Крымское Эхо
Архив

Запустили дурочку

Запустили дурочку

В угаре межгосударственных распрей между Россией и Украиной катастрофически ухудшаются личные взаимоотношения. Раскол проходит по коллективам, соседям, друзьям, семьям. Политика прочно вклинилась в жизнь обывателя, поломала и искорежила любовь и дружбу. Такое прежде случалось, например, в период существования Межрегиональной депутатской группы, оформившейся как первая советская легальная оппозиция и поделившей бдивший у телеэкрана народ на демократов и ретроградов. Тоже было непростое время, сбивавшее лбами в противоборстве мнений родителей и детей, старшее поколение и молодое, творческую интеллигенцию и рабочий класс. Но все же такого, чтобы до полного разрыва отношений, дело не доходило.

Сейчас всё гораздо сложнее, потому что в конфликт вмешалась не только политика, но и национальная, культурная, языковая ментальность. Да что там высокие материи – магазинные полки и те стали ареной битв. Уже не только в Западной Украине, но и в Центральной, а в ответ и в российских регионах объявляется взаимный бойкот импортным товарам и продуктам. Просто дикость какая-то: хоть голодным сиди, чтобы быть в национально-государственном тренде.

Межгосударственная размолвка приняла карикатурные черты: из показного неприятия кацапов-москалей на мове заговорили живущие в Киеве, Харькове, Днепропетровске русские. Приехавшая погостить к родителям коренная керчанка Дарья, вышедшая в столице Украины замуж за русскоязычного киевлянина, неожиданно для всех общается исключительно на мове. У кого-то это вызывает удивление, у кого-то неприятие, а живущая по соседству дашина учительница украинского языка смеется: ведь пять лет назад ее чуть ли не под расстрелом родители заставляли учить язык для поступления в вуз, а она уверяла, что только знание английского сделает из нее человека.

В своем стремлении сделаться хохлушкой, святее чистокровных украинцев, Дарья не одинока. В летний сезон, когда от российского Крыма, такого родного и любимого для уроженцев этого края, отказываться глупо, некоторые стараются не растерять за время отдыха приобретенную украинскую идентичность. Людмила Викторовна большую часть года живет в Киеве у детей, помогая молодым с внуками. Прописка у нее керченская, паспорт уже российский, что для женщины предпенсионного возраста гораздо выгоднее, чем украинский, но откуда-то в ее насквозь русской душе проросли щирые украинские корни.

С соседями едва здоровается, из всех знакомых отношения не разорвала с приятельницей, чья дочь живет в Киеве. Рассорилась с близкой подругой, после школы осевшей в Питере и очень помогавшей ей после трагической гибели мужа поднимать двоих детей. И это при том, что сама Людмила Викторовна в свое время окончила институт в тогдашнем Ленинграде, много лет работала на российском Севере и всегда рассчитывала, что при начислении пенсии ей зачтется немалая российская зарплата.

Сейчас она всех уверяет, что в Киеве ей дышится легче, а живется спокойнее, чем в Керчи. Тем не менее продавать свою шикарную квартиру или менять ее на тот же Киев, что на фоне теперешних событий можно сделать даже без доплаты, она не хочет. Как ни плохо в Крыму, как ни дорого, как ни душит ее российская атмосфера, а летом с маленькими внуками все же теплее, уютнее и сытнее, чем в душной украинской столице.

Разлад между нашими странами внес сумятицу в казавшуюся вечной дружбу четверых одноклассников. Они всеми правдами и неправдами старались совместить отпуска, а прошлой зимой, несмотря на расстояние и заграничность, умудрились вместе провести Новый Год и Рождество в Словакии. В то время они еще могли посмеяться над национализмом невесты живущего в Киеве друга, встречавшего их на вокзале в вышиванке. Сейчас о том следует забыть – это оскорбляет чувства не только молодой жены, но и приятеля.

Водораздел прошел между двумя друзьями, живущими в Крыму и Москве, и двумя другими, осевшими в Киеве. Сделавшиеся украинцами престали выходить на связь, резко охамели, перестав даже поздравлять друзей с днем рождения, не рвутся, как обычно, в Керчь на отдых и последний раз общались только по вопросу сохранения доставшейся от бабушек-дедушек крымской недвижимости.

Родители всех четверых в недоумении: сыновья передружили и их, за двадцать лет тесного общения они сделались своими, вместе противостоят жизненным невзгодам, помогают в беде, угощают друг друга дачным урожаем, иногда вместе выбираются на шашлыки. Принять, что все это в прошлом, они не хотят, но и держаться вместе, как прежде, теперь им тоже не просто: вроде как предают своих идейно разошедшихся сыновей.

Примеров обывательской глупости, сумевшей развести прежде близких людей, найдется немало. Любовь Александровна теперь предпочитает держать язык за зубами, храня от греха подальше свою приверженность Украине. Поставила телевизионную тарелку, смотрит все подряд украинские каналы, особо упирая на «Пятый», президентский, но обсуждать с соседями — ни-ни! Она теперь с ними в контрах, несмотря на то, что именно ближайшие соседи по улице пришли ей на помощь, когда умер отец, выбили место на кладбище как участнику войны, помогли оформить на себя дом, одолжили деньги на газификацию.

Но теперь соседи оказались «кляти москали», понаехавшие из «своих ярославлей и курсков». Соседи тоже косятся, не понимая, откуда в коренной керчанке, у которой украинская фамилия и та от бывшего мужа, такая щирость, почему она до хрипоты доказывает, что они еще от России наплачутся, наголодаются и показно целует экран телевизора, едва на нем засветится Коломойский.

Пока Любовь Александровна только грозит ближайшим соседям продажей дома у моря, Нина Николаевна меняет квартиру на Киев. Ей в Керчи «морально душно», ее раздражает всё: от российских рублей до акающего говора белотелых приезжих, она рвется отсюда и после отъезда, оставив детям квартиру в столице, намерена пожить какое-то время в Тернополе у друзей, чтобы проникнуться и напитаться духом настоящей родины.

Живущий в Киеве сын мать поддерживает, а вот в семье Светланы Евгеньевны разлад. Сама она за Россию, а старшая дочь каждое утро, зная, что мать это страшно нервирует, начинает день с «молитвы»: «Дядя Порошенко, забери нас к себе скорее!» К Марине Александровне в отпуск категорически отказалась ехать дочь, заявив, что это случится, когда «Крым опять будет нашим».

Единственная дочь Галины Дмитриевны после ссоры с отцом из-за референдума заявила, что «домой ни ногой», и выписывается из Керчи, искусственно создавая себе же большие проблемы с собственностью: она наследница квартиры, частного дама и двух земельных участков.

За недвижимость, которая доброго слова не стоит, вдрызг разругались брат и сестра. Татьяна рвется срочно сбыть трешку и что-то купить себе в Киеве, пока цены там валятся, а живущий в Черновцах Николай и не помышляет рвать связи с родиной. «Мне все равно, где находится моя любимая Керчь, на Украине или в России, это мое родное, никому не отдам. Я хорошо устроен в Черновцах, у меня свой бизнес, за границей бываю чаще, чем в Керчи, но для меня продать родительскую квартиру значит предать их и себя. Выплачу сестре ее долю, а отдыхать с детьми всегда буду только в Керчи», — ставит жирную точку в споре с сестрой Николай.

Принять поворот судьбы многим и вправду оказалось сложно. Ссорятся, делятся, оскорбляют друг друга – чего только не услышишь от людей на улице, в транспорте, в гостях, на работе. Каждый норовит отстоять свое мнение, сделать его истиной в последней инстанции, забывая, что как у него есть право думать и говорить, что он считает нужным, так и у сына, отца, соседа, друга, коллеги есть право думать и говорить по-другому.

Не стоит отказывать от дома и лишаться друзей за иные убеждения и мысли, которые отличаются от ваших. Не следует быть диктатором – иногда в родственных и приятельских отношениях нам не хватает именно демократизма отношений. Все-таки политика не должна вмешиваться в частную жизнь настолько, чтобы рушить ее; не надо путать грешное с праведным, а то страны наши со временем наладят свои отношения, а вы так и останетесь врагами с близкими.

 

Рисунок вверху —
с сайта pikabu.ru

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Немецкая оккупационная группировка и силовые структуры

Олег РОМАНЬКО

«Таврический Союз» набирает обороты

Сохранить нельзя повысить