Крымское Эхо
Блоги Поле дискуссии

Злободневный Пелевин: о распаде СССР, нашем Крыме, Грете Тунберг и коронавирусе

Злободневный Пелевин: о распаде СССР, нашем Крыме, Грете Тунберг и коронавирусе

Я дочитал вышедший меньше месяца назад новый роман Виктора Пелевина «Непобедимое солнце». Писатель, как всегда, мистичен, загадочен, метафизичен и одновременно злободневен. Мистику, впрочем, оставлю мистикам, остановившись на вещах приземленных.

На протяжении всей литературной карьеры Пелевин ловко размещает свои запутанные головоломные тексты внутри текущей информационной повестки – в этом один из секретов его популярности. Творчество писателя насквозь прошито злобой дня. Он пишет о том же, о чем пишут газеты и «говорит и показывает» телевизор. Пелевин пересказывает, «перерассказывает», трансформирует, обыгрывает самые популярные, самые скандальные, самые цитируемые медийные сюжеты тех лет, когда выходят его романы. Его книги – «энциклопедия современной российской жизни» с квазибуддистским орнаментом.

Вспоминаю самый крымский роман Пелевина – «Жизнь насекомых», действие которого разворачивается у подножия Карадага. «Я был там летом 1991 года, летом путча, и я написал роман в следующую зиму, — рассказывал сам писатель в одном из редких интервью. — Видите ли, политика влияет на вас, даже если вы не хотите. Вы можете быть полностью исключены из сферы политики и общественной жизни, но каждый раз, когда происходит путч или обстреливают парламент, или избирают Жириновского, что-то изменяется. Вы можете сидеть, запершись в квартире с выключенным телевизором, но каким-то образом вы чувствуете это. Это как если бы химический состав воздуха изменился».

На глазах у Пелевина бывшая всесоюзная здравница превращается в регион независимой постсоветской Украины. Жук-скарабей Сережа много лет копошился в мягком российском суглинке, «который однажды утром неожиданно оказался благодатным черноземом Украины». Точно так же много лет «копошились» на полуострове сотни тысяч крымчан, пока однажды утром им не объявили, что этот полуостров теперь является частью отдельного государства — Украины.

Возвращение Крыма к родным берегам почти четверть века спустя отразилось в вышедшем в 2016 году романе «Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами». Главного героя книги зовут Кримпай. Кримпай Сергеевич Можайский. «Мои подружки (их было несколько, пока я не разобрался в себе), а потом и друзья называли меня «Крим». И да, шутка «Крим наш» уже была. Много раз, с кримом и без», — рассказывает он о себе.

Ясно, что, выбирая такое имя, Пелевин изначально планировал обыгрывать в романе тему воссоединения полуострова с Россией.

По ходу действия Кримпай меняет имя на Крым.

– Замечательный выбор, – хвалит его генерал ФСБ Капустин. – В высшей степени патриотичный. Переосмыслил ценности? Поклонился всему, что сжигал?

– Да не то чтобы так уж… Я на «Крим» хотел, меня так с детства все зовут. Но в ЗАГСе предупредили, что понять могут неправильно. Что это «Крым» на украинской мове. Люди, мол, заинтересуются, чего ты такой певучий. Подумают, что против воссоединения протестуешь. Может, ты вообще по ночам опоры ЛЭП валишь, кто тебя знает… Вот я и решил – не давать повод.

В «Непобедимом солнце» о нашем солнечном полуострове ни слова – между прочим, верный признак того, что «крымский вопрос закрыт». В 2020 году мир увлекается другими сюжетами. Один из них — о Грете Тунберг.

«Дело не в том, что где-то в мире есть добрая Грета, настолько отважная и честная девчушка, что про ее подвиги поневоле сообщают корпоративные СМИ, — говорит один из персонажей романа. — Дело в том, что корпоративные СМИ с какого-то момента начинают полоскать тебе мозги ежедневными историями про эту Грету. И послать их куда подальше становится проблематично, потому что тебя могут спросить – ты что же, против доброй Греты, гад? Медийная Грета – это не человек. Это агрессивный педофрастический нарратив, используемый транснациональной олигархией в борьбе за контроль над твоим умом».

По Пелевину, педофрастия – это использование эмоционально заряженных детских образов для продвижения коммерческих и политических повесток.

Ну и, конечно, не мог писатель в 2020 году промолчать о коронавирусе.

– Что это за вирус? – спрашивает главная героиня романа Саша Орлова у практикующего модный ретрит микробиолога Ганса-Фридриха.

И тот объясняет:

– Пока мало информации. Но, похоже, отличается от плохого гриппа в основном хорошим пиаром. Под который всех обдерут как липку и спишут все, что украли. Серьезные люди сжигают бухгалтерию в мировом масштабе.

– Что, они специально этот грипп запустили?

– Нет. Но быстро поняли, как его запрячь.

– И что, от него нет лекарства?

– Есть, – отвечает Ганс-Фридрих. – Называется red pill. Но я не думаю, что Большая Фарма позволит…

Для «отсталых» поясню: red pill – это красная пилюля из культового фильма «Матрица», символическое лекарство от ложного видения реальности. Мне кажется, его действительно многим сейчас здорово не хватает.

Читайте книжки. Не псевдоинтеллектуальную всезнающую ленту фейсбука, не гламурный самовлюбленный порноинстаграм, не посконный суконный кондовый контакт, не плюющийся – «твит-твит» — твиттер, не скрипящую под тяжестью анонимных доносов «телегу». Книжки. В идеале – бумажные. Помогают даже лучше красных таблеток.

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 5 / 5. Людей оценило: 5

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Как Cвободные и Hезависимые Государства они имеют полную власть

Патрик КЛОТЬЕ

Ирина Ивановна, Вы поступили со мной бесстыдно, недостойно и недальновидно

Гражданское общество в Крыму обсуждает проблемы национальных меньшинств

.