Крымское Эхо

В Крыму говорят — весь мир слышит!
Информационно-аналитическая интернет-газета

Мы всё сделали правильно

.

Мы это хорошо знаем, потому что все эти «моменты» прочувствовали на себе, и знаем, что достались они нам тяжким трудом. Может, даже как награда за 23-летнее терпение…

Ефим Фикс был депутатом облсовета, того самого, который принимал решение о нашем первом референдуме, на котором крымчане воссоздали автономию. Ту самую, которая помогла нам провести наш второй референдум, который вернул нас в «родную гавань».

 

Ефим Фикс и Эдип Гафаров

Вспомнили мы на этой встрече и о несостоявшемся референдуме, который предложило провести РДК — Республиканское движение Крыма во главе с несостоявшимся президентом республики Юрием Мешковым. То был 1992 год — год, когда всё начиналось, когда ни у кого не было никакого политического опыта, когда можно было создать основу или разрушить всё до основания. Депутаты наложили на проведение того референдума мораторий.

Почему? Мы попросили Ефима Зисьевича напомнить обстоятельства той ситуации: почему тогда не смогли, а пять лет назад — смогли?

— Известные события 1992 года — мы помним, в связи с чем собирались эти подписи <за проведение референдума о возвращении в Россию>. Я был в рабочей группе по проверке подписей: очень многие из них не соответствовали положению по сбору. Но это формальные вещи… Знаете, быть политиком — это очень ответственно. За каждым решением — огромная политическая ответственность перед Крымом, крымчанами, перед государством. Можно было бы принять решение <о референдуме>. Но мы ведь приняли Конституцию, кроме того, 5 мая мы приняли Акт о провозглашении государственной самостоятельности Республики Крым!

Этим самым мы заставили Верховную Раду, президента Украины повернуться лицом к Крыму, серьезнее к нам относиться, а не так, как они думали… Когда приняли Конституцию, когда 1 июня в зале заседаний Ялтинского горсовета встретились два президиума — Рады и Верховного Совета Крыма, мы договорились, что закон о разграничении полномочий должен быть принят, и он был принят! Для чего тогда, в тот момент, нужно было проводить референдум? Разве у нас была уверенность в том, что мы получим тот результат, который нам необходим?.. Я голосовал за то, чтобы заморозить проведение референдума.

Ведь когда Мешков стал президентом и из 99 депутатов избрали 67  депутатов «Блока Россия» — почему тогда не разблокировали референдум? Значит, это было политиканство, просто политическая игра <со стороны Мешкова> ради  достижения каких-то своих целей. Они не понимали, что дальше делать!

Когда шагаешь — смотришь под ноги, куда поставить ногу в следующем шаге. Задираешь нос, не смотришь на дорогу — в лучшем случае вступишь в лужу, в худшем — сломаешь шею. Николай Васильевич Багров, который в тот момент оказался во главе новорожденной республики, — один из немногих умел смотреть под ноги, умел просчитывать на несколько шагов вперед. Поэтому Крым в те очень смутные годы обошелся без крови. Да, за это пришлось заплатить 23-я годами жизни на Украине…

И Фикс прав в главном: та Россия, Россия Ельцина нас не ждала, мы там были не нужны, даже несмотря на то, что в те времена Верховный Совет РФ принимал специальные постановления по Крыму.

Звезды сошлись для крымчан в 2014-м. И тут уже не знаешь, кого за это благодарить: трусливого Януковича, безумного Турчинова или мужественных Беркутов, вернувшихся в Крым с потерями…

Теперь-то можно вспоминать… Ефим Фикс:

— Эти дни конца февраля очень интересные… 26 февраля — известные события под стенами Верховного Совета Крыма, 27 февраля — четыре важнейших события, которые останутся в памяти на всю жизнь: это сессия, отставка правительства, избрание  премьер-министром Сергея Аксенова, назначение референдума на 25 мая <потом, напомним, эта дата сдвигалась дважды: на 30 марта и 16 марта — ред.>. И четвертый памятный момент: когда мы вышли из здания Верховного Совета, и Сергей Валерьевич и Владимир Андреевич подошли к журналистам, мне позвонил тогда заместитель командующего ВМС Украины, ныне командующий так называемым ВМФ Украины Воронченко и истеричным голосом заявил: «Над зданием ВС — российский флаг! Передайте Константинову, чтобы немедленно сняли! Если не снимут, я за себя не ручаюсь!» — это дословно. Я поднял голову: боже, рядом с российским флагом — крымский флаг! Я ему тогда сказал: «Я его туда не вешал, и снимать я его не буду. Если тебе надо —  полезь и сними». На этом наша с ним история закончилась.

Эдип Гафаров:

— Всё тогда было сделано правильно. Самое главное, мы выполнили требование наших избирателей-крымчан. Это они требовали, чтобы Крым воссоединился с РФ. Два дня назад в Госсовете отчитывался глава республики Сергей Аксенов — в том отчете, я считаю, были самые главные два показателя: безработица стремится к нулю, а смертность значительно сократилась. Только по линии Госкомнаца по ФЦП строится более 70 объектов…

А еще мы спросили Эдипа Саидовича: случись сегодня референдум ли, опрос ли с таким же вопросом, как на референдуме пять лет назад, как бы проголосовали, по его мнению, крымские татары? Ведь не секрет, что из того мизерного количества не явившихся на голосование, большую часть составляли именно они, задуренные многолетними запугиваниями запрещенного сейчас в России меджлиса.

Ответ его был, честно говоря, для нас ожидаемым: надо посмотреть на последующие голосования и увидеть, что число тех крымских татар, кто хочет быть активным гражданином Российской Федерации, растет с каждым разом.

Уроки Крымской весны будут еще долго изучаться историками, политологами, военными экспертами. У нас всё сложилось тогда, в марте 2014-го. И если социологи давали 49 процентов согласных голосовать за Россию в 1992 году, то в 2013-м эти проценты оказались фактически равными тем, которые мы получили по результатам референдума. Вот вам и ответ…

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *