Крымское Эхо
Архив

В цветной вате демагогии

В цветной вате демагогии

С воссоединением Крыма с Россией на наши города обрушился шквал предложений о побратимстве. С тёплым морем и жарким солнцем готовы задружиться края и области, малые и большие муниципальные образования материковой России. Понятно, когда дружить с Керчью вызвались Тула и Смоленск – общий статус городов-героев делает этот союз логичным и объяснимым даже с учетом того, что провинциальная Керчь уступает областным центрам масштабами и много еще чем.

Но вот на горизонте Керчи нарисовался еще один претендент на братскую дружбу – итальянский город Ардеа, предлагающий ни много – ни мало девять километров своих пляжей для отдыха. Для керчан это звучит, прямо скажем, уморительно: им своих пятидесяти с гаком километров береговой линии по горлышко, а бизнесу, судя по неустроенности пляжей и наличию диких, это вообще выше крыши.

Да и таких вольных жителей, чтобы махнуть не глядя самолетом в Рим, а оттуда катнуться на тридцать километров к побережью в Керчи, наберется немного. Кстати и сотрудничество в газовой сфере и цифровых технологиях, что предлагают итальянцы, керчанам как-то не с руки – они большие мастаки по части судостроения, судоремонта, мореплавания и рыболовства — собственно в тех сферах, с которых и начинался интерес итальянцев к этому приморскому городу на берегах двух морей.

Это предложение, будем откровенны, сделано «от фонаря»: просто очередной итальянец, побывавший в Керчи, в данном случае в составе наблюдателей от ОБСЕ на мартовском референдуме, случайно узнал о существовании в городе итальянской общины и вдохновился этим фактом. Надо сказать, подобное случается не впервые: так происходит всякий раз, когда в Керчи объявляется итальянский подданный, заботливо накормленный и обихоженный стараниями сородичей.

Но обычно дальше разговоров дело не движется, тем более, когда речь заходит о материальной поддержке соплеменников, темпераментные итальянские парни на поверку оказываются редкостными жмотами, и в умении очаровать коллектив понравившихся женщин последним червонцем уступают русским мужикам по всем статьям. Поэтому вряд ли стоит рассчитывать, что предложение со стороны маленького городишка окажется серьезным и деловым.

И потом есть одно но во всем этом межгосударственном братании городов: обычно оно начинается взаимными обменами делегациями мэров и чиновников и заканчивается совместными обедами и презентами. Те же керченские итальянцы, скорее всего, увидят свою историческую родину на картинках и фотографиях подаренных книг и альбомов. Вообще-то, при выборе города-побратима следовало бы руководствоваться не спонтанными предложениями заезжих иностранцев, а куда более весомыми аргументами – в этом случае для побратимства Керчи подошел бы другой итальянский город, Бари, откуда в свое время прибыли многие переселенцы. Кстати, он тоже когда-то имел неосторожность предложить Керчи свