Крымское Эхо

В Крыму говорят — весь мир слышит!
Информационно-аналитическая интернет-газета

Симферополь в годы Великой Отечественной войны

.

К 76-й годовщине освобождения  столицы Крымской АССР от немецко-фашистских и румынских оккупантов 13 апреля 1944 г

    22 июня 1941 г. гитлеровская Германия, вероломно нарушив договор о ненападении, внезапно, без объявления войны, обрушила на СССР мощный удар 190 дивизий, вооруженных тысячами танков, орудий, самолетов. Над нашей страной нависла смертельная опасность. Германский фашизм ставил своей целью ликвидацию первого в мире социалистического государства, истребление и порабощение  советского народа.

    Навязанная Советскому Союзу война была самой тяжелой и жестокой из всех войн, когда — либо пережитых нашей Родиной. Печальную участь готовили захватчики трудящимся Крыма. На совещании руководителей нацистского рейха было решено: «Крым должен быть освобожден от всех чужаков и заселен немцами…стать областью империи». 

    О начавшейся войне и варварской бомбардировке фашистскими самолетами города Севастополя – Главной военно-морской базы Черноморского флота, – руководство Крымской АССР и города Симферополя узнало от командующего Черноморским флотом  вице – адмирала Ф. Октябрьского. Уже в 4 часа утра 22 июня в Симферополе состоялось расширенное заседание бюро Крымского обкома партии, которое вел  1-й секретарь обкома и Симферопольского горкома ВКП (б), член Военного совета Черноморского флота В. С. Булатов  с приглашением на него командира 9-го отдельного (особого) стрелкового корпуса – командующего сухопутными войсками Крыма генерала Судакова (позднее его сменил генерал – лейтенант П. И. Батов. – авт.).

Улица Гоголя, 1944 г. / и сегодня

    На заседании также присутствовали члены бюро Симферопольского ГК ВКП (б): С. В. Мартынов — 2-й секретарь,  Г. П. Кувшинников — 3-й секретарь, В. Ф. Амелинов — секретарь по промышленности и транспорту, А. И. Мандельштам — зав. отделом агитации и пропаганды, В. Е. Лошкарев — 1-й секретарь Городского РК ВКП (б), В. И. Никаноров — 1-й секретарь Центрального РК ВКП (б), Филип­пов — председатель исполкома Симферопольского горсовета депутатов трудящихся, и другие.

     В этот же день в Симферопольский горисполком поступила телеграмма о введении боевого угрожаемого положения на всей территории Крымского полуострова за подписью В.С. Булатова. В состояние боевой готовности в Симферополе были приведены объединенный городской военкомат (горвоенком Малов),городской и районные штабы противовоздушной обороны (МПВО) и 6 отрядов самообороны (по два в каждом районе города).

    В 12 часов 22 июня жители города у репродукторов слушали текст обращения к советскому народу, утвержденного Политбюро ЦК ВКП (б), с которым выступил по радио заместитель Председателя СНК СССР и нарком иностранных дел страны В. М. Молотов. «Весь наш народ, — говорил он, — теперь должен быть сплочен и един, как никогда. Каждый из нас должен требовать от себя и от других дисциплины, организованности, самоотверженности, чтобы обеспечить все нужды Красной Армии, флота и авиации, чтобы обеспечить победу над врагом». Последними словами были: «Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами».

    Уже вечером 22 июня 1941 года у ворот Симферопольского горвоенкомата стали выстраиваться очереди желающих добровольцами выступить на защиту страны. Только за 2 дня войны в Симферополе было подано 4 тысячи заявлений о добровольной отправке на фронт. 

    С обратившимися  о добровольной отправке на фронт было организовано военное обучение  без отрыва от производства по ускоренной программе Ворошиловского стрелка 2-й ступени, ускоренные курсы медсестер для женщин.

    Почин молодежи был поддержан и взрослыми. Так, за период с 22 по 30 июня заявления о добровольной отправке на фронт подали свыше 1000 граждан столицы.  В своих заявлениях на имя командующего сухопутными войсками Крыма, а также военного комиссара города многие просили «отправить их добровольцами в ряды действующей Рабоче-Крестьянской Красной Армии» и клялись «биться до последней капли крови за свою Родину». В тот момент они еще не могли знать, что война с фашиз­мом, говоря словами поэта, — «Это — ад!

Война — это трупов застывших толпа…
Война — это голые черепа,
Скелеты и остовы
Бывших домов,
И тысячи тысяч
Могил и холмов,
И тысячи тысяч
Внезапных смертей,
Предсмертные крики
И стоны детей…».

    Начиная с нуля часов 23 июня 1941 года на всей территории Крымского полуострова, согласно указу Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 года, в том числе и в Симферополе, было введено, военное положение.  «Все функции органов государственной власти в отношении обороны, сохранения общественного порядка и обеспечения государственной безопасности» пере­шли к командующему сухопутными войсками Крыма–командиру 9-го отдельного (особого) стрелкового корпуса. 

    С введением военного положения закончилась мирная жизнь жителей Симферополя, превратившегося за 20 лет после окончания Гражданской войны на полуострове в крупный промышленный и культурный центр Крымской автономной республики.

     Накануне войны в Симферополе в мире и дружбе проживали 142.634 человек, представителей более 40 национальностей. Никто не делил их на русских (73360 человек), евреев (22791), татар (17392), украинцев (14797), немцев (3096), армян (2798), греков (1937), болгар (929), прочие  5534 человека.  Они трудились, растили детей, дружили. 

    Действовали 130 промышленных предприятий, на которых было занято более 20 тыс. рабочих.

    Заметно улучшилось социальное и культурное благосостояние трудящихся Симферополя. В 43 школах и 11 техникумах, средних специальных учебных заведений и рабфаках обучались почти 25 тыс. учащихся, в Крымском государственном педагогическом университете им. М.В. Фрунзе, Крымском государственном сельскохозяйственном институте им. М.И. Калинина, Крымском государственном медицинском институте имени И.В. Сталина Народного комиссариата здравоохранения РСФСР получали знания свыше 2,5  тыс. студентов разных национальностей. 

    В городе имелось 4 музея, 4 театра, 4 кинотеатра, 24 клуба, радиовещательная станция с 13 тыс. радиоточек, 178 библиотек с количеством книг в них около 1,1 миллиона экземпляров, два стадиона, издавались 8 газет тиражом в десятки тысяч экземпляров.  

Улица Карла Маркса, 1944г.

    В органах государственной власти интересы трудящихся Симферополя представляли в Верховном Совете РСФСР работница швейной фабрики имени Н. К. Крупской А. Соколова, в Верховном Совете Крымской АССР 1-го созыва 11 депутатов.

    Без сомнения, успехи трудящихся столицы республики в социально-экономическом развитии были бы гораздо больше, если бы не начавшаяся, Великая Отечественная война.

    С 23 июня в Симферополе, согласно Указу Президиума Верховного Совета от 22 июня 1941 года,  (15) была объявлена первая мобилизация военнообязанных 1905 — 1918 годов рожде­ния включительно, прошедшая организованно в течение нескольких дней. Успешно проведена была и августовская мобилизация военнообязанных 1890 — 1904 гг. рождения и призывников 1922-1923 гг. Всего  в Крымской АССР впервые месяцы войны было мобилизовано 93 тысячи человек, в том числе из Симферополя – 21 600 человек (23,22 %).

    К сожалению, многим из них не пришлось вернуться с войны.  Так, в обобщающем № 8 томе «Книги Памяти Автономной Республики Крым» говорится о том, что «количество военнослужащих, погибших, умерших от ран и пропавших без вести в годы Великой Отечественной войны по г. Симферополю составляет 9468 человек или 15,81 % от общей численности по Автономной Республике Крым в 59879 человек».

    В тоже время есть и другие данные. В частности, в 1-й том «Книги  Памяти Республики Крым» занесен 7831 фронтовик-симферополец, среди них — 3601 погибший и 4230 пропавших без вести. В нем есть также  имена 1305 военнослужащих погибших и пропавших без вести (без указания погиб или пропал без вести. 

                                                         Помните!
                                                         Через века,
                                                                           через года, –
                                                          помните!
                                                          О тех,
                                                                    кто уже не придет никогда,–                       
                                                           помните!                                                        

    Из добровольцев была сформирована дивизия народного ополчения общей численностью 12 тысяч человек, которой командовал офицер запаса директор завода «Коммунар» А.И. Слесаренко, комиссаром был секретарь горкома ВКП (б) И.Н. Казаков.Ополченцы совмещали основную работу с военной подготовкой, участвовали в строительстве оборонительных рубежей.

    Созданные в городе истребительные батальоны № 1 в Центральном районе, № 2 – в Городском районе численностью 400 человек, охраняли важнейшие народнохозяйственные объекты, тыл армии от вражеских шпионов и диверсантов. 

    Фронт забирал тысячи молодых и здоровых мужчин, уходили на фронт девушки. А к рабочим местам становились жены, сестры, подростки. Люди не считались ни со временем, ни с возникшими трудностями быта.

    Фронтовые заказы выполняли промышленные предприятия и организации города. Машиностроительный завод им. Куйбышева, мотороремонтный завод, депо станции Симферополь выпускали минометы и противотанковые мины. В дни развернувшихся боев на Перекопе и Чонгаре заводы города ремонтировали военную технику и оружие.

