозно-политическая партия «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами» («Партия исламского освобождения»). Организация возникла на Ближнем Востоке в начале 50-х гг. ХХ в., как одно из ответвлений «Братьев-мусульман». Первоначально позиционировалась как движение за освобождение Палестины, но в последующем наиболее активно проявила себя в Центральной Азии. По мнению экспертов, именно эта партия использовалась американскими спецслужбами для организации беспорядков в Узбекистане и Киргизии, с целью привести к власти посредством очередной «цветной» революции проамерикански ориентированные силы. Основные центры «Хизб ут-Тахрир» находятся в Европе и США, центр стратегического планирования — в Лондоне. В отличие от «Альраид», «Хизб ут-Тахрир» открыто использует религию в политических целях.

Уже в начале 2001 г., возможно в целях предотвращения проникновения в среду местных мусульман идей радикального ислама, в местной крымскотатарской прессе стали помещаться статьи об исламском экстремизме в Центральной Азии. Так, газета «Голос Крыма» за 13 апреля 2001 г. опубликовала пространную статью — «Хизб ут-Тахрир как фактор нестабильности на юге Кыргызстана».

В Крыму на ранней стадии распространения идеологии «Хизб ут-Тахрир» психологическая обработка молодежи осуществлялась через легальное издание в Киеве соответствующей литературы на русском, украинском и арабском языках. В дальнейшем прекращение открытого издания не пресекло поток подрывной литературы из других регионов, в том числе из подпольных типографий, расположенных непосредственно в Крыму. В 2002 г. в Азербайджане за подготовку государственного переворота и взрыва посольства США в числе 6 членов партии «Хизб ут-Тахрир» был осужден и крымский татарин Юнус Велиев из Симферополя (20).

28 марта 2003 г. сторонники религиозно-политической партии «Хизб ут-Тахрир» провели в Симферополе у здания Верховного Совета Крыма акцию протеста против войны в Ираке под лозунгами: «Меджлис, не говорите от лица мусульман», «Долой приспешников Буша из Украины», «Депутаты ВР Украины — соучастники военных преступлений Америки против мусульман» и др. Во время акции распространялись листовки «Хизб ут-Тахрир» с призывами: «Все мусульмане мира, объединяйтесь. Свергайте своих правителей, неверных кяфиров. Уничтожайте их и помогайте Ираку» (21).

Об усилении влияния исламских радикалов на мусульман Крыма наглядно свидетельствовал тот факт, что лидеры меджлиса и руководство ДУМК были вынуждены занять различные позиции в связи с началом военных действий США и Великобритании против Ирака. Так, руководство меджлиса в лице М.Джемилева и его сторонников в силу своего политического положения было вынуждено одобрить военные акции против режима С.Хуссейна, а также решение ВР Украины о посылке в Ирак воинского контингента, что вызвало резко негативную реакцию мусульман Крыма. Занять подобную позицию для ДУМК было бы равносильно самоубийству. Поэтому муфтий мусульман Крыма Э. Аблаев публично осудил политику правительств Азербайджана, Албании, Афганистана, Турции и Узбекистана, поддержавших военную акцию в Ираке, назвав ее «антиисламской» (22).

В ноябре 2003 г. председатель Государственного комитета Украины по делам религий В. Бондаренко признал, что «…среди крымскотатарского населения, в особенности молодежи, отмечается усиление влияния сторонников партии «Хизб-ут-Тахрир», запрещенной во многих исламских государствах. К концу 2003 г звенья (халки) партии «Хизб ут-Тахрир» были созданы в Симферопольском, Джанкойском, Нижнегорском, Бахчисарайском, Кировском и других районах (23).

Летом 2004 года по мечетям автономии прокатилась волна увольнений имамов, замеченных в симпатиях исламским радикалам. Со своей стороны сторонники «Хизб-ут-Тахрир» перешли в контрнаступление на Духовное управление мусульман Крыма. «Хизбы» даже пытались силой вернуть своего имама в симферопольскую мечеть Кебир-Джами — главную мечеть полуострова. Противостояние длилось несколько недель и едва не вылилось в массовую стычку. В апреле 2005 г. активный член Хизб ут-Тахрир Абдуселям Селяметов на пресс-конференции в Симферополе открыто потребовал легализовать деятельность партии в Крыму. Спецслужбы не препятствовали, поскольку конференцию официально проводила зарегистрированная мусульманская автономная община «Давет». Между тем, согласно закону Украины «О свободе совести и религиозных организациях» религиоз^ные общины не имеют права принимать участие в политиче^ской деятельности. В.Малиборский объяснил это следующим образом: «был создан преце^дент, позволяющий правоохранительным органам вниматель^нее присмотреться к организации» (24).

В дальнейшем действия функционеров Хизб ут-Тахрир в Украине приобрели совершенно открытый характер. На конференции «Ислам. Вчера, сегодня, завтра», состоявшейся по инициативе мусульманской общины «Давет» в октябре 2007 г. в Симферополе, вниманию многочисленной аудитории были предложены доклады о деятельности этой партии, названия которых звучали, например, так: «Хизб ут-Тахрир: к возобновлению исламского образа жизни через восстановление исламского государства». На симферопольской конференции присутствовало около 700 участников из разных регионов Крыма, женщины в хиджабах сидели отдельно от мужчин. Собравшимся был продемонстрирован фильм о том, как гибнут мусульмане в Чечне, Палестине, Ираке. Фильм завершался сюжетом о масштабных акциях сторонников Хизб ут-Тахрир по всему миру (25).

Лидеры меджлиса и руководство ДУМК осудили проведение конференции, заявив, что «это не мусульманское, не крымскотатарское, а напротив, антимусульманское мероприятие, нацеленное на дискредитацию мусульманских верующих (26). На опасность распространения нетрадиционных течений ислама в Украине указал и Муфтий Украины Шейх Ахмед Тамим, подчеркнув, что «исламские экстремисты открыто действуют в Крыму, проводят конференции и даже зарегистрировали свой официальный печатный орган, однако служба безопасности Украины не реагирует на очевидную угрозу»(27).

Однако пресс-секретарь СБУ Марина Остапенко отрицала существование в Украине каких-либо террористических организаций исламского толка, хотя и признала, что СБУ выявляет отдельных лиц, связанных с международным терроризмом, и к ним применяются меры, предусмотренные законом, в частности, запрещен въезд в Украину 186 иностранцам, внесенным в список Совбеза ООН в качестве подозреваемых в связях с международным терроризмом (28). Тем не менее, мнение Тамима поддержали несколько известных крымских политиков, объяснив позицию спецслужб отсутствием твердой воли со стороны бывшего президента страны В.Ющенко, в непосредственном подчинении которого находилось СБУ (29). В ноябре 2007 г. на юбилее Ассоциации исламских организаций Украины «Альраид» советник Ющенко доктор философских наук Александр Саган, также признал наличие экстремистских политизированных организаций в Украине и призвал собравшихся бороться с распространением экстремистских идей среди исламской молодежи. Противоречивость утверждений государственных чиновников, политических и религиозных деятелей породила в прессе различные кривотолки (30).

В частности, появились публикации, в которых утверждалось, что партия Хизб ут-Тахрир финансируется покровителями из богатых арабских стран, и имеет специальный фонд, в который ее члены вносят 10 процентов от своих доходов. Усилиями Хизб-ут-Тахрир на полуостров идет поток нелегальной литературы, зовущей к джихаду, причем около 80% имамов Крыма сочувствуют этой организации, а число членов Хизб-ут-Тахрир среди крымских татар достигло 20 тысяч. Ближайшая цель — переизбрать председателя меджлиса Мустафу Джемилева и сместить нынешнего муфтия. Благодаря низкому уровню религиозной культуры нынешний муфтият проигрывает Хизб-ут-Тахрир в духовной дискуссии (31).

В последние годы члены зарегистрированных в 1999-2003 гг. автономных мусульманских общин стали все чаще принимать участие в различных религиозных мероприятиях, проводимых адептами Хизб-ут-Тахрир и ваххабитско-салафитскими группами. В то же время религиозно-политическая партия Хизб-ут-Тахрир стремилась расширить и легализовать свою деятельность в Крыму через регистрацию находящихся под ее влиянием мусульманских общин. По словам заместителя председателя Комитета по делам религий АРК А. Булатова, в последнее время «Хизб-ут-Тахрир» фактически начала легализацию своей структуры через создание мусульманских религиозных общин, которые регистрируются в предусмотренном законода^тельством порядке, но не подчиняются ДУМК (32).

2 августа 2008 г. в Симферополе прошла очередная конференция сторонников «Хизб-ут-Тахрир» на тему: «Радикализм, экстремизм и «исламизм», организованная одной из автономных (независимых от Духовного управления мусульман Крыма) мусульманских общин полуострова. По оценке агентства «Регнум», конференция стала площадкой не только для обвинений США и Запада в терроризме и исламофобии, но и для декларирования уверенного становления в Крыму нового явления — «политического ислама». Участникам конференции раздавалась брошюра, в которой, главой исполкома организации «Хизб-ут-Тахрир» в Великобритании Абдул Вахидом обосновывался тезис, что «война Запада против терроризма — это война против ислама». Именно эта установка доминировала на мероприятии в переполненном зале, рассчитанном на тысячу человек (33).

