Крымское Эхо
Знать и помнить

Злука и разлука, или «хай живэ Украина от Урала до Берлина»

Злука и разлука, или «хай живэ Украина от Урала до Берлина»

Украинские историки-пропагандисты — наверное, самые большие сказочники в мире. Они умудряются без зазрения совести из откровенно позорных страниц своей истории лепить страницы на редкость героические и на голубом глазу впаривать это народу.

Одним из подобных мифов стала так называемая «злука». Это объединение в «единое государство» Украинской Народной республики (УНР) и Западно-украинской народной республики (ЗУНР). Произошло это 22 января в 1919 года.

Сей факт у людей, мало-мальски знакомых с историей, вызывает законные ассоциации с коверканьем фактов. Но чем больше ложь, как говорил один нехороший субъект, тем больше в нее верят. Вот и 22 января 1990 года, когда над Украиной начал витать дух национализма, пропагандистам-националистам удалось вывести на улицы почти полмиллиона человек, чтобы выстроить живую цепь в знак памяти о единения УНР и ЗУНР.

Правда, «скованные одной цепью» толком не понимали, кто и когда, а главное, зачем объединялся. К слову, потом подобный национально-исторический угар поутих. Тем не менее, с 1999 года «злуку» на Украине отмечают официально и даже пафосно, особенно так было во времена президента Ющенко и после Майдана. А детишкам в школе твердят, что «злука» имела огромное историческое, прогрессивное и другие подобные значения. При этом ни слова не говорится, как объединившиеся украинцы друг друга предавали и подставляли и, в конце концов, разбежались, проклиная недавних братьев.

Но обо всем по порядку.

В 1917 году, когда Россия рассыпалась, на территории большинства областей современной Украины объявила себя единственной властью так называемая Центральная Рада. Это такой коллегиальный орган, состоящий в основном из украинских социалистов-националистов.

Опиралась Рада на украинских солдат развалившейся российской армии. Правда, особого контроля над «своими землями» Центральная Рада не имела, зато исправно штамповала так называемые универсалы, в которых, наряду со всякими красивыми словами, сначала провозглашались автономия в составе России, а ноябре 1917 года объявлялись независимость и создание Украинской народной республики.

Скоропадский

Ее первым президентом стал профессор-историк Михаил Грушевский, понятия не имевший, как управлять новоиспеченным государством. Тем не менее, его приближенным удалось быстро провести социалистические преобразования, серьезно подорвавшие экономику.

Существовала данная держава недолго. Когда в начале 1918 года Советская Россия заключила мир с Германией, то Украину «любезно» отдала немцам. Те любезностью воспользовались и, мигом разогнав Раду, посадили на украинский престол гетмана Павла Скоропадского. Правда, из того гетман был, как из известной субстанции пуля. Он «до того как» всю жизнь служил русскому царю-батюшке и даже стал генералом; более того — не знал украинского языка.

Однако, облачившись в гетманские одеяния, отменил все «реформы» предшественников и стал проводить мягкую украинизацию. И все же надо признать, что при гетмане на Украине, контролируемой немцами, появилось некое подобие цивилизованных государственных отношений.

Тем временем на Западной Украине, то есть Галиции, входившей до 1918 года в состав Австро-Венгерской империи, события развивались следующим образом.

Петрушевич

В октябре, когда Австро-Венгрия посыпалась, во Львове собрались представители галицийских украинцев и провозгласили сначала создание Украинской национальной рады, а затем и независимой Западно-украинской республики (ЗУНР) во главе с бывшим депутатом австрийского парламента Евгением Петрушевичем. Правда, украинцев в ЗУНР проживало всего около половины населения — остальные были поляки, венгры, румыны и так далее. А поляки и подавно считали Галицию своей.

Поэтому вскоре войска недавно появившегося польского государства во главе с Юзефом Пилсудским пошли войной на Западно-украинскую республику. В результате скоротечных боев за Львов Петрушевич и Ко сначала сбежали в Тернополь, а затем под ударами поляков еще дальше, в город Станислав.

Понимая, что вскоре от ЗУНР останется одно недолгое воспоминание, украинское руководство стало лихорадочно соображать, к кому бы прислониться. Ну, и конечно, вспомнили о Скоропадском. К нему тут же направили посланцев. Гетман был не против новых поданных — да еще в перспективе, правда туманной, с приличными территориями. Поэтому он дал гостям денег, оружия и даже хотел отправить на помощь дивизию сечевых стрельцов. Но, когда командир стрельцов узнал, куда его с хлопцами послали, то сам послал гетмана и отказался идти на помощь ЗУНР.

Вернувшееся назад посланцы с восторгом рассказала о доброте Скоропадского, и руководство ЗУНР приняло решение объединиться с гетманом. К нему тут же двинули полномочную делегацию во главе с руководителем «МИДа» паном Цигильским – потомственным львовским евреем и, что парадоксально, прадедушкой нынешнего украинского политика-националиста, а заодно и антисемита Олега Тягнибока.

Директория

Однако, когда делегация подъезжала к Киеву, выяснились интересные вещи. Оказалось, Германия подписала капитуляцию в Первой мировой войне, ее войска уходили с Украины, а на гетмана, оставшегося без немецкой крыши, навалились силы разогнанной им Центральной Рады — но теперь они назывались Директория.

Пан Цигильский, конечно, помнил о доброте Скоропадского, но мудро решил повременить, чтобы объединиться с победителем. Когда стало ясно, что гетман «сделал ноги», делегация ЗУНР направилась в пригород Киева, город Фастов, чтобы слиться в братских объятиях с лидерами Директории — Владимиром Виниченко и Симоном Петлюрой. Тут же в железнодорожном вагончике подписали предварительный договор об объединении. Хотя это была сплошная, ни к чему не обязывающая декларация. ЗУНР так и осталась самостоятельной, несмотря на то, что Петрушевич вошел в руководящие органы Директории.

Однако все же решили сыграть на публику. И через несколько дней, 22 января 1918-го, торжественно была провозглашена «злука» — объединение. Произошло это на Софийской площади Киева (см.фото вверху). Правда, местные жители, глазевшие на действо, совершенно были к этому равнодушны. Даже автор выпущенной в эмиграции «Історії Української Держави XX століття» Исидор Нагаевский вынужден был признать, что за актом «злуки» Петрушевича с Петлюрой на Софиевской площади «багато глядачів приглядалися збоку без ентузіазму».

А дальше объединившиеся стороны начали делать друг другу подлянки. Оно и понятно: цели, задачи и менталитет у сторон были разные. Они не жили в одном государстве уже несколько столетий. И если руководители еще как-то могли договариваться, то простые вояки — увы, они в Первую мировую войну сражались в разных армиях: одни в российской, другие австрийской — и привыкли видеть друг на друга сквозь прицел. Для УНР главным была независимость и социалистические преобразования, а ЗУНР видело свое будущее в составе обновленной буржуазной Австрийской Федерации. Ну и самое главное, враги для западных украинцев — это были поляки, а для надднипрянских украинцев – красные и белые.

Петлюра

Уже в первые дни после «злуки» Петрушевич стал прятать у себя УНРовских диссидентов — тех, кто плел заговоры против Петлюры. Симон в долгу не остался. Когда созданная впопыхах Украинская Галицкая армия (УГА) начала наступление на поляков, Петлюра пообещал ей оружие, но цинично не дал. В результате наступление провалилось.

В начале весны 1919 года Директория была разгромлена Красной Армией, вошедшей в Киев, Петлюра и его команда бежали, а УГА не оказала им помощи. Вообще, после «злуки» УНР и ЗУНР провели только одну совместную военную операцию, когда летом 1919 года отбили у красных Киев, однако в тот момент к городу подошли войска Белой армии Деникина, галичане предпочли с ними договориться и спокойно уйти, а петлюровцам пришлось бежать.

Получая на орехи и от красных и от белых, УНР решила договориться с поляками, поэтому из состава Директории просто выгнали Петрушевича. Тот в сердцах на все плюнул и уехал навсегда в Вену.

Кстати, тогда на Украине вообще был настоящий хаос. К белым, красным, петлюровцам и галичанам добавлялись еще и многочисленные атаманы — самым крутым из них был Нестор Махно. Хотя крутизна атаманов определялась наличием денег, добытых прежде всего в еврейских погромах. Как говорил Попандопуло в фильме «Свадьба в Малиновке», «нэма у пана-атамана золотова запасу, и хлопцы разбежались, а будет так — и сбегутся».

Во всем этом водовороте очень быстро заключались и также быстро разрушались ситуативные союзы. Так, в ноябре 1919 года Украинская Галицкая армия заключила Зятковские соглашения с командованием белой Добровольческой армии о переходе УГА в подчинение генерала Антона Деникина.

Это был один из самых комичных эпизодов Гражданской войны. Особенно если учесть, что по соглашению с «белыми москалями» местом пребывания Галицкого правительства определялась… Одесса. Но и это еще не все! Сразу после провала деникинцев УГА превратилась в ЧУГА — «Червону Українську Галицьку Армію»! Об этом позорном факте украинские историки теперь стараются вообще не вспоминать.

Через два дня после того, как УГА «побелела», Петлюра заключил соглашение с Польшей. Он полностью отказывался от претензий на Западную область УНР, но главное, признавал Львов польским городом. Взамен Симон надеялся сохранить Украинскую народную республику как марионеточную территорию в составе Польши, но в результате остался ни с чем и подался в эмиграцию, где и был убит за пристрастие к еврейским погромам.

Ну, а УГА просто растворилась, как и сама ЗУНР. Вот такой вот он итог «злуки», который сейчас украинские историки пытаются представить как нечто эпохальное и даже сакральное, впрочем, как и всю историю Незалежной. Украинские пропагандисты в своей гигантомании буквально зомбированы словами старого гимна — «хай живэ Украина вид Сяну до Дону!». Или, как пошутил один адекватный исследователь, «хай живэ Украина вид Урала до Берлина!».

Фото из открытых источников

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 5 / 5. Людей оценило: 2

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Россия помнит крымчан-героев

Степан ВОЛОШКО

Солдаты Победы: нетипичный генерал

Любовь ТАРАХТИЙ

Ещё один взгляд на причину воинственности Крымского Юрта

Евгений ПОПОВ