    14 августа 1941 г. Ставка Верховного Главнокомандования издала директиву о создании в Крыму 51-й Отдельной армии  (штаб ее рас­полагался в столице Крымской АССР) на базе 9-го отдельного (особого) стрелкового корпуса  и формировании здесь четырех стрелковых дивизий, в том числе одной из них в Симферополе. 15 августа в помещении театра юного зрителя было развернуто управление 3-й Крымской стрелковой дивизии, комплектовавшаяся местными жителями, в основном из числа народного ополчения. Командиром дивизии стал полковник И. Г. Торопцев. Вскоре она приняла боевое крещение.

     12 сентября 1941 г. передовые части 11-й немецкой армии подошли к северным границам Крымского полуострова. После упорных боев противник 25 сентября занял Армянск и большую часть Турецкого вала. На помощь оборонявшимся здесь войскам из района Симферополя была направлена третья Крымская дивизия. Переход по открытой степи выдался тяжелым и кровопролитным. Дивизию жестоко бомбила авиация противника.

    Понеся немалые потери, симферопольцы вышли к Армянску. Первыми  26 сентября с ходу вступили в бой 383-й и 865-й полки дивизии, а на следующий день ее главные силы. Несколько раз поселок переходил из рук в руки. Но сила пока оставалась на стороне врага. В наших частях мало было танков, недоставало артиллерии. В ходе боев этих дней 3-я Крымская дивизия получила наименование 172-й, ее командиром стал полковник И. А. Ласкин. До конца октября она сдерживала врага.

    После того как противник, обеспечив большой перевес сил, прорвал наш фронт, дивизия, переданная в состав Приморской армии, отошла к Симферополю, а затем получила приказ выйти в район Севастополя. Несмотря на большие потери, она сохранила боеспособность и 1 ноября 1941 г., пройдя северо-западной окраиной Симферополя, углубилась в Крымские леса. Миновав Ялту и Байдарский перевал, 6 ноября 1941 г. 940 бойцов и командиров 172-й стрелковой дивизии вошли в Севастополь, чтобы принять участие в его обороне

    172–я стрелковая дивизия, снискавшая себе славу обороной Могилева, Перекопа, Севастополя, вошла в историю Великой Отечественной войны. Она воевала под Сталинградом, на Украине, в Белоруссии, Польше, Германии и Чехословакии. За освобождение Павлограда получила название «Павлоградская», награждена орденами Суворова и Красного Знамени. 8 раз упоминалась в приказах Верховного Главнокомандующего.

    Заняв Крым, враг не мог оставаться спокойным. Еще 4 июля 1941 г. на совещании руководителей городов и районов, проходившем в Крымском обкоме партии, были намечены мероп­риятия по подготовке к народной борьбе, если последует оккупация республики. Определялись места базирования и действий партизанских отрядов. Заготавливались и перебрасывались в лесные и горные базы продовольствие, оружие и боеприпасы, медикаменты итеплые вещи.

    Особо тщательно подбирались люди для партизанской войны и борьбы в подполье. Нужны были надежные, твердые в своих убеждениях бойцы, способные действовать в экстремальных ситуациях. Постановлением бюро Крымского  ОК ВКП (б) от 23 октября 1941 г. командиром партизанских отрядов Крыма был назна­чен А.В. Мокроусов, освобожденный от обязанностей командира народного ополчения Крыма,  секретарь Симферопольского горкома партии С. В. Мартынов стал комиссаром партизанских отрядов

Крыма.

К моменту вторжения гитлеровских войск на полуостров на базе истребительных батальонов города и Симферопольского района было создано три партизанских отряда: 1-й Симферопольский, 2-й Симферопольский и 3-й Симферопольский. Все они вошли в третий партизанский район. Командовал им офицер погранвойск Крыма, впоследствии писатель — лауреат Государственной премии Г. JI. Северский, комиссаром был первый секретарь Центрального райкома партии г. Симферополя В. И. Никаноров.

    Вторжение армии Манштейна на полуостров послу­жило сигналом к партизанским действиям. Симферопольские отряды двинулись к местам своего базирования – на территорию государственного заповедника. Первый отряд (командир С. В. Солдатченко, комиссар В. И. Филиппов, численностью 155 человек) прибыл к кордону Аспорт, второй отряд (В. Автономов и И. Д. Третьяк, 143) к кордону Холодная Гора, третий (П. В. Макаров и С. Н. Чукин, 279 человек)  к турбазе Суат. 

    Симферопольские и другие отряды вступили впервые схватки с врагом. С их помощью вышли из окружения части 184-й стрелковой дивизии НКВД и 48-й отдельной кавалерийской дивизии, подразделения отдельного полка морской пехоты. Более трех тысяч бойцов и командиров прорвались в Севастополь и пополнили ряды его защитников. Около тысячи стали партизанами.

    Первый серьезный успех дал партизанам веру в свои силы, в способность наносить ощутимый урон врагу. В это время командиром первого партизанского отряда был назначен майор — пограничник В. М. Селезнев, второго — капитан X. К. Чусси, третьего —пограничник Т. В. Калугин.

    Но возникало все больше трудноразрешимых проблем. Многие из них были результатом недоработок при организации самого движения. Не всегда умело закладывались продовольственные базы и склады вооружения, некоторые из них были разграблены или уничтожены впервые же дни. В отрядах не было хирургов, подрывников, радистов, недоста­вало теплой одежды.

     Несмотря на это, партизаны наносили удары по вражеским коммуникациям, совершали налеты на транспорт, уничтожали живую силу и технику оккупантов, активно помогая защитникам Севастополя. За мужество и героизм, проявленные в боях с врагом, около 40 бойцов и командиров в 1-м и 2-м Симферопольских отрядах были награждены боевыми орденами и медалями.

    Стремясь поскорее избавиться от «второго фронта» и вы­свободить максимальное число войск для штурма Севастополя, Манштейн создает штаб по борьбе с партизанами. Ему придаются войска по охране тыла и полевые части. Ак­тивизируется служба безопасности (СД), полиция, так называемые «добровольческие» подразделения. Записи в днев­нике боевых действий третьего Симферопольского отряда говорят, что эти дни были тяжелым испытанием для партизан.

«10 декабря 1941 г. противник численностью до 2000 чел. при конно-горной батарее и двух минометных батареях пытался окружить лагерь и уничтожить отряд. В итоге двенадцатичасового боя противник отступил.

12 декабря 1941 г. противник начал интенсивный артиллерийский и минометный обстрел лагеря. Отряд, прорвав окружение, ушел в район «Раздольного яра».

19 декабря противник прижал отряд в западной части заповедника к подножью горы Абдуга. Люди истощены до крайности… Кончаются боеприпасы. После трехчасового боя, дождавшись темноты, отряд по отвесным отрогам Абдуги поднялся на ее вершину и оторвался от противника».

    Добиться разгрома партизанского движения противнику не удалось. Сохранившиеся в архивах документы свидетельствуют о том, что за одиннадцать месяцев партизаны первого и второго симферопольских отрядов провели 172 боевых и продовольственных операций, уничтожили около тысячи солдат, офицеров противника и предателей, более 100 единиц боевой техники.

    Оставление 4 июля 1942 г. нашими войсками Севастополя по приказу Ставки Верховного Главнокомандования поставило партизанское движение в сложнейшие условия. Сражавшийся восемь месяцев в окружении город русской Славы был их опорой и надеждой. Теперь немецкому командованию ничто не мешало сосредоточить необходимые силы и нанести удар по местам партизанского базирования.

    Оставшиеся один на один с гитлеровцами и оккупационными властями партизаны по существу не имели источников снабжения продовольствием и боеприпасами. Союзниками карателей стали голод, холод, болезни. Они буквально косили бойцов и командиров.

    И тогда было принято решение объединить базирующиеся в заповед­нике отряды. В результате этого 1-й и 2-й Симферопольские партизанские отряды поте­ряли свою нумерацию, их личный состав был направлен частью на укомплектование других отрядов, частью — на подпольную работу, частью (в основном раненые и больные) вывезен на Большую Землю. Были и потери в личном составе. Погибли в боях, умерли от ран, болезней и истощения, пропали без вести в 1-м Симферопольском отряде 118 человек, во 2-м Симферопольском – 58 человек. Но около 30 партизан из этих отрядов, из числа партийно-советского актива Симферополя, оставались в лесу продолжать борьбу с врагом.

    Руководство партизанскими силами в конце 1942 г. возлагается по решению Государственного Комитета Обороны от 26 ноября 1942 г. на Уполномоченного Центрального штаба партизанского движения (ШПД) по Крымской АССР с оперативной группой во главе с первым секретарем Крымского обкома  ВКП (б) В. С. Булатовым.

    Позднее один из руководителей партизанской и подпольной борьбы в Крыму в 1941-1944 гг. скажет: «Период ноябрь 1941 г. — июль 1942 года — это период формирования отрядов, переход к вооруженной борьбе в связи с отходом наших войск из Крыма, период, когда наши части держали фронт под Севастополем и Керчью. Эти факторы, особенно наличие героического сопротивления защитников Севастополя, вселяли уверенность, устойчивость у наших людей и воодушевляли их на борьбу с немецко-фашистскими захватчиками».

    К осени 1943 года оккупантам так и не удалось задушить вооруженное сопротивление крымчан. Напротив, воодушевленные все возрастающим сопротивлением и успехами советских войск на фронтах, преодолевая трудности, партизанские подразделения росли численно, набирали опыт.

