Крымское Эхо
Архив

Ветеран партизанского движения в Крыму

Ветеран партизанского движения в Крыму

Н.Д. Луговой не имеет никакого отношения к краже памятников с караимского кладбища в Иосафатовой долине под Бахчисараем!
(О ЕДИНСТВЕННОМ В АННАЛАХ ТАВРИДЫ СЛУЧАЕ, КОГДА В НАЧАЛЕ III ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ ОСТЕПЕНЁННЫЙ КРАЕВЕД СФАБРИКОВАЛ «ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК» И ПОСРЕДСТВОМ ЕГО ПЫТАЛСЯ ВЫЯСНИТЬ СВОИ ОТНОШЕНИЯ С ОППОНЕНТОМ В… СУДЕ)

Часть первая: «Липа газетная»

В 2007 году в газете «Первая Крымская» была опубликована статья Владимира Полякова с многообещающим названием — «Неизвестная история известного памятника» (номер за 19-25 января). Публикация была посвящена известным (якобы!) только автору страницам создания памятника «Партизанская шапка» на 27-м км шоссе Симферополь — Алушта. Пожалуй, самым интригующим фрагментом стало повествование о том, как заслуженный ветеран партизанского движения в Крыму Николай Дмитриевич Луговой организовал в 1960-е годы кражу могильных памятников на старом караимском кладбище.

Зачем? — Для их вторичного использования в деле создания… нового партизанского монумента. Последний срочно надо было соорудить к приезду словаков, которые в годы войны сражались в Крымских горах в рядах наших Народных мстителей. Итак, цитируется дословно «криминально-кладбищенский сюжет» из упомянутой статьи В. Полякова:

«…И потому, когда Луговой изложил самому высокому крымскому начальству идею создания памятника, к ней отнеслись прохладно. Запрещать не стали, но ни копейки денег не дали, а без денег, как известно, у нас, в стране планового ведения хозяйства, ничего не бывает.

Но власти недооценили партизанскую инициативу. Отсутствие денег на оплату труда, фондов на получение тех или иных материалов, транспортные расходы — отсутствие всего этого могло остановить кого угодно, но только не Лугового. Раз нет средств на строительные материалы, то возьмем их бесплатно там, где брали всегда, — на старых караимских кладбищах, рассудил он. Его старый друг, в недавнем прошлом комиссар партизанского отряда Тимофей Каплун, в те годы заместитель управляющего автотреста, дал автокран и машину. Когда погрузка старых плит была закончена, к Луговому подошел случайно оказавшийся там человек, который представился профессором, доктором исторических наук. Безошибочно определив в Луговом старшего попросил его назвать себя.

— Луговой! — недовольно буркнул Николай Дмитриевич, в планы, которого такая встреча совершенно не входила, и потому пришлось рассказывать о приезде словаков, о том, что в Крыму нет ни одного партизанского памятника, о том, что деньги на строительство не выделены…

Профессор согласно кивал головой, а потом неожиданно спросил: «Вы строите памятник из расчета на дурака или на умного?»

От такого вопроса Николай Дмитриевич сначала даже опешил. Видя его реакцию, профессор продолжил: «Всем известно, что итальянский мрамор не завозился в Россию уже лет сто, и, выставив на обозрение эти плиты, даже хорошо обработанные, вы неминуемо вызовете скандал. А ведь в Крыму столько прекрасного местного материала — диорит, базальт…» Профессор ушел, оставив Лугового в тяжких раздумьях.

Вспомнились здания Симферополя, построенные именно таким способом: городская баня, совпартшкола на Инженерной (ныне юридическая академия имени Ярослава Мудрого), Дом специалистов на Жуковского, Дом в память 1905 года на бульваре Ленина… Да, но на дворе был 1963 год, время явно другое… К изумлению рабочих, Луговой приказал выгрузить памятники назад».»

Вся эта несусветная галиматья предварялась обращением В. Полякова к читателям: «В семидесятые я очень сблизился с известным крымским партизаном Николаем Дмитриевичем Луговым, часто бывал в его квартире на улице Пушкинской. Однажды, уж не помню, по какому поводу, он рассказал историю создания известного памятника «Шапка партизана», которую я перескажу в том виде, в каком она мне запомнилась». Повторим откровение В. Полякова об «услышанной» им из «первоисточника» истории создания памятника: «Я перескажу [её] в том виде, в каком она мне запомнилась». Именно: «запомнилась»!

Как можно судить из первокрымского газетного текста, действие разворачивается или в 1962 году, или в 63-м. В упомянутые годы Н.Д.Луговой был заведующим отделом внешних сношений Крымского совнархоза, а затем стал пенсионером. При этом, учитывая боевые и трудовые заслуги пред Отечеством, ему была определена пенсия по высшему разряду — он стал персональным пенсионером союзного значения (как Н.С. Хрущев).

В ответ на вопиющее вранье, исторические несуразицы и лживые выпады в адрес ушедшего в Мир иной Николая Дмитриевича, мною было написано несколько критических статей (газета «Крымское время», номер от 12 апреля 2007 года; газета «Крым.ru», номера от 4 и 11 мая 2007 года; «Сборник материалов IV научно-практической конференции «Крым в контексте Русского Мира: язык и культура» (г. Симферополь, 2007 г.); [url=http://old.kr-eho.info/index.php?name=News&op=article&sid=367]Интернет-газета «Крымское Эхо», выпуск от 2 января 2008 года[/url]).

Часть вторая: «Липа документальная» — из судебного иска
Вышеперечисленные в предыдущей главе работы были опубликованы в сборнике «Долой стыд!», который вышел в свет в 2010-м году (интернет-газета «Крымское Эхо», кнопка «Библиотека»). Впрочем, в упомянутой мною книге был критически разработан и ряд других тем из новейшей истории, поднятых тем же Поляковым, — от пребывания поэта Владимира Маяковского в Симферополе и творчества художника Сергея Чехова, до глобальных вопросов, связанных с эпопеей Великой Отечественной, в первую очередь — с партизанским движением и коллаборационизмом в Крыму в 1941-1944 годах.

Все публикации объединяла одна великая для меня цель — разоблачение фальсификации истории Отечества. И все они были обращены к одному неизменному оппоненту — В. Полякову. В августе 2010 года последний подал на меня в суд иск с требованием признать не соответствующими действительности, унижающими его честь и достоинство факты, изложенные в моей книге «Долой стыд!». Потребовал он взыскать с ответчика (т.е. с В. Гурковича) возмещение морального вреда, якобы ему причиненного, в сумме 5000 гривен.

Процесс имел свою интригу. Оказывается, после выхода в свет в 2007 году публикации «Неизвестная история известного памятника» господин Поляков обнаружил (!!!) свой затерявшийся блокнот с его же собственноручными (!!!) записями рассказа… Н.Д. Лугового. Фрагмент сей «документальной» записи цитируется из Искового заявления В. Полякова в Центральный районный суд г. Симферополя от 1 августа 2010 года (орфография оригинала):

«Чтобы опровергнуть утверждение В.Н. Гурковича о том, что вся история с памятником «Шапака партизана» мною выдумана, предоставляю суду подлинную запись рассказа Н.Д. Лугового, сделанного в 1975 году: «…созвонился с Бахчисарайским обществом охраны памятников и узнал нет ли заброшенных кладбищ. Да есть! Два автомобиля автокран несколько партизан поехали. Кладбище богатейшее. Решили полностью загрузить грузовик, чтобы потом обработать. Но нас поймали и кто? Подъехало несколько легковых машин. Бахчисарайское партийное начальство, охрана памятников, уполномоченный совета министров УССР по охране памятников интеллигентный спокойный человек

— Кто здесь старший?

— Я.

— Как ваша фамилия?

— Луговой.

— Какой Луговой? Тот самый? Что ж вы делаете. Грабите кладбище! Зачем?

Рассказываю о своей беде.

— К вам по этой дороге сколько человек проезжает?

— Миллиона полтора.

— Так неужели вы думаете, что кто-нибудь поверит, что итальянский мрамор привезли сегодня. И где вы видели, чтобы советскому солдату ставили помпезные памятники, он должен быть из простого материала, каким простым был солдат, по форме быть таким же величественным, каким был его подвиг.

Еле уломал ребят разгрузить все назад»…»

Часть третья, аналитическая
Сопоставим информацию В. Полякова из газеты «Первая Крымская» 2007 года с информацией из его же Искового заявления 2010 года. Отметим некоторые наиболее принципиальные противоречия и вопиющие несуразицы.

Первое противоречие. «Первая Крымская»: «…он [Луговой] рассказал историю создания известного памятника «Шапка партизана», которую я перескажу в том виде, в каком она мне запомнилась». Однако, в Исковом заявлении другая версия появления «первоисточника»: «Предоставляю суду подлинную запись рассказа Н.Д. Лугового, сделанного в 1975 году».

Второе противоречие. «Первая Крымская»: «…подошел случайно оказавшийся там [на кладбище] человек, который представился профессором, доктором исторических наук». Однако, в Исковом заявлении цитируется запись из «исторического» блокнота, как на кладбище нагрянул целый моторизованный десант из различных служивых: «Подъехало несколько легковых машин. Бахчисарайское партийное начальство, охрана памятников, уполномоченный совета министров УССР по охране памятников интеллигентный спокойный человек».

Третье противоречие. Исковое заявление: «Два автомобиля, автокран несколько человек поехали. Кладбище богатейшее. Решили полностью загрузить грузовик…». Из письма и.о. генерального директора КРУ «Бахчисарайский историко-культурный заповедник» Т.А. Бобровской (исх. N 569 от 20.10.2010 г.): «Въезд на кладбище автокрана невозможен. Основание: Высота каменной арки ворот от уровня земли до замкового камня составляет 2,5 м. Высота самого малого автокрана 1960-х годов КС 0561А на базе ГАЗ-51 в транспортном положении составляет 3,3 м».

Четвертое противоречие. В Исковом заявлении упоминается «уполномоченный совета министров УССР по охране памятников». Однако, зам. председателя Крымской республиканской организации Украинского общества охраны памятников истории и культуры, кандидат исторических наук Н.В. Кармазина в письме N 7 от 7.04.2011 года сообщает: «в документах архива Крымской республиканской организации Украинского общества охраны памятников истории и культуры, относящихся к 60-м годам ХХ века, указанная должность не упоминается».

Пятое противоречие. В Исковом заявлении В. Поляков указывает, что события на кладбище произошли в 1962 году, упоминает при этом функционеров Бахчисарайского районного отделения Крымской областной организации Украинского общества охраны памятников истории и культуры. Однако противоречие заключается в том, что эти активисты не могли в 1962 году существовать по определению, ибо Крымская областная организация УООПИиК была создана в 1966 году.

Кстати, именно на 1-м Организационном пленуме 24 ноября 1966 года Николай Дмитриевич Луговой, как бывший руководитель крымских партизан и член Военно-научного общества, был избран заместителем председателя Правления Крымской областной организации Общества. И вот в Исковом заявлении воображением господина Полякова создается воистину бредовый сюжет: один из руководителей областной общественной организации по охране памятников истории и культуры интересуется у руководства подведомственной районной организации Общества, на каком кладбище ему лучше осуществить грабеж могильных памятников. Бахчисарайские активисты рекомендовали караимское кладбище в Иосафатовой долине, но оперативно организовали… засаду. С привлечением Коммунистического руководства района! И даже с приглашением «дядьки из Киева» — чиновника Совета министров УССР!!!

Сопоставление «газетной» и «блокнотной» версий, сопоставление этих противоречивых, алогичных и просто шизофреничных материалов с подлинными документами, их комплексный и профессиональный анализ убедительно дают нам право квалифицировать сию «блокнотную» писанину как бездарно сработанную фальшивку.

Часть четвёртая. Итоговая
12 апреля 2011 года закончился судебный процесс по иску В. Полякова к В. Гурковичу. Ни по одному пункту истец не смог доказать справедливость своих требований. Он не смог опровергнуть ни одного абзаца, ни одной строки в моей книге «Долой стыд!». В итоге суд отклонил все требования господина Полякова.

Своими публикациями 2007-2008 годов мне на основании документальных фактов удалось доказать полную лживость «первокрымской газетной версии» 2007 года о причастности Н.Д. Лугового к грабежу на караимском кладбище.

Парадоксально, что вторая, «блокнотная версия» 2010 года, о причастности Н.Д. Лугового к криминальным событиям на кладбище в Иосафатовой долине, изначально являлась еще более шаткой, убогой и глупой, чем предшествующая версия 2007 года из газеты «Первая Крымская». Это обстоятельство, кстати, существенно помогло мне уже в зале суда установить Истину и защитить Светлую память Николая Дмитриевича Лугового и его боевых товарищей.