Сегодня функционеры партии активно действуют в Бахчисарайском, Симферопольском, Красногвардейском районах, в г. Симферополе, а также в некоторых населенных пунктах ЮБК. Постепенно в сферу влияния партии попадают и мусульманские общины, находящиеся под юрисдикцией ДУМК. Так, входящая в состав ДУМК мусульманская община «Алушта» основала в 2005 г. выпуск всекрымской общественно-политической газеты «Возрождение», идеологическая направленность которой характерна для партии «Хизб ут-Тахрир». Помещаемые на страницах газеты материалы, в том числе и критические публикации в адрес ДУМК, отличаются высоким профессиональным уровнем. Газета выходит на русском языке тиражом 17 тыс. экземпляров и распространяется бесплатно. Для сравнения отметим, что газета ДУМК «Хидает» выходит на крымскотатарском языке тиражом всего 1.5 тыс. экземпляров (34).

Сегодня, по официальным данным, уже каждая восьмая мусульманская община в Крыму, находится вне контроля меджлиса и ДУМК.

Несмотря на тотальный характер пропагандистской работы Хизб ут-Тахрир среди мусульманского населения городов и сел автономии, меджлис и ДУМК отказываются от аргументированного публичного разъяснения угрозы, которую несет с собой идеология этой партии, ограничиваясь указанием местным имамам не пускать адептов партии в мечети и другими преимущественно административными мерами. Так, в сентябре 2009 г. Духовное управление мусульман Крыма приняло решение запретить проведение каких-либо религиозных мероприятий (за исключением обязательного намаза, а также различных молебнов) в крымских мечетях, на кладбищах и мусульманских святынях полуострова без разрешения муфтията. Одновременно введено обязательное требование о чтении проповедей в мечетях исключительно на крымско-татарском языке. По словам еженедельника «События», на такие меры муфтият пошел после массовой драки в мечети одного из сел Кировского района Крыма между членами запрещенной во многих странах мира исламской партии «Хизб-ут-Тахрир» и сторонниками традиционного ислама (35).

Более того, в последнее время со стороны меджлиса и ДУМК заметно стремление каким- то образом «упорядочить» свои отношения с «хизбами».

Секта «хабашитов»
Хабашизм считается адаптированной «европейской версией» ислама, получившей довольно широкое распространение в США, Канаде, Европе и Австралии. На постсоветском пространстве хабашизм более всего распространен именно на Украине. Идеологи учения считают, что веры в Аллаха достаточно для попадания в рай, обрядам отводят второстепенное значение, выступают за отделение религии от политики, являются противниками ваххабизма. Появление на полуострове сторонников этой нетрадиционной для крымских татар мусульманской секты явилось результатом внутренних противоречий между руководством ДУМК и Духовного управления мусульман Украины (ДУМУ).

Этнорелигиозная «автономность» крымскотатарских мусульман проявилась сразу же после образования в 1992 г. ДУМУ в Киеве. Отвергая притязания хабашита — главы ДУМУ шейха Ахмеда Тамима представлять всех мусульман Украины, руководство ДУМК резонно подчеркивало, что в прошлом именно Крым был главным центром мусульманства не только для Украины, но и для Литвы и Польши. Возникшие разногласия так и не были урегулированы. Эта «борьба за души» крымских мусульман между ДУМК и ДУМУ проявилась в попытках насаждения в Крыму нетрадиционной исламской секты «хабашитов».

По оценкам В.Малиборского, это исламское течение «ставит своей целью формирование основ «либерального ислама», его адаптацию до норм и стандартов гражданского общества, противодействие распространению радикальных и экстремистских течений ваххабитского толка в исламе». Однако руководство ДУМК имеет этот счет совершенно иное мнение. Так, в начале сентября 2007 г. крымская пресса сообщала, что в среде крымских мусульман, помимо приверженцев скандально известной партии «Хизб-ут-Тахрир» и т. н. салафитов (ваххабитов), появи^лись сторонники еще одной осужденной и запре^щенной в ряде арабских стран ислам^ской секты — хабашитов. Отмечалось, что «хабашиты — сторонники одного из течений в исламе, которое в Украине представляет глава Духовного управления мусульман Украины (ДУМУ) шейх Ахмед Тамим». В публикации, посвященной визиту шейха А.Тамима в Крым, газета ДУМК «Хидает» назвала его «псевдо-муфтием, сектантом, который стремится расколоть мусульман Украины».

Надо сказать, что примерно до весны 2007 г. влияние ДУМУ на полуострове было минимальным. Затем ситуация стала меняться буквально на глазах. В мае была зарегистрирована первая, не подчиняющаяся крымскому муфтияту, автономная община хабашитов, затем прошли регистрацию еще 5 таких общин, а в августе в Комитет по делам религии поступило уже 10 новых заявок из Симферо^поля, Евпатории, Алушты и Бахчисарайского райо^на. Более того, стало известно, что крымские хабашиты готовят к регистрации еще, как минимум, 50 общин и планируют создание своих ячеек чуть ли не в каждом крым^ском селе, рассчитывая затем взять под свой контроль и мечети.