    12 июля 1943 г. Центральный штаб партизанского движения при Ставке ВГК преобразовал оперативную группу Уполномоченного ЦШПД по Крымской АССР в Крымский штаб партизанского движения (КШПД) во главе с его начальником, первым секретарем обкома ВКП (б) В. С. Булатовым.

    Приказом начальника Крымского  штаба партизанского движения от 29 января 1944 г. были сформированы Северное соединение партизанских отрядов Крыма (командир – секретарь Крымского обкома партии и руководитель областного подпольного партийного центра в лесу П. Ямпольский, комиссар Н.Д. Луговой), Южное соединение партизанских отрядов Крыма (командир – М. Македонский, комиссар М. В. Селимов). Восточным соединением (созданно приказом начальника Крымского штаба партизанского движения от 19 февраля 1944 г.) командовали: командир – В. С. Кузнецов и комиссар – Р. Ш. Мустафаев).

    Недостатка в командных кадрах уже не было. Партизанские бригады и отряды возглавили ветераны симферопольских отрядов X. Чусси, Л. Вихман, Н. Дементьев, А. Сермуль, М. Парамонов, С. Лаврентьев, Г. Грузинов и другие, прове­ренные в боях патриоты. Партизанское движение Крыма было мощной силой, реальной частицей того могучего на­родного гнева, который обрушился па захватчиков на всех оккупированных советских землях.

    Трагична история захваченного врагом 1 ноября 1941 г. Симферополя. «Новый порядок» фашисты вводили быстро и беспо­щадно. За невыполнение приказов расплата была одна — смерть. Смерть на месте, смерть в лагере, смерть в застенках гестапо, СД. Город нужно было подчинить, население запугать. Страх, безоговорочное подчинение должны были войти в каждый дом, поставить на колени каждого жителя. Старо­жилы помнят, когда в ответ на уничтожение солдата-обозника немцы впервые же дни расстреляли пятьдесят человек.

    Были напуганные, сломленные, были приспособленцы и даже предатели. Но не они определяли отношение симферопольцев к оккупантам. У многих родные дрались на фронтах, в партизанских отрядах. Террор и лишения вызывали отпор и неприятие новых властей. Люди искали пути противодействия захватчикам и предателям. Появлялись первые подпольные группы сопротивления.

    В ноябре 1941 г. стала действовать подпольная группа Ф. И. Беленкова. Патриоты размножали сводки Совинформбюро, добывали другие сведения о боевых действиях наших войск. Голос большой Родины был дороже куска хлеба. Он нес главное — веру в то, что народ не сдался, армия продолжает сражаться. В декабре Федор Иванович Беленков был схвачен и расстрелян. Почти одновременно создает свою организацию из 78 человек И. Г. Лексин.

    Весной 1943 г. несколько комсомольских молодежных подпольных групп Василия Бабия, Анатолия Косухина, Бориса Хохлова, Лидии Трофименко, Валентина Гаршина… слились в единую Симферополь­скую подпольную организацию (СПО). В мае 1943 г. организацию возглавил С. Кусакин, а после его ареста гитлеровцами в июле 1943 г.,  Борис Хохлов. (35)  Помощни­ком по диверсионной работе стал А. Косухин, с октября ставший ее командиром, а Хохлов – комиссаром, секретарем комсомольской организации, руководителем одной из агитационных групп.

    В  октябре 1943 г. в состав организации входили: 1-я диверсионная группа Василия Бабия, проводившая работу в пределах города, 2-я диверсионная группа Зои Жильцовой, действовавшая на железнодорожном транспорте, 1-я агитационная группа Лидии Трофименко, 2-я агитационная группа Бориса Хохлова, группа особого назначения Шамиля Семирханова (для разъяснительной работы среди добровольческих формирований), агитационно – разведывательно-диверсионная группа Валентина Гаршина.

В связи с тем, что  в группу Гаршина входили работники городской телефонной станции, образовавшие спецподгруппу «С» (связь), на нее возлагались спецзадания, в частности: выведение из строя в нужный момент линии (междугородние) телефонно-телеграфной связи; спасение оборудования телефонн0-телеграфных станций; при попытке немцев вывозить ценное оборудование в Германию – уничтожать, портить, прятать его…

     Организация занималась разносторонней боевой работой, имела свою типографию, регулярно печатала и распространяла листовки «Вести с Родины», призывая население к сопротивлению оккупационным вла­стям. Подпольщики провели двадцать три диверсионных акции, добывали и передавали партизанам разведывательную информацию.

    В связи с арестами в декабре 1943 г. и в марте 1944 г. многие подпольщики были переправлены в партизанские отряды, но боевая деятельность организации не прекраща­лась вплоть до освобождения города.