Судебный процесс 2010-1011 годов стал уникальным, так как (хотел написать — историк, но решил уточнить!) «кандидат исторических наук», не имеющий, впрочем, высшего исторического образования или аналогичного гуманитарного базового, стал выяснять историческую истину с историком и краеведом… в зале суда. Такого фемидного разбирательства не знали ни грек Сириск Херсонесский, ни Сейзид Мухаммед Реза со всей плеядой историков Крымского ханства, ни их христианские сотоварищи по цеху в эпоху Российской Империи, ни интернациональная когорта социалистических летописцев во времена Советского Союза. Пожалуй, случай этот единственный и за двадцатилетнюю эру Украинского государства!

Часть пятая, дополнительная. Этическая
Подчеркнем еще раз: представленные суду «документальные» записи господина Полякова якобы сделаны в 1975 году. Н.Д. Луговой умер в 1992 году. 17 лет, при жизни Лугового, они лежали под сукном. Понятно, что господин Поляков не смел бы опубликовать их при жизни Николая Дмитриевича Лугового и здравии его боевых товарищей.

31 марта 1975 года Николай Дмитриевич на титульном листе своей книги «Побратимы» собственноручно сделал надпись: «Володе Полякову, страстному певцу подвига и книг, зовущих в подвигу, настоящему Человеку и комсомольцу, действительно не забывающего про Того Парня с добрыми чувствами, с глубокой благодарностью и с наилучшими пожеланиями».

И вот, 36 лет спустя после того, как знаменитый партизанский ветеран сделал это проникновенное посвящение, господин Поляков обвиняет его в уголовном преступлении — в организации массовой кражи могильных памятников на старом караимском кладбище. Такова ответная благодарность бывшего «настоящего Человека» и нынешнего комсомольского ренегата.

В своем последнем слове на судебном заседании 12 апреля 2011 года я сказал: «Завтра 13 апреля — День освобождения Симферополя. В освобождении нашего города принимало участие и Южное соединение партизанских отрядов Крыма, комиссаром которого был Луговой. Своей книгой «Долой стыд!» мне хоть в какой-то степени удалось защитить правду и Светлую память Николая Дмитриевича Лугового и его боевых товарищей от злобной клеветы».

Горжусь, что выполнил эту задачу — и на страницах книги, и в зале суда!

В день презентации моей книги «Долой стыд!» председатель «Севастопольского клуба любителей истории города и Флота» капитан 1-го ранга Доскато от себя лично и от имени всех членов Клуба вручил мне советский Военно-морской флаг. При этом Олег Глебович сказал: «Этот флаг никогда за всю историю не спускали пред врагом. Верим, что Вы, защищая истинную Правду, достойно продолжите эту традицию».

Вечером 12 апреля 2011 года после окончания судебного разбирательства пришедшие морально поддержать меня друзья и товарищи трех поколений — от Олега Дмитриева, чьи родители познакомились с моими в 1932 году, и до четы молодоженов Меркуловых, с которыми познакомился в день последнего судебного заседания, — сфотографировался с этим знаковым для меня Знаменем. У здания суда на ул.Турецкой.

Послесловие
Выражаю искреннюю благодарность всем товарищам, друзьям и коллегам, которые помогли мне выиграть этот судебный процесс и доказать Истину:

Запруте Жану Викторовичу, моему адвокату;

Соколовой Ирине Геннадьевне, лингвисту, доценту кафедры методики преподавания филологических дисциплин Таврического национального университета им. В.И. Вернадского;

Хриенко Павлу Андреевичу, доктору социологических наук, профессору, заслуженному деятелю науки и техники АРК, директору Крымского представительства фонда «Москва — Крым» Правительства Москвы;

Терехову Владимиру Павловичу, председателю Союза русских, украинских и белорусских писателей АРК, лауреату литературной премии им. С. Михалкова, заслуженному деятелю искусств АРК;

Дмитриеву Олегу Кузьмичу, ветерану Великой Отечественной войны, полковнику, юристу;

Андреевой Александре Федоровне, председателю Крымского республиканского совета ветеранов партизан и подпольщиков Великой Отечественной войны;

Жуковой Виктории Эммануиловне, дочери партизана и художника Э.М.Грабовецкого (г. Нетания, Израиль);

Кожекину Анатолию Георгиевичу, кандидату исторических наук, доценту, моему соседу по ул. Крылова с 1951 года;

Мальгину Андрею Витальевичу, кандидату филологических наук, генеральному директору «Центрального музея Тавриды»;

Дайнеко Людмиле Ивановне, заведующей отделом «Центрального музея Тавриды» «Дом-музей И. Сельвинского»;

Конькову Павлу Васильевичу, краеведу, директору издательства «Универсум», где была издана книга «Долой стыд!», пресс-секретарю Республиканской организации «Дворянское собрание Крыма»;

Мельничуку Евгению Борисовичу, подполковнику, участнику боевых действий, историку партизанского движения в Крыму;

Дзоз Виталине Алексеевне, министру образования и науки АРК;

Трифонову Юрию Сергеевичу, преподавателю Крымского республиканского института последипломного педагогического образования (2010 г.);

Родивилову Олегу Леонидовичу, эксперту Постоянной комиссии Верховного Совета Крыма по культуре;

Бобровской Татьяне Алексеевне, зам. генерального директора КРУ «Бахчисарайский историко-культурный заповедник»;

Борисову Валерию Николаевичу, гл. архитектору КРУ БИКЗ;

Лидии Михайловне и Елене Юрьевне Демидовым, ветеранам Крымской республиканской библиотеки им. И. Франко, специалистам высшего класса;

Грачёву Владимиру Георгиевичу, поэту-барду, члену Союза писателей России;

Земляниченко Марине Александровне, кандидату химических наук, писателю, члену Союза российских писателей, лауреату премии им. Д.С. Лихачева;

Колесниковой Нине Николаевне, заведующей научной библиотекой «Таврика» им. А.Х. Стевена «Центрального музея Тавриды»;

Бобровой Нине Александровне, оператору компьютерного набора и верстки редакции газеты «Крымские известия»;

Кармазиной Наталье Валерьевне, кандидату исторических наук, зам. председателя Крымской республиканской организации Украинского общества охраны памятников истории и культуры;

Зарубину Вячеславу Георгиевичу, заместителю председателя — начальнику отдела по инспектированию и охране объектов культурного наследия Республиканского комитета АР Крым по охране культурного наследия (2010 г.);

моим коллегам по Научному центру историко-краеведческих исследований и Свода памятников Украины по АРК — Хливнюку Александру Витальевичу, Ачкинази Наталии и Великой Татьяне;

Митрохину Валерию Владимировичу, главному редактору газеты «Южная Столица»;

Гаврилевой Наталье Ивановне, гл. редактору интернет-газеты «Крымское Эхо»;

Васильеву Алексею Алексеевичу, гл. редактору интернет-газеты «Наша Держава»;

Поляковой (однофамилице!) Надежде Георгиевне, специальному корреспонденту газеты «Россия» по Украине;

молодежным активистам Прогрессивной социалистической партии Украины: Алле Бугаевой, Петру Карапаеву, Валентину Колбину, Александру Краснокутскому, Людмиле Решетской, Евгению Тимощенко, Анастасии Шепеляевой, Игорю и Ольге Меркуловым;

преподавателю Таврической духовной семинарии о. Анфилохию и всем учащимся-семинаристам, которые в день последнего судебного заседания помолились за меня и за торжество Истины, Справедливости и Правого дела;

и многим другим Гражданам и Соотечественникам. Одним словом, мой низкий поклон Всем, кто своим участием, советами, рекомендациями, информацией и просто человеческим сочувствием выразил мне поддержку в этом судебном разбирательстве, которое закончилось нашей общей фактической и нравственной победой.

Жаль, что и противоположный по значимости список моих вроде бы и знакомых, вроде бы и товарищей, вроде бы и коллег, и прочая, и прочая, и прочая — столь же велик. Могли эти люди, точнее — как я сейчас их воспринимаю — лица оказать пусть небольшое, но необходимое мне посильное содействие, какую-то помощь и просто продемонстрировать символическое участие, однако добровольно от ноши сей отказались. Знаменательно, что в подавляющем числе своем это гуманитарии, в том числе радетели русского языка и литературы, так называемые «русские патриоты», натуры «утонченные», ранимые, остепенено-интеллигентные. Среди последних выделяется мой институтский преподаватель, как в старое время говорили, изящной словесности. Закономерно или парадоксально, но среди этой аудитории славяне составляют абсолютное большинство. Впрочем, это большая и обстоятельная тема, ждущая углубленного изучения…

 

Выступление на V Международной
экспертно-политологической конференции
«Русская культура в современном мире»,
г. Ялта. 7 июня 2011 г.

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Румыны и болгары могут работать в Евросоюзе

.

Будет тепло и сухо…

Борис ВАСИЛЬЕВ

Еще раз о мусоре

.