Крымское Эхо
Архив

Не за рыбу гроши

ЗАЧЕМ МОСКВИЧИ ЕЗДЯТ В КЕРЧЬ

В конце августа керченским дамам не удавалось пробиться на маникюр и стрижку к своему мастеру, если они загодя, хотя бы за месяц, не озаботились проблемой личной привлекательности. Все силы местной сферы обслуживания были брошены на заезжих отпускниц, которые накануне отбытия с курорта в родные пенаты старались урвать по максимуму дешевого, по их меркам, сервиса. Профессионалы ножниц и пилочек, отлично понимая, что до будущего лета им доведется работать исключительно с местной клиентурой, балансировали на грани фола, максимально стараясь соблюсти приемлемое равновесие между постоянными клиентками и рвущими их на части курортницами.

Керченский сервис особо предпочитают москвички, среди которых местные маникюрши и парикмахеры выделяют группу постоянных летних клиенток. Приезжая на отдых, они буквально с поезда несутся записываться к дамским мастерам, чтобы как минимум пару раз сделать маникюр-педикюр и «почистить перышки» своих потерявших форму причесок. Отдав двадцать гривен, или, в пересчете на российскую валюту, сто рублей, блеклокожие россиянки встают из парикмахерских кресел картинками. Мастера-модельеры работают над их головками, вертясь на одной ножке вокруг акающих клиенток, тогда как в Москве их за сто пятьдесят рублей в парикмахерской эконом-класса в буквальном смысле слова оболванят в стиле горшка из русской печи.

За тридцать гривен в обычной парикмахерской Керчи легко сделают хорошего качества французский маникюр, за двадцать пять – обработают и покроют лаком ногти, за сорок пять гривен выскоблят пятки и наведут марафет на пальцах ног. В Москве, рассказывает жительница российской столицы Наталья, эти гигиенические дамские процедуры обошлись бы в парикмахерской все того же эконом-класса в два с половиной раза дороже. Наталья причисляет себя к крепкому среднему классу, но тем не менее маникюр и педикюр давно наловчилась делать себе сама и только особый случай с торжественным выходом «в свет» вынуждает ее наводить красоту в престижном салоне. В Керчи, где живет ее свекровь, она отрывается по полной парикмахерской программе, и за ее три отпускных недели местные кумушки устают считать, сколько раз Наталье удается кардинально сменить имидж, чтобы после экспериментов отбыть в Москву в новом образе.

И непременно с новым гардеробом, приобретенным исключительно в сэконд-хэнде. Наталья с гордостью показывает малиновый топик достойной английской фирмы, купленный ею за пять гривен и тут же переводит стоимость яркой тряпочки на российские рубли: оказывается, его цена точь-в-точь совпадает со стоимостью проезда в рейсовом московском автобусе или троллейбусе – двадцать пять рублей. Страсть Натальи к сэконд-хэндовскому шопингу разделяют многие россиянки, оказавшиеся на керченском морском берегу. Предприимчивые ученые из Арзамаса-16 в девяностые годы скупили по дешевке несколько домов неподалеку от моря, за пару лет обустроили там полулегальный пансионатик для своих земляков, куда те с удовольствием ездят для отдохновения от своей засекреченной науки. Так вот эти ученые дамы, чьи лица украшает печать нешуточного интеллекта, как простые русские бабы, энергично ворошат тюки сэконд-хэнда, отбирая вещички для себя, детей и всех знакомых Мань и Вань, радуясь копеечным приобретениям добротных, европейского качества, вещей.

Энтузиазм в поиске дешевого, пусть и из вторых рук, эксклюзива вполне объясним. Российские сэконд-хэнды безумно дороги, коль в их сети попадают приличного состояния вещи, но преимущественно они забиты барахлом, в которое согласятся рядиться разве что потерявшие человеческий облик бомжи.

На товары турецкого и китайского производства заезжие курортницы, как правило, не падки: подобного в достатке и на их рынках. Исключение составляет постельное белье — в керченских бутиках оно идет нарасхват. Купленный в Керчи комплект постельного белья от турецкого производителя обходится россиянам почти втрое дешевле, в пересчете на рубли — в пределах двух тысяч вместо шести в той же Москве. Аналогично сравниваются цены и на покрывала того же турецкого производства.

Как ни странно, но россияне, включая и москвичей, охотно раскупают шоколадные конфеты украинских производителей. Вкус и качество их вполне устраивают еще и потому, что подобные сорта известных московских или самарских брендов типа «Бабаевская» и «Россия» стоят примерно в два с половиной раза дороже. Нарасхват идут и кондитерские изделия: торты керченского хлебокомбината по вкусовым качествам котируются выше московских, а печенье, вафли, крекеры везутся еще и про запас.