По данным источника, этот процесс активно стимулировался шейхом Ахмедом Тамимом из Киева: за регистрацию одной общины ее учредите^лям якобы выплачивалось от $1000 до $5000. Сам шейх Ахмед Тамим отрицал свою причаст^ность к этим процессам, подчеркивая, что ДУМУ уже более 10 лет не поддерживает никаких контактов с крымским муфтиятом и сознательно не регистрирует свои общины в Крыму, не желая раскалывать мусульман. Он, однако, подтвердил, что в Крыму «есть много имамов в мечетях, которые держат связь с нами, выходят на нас, и мы помогаем им морально и религиозными знаниями». Между тем, муфтий мусульман Крыма Э.Аблаев заявил, что Ахмед Тамим является всего лишь орудием в руках неких сил, которые рассчитывают создать в Крыму параллельную структуру и противопо^ставить ее ДУМК (36).

Надо отметить, что не все мусульманские общины в Крыму довольны деятельностью Муфтия и возглавляемого им Духовного управления. По словам крымскотатарской газеты «Полуостров», при всем видимом единодушии, с каким Аджи Эмирали Абла^ев был вновь избран на пост духовного ли^дера на курултае мусульман Крыма, «из 337 мусульман^ских общин были представле^ны 270. То есть 67 общин вообще не участвовали в главном форуме. А если до^бавить к этому 47 автономных мусульман^ских общин, которые совершенно не при^знают над собой власти ДУМК, получается весьма внушительная цифра тех, кого не ус^траивает Муфтий и его команда» (37).

Ахмед Тамим неоднократно (в 1996 г. и 2000 г.) предпринимал попытки объединить под своим началом мусульманские общины Крыма. Но всякий раз они проваливались из-за сопротивления муфтията Крыма и меджлиса. Некоторого успеха хабашитам удалось добиться в Запорожской и Херсонской областях, где ряд ранее подчинявшихся ДУМК крымскотатарских мусульманских общин, уже «захвачены» сторонниками А. Тамима (38).

Таким образом, появление общин хабашитов следует рассматривать как очередную попытку ДУМУ расширить свое влияние в Крыму, воспользовавшись конфликтом между ДУМК и автономными общинами «Хизб-ут-тахрир» и салафитов. При этом независимо от целей, которыми руководствуется А. Тамим, появление еще одного нетрадиционного мусульманского течения, ведет к углублению раскола в национальном движении и общему повышению уровня этноконфессиональной конфликтогенности на полуострове.

«Таблиги Джамаат»
После небезызвестных «андижанских событий» в Узбекистане, повлекших за собой массовые аресты в среде религиозно-политической оппозиции правящему режиму И.Каримова, в Крыму появились этнические узбеки — носители идеологии исламского движения «Таблиги Джамаат» — радикального исламского движения, возникшего в начале XX в. на территории современного Пакистана. Имея знакомых и родственников среди крымских татар, эти мигранты решили обосноваться в горнолесной местности Крыма, среди своих единоверцев. Как выяснилось, некоторые из них прошли соответствующую подготовку в пакистанских мусульманских учебных заведениях и после переселения в АРК стали насаждать среди крымских татар идеи исламского фундаментализма. Появились сообщения о том, что «Таблиги Джамаат» действует как вербовщик «шахидов» для мусульманских террористических организаций. В Крыму активные действия функционеров «Таблиги Джамаат» были отмечены в Симферопольском, Бахчисарайском, Белогорском и Красноперекопском районах (39).

Турецкое влияние
Когда речь заходит об исламском экстремизме в Крыму, то практически все политики, эксперты, журналисты, лидеры меджлиса и руководство ДУМК, как правило, говорят о «ваххабитах» («салафитах»), «хабашитах», приверженцах Хизб ут-Тахрир, или Альраид и других преимущественно арабских религиозных организациях. Главный источник конфликтогенности в виде религиозного экстремизма, уже по сложившейся местной традиции, связывается именно с «арабским» исламом, в то время как «турецкий» ислам воспринимается как вполне традиционное для крымских татар направление.

Вопрос о трансформациях турецкого религиозного влияния на крымских татар является, пожалуй, наиболее сложным. Уже в самом начале процесса репатриации, в силу известных исторических, этнокультурных и геополитических причин, именно турецкая действительность была избрана руководством КТНД в качестве модели реконструкции ислама в Крыму. В этом контексте прямая зависимость ДУМК от Меджлиса наглядно иллюстрировала приоритет национальной идентичности над религиозной.

Несмотря на принятие помощи со стороны различных, в основном арабских, государств и религиозных организаций, исповедующих исторически чуждые крымским татарам толки ислама, меджлис и ДУМК последовательно выступали за возрождение в среде крымских мусульман ханифитского мазхаба. Своеобразным куратором реализации этой стратегии выступало Министерство по делам религии Турции, которое финансировало строительство нескольких мечетей и осуществляло подготовку кадров мусульманского духовенства. К 2001 г. в Крыму постоянно работали 27 его представителей во главе с координатором Бекиром Капланом, занимавшим одновременно должность заместителя муфтия мусульман Крыма.

Одновременно активную деятельность в Крыму развернули неправительственные турецкие религиозные организации. Так, из 69 посетивших Крым в 2000 г. зарубежных мусульманских миссионеров 65 имели турецкое гражданство. Их главной целью провозглашалось преподавание основ ислама в медресе и общинах. При этом ДУМК практически не вел какой-либо статистической и аналитической работы относительно подготовки духовных кадров и их последующего трудоустройства, целиком полагаясь в этих вопросах на координаторов иностранных неправительственных организаций и миссионеров.

Надо отметить, что в мусульманских духовных учебных заведениях преподавателями-воспитателями работали преимущественно представители общественных организаций из Турции. Министерство по делам религий Турецкой Республики направляло своих представителей в основном для работы в мечетях Крыма. Ситуация осложнялась тем, что ДУМК практически был не в состоянии оплачивать труд священнослужителей. Поэтому, наиболее талантливая часть выпускников, по предложению турецкой стороны, продолжала образование в учебных заведениях Турции и других стран. После создания Высшего духовного медресе в Симферополе, его содержание взяла на себя турецкая неправительственная организация «Avrasia Egitim Kultur ve Dostluk Dernegi» («Евразийское общество образования, культуры и дружбы»).

Со стороны меджлиса и ДУМК было грубым просчетом слепо доверять турецким координаторам процесс возрождения ислама в Крыму, не учитывая характер взаимоотношений между государством и исламистами в самой Турции. Результаты проявились уже летом 2004 г., когда ДУМК, пытаясь очистить формально подконтрольные ему общины от сторонников партии «Хизб ут-Тахрир», отстранил около двух десятков «неблагонадежных» имамов мечетей. Обнаружилось, что многие из них были выпускниками крымских медресе, находящихся под контролем именно турецких неправительственных организаций. Одной из причин этого было отсутствие при Меджлисе и ДУМК, а также в структуре Рескомитета по делам религий АРК, сколько-нибудь серьезной научно-аналитической службы, способной прослеживать религиозно-политические процессы в современной Турции, на что неоднократно указывалось в аналитических разработках КФ НИСИ.

Симптоматично, что активная деятельность в Крыму турецких неправительственных организаций, вызвала серьезную обеспокоенность со стороны Министерства по делам религии Турции. Будучи не в состоянии серьезно влиять на ситуацию, и постепенно утрачивая влияние на политику ДУМК, представители Министерства с середины 2005 г., по мере окончания действия своих виз, стали покидать территорию АРК. Примечательно, что Министерство отказалось от имевшей место в течение 10 лет практики ротации своих кадров, как бы снимая с себя ответственность за возможную дальнейшую радикализацию крымских мусульман. В мае 2005 г., так и не дождавшись своего заместителя из Турции, покинул АРК координатор Министерства по делам религии Турции Бекир Каплан. На 1 ноября 2005 г. из 25 представителей Министерства по делам религии Турции АРК покинули 10 человек, 15 человек продолжали работать, в основном в качестве имамов мечетей.

Образовавшуюся нишу активно заполнили представители неправительственных турецких организаций, в частности, турецкого фонда «Азиз Махмуд Худаи Вакуфи» и упомянутого выше «Евразийского общества образования, культуры и дружбы». Причем 18 представителей последнего прибыли в АРК одновременно с выездом представителей Министерства по делам религии Турции.

Фонд «Азиз Махмуд Худаи Вакуфи» активно действовал в Крыму уже с середины 1990-х гг., первоначально сосредоточив свои усилия главным образом на строительстве мечетей. Затем акценты деятельности фонда были перенесены на подготовку кадров мусульманского духовенства в медресе Азовское Джанкойского района. При этом, несмотря на увольнение муфтиятом в 2005 г. от своих должностей 20-ти выпускников этого медресе за приверженность к идеологии партии «Хизб ут-Тахрир», никаких изменений в плане контроля со стороны муфтията за учебным процессом не последовало.

Вместо этого заместитель председателя меджлиса Р.Чубаров, игнорируя «обнаружившуюся» связь «хизбов» с турецкими миссионерами, стал публично заявлять о том, что настоящих хозяев этой религиозно-политической организации надо искать «в сопредельной стране, руководство которой столь яростно пытается воспрепятствовать дальнейшей интеграции украинского государства в европейские и евроатлантические структуры…» (40). В комментарии агентству «Контекст-медиа» он заявил по этому поводу следующее: «Если исходить из того, какие государства плохо скрывают свою заинтересованность в Украине, то я не исключаю, что «Хизб ут-Тахрир» финансируется из кругов, которые находятся в российском государстве». То же агентство сообщало, что Президиум ВР АРК решил выступить с инициативой принятия закона о запрете деятельности «Хизб ут-Тахрир» в Украине (41).

Надо отметить, что деятельность «Хизб ут-Тахрир» довольно широко распространена в Турции, несмотря на то, что власти рассматривают ее как экстремистскую. Так, по сообщению турецкого интернет-ресурса «Sonsayfa» в конце июня 2009 г. подразделения управления по борьбе против терроризма провели в Анкаре и 23 других регионах страны одновременные действия против «экстремистской организации Хизб ут-Тахрир», в результате чего было арестовано около 200 человек и конфискованы важные документы (42).

По данным Комитета по делам религий АРК, упомянутое выше «Евразийское общество образования, культуры и дружбы» развернуло свои действия в Крыму под патронатом ДУМК с 2004 г. (по другим данным — с 2003 г.) и к настоящему времени открыло медресе и мусульманский учебный центр в Симферополе, а также медресе в Белогорске, которые действуют без официального статуса. Деятельность организации носит закрытый характер и особенно не афишируется, но численность ее миссионеров быстро растет. За период 2005-2007 гг. она увеличилась в три раза и уже превысила число представителей Министерства по делам религий Турции.

Министерство по делам религии Турции в Крыму до самого последнего времени представлял координатор Емин Патан, под руководством которого на постоянной основе в качестве настоятелей мечетей работали 20 миссионеров. В то же время на полуострове активно действовали еще 40 турецких миссионеров неправительственных мусульманских организаций (различных фондов, тарикатов, обществ и т.п.), которые занимались преимущественно подготовкой религиозных мусульманских кадров на основе устной договоренности с руководством ДУМК. По оценкам многих мусульманских священнослужителей, распространяемые ими вероучения отличались от традиционной религии крымских татар и носили религиозно-политический подтекст (43). В частности, «Евразийское общество образования, культуры и дружбы» некоторые эксперты рассматривают как креатуру суфийского ордена «сулейманистов», связанного с турецкими спецслужбами. Сторонниками светского пути Турции «сулейманисты» воспринимаются негативно, а в ряде стран Центральной Азии эта секта запрещена.

О секте «Нурджилар»
Есть основания полагать, что деятельность «Евразийского общества просвещения, культуры и дружбы», как и турецкого фонда «Азиз Махмуд Худаи Вакуфи», действуют под контролем Фетхуллаха Гюлена — духовного лидера секты «Нурджулар», выступающей за создание «тюркской империи просвещенного шариата». Название секты происходит от имени ее основателя муллы Саида Нурси (1876-1960), выступившего в начале ХХ века с проповедью установления в Турции шариатского правления.

Турецкое руководство на протяжении всего периода существования «Нурджулар» неоднократно меняло свое отношение к деятельности ордена. После прихода к власти исламистов, и в особенности после избрания президентом А.Гюля, позиции «Нурджулар» в структурах власти существенно укрепились. Лидер секты Фетхуллах Гюлен, продолжая с 2000 г. скрываться в США, активно сотрудничает с ЦРУ, ФБР и Госдепартаментом. По данным экспертов, «США и Турция рассматривают присутствие структурных звеньев «Нурджулар» в странах Евразии в качестве одного из способов усиления политического и экономического влияния Турецкой Республики в данных регионах. Ордену принадлежат журналы, газеты, телевизионный канал и радиостанции. Секта финансируется крупными турецкими предпринимателями, среди которых преобладают последователи идей Ф. Гюлена. Она также пользуется негласной поддержкой турецкого правительства. Денежные средства поступают как за счет пожертвований, так и от финансово-экономической деятельности принадлежащих ей различного рода фирм, банков, холдингов и т.д. (44).

Как правило, «Нурджулар» действует скрытно, через сеть созданных ею фондов и исламских образовательных учреждений. Обучающиеся в таких учебных заведениях дети скрыто подвергаются идеологической обработке в духе пантюркизма. В Крыму представителей «Нурджулар» больше всего интересует крымскотатарская молодежь, с которой проводится соответствующая религиозная работа. Проповедники «Нурджу^лар» делают ставку на наиболее образованные слои молодежи и, прежде всего, на тех из них, кто имеет шансы получить работу и закрепиться в начальственных и силовых структурах власти. Выявить проповедническую деятельность эмиссаров турецких исламистских структур крайне сложно, так как в Крыму, в отличие от других стран СНГ, «Нурджулар» не создает подконтрольных фондов или учебных заведений. Эмиссары «Нурджулар» могут камуфлироваться под турецких бизнесменов, представителей благотворительных организаций и устанавливать неформальные контакты с крымскими татарами.

Существует и другой канал вербовки крымскотатарской молодежи в турецкие исламистские структуры — через обучение в духовных и светских учебных заведениях Турции. Об этой практике официально заявлял глава Рескомрелигий В. Малиборский. Эксперты, знакомые с процессом обучения в духовных учреждениях Турции, говорят, что в некоторых из них до сих пор поступающие на обучение студенты попадают под деструктивное влияние сторонников радикальных пантюркистских организаций «Серые волки», «Сулейманджи» и других исламских сект. По степени конспиративности турецкие религиозные секты намного превосходят и «Хизб ут-Тахрир», и ваххабитов.

Вычислить сейчас реальное количество приверженцев, например, той же «Нурджулар» в Крыму практически невозможно. Тактика деятельности этих пантюркистских сект весьма эффективна, поскольку испытана в других странах и адаптирована под условия конкретного региона (45).

Развитие сетевых ячеек «Нурджулар» в условиях полуподпольной работы и давления со стороны государства привело к формированию своего рода спецслужбы. Секта занимается сбором информации в политической, экономической, межконфессиональной и других сферах в регионах и государствах, где проживают тюркоязычные народы, использует методы конспирации, осуществляет внедрение и дальнейшее продвижение своих адептов в органы власти и управления как Турции, так и СНГ, в том числе России. В настоящее время структуры «Нурджулар» действуют в 65 странах мира. По сведениям Главного командования Вооруженных сил Турции, число их последователей достигает 4 миллионов человек. Под названием («Нурчилар» «Фатхуллачилар», «религиозное общество») секта включена в перечень террористических и религиозных экстремистских организаций, деятельность которых запрещена на территориях государств — членов организации «Центрально-Азиатское сотрудничество — России, Казахстана, Киргизии, Таджикистана и Узбекистана» (46).

Еще в 2002 году директор ФСБ Николай Патрушев заявил, что, действуя на территории России, «Нурджулар» решала широкий спектр задач в интересах разведки: «Осуществлялся сбор информации о происходящих на Северном Кавказе процессах, велась пантюркистская и панисламистская обработка российской молодежи, изучались кандидаты на вербовку в целях формирования протурецкого лобби в местных властных структурах, проникновения в правоохранительные органы и общественные объединения».

По данным российского ФСБ, функционеры «Нурджулар» контактировали с представителями действующих в Турции организаций, в том числе фонда «Кавказ» и турецкой радикальной националистической организациии «Серые волки», оказывающих помощь бандформированиям в Чечне. В рамках масштабных расследований в 2002-2007 годах из России были депортированы несколько сотен граждан Турции. В частности, по требованию прокуратуры Татарстана страну покинули 44 турецких преподавателя татаро-турецких лицеев, обвиненных в идеологической обработке детей идеями пантюркизма. В апреле 2008 года Генпрокуратура России добилась признания деятельности «Нурджулар» экстремистской и ее запрета Верховным судом страны (47).

Лидеру организации Ф.Гюлену приписывается следующее заявление: «Наша задача — формировать исламское мировоззрение. Именно так мы сможем захватить Россию без всякого джихада» (48).

Не контролируемое распространение нетрадиционных для Крыма радикальных мусульманских течений угрожает не только национальной идентичности крымских татар. Полуостров в перспективе подвергается риску стать еще одним объектом международного исламского терроризма.

К сожалению, утвердившийся в структуре Комитета по делам религий АРК, а также в Меджлисе и ДУМК ситуативный подход к решению этнополитических и межконфессиональных проблем, практически исключает возможность раннего выявления и профилактики потенциальных угроз в этой сфере, не говоря уже о выработке научно обоснованных рекомендаций превентивного свойства.

Ясно, что выработка таких рекомендаций невозможна без сколько-нибудь серьезной научно-аналитической службы, способной прослеживать проекцию на крымское и общеукраинское пространство религиозно-политических процессов в современной Турции, арабских и других мусульманских странах. Ясно также, что своевременная оценка рисков и профилактика угроз невозможна без соответствующего организационного, материально-технического, информационного и финансового обеспечения со стороны украинского государства.

Источники:
1. О некоторых особенностях конфессионального развития Украины и Крыма, обусловленных «либеральным» характером указанного закона, см.: Григорьянц В.Е., Ишин А.В., Шевчук А.Г. К вопросу о государственно-конфессиональных отношениях в Украине и АРК.Изд.2. Симферополь, 2004.
2. Крымские татары: возвращение, обустройство, адаптация. Симферополь, 1995, с.60-61.
3. По материалам Комитета по делам религий АРК.
4. «Сегодня», 25 октября 1999 г.
5. http://ukraine.fondsk.ru/, 20.12.07
6. http://www.business-politika.net/halifat_in_crimea.php
7. Голос Крыма, 28 апреля 2000 г., с.1.
8. Авдет, 14 декабря 1999 г., с.1-2; Голос Крыма, 11 августа 2000 г., с.1.
9. Крымская газета, 5 декабря.2003 г., с. 2.
10. http://www.regnum.ru, 23.10.07
11. Отчет КДР АРК за 2008 г.
12. http://www.regnum.ru/, 13.08.07.
13. «Авдет», 11.12. 2007 г., с. 3; Отчет КДР АРК за 2007 г.
14. Крымская правда, 25 ноября 2003 г. с.3.
15. http://www.nr2.ru/, 09.12.07
16. http://www.rbc.ua/, 19.12.07
17. Плотников Г. Крым: исламский гамбит // http://www.rosbalt.ru/, 16.03.10
18. http://www.nr2.ru/, 09.12.07
19. Плотников Г. Крым: исламский гамбит // http://www.rosbalt.ru/, 16.03.10
20. http://www.press-uz.info/, 06.10.07
21. Голос Крыма, 4 апреля 2003 г., с. 1.
22. «Полуостров», 28 марта 2003 г., с. 2. Блиц-опрос, проведенный среди крымских татар Симферополя весной 2003 г. показал, что большинство из них осуждает военные действия в Ираке.
23. Крымская правда, 25 ноября 2003 г., с.3.
24. Крымская правда, 15 августа 2007 г., с. 1, 2.
25. http://ukraine.fondsk.ru/, 20.12.07
26. «События», 10.08.07, с. 2, 3; http://www.interfax-religion.ru/, 13.08.07
27. http://www.otechestvo.org.ua/main/20079/2133.htm.
28. http://www.nr2.ru/, 26.09.07
29. http://www.nr2.ru/, 24.09.07
30. СБУ и Секретариат Президента Украины: левая рука не знает, что делает правая?//
http://www.otechestvo.org.ua/main/200711/536.htm
31. Руденко-Миних И. Кто строит крымский халифат? //http://www.business-politika.net/halifat_in_crimea.php — Впрочем, называются и другие, по большей части ничем не обоснованные цифры: от полутора сотен — до 30 тысяч членов «Хизб-ут-Тахрир» в Крыму.
32. «События», 21.03.08, с.2. — В отличие от «хизбов», ваххабитско-салафитские группы пока еще воздерживаются от регистрации своих общин, заявляя, что уже «зарегистриро-ваны у Аллаха».
33. www.regnum.ru/news/1037710.html
34. «Хизб-ут-Тахрир» выходит из подполья // www.regnum.ru/news/976135.html — 25.03.2008
35. http://www.nr2.ru/, 21.09.09
36. Мусульманам полуострова грозит раскол // «События», 07.09.07, с. 1, 2.
37. «Полуостров», 01.08.08, с.2.
38. Мусульманам полуострова грозит раскол // «События», 07.09.07,с. 1, 2.
39. http://i-r-p.ru/page/stream-trends/index-23791.html
40. «Хизб-ут-Тахрир» выходит из подполья: Крым за неделю//www.regnum.Ru/news/ 976135. html — 25.03.2008.
41. http://news.allcrimea.net — 07.04.08.
42. http://www.yerkramas.org/news/2009-07-24-7979
43. Отчет КДР АРК за 2007 г.
44. http://www.iimes.ru/rus/frame_stat.html — 03.11.2007.
45. http://www.e- crimea.info/2009/06/14/23420/Turetskie _islamistyi_uzhe_v_Kryimu_.shtml
46. http://www.iimes.ru/rus/frame_stat.html — 03 ноября 2007
47. http://www.yerkramas.org/2010/06/25/v-rossii-pojman-lider-azerbajdzhanskix-ekstremistov-pantyurkistov-nurdzhular/
48. http://www.iimes.ru/rus/stat/2004/20-11-04.htm

 

На фото вверху — Владимир Ервандович Григорьянц,
кандидат исторических наук,
директор Научно-исследовательского центра Крымоведения
Статья впервые опубликована в журнале «Черноморский вестник». N 3(14), июль-сентябрь 2010 г. (с.100-110)

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Ждем-с!

Ольга ФОМИНА

Киев бомбардирует Крым никчемными заявлениями

.

Интересует французская недвижимость?

Ольга ФОМИНА