Крымское Эхо
Архив

Защитники Донбасса. Поединок с «Градами»

Защитники Донбасса. Поединок с «Градами»

Дмитрий ЧЕРНОЛЕСОВ

Сейчас в одной из клиник Донецка лечатся от ран трое бойцов ополчения. Один отрекомендовался Лехой, двое других предпочли назвать свои позывные, звучащие, как оказалось, в рифму: «Слон» и «Клон». У всех троих осколочные ранения, полученные от разрывов снарядов, выпущенных из систем залпового огня «Град». Сегодня это типичный характер боевых ранений, ибо грохот «Градов» Донецк слышит днем и ночью.

Леха и «Слон» до недавних пор несли службу на блокпосту, находящемся у Ясиноватской развилки. Здесь сходятся три железнодорожные линии и две автострады, поэтому пункт считается стратегически важным.

Бойцы блокпоста рассказывают, что они уже приноровились распознавать тактику противника, стремящегося атаковать позицию ополченцев с разных участков пресеченной местности, богатой к тому же «зеленкой». Все скаты и откосы железных дорог и автомобильных трасс в разгар лета покрыты густой зеленью. Но эта маскировка «укропам» помогает мало, все их попытки атаковать блок пост с флангов или обойти его с тыла терпят неудачу. Поэтому врагу остается надеяться лишь на свое превосходство в огневых средствах. Самое мощное из них — ракетные системы залпового огня «Град».

Сорокоствольная установка стреляет на расстояние до 40 километров. Но на дистанциях свыше 22 километров точность ведения огня неуклонно падает. Однако и зоны верного поражения радиусом чуть более 20 километров вполне хватает для того, чтобы район Ясиноватской развилки обстреливался откуда-то из-за Авдеевки или с позиций, находящихся к северо-западу от поселка Пески. Точность огня «Градов», так же как и любой другой артиллерии, усиливается, если на врага работают корректировщики. Таких «добровольных помощников» каратели, пришедшие на донецкую землю, к сожалению, находят среди местных жителей.

Техника XXI века шагнула далеко, и теперь одного, с виду совсем невинного, звонка мобильного телефона достаточно для вычисления координат целей, подлежащих уничтожению. Этим и пользуется враг. На Ясиноватском блок-посту, как, впрочем, и на каждом другом, проверяют все проезжающих и проходящих. Но мобильники сейчас есть практически у всех, да и заранее не угадаешь, кто именно из проезжих или прохожих сразу после досмотра наберет номер и скажет какую-нибудь совсем невинную фразу.

Но она — условный сигнал для противоположной стороны. Произнесенные слова могут указать на место нахождения бойцов, свободных от вахты, на примерное количество ополченцев или предать сведения об обстановке вокруг блокпоста. Таким же способом «прикупленные казачки» действуют не только на коммуникациях, но и внутри населенных пунктов, контролируемых ополченцами.

На Ясиноватском блокпосту уже были замечены случаи, когда идет обыкновенная во всех отношениях тетенька, ничего подозрительного при досмотре у нее не находят, но проходит некоторое время после ее исчезновения из виду, и по позициям ополченцев начинают работать «Грады» противника. Могут стрелять по городу, по окружающей его «зеленке», достается и блокпостам.

Похожее случилось и 1 августа. Через блокпост прошла женщина — представительницы слабого пола на уровне подсознания вызывают меньше подозрений, хотя все, что она несла с собой, конечно, проверили. Но, не найдя ничего предосудительного, отпустили на все четыре стороны. Но минуло минут 15 — и блокпост превратился в ад. Били из «Града», прочесывая огнем всю близлежащую местность. Количество тяжелораненых наибольшим оказалось среди бойцов, свободных от дежурства.

Впрочем, Леха и «Слон» считают, что отделались легко. Леху задел осколок, вонзившийся в туловище неподалеку от легкого, но уже сейчас боец идет на поправку и находится в числе ходячих больных. У «Слона» повреждена правая рука, но кость цела, осколки порвали только кожу и сухожилия. Парень больше беспокоится о своем автомате, пока он не знает, осталось ли целым после огневого налета его личное оружие.

Сам «Слон» рассказывает, что ненадолго отключился уже в машине «скорой помощи», доставившей его в Донецк. «Но ничего, сделали укол, очухался», — смеется теперь ополченец.

Но война, это, конечно, не смех. А блокпосты, по своему, самые опасные из позиций, потому, что открыты со всех сторон. Здесь особо не укроешься и на другое место не передвинешься. Службу надо нести там, где приказано.

Враг также не дремлет. Легче всего стрелять наверняка именно по стационарным мишеням. Но ополченцы, раненые на Ясиноватском блокпосту, и после излечения хотят вернуться только к своим товарищам — туда, где под огонь противника можно угодить в любой миг. Уверены, что точно так же поступил бы каждый из их боевых друзей.

Леха и «Слон» — ребята молодые. Леха только недавно закончил учебу, а «Слон», как сказал он сам, «работал машинистом крана на горячем производстве». По сравнению со своими соседями по палате «Клон» — настоящий ветеран. У этого жилистого с обветренным лицом мужика за плечами 25 лет железнодорожного стажа.

«Клон» — житель Красноармейска и теперь, по его собственным словам, всю жизнь будет помнить, что произошло в родном городе 11 мая этого года. В день проведения референдума о государственном статусе Донецкой области в Красноармейск ворвались каратели из батальона «Донбасс». На улицах Красноармейска, прямо возле участков для голосования, остались лежать трупы жителей города. Среди убитых были и те, кого «Клон» знал с детства. Такое не забывается. Увидев кровь и смерть земляков, опытный железнодорожник без колебаний сменил свою мирную профессию на боевую.

Людей с опытом в армии Донецкой республики ценят. «Клона» направили служить в разведовательно-боевую группу «Б-2». В этом подразделении мастер железнодорожного дела вскоре занял одну из командирских должностей. «Служба оказалась чем-то похожа на работу аварийных бригад, без которых на железной дороге никак не обойтись, — объяснил «Клон», — нас, как и «аварийщиков», бросают на прорывы, туда, где нужно быстро вычислить и уничтожить противника. С «работой» мы справляемся, в бою, где с врагом сталкиваешься лицом к лицу, не получил ни одной царапины. А вот от «Града» не уберегся».

«Клона» особенно возмущают россказни о том, будто донецкие ополченцы прикрываются мирным населением. «Наши командиры, наоборот, запрещают нам располагаться даже вблизи жилых домов, — отметил «спецназовец». — Для мест дислокации вне боя можно выбирать стадионы, парки, посадки, какие-то поодаль стоящие строения, но только не улицы городов и сел. Для врага эта тактика не секрет, противник постоянно стремится выведать места нашей дислокации. Для этого используют корректировщиков и иных соглядатаев. Пробуют выследить нас и техническими приемами».

Опыт боевых действий учит ополченцев бдительности и осторожности. Это касается и обращения со средствами мобильной связи. Месяц-два назад частыми были случаи, когда под огнь «Градов» противника попадали подразделения, вернувшиеся с выполнения боевого задания. Причина обнаружения противником нужной цели оказалась простой.

Перед выходом в «поле» все бойцы вынимают из своих мобильных телефонов сим-карты и оставляют «аппаратуру» в месте дислокации подразделения. Но вернувшись на «базу», ополченцы тут же вновь вставляли сим-карты в свои мобильники. Как выяснилось, одного этого было достаточно, чтобы засечь место происхождения сигнала включения мобильной связи. Массовый выход в «эфир» мобильных телефонов даже без звонков моментально фиксировался вражеской прослушкой. Операторы, следящие за эфиром, тут же передавали координаты засеченной точки «огневикам» и на место включения мобильников обрушивался огонь «Градов» и гаубиц.

Сосем уж неосторожно повели себя бойцы, ехавшие после выполнения боевой задачи в «Жигулях»-«копейке». Все пять человек, находившиеся в автомобиле, принялись звонить по знакомым номерам. Враг такой беспечности не прощает. На дороге один за другим стали вздыматься разрывы снарядов и мин. Водителю машины пришлось выписывать немыслимые «вензеля», чтобы увернуться от нескончаемого обстрела. «Копейку» изрешетили осколки, ехавшие в автомобиле ополченцы получили ранения, лишь по счастливой случайности никто не погиб.