    К сожалению, не все из них встретили день Великой Победы – 9 мая 1945 года. По ложному доносу, сфабрикованным  карательными органами Крымской АССР члены группы Гаршина: Ковалевская, Спиридонов, Чистяков и сам Гаршин были арестованы «за пособничество врагу, работая в годы оккупации переводчиками в немецких карательных органах» и осуждены по 58-й статье Уголовного Кодекса РСФСР на различные длительные сроки. В течение долгих 72 лет  вся патриотическая группа находилась в глубоком забвении.

    Сегодня на основе изученных нами документов и материалов мы утверждаем, что Валентин Гаршин, Алексей Чистяков, Мария Ковалевская и Александр Спиридонов были незаслуженно и незаконно репрессированы по политическим мотивам. Они, а также входившие в группу Владимир Долгов, Сергей Шамаш, Ирина Рубинская были преданными патриотами своей Родины – СССР.

    Рядом с молодежью были патриоты старшего поколения. Их действия отличались тщательной конспирацией и проду­манностью. В прошлом участник гражданской войны Я. П. Ходячий привлек в свою группу родных и друзей. Около года в городе действовала организация бывшего секретаря Балаклавского райкома партии Абдуллы Дагджи («дядя Володя»), Мужественный подпольщик погиб в застенках СД.

    Учительница А. А. Волошинова («Муся») возглавила организацию, состоявшую из представителей интеллигенции и учащейся молодежи, Она не раз предупреждала партизан о готовящихся карательных экспедициях врага. Вместе со своим мужем Иваном Михайловичем, который изготавливал для подпольщиков различные документы, «Мусю» арестовали. Оба они погибли в лагере смерти.

    Диверсионную группу железнодорожников возглавил В. К. Ефремов («Хрен»). Германское командование лишилось немало воинских грузов во взорванных диверсантами В. К. Ефремова железнодорожных эшелонах. Жизнь этого замечательного человека трагически оборвалась в гестапо незадо­лго до освобождения города. На стене камеры на ул. Студен­ческой обнаружена надпись: «На двадцать восьмом году жизни здесь сидел с 10 марта 1944 г. Ефремов Виктор… Прощайте, дорогие друзья и товарищи. Умираю за дело нашей любимой Родины. Живите, имейте дело с партизанами и мстите…».

    Широко известен гражданский подвиг группы артистов и других работников драматического театра им. Горького. Антифашистскую группу возглавил главный художник, заслуженный деятель искусств РСФСР Н. А. Барышев («Сокол»). Они делали все, что могли: собирали разведданные для партизан, обеспечивали их перевязочными материалами, вели агитацион­ную работу. Им удавалось узнавать у немецких офицеров о кораблях с военным грузом, следовавших в Севастополь и в порты Румынии. Наша авиация топила их. Буквально за считанные дни до освобождения города участники группы были арестованы. Жертвами разъяренных фашистов стали сам «Сокол» — руководитель группы, артисты А. Ф. Перего­нец, И. Тишин, О. Добромыслов, Э. Яковлева, А. Добкевич, Я. Смоленский, рабочие сцены П. Ефимова, И. Озеров, П. Чечеткин, О. Савватеев.

    С ростом числа подпольных организаций в городе возникла необходимость объединять их усилия. С этой целью Крымский штаб партизанского движения направил в Симферополь И. А. Козлова, имевшего опыт подпольной работы еще с гражданской войны. В ноябре 1943 г. возник подпольный горком партии (подпольный центр). В нем стали активно работать учительница Е. Л. Лазарева и А. Н. Косухин. Переправленная через линию фронта радистка А. Борнякова обеспечила двухстороннюю связь с Большой землей. Эта мера значительно подняла эффективность подпольной работы. Теперь с риском для жизни добытые сведения быстро передавались партизанам и командованию Красной Армии.

    Одним из источников важной информации стал офицер первого румынского горнострелкового корпуса М. Михайлеску. С декабря 1941 г. и по день освобождения Крыма успешно выполнял задания партизан и командования фронтом резидент разведки Николай Иосипович Эльяш. Прекрасно владея немецким языком, он вошел в доверие офицеров комендатуры и добывал сведения исключительной важности.

    Сейчас нельзя точно назвать количество подпольных организаций и групп, действовавших в разные периоды оккупации города. Некоторые из них возникали, боролись и гибли, не оставив после себя документальных следов. И по сей день не установлены места, где гитлеровцы или их прихвостни, зарывали замученных ими патриотов. Пройдя через моральные и физические пытки, подпольщики не предали ни товарищей, ни Родину.

    Красавице Зое Рухадзе перед расстрелом выкололи глаза, полного жизненных сил Семена Кусакина застрелили, а потом облили бензином и подожгли. Эти люди любили свою Родину и отдали за нее жизнь. Перечислить в кратком очерке все имена, группы и боевые подвиги подпольщиков Симферополя невозможно. Погибшим в неравной схватке с врагом вечная наша память. Пережившим все это — земной поклон и долголетие.