Правда, цены на все другие продукты питания, включая овощи и фрукты, шокируют приезжих. Те же москвичи, прекрасно понимая разницу в уровне жизни своей и керчан, дивятся их способности к выживанию. Домашняя курица за сто гривен и мясная вырезка за шестьдесят-восемьдесят, цены на которые остаются неизменными в течение дня, несмотря на продолжительное лежание на рыночном прилавке под жарким южным солнцем, вызывают у них, мягко сказать, недоумение. В крупных и столичных городах России, рассказывают приезжие, вечером на рынке мясо можно купить процентов на тридцать дешевле, чем поутру. Кстати, россияне далеко не первооткрыватели подобной торговой практики – так поступают во всех европейских странах и том же Израиле, где перед закрытием рынка тебе отдадут непроданный товар чуть ли не даром.

Приезжие из северных российских регионов дивятся ценам на исконно крымские овощи и фрукты, которыми они еще пару лет назад объедались задешево. Они никак не могут взять в толк, почему прилавки керченских рынков затарены турецким, а не крымским виноградом, и с чего вдруг на него такая заоблачная цена. В разгар сезона виноград в пересчете на их российский рубль стоит шестьдесят-девяносто рублей, а в Москве он с начала лета продается по двадцать пять рублей за килограмм.

Однако большинство россиян уже давно ездят в ту же Керчь не за морскими купаниями. Нет, они, безусловно, отдают должное ее двум морям и бесчисленным диким и организованным пляжам, но главная цель поездки не привязана исключительно к отдыху. В последние годы активно развивается своеобразный стоматологический туризм, когда основное время курортника посвящено лечению и протезированию зубов, в промежутках между которыми можно еще окунуться в море и позагорать – совместить, так сказать, полезное с приятным. Керченским стоматологам, будь они настоящими бизнесменами, давно пора «отстегивать» живущим за пределами родного города бывшим землякам, которые, мало того что сами проторили дорожку к их кабинетам, так еще и рекламируют их работу в России. Все та же москвичка Наталья осталась безумно довольна работой одного из керченских зубных дел мастера, которому она только в течение нынешнего лета «подкинула» троих денежных клиентов, включая собственного мужа.

По-женски радостно она подсчитывает экономический эффект для семейного бюджета. За лечение и протезирование двадцати шести зубов в районной московской поликлинике с нее запросили сто двадцать пять тысяч рублей с учетом имеющейся у нее как у постоянной жительницы российской столицы двадцатипятипроцентной скидки. Надумай она заняться своим ртом в одной из множества работающих в Москве американских стоматологических клиник, один зуб обошелся бы Наталье в шесть тысяч рублей. В Керчи лечение и протезирование металлокерамикой ей обошлось в пятьдесят две тысячи рублей. На муже Наталья «сэкономила», по грубой прикидке, еще тысяч сорок пять.

Ее приятельница ничуть не жалеет, что две недели своего законного отпуска потратила на поездку в Керчь, куда она при своем среднем московском достатке никогда бы не поехала просто ради моря и пляжа – на то существуют Турция и Египет. Но совмещение протезирования зубов и лежания на пляже пришлось ей по душе. Через две недели она покинула Керчь с голливудской улыбкой, параллельно унося воспоминания о приятно поразившей ее дешевизне проживания в приморском городе. В освобожденном ею кресле на пару недель обосновался, удовлетворенно потирая руки от экономической выгоды, приятель Натальиного супруга, никогда прежде не соглашавшийся на посещение исторической родины друга. Но ради дешевой голливудской улыбки он изменил своим отпускным средиземноморским пристрастиям и даже закрыл глаза на недоброжелательность украинской таможни, энергично шерстящей автомобили с российскими номерами.

Цены керченских стоматологов не устраивают только приезжих из Екатеринбурга, которые в пересчете на российские рубли, по их словам, ничего не выигрывают. Однако местным дантистам банкротство ни в коем случае не грозит: их цены остаются конкурентоспособными на московских просторах. Уже сейчас хороший керченский стоматолог обеспечен предварительными заказами на будущее лето. И если курортом в полноценном значении этого понятия Керчь может так никогда и не стать, то, как у Мекки стоматологического, парикмахерского и сэконд-хэндовского туризма, у нее есть вполне достойные перспективы.

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Живем, как в зазеркалье

Борис ВАСИЛЬЕВ

Не слишком ли много победителей на одну-то победу?

Борис ВАСИЛЬЕВ

В Ливадийском дворце снова дворяне

Ольга ФОМИНА

Оставить комментарий