Сейчас случаи неосторожного обращения со средствами связи сходят на нет. Война быстро учит воевать тех, кто хочет учиться. Но в боевой обстановке нет гарантий от неожиданностей и неприятностей. Хотя подразделения армии Донецкой народной республики и не дислоцируются рядом с жилыми кварталами, боевые действия приходится вести в разных местах, в том числе и в населенных пунктах.

Как-то совсем недавно, подразделение, где служит «Клон», попало в огневую засаду. Спрятались, где зелень погуще. Но и по этому месту через считанные минуты заработала система «Град». Тут уж не оставалось сомнений, что огонь врага кто-то корректирует с близкого расстояния, откуда просматривается вся округа. Единственным высотным объектом, находящимся поблизости, был одинокий девятиэтажный дом, стоящий по соседству с зленной зоной. Ополченцы отправились его прочесывать.

Проверили все квартиры, особенно интересуясь местом регистрации всех обнаруженных в доме людей. Все оказались местными. В такой ситуации заподозрить кого-то трудно. Но факт оставался фактом: врагу сигналили и делали это с точки, с которой можно было наблюдать за всеми передвижениями ополченцев. Этот случай также был взят на отдельный учет. С тех пор, если уж приходится действовать вблизи многоэтажек, все подразделения ополченцев прибегают к дополнительным мерам осторожности.

Война в Донбассе — это практически беспрерывный поединок ополченцев с «Градами» и другими огневыми системами противника. Враг не упускает случая использовать свой огневой перевес.

«Клон» был ранен 27 июля, когда попал под очередной обстрел. Осколки резанули по животу, а из правой ноги вырвали кусок мяса. Но стараниями врачей раненый командир уже встает с койки и начинает ходить. Уверен, что армия Донбасса дойдет и до Львова. Иначе уже не получится. У бойцов Донецкого ополчения, ежедневно рискующих жизнями под огнем «Градов» противника, теперь есть к врагу и свой личный счет.

Но главное, конечно, не в переходе на личности. Известие о том, что 438 вояк армии Украины запросили убежища в России, Леха, «Слон» и «Клон» объяснили легко. Враг воюет, в основном, за деньги. Был как-то случай — в плен к ополченцам попал участник «антитеррористической операции», отправившийся воевать добровольно. Сам он оказался человеком по-своему адекватным. Пленный откровенно сообщил защитникам Донбасса, что в регионе, где он проживает, работы нет, а за участие в «военной экспедиции» ему пообещали платить 6 тысяч гривен каждый месяц. Он и решил подзаработать, другой возможности все равно не было.

Но на деньги большинство этих горе-наемников открыто дурят, а на поле боя зачастую доходит до того, что силовики остаются не то что без патронов, но и без еды и воды. Тут уж выбор сводится к одному: или умирать или искать спасения на территории страны, которую официальная пропаганда Украины называет не иначе, как агрессором.

«Это мы можем воевать без пищи и воды, — подытожил «Клон», — наши люди защищают свой родной дом, а дома, как известно, и стены помогают». Впрочем, деньги ополченцам на передовой иногда платят. Несколько дней назад подразделение, где служит «Клон», отразило атаку броневой техники противника. Были подбиты два танка. После боя состоялось торжественное построение отряда. Высшее командование объявило всему личному составу благодарность, а бойцам, подбившим танки врага, было вручено символическое вознаграждение: двадцатипятикопеечные монеты. Они теперь останутся у своих хозяев как память о героической защите Донбасса.

Бойцы, научившиеся защищать свою родину, смогут добить врага в его логове. Защитники Донбасса поэтому убеждены, что обязательно войдут в Киев и Львов. И никакой огнь противника не помешает им исполнить свой долг.

 

г. Донецк

Фото вверху —
с сайта rusvesna.su

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Симферопольские животные будут жить по правилам

Снова разыгрывают «натовскую» карту

Так есть ли кризис?