    Немецко-фашистские и румынские захватчики убивали не только активных участников партизанского движения и подпольщиков, но и их семьи. Часто просто по подозрению, доносу. В лагере на территории совхоза «Красный» осенью и зимой 1941 г. было более двух тысяч заклю­ченных. В 1942 г. – уже более десяти тысяч человек. Было замучено и расстреляно свыше 15 тысяч человек. Пытаясь скрыть свои злодеяния, палачи сжигали трупы на кострах, сбрасывали в колодцы. Заключенных вывозили в Дубки (район шоссе Симферополь—Николаевка) и там расстрели­вали.

    Свидетельство тому — раскопки 1972 г. на месте массовых убийств советских людей. И, опутанные колючей проволокой скелеты матерей, прижимавших к себе грудных детей. И бесконечные ряды простреленных черепов. В память о загубленных жизнях в Дубках возвышается мемориал скорби. К нему ведет аллея. По этому месту проходил последний путь наших земляков. Часть извлеченных останков (1480) перезахоронено на кладбище «Абдал», у сооруженного в их память мемориала.

    В братской могиле на Воинском кладбище покоятся тысячи военнопленных. Старожилы помнят, в каких ужасных условиях содержались эти молодые парни в лагере у же­лезнодорожного вокзала. В так называемом «картофельном городке» погибло шесть тысяч советских военнопленных. В Курцовской балке оккупанты расстреляли от 300 до 500 человек. Точная цифра неизвестна.

    Среди карательных органов особенно свирепствовала зондеркоманда 116-А. Ею руководил оберштурмбанфюрер доктор Браун. Впоследствии он был приговорен Нюрнбергским трибуналом к смертной казни. По его приказу в декабрьские дни 1941 г. был заполнен трупами расстрелянных противо­танковый ров на 10 километре шоссе Симферополь—Фе­одосия. Там было убито более двенадцати тысяч человек. Сейчас это место названо Полем Памяти.

    Никто не скажет, сколько погибших лежит в других захоронениях. Комиссия по расследованию немецко-фашистских злодеяний была просто не в силах учесть всех погибших. Считается, что общее число жертв оккупации города составляет 26 552 человека. Но скорее всего их значительно больше.

    Несмотря на террор, масштабы народной борьбы не затухали. Любовь к Родине, патриотизм, ненависть к оккупантам, горячее стремление приблизить победу — все это были не лозунги и громкие слова. Это было смыслом жизни абсолютного большинства военного поколения наших земляков.

    А тем временем удары Красной Армии по врагу становились все более ощутимыми. Фронт перемещался к Крымскому полуострову, сводки Совинформбюро, распространяемые подпольщиками, вселяли все больше надежд на осво­бождение. Активизировалось движение сопротивления врагу. Брожение возникало в самом его стане. Начались переходы на сторону партизан солдат и офицеров словацкой дивизии.

    Одновременно усилились карательные акции врага против патриотов. В этих условиях было принято единственно верное решение: всех, кому грозит арест, перебросить в лес. Минуя посты охраны, по известным тропам и проходам около шестидесятиподпольщиков были благополучно переправлены в отряды партизан.

    8 апреля 1944 г. войска 4-го Украинского фронта под командованием генерала Ф. И. Толбухина с захваченных в ноябре 1943 г. плацдармов на Перекопе и южнее Сиваша начали Крымскую стратегическую наступательную операцию по освобождению нашего полуострова. 10 апреля они прорвали оборону противника и устремились вперед на врага. Ранним утром 12 апреля симферопольцы услышали близкую артиллерийскую канонаду. Это подходила к городу подвижная группа 4-го Украинского фронта: 19-й танковый корпус, 279-я стрелковая дивизия, 21-я истребительно-противотанковая артиллерийская бригада. Утром 13 апреля она начала атаку на город.

    Одновременно партизанские бригады Ф. И. Федоренко  (Северное соединение) и  X. К. Чусси (Южное соединение) ворвались с разных сторон в город и вместе с подпольщиками групп А. П. Косухина и В. П. Бабия начали брать под охрану здания, мосты и другие объекты, подготовленные врагом для уничтожения. Вскоре они соединились с подвижной группой фронта и содействовали ей во взятии железнодорожного вокзала, радиостанции и полном изгнании оккупантов.

    13 апреля 1944 г. столица Крыма обрела долгожданную свободу. С радостью и слезами на глазах симферопольцы приветствовали воинов — освободителей. Они узнавали родные лица среди партизан. Веря в чудо, растерянно и нетер­пеливо оглядывали колонны усталых и возбужденных бой­цов. Два с половиной года наши земляки не имели вестей от родных с фронта. Пройдет немало времени, прежде чем одни обнимут выживших и вернувшихся, а другие — получат задержавшиеся на дорогах войны «похоронки».

    В этот день Верховный Главнокомандующий объявил благодарность воинам 4-го Украинского фронта за освобождение Симферопо­ля. Одиннадцати частям и соединениям приказом Верховного Главнокомандующегобыло присвоено наименование «Симферопольских».:

– 77-й стрелковой Краснознаменной им. С. Орджоникидзе дивизии,
– 15-й зенитно-артиллерийской дивизии,
– 18-й зенитно-артиллерийской дивизии,
 – 21-й отдельной истребительно-противотанковой артиллерийской бригаде,
 – 7-й инженерной саперной бригаде,
– 867-му самоходному артиллерийскому полку, 
 – 85-му гвардейс­кому гаубичному артиллерийскому  полку,
– 207-му гвардейскому гаубичному артиллерийскому полку,
 – 21-му гвардейскому минометному Краснознаменному полку,
– 52-му отдельному мотоциклетному полку, 
– 3-му гвардейскому армейскому моторизованному инженерному батальону.

    В Москве – столице нашей Родины – в честь освободителей прозвучал праздничный салют – 20 артиллерийских залпов из 224 орудий.

    14 апреля в Симферополе на Комсомольской площади (ныне стадион «Локомотив») состоялся митинг воинов армии, партизан, подпольщиков и жителей города. Генерал армии Ф. И. Толбухин и 1-й секретарь Крымского обкома ВКП (б), начальник Крымского штаба партизанского движения В.С. Булатов горячо поздравили симферопольцев с освобождением.

    3 июля 1944 г. в честь освободителей города воинов 19-го Перекопского танкового корпуса в самом центре города (ныне сквер Победы) по проекту капитана С. Ф. Коробкина бойцы 21-го отдельного саперного батальона соорудили памятник. На постамент был поднят танк Т-34 с бортовым номером 201. Здесь же были похоронены останки тридцати одного танкиста. Впоследствии захоронение перенесли на Воинское кладбище, а на постаменте появился перечень частей и соединений, освобождавших Симферополь.    

    Несгибаемое мужество, непоколебимую стойкость, готовность биться с врагом до конца символизирует памятник — скульптурная группа партизан и подпольщиков на ул. Киевской. Это – памятник павшим и оставшимся в живых. В сквере Победы, собираются ветераны и молодежь, чтобы помянуть тех, кто погиб, освобождая наш город.

    Никакие перемены в обществе или конъюнктурные соображения политиков не в силах вытравить из памяти народа подвиг поколения Великой Отечественной войны. Многое зависит от нас с вами. Пусть знают дети, как дрались и умирали за свободу и независимость Родины их теперь уже даже прадеды, деды и бабушки, отцы и матери, их ровесники, почему улицы города названы именами Зои Рухадзе, А. В. Мокроусова, генералов И. Д. Васильева, Я. Г. Крейзера и других павших земляков и воинов-освободителей. Наша память будет выс­шей наградой живым и мертвым.

    После освобождения Симферополя в городе оставалось 67 300 жителей и разрушенное оккупацией и боевыми действиями народное хозяйство. Было уничтожено и разрушено 126 промышленных предприятий. Убытки, понесенные промышленностью, составили более 346 миллионов рублей в ценах тех лет. Уничтожению подверглось 30 процентов жилого фонда.

    Горожане, не теряя времени, принялись за восстановление разрушенного хозяйства. Приступали к работе предприятия. Уже в конце апреля 1944 г. сорок семь из них выпускали продукцию, а ко Дню Победы работало свыше ста, было восстановлено и отремонтировано 122 тыс. м2 жилья, 22 школы, 3 больницы, 4 поликлиники, другие лечебные учреждения. 

    Заботой и вниманием окружили симферопольцы раненых бойцов, командиров и партизан, размещавшихся в 19 госпиталях. Город выхаживал своих освободи­телей и вновь провожал на фронт. Спасти удавалось не всех. Умирали от ран и навечно оставались в земле Симферополя многие из тех, кто воевал и погиб за наш Крым. И сегодня, спустя годы, мы не знаем, где родились и где были призваны в Красную Армию 750 солдат, сержантов и офицеров, которые сражались на крымской земле и похоронены в Симферополе.

    В наше время каждый год в День Великой Победы горожане приносят цветы на их могилы. Этим наше поколение отдает долг Памяти землякам, которые, защищая нас и Родину, не вернулись с войны. И эта Память вечна…

          Всех жителей г. Симферополя  поздравляем с праздником!

 Авторы  статьи:

     Владимир Брошеван, специалист в  Республике Крым по проблеме  «Крым в годы Великой Отечественной войны. 1941-1945 гг.»,

    Леонид Смирнов, председатель Совета ветеранов Академии строительства и архитектуры КФУ и председатель Совета организации ветеранов СВВПСУ

Фото из альбома «Столичный Симферополь»

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 4.3 / 5. Людей оценило: 7

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *