Крымское Эхо
Библиотека

Я не воровал

Я не воровал

Когда ошибается сапёр, то в первую очередь, он рискует своей жизнью. Когда же ошибается следователь – он рискует чьей-то свободой. В первом случае за смерть человека спросить не с кого. Ошибка уходит вместе с погибшим.

Во втором случае она остаётся на совести следователя, о которой он будет помнить всегда, по крайней мере, должен помнить, так как кому-то причинил непоправимое зло. Вот почему при расследовании уголовного дела следователь обязан проявлять исключительную объективность, тщательно проверять и анализировать полученные доказательства, взвешивать все «за» и «против»; должным образом проверять все алиби подозреваемого лица, сколько бы раз он их ни менял.

Все эти требования прописаны в законе. Надо следователю, всего-навсего, быть порядочным человеком и честно исполнять свои обязанности, не поддаваясь требованиям конъюнктуры дня, начальства и различным складывающимся обстоятельствам, которые могут повлиять на принятия правильного решения. Всегда, даже если собрана масса доказательств виновности того или иного лица, следует продолжать проводить расследование всесторонне, объективно и в полном объёме, проверяя раз за разом все имеющиеся версии совершения преступления.

В стране были лихие времена, которые отразились на всех устоях общества, в том числе и на резко увеличившейся преступности. Во время дежурства следователю приходилось на осмотр места происшествия выезжать много раз в течение всех суток. Восемь, десять выездов были в порядке вещей.

Одни сутки мне запомнились навсегда. С 9 утра одного дня и до 9 часов утра другого дня я выезжал со следственно-оперативной группой 25 раз! Из них три раза на дорожно-транспортные происшествия. Среди преступлений были грабежи и разбои, а в основном, кражи государственного и личного имущества граждан. Каждые сутки совершалось несколько квартирных краж. Все 24 часа приходилось работать без отдыха и перерыва, забыв, что такое еда. В такие моменты ничего в рот не лезло. Всё время смотришь на часы, и ждёшь, когда наступит 9 часов следующего дня, и ты после доработки всех накопившихся за дежурство материалов можешь около 13-14 часов дня идти домой отдыхать. Дома один раз поешь, а потом спишь, как убитый до утра. А в 9 часов должен быть на работе и приниматься за расследование уголовных дел, имеющихся в производстве. Их всегда было видимо-невидимо.

То дежурство было более-менее спокойным. Часы показывали 7 часов вечера, а я всего 6 раз выезжал на осмотры места происшествий. В кабинете успел немного передохнуть и выпить чашку крепкого кофе. Только успел закурить сигарету, как тут ко мне, как к дежурному следователю, привели группу людей. Это была партия геологоразведчиков, которые работали по бурению скважин далеко в поле за посёлком Аршинцево. На всём громадном, без деревца и кустика, поле стоял одинокий большой вагончик для переодевания геологов, а в паре сотне метров от него буровая установка. Всё поле геологами и работягами просматривалось от горизонта и до горизонта. Там никогда не было посторонних, потому что нечего делать в пустом поле, где даже не было травы, так как от жаркого солнца она давно выгорела. Поэтому здесь не пасли скотину.

Именно по этой причине вагончик геологи не закрывали даже на крючок, оставляя в нём одежду и все ценности – деньги и часы. Перед концом рабочего дня один из рабочих пошёл в вагончик, чтобы напиться воды. Он вскоре вышел из вагончика и стал звать товарищей. Когда пришли, то увидели, что похищены все ценности –  деньги вместе с кошельками. Сразу же подозрение пало на молодого парня, который после условно-досрочного освобождения из мест лишения свободы несколько месяцев работал простым рабочим в геологоразведке. Обнаружив кражу, все вспомнили, что где-то часа три назад в вагончик ходил этот бывший зэк, чтобы напиться воды. Но он почему-то подозрительно долго не возвращался на рабочее место. Но тогда этому не придали никакого значения.

А теперь всем стало всё понятно. Парень похищенное имущество где-то закопал, на что ушло определённое время. Тот клялся и божился, что он ничего не воровал. Работяги внимательно осмотрели большой участок земли вокруг вагончика. Никаких следов похищенного не обнаружили. Через несколько часов туда выехала с металлоискателем следственно-оперативная группа РОВД п. Аршинцево. Была надежда наткнуться на закопанные часы и кошельки с деньгами. Не получилось. Кроме пары подков в земле ничего не нашли.

Несмотря на эти странные обстоятельства, геологи в один голос утверждали, что кражу мог совершить только новый рабочий, ранее дважды судимый за кражу личного имущества граждан. Так они заявили при допросе и на очной ставке с подозреваемым. Тот всё время твердил только одну фразу: «Я ничего не воровал». В то же время он говорил, что будь на месте геологов, давал бы такие показания, как и они, потому что никто из них не видел, как и он, кого-либо из посторонних возле вагончика. Какая-то неразрешимая загадка. Словно вещи испарились сами по себе.

На трое суток я задержал бывшего зэка с водворением в КПЗ. О задержании направил уведомление прокурору города, который в те времена давал санкцию на арест. Перед истечением третьих суток я должен был подозреваемому избрать меру пресечения, то ли арест, то ли подписку о невыезде с освобождением из КПЗ. По существу, все необходимые важные следственные действия были выполнены. Осталось решить вопрос об избрании меры пресечения. Моё руководство настаивало, чтобы я готовил документы на арест подозреваемого. Более того, прокурор, ознакомившись с материалами уголовного дела, сказал, чтобы я приходил к нему за санкцией.

Он был со мной согласен, что мы не смогли добыть прямых улик против задержанного, но зато успокаивал меня тем, что есть масса косвенных улик, которых для суда будет вполне достаточно для осуждения виновного. Я и сам понимал по опыту, что, действительно, парня с учётом двух судимостей и совершения вновь преступления во время отбытия условного наказания могут запросто кинуть за решётку на приличный срок.

Но что-то меня удерживало от принятия поспешного серьёзного решения. У меня к тому времени был большой опыт следственной работы. Я мог свободно понять, когда лицо говорит правду, а когда лжёт. О многом говорят поведение человека, жестикулирование, работа мышц лица, звучание голоса, взгляд глаз и пр. Особенно о многом говорят глаза. Не зря один учёный сказал, что глаза — это мозг, находящийся снаружи черепа.

Кстати, прожжённый зэк так же старается по глазам следователя, по его голосу понять, что известно следователю о преступлении, а о чём не имеет никакого понятия. Так что следователь должен быть всегда собранным и уметь контролировать все свои действия. Иногда приходится превращаться в артиста, чтобы сыграть роль следователя, которому якобы всё известно, когда на самом деле ничем существенным, чем мог бы прижать преступника, не располагает.

После допроса подозреваемого я на 99 процентов был уверен в невиновности мною задержанного человека. Хотя собранные материалы дела свидетельствовали об одном, интуиция подсказывала другое. Моё начальство и прокурор настаивали на аресте. Пугали тем, что дважды судимый человек, совершивший преступление, оставаясь на свободе, не станет дожидаться суда и кинется в бега. А это неприятность для следователя, избравшему неправильную меру пресечения. Согласно уголовно-процессуальному законодательству за принятие любого решения вся ответственность ложится на плечи следователя.

На третий, последний день задержания парня, после обеда, прокурор мне сообщил, что подозреваемый через руководство КПЗ на его имя направил явку с повинной о краже имущества у геологов. Потребовал прибыть к нему за санкцией. Срок задержания заканчивался в 20 часов. Я попросил прокурора явиться к нему в 19 часов. На что я надеялся, не знаю. Но я умышленно до последнего тянул время. Видимо, просто мне не хотелось что-то делать против своей воли и своего мнения. Но всё было против меня, даже сам задержанный.

Я помчался в КПЗ к задержанному. Спросил, были ли у него оперативники. Он ответил положительно. Мне стало всё ясно. Я знал, как оперативники могут убалтывать любое лицо. Дескать, не признаешься, получишь на всю катушку, так как не будет смягчающих вину обстоятельств в виде явки с повинной, чистосердечного признания, раскаяния о содеянном и прочее. Признаешься – обязательно дадут срок поменьше. Кроме того, какой-нибудь сосед по нарам постоянно убеждает взять вину на себя, чтобы облегчить свою участь в части уголовного наказания.

Такая интенсивная обработка с разных сторон даёт для оперативников нужные результаты. Можно за счёт разных посулов и угощений уговорить лицо взять на себя пару нераскрытых преступлений. Я спросил, куда он дел украденные вещи. Ответ был ожидаемым. Сказал, что воспользуется своим правом не давать ответ на такой вопрос. В общем, парень был хорошо обработан. Да он и сам понимал, что вряд суд поверит отрицаловке рецидивиста и вынесет оправдательный приговор.

Я пошёл в кабинет готовить документы на истребование санкции. Около 17 часов позвонили оперативники Аршинцевского РОВД и сообщили, что везут трёх пятнадцатилетних пацанов, давно сбежавших из специнтерната, проживавших на чердаках и в подвалах, и совершившим кражу у геологов. Пацаны погорели на том, что пытались продать на рынке ворованные часы мужчине, который оказался «нашим человеком». Украденные деньги, конечно, полностью потратили. Но остались кошельки потерпевших и кое-что из вещественных доказательств.

Оказалось, ларчик по загадочной краже открывался просто. Пацаны-беглецы жили по принципу лозунга пионеров: люби и знай любимый край. От нечего делать целыми днями они блуждали, где вздумается. Так они наткнулись на вагончик геологов, который решили проверить. Чтобы оставаться незамеченными, они к нему двигались так, чтобы они, вагончик и буровая установка были постоянно на одной линии. Это дало им возможность подойти незамеченными к вагончику, и также уйти незамеченными. За ними было ещё несколько краж.

После допроса пацанов, я обо всём доложил прокурору, сказав, что буду освобождать задержанного из КПЗ. Прокурор жёстко мне ответил, чтобы я принёс в прокуратуру объяснение о незаконном задержании невиновного лица для проведения в отношении меня служебного расследования. Я и без этого знал, что в случае чего, крайним сделают меня. Так оно и вышло. Поэтому сообщение прокурора меня нисколько не расстроило, так как я был к нему внутренне подготовлен. К тому же меня переполняла радость от того, что так неожиданно в последний момент повезло и мне, и задержанному. Я немедленно освободил его из КПЗ, настойчиво посоветовав никогда не поддаваться на различного рода уговоры любого лица.

Об изменившейся обстановке по уголовному делу проинформировал геологов. Они хорошо отнеслись к возвращению в партию парня, которого считали виновным в краже их имущества. У них хватило мужества, чтобы извиниться перед ним, и в злосчастном вагончике по-мужски, с размахом отметить это событие.

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Друг мой Стёпа

Игорь НОСКОВ

Любимые женщины рецидивиста Володьки

Игорь НОСКОВ

Один день в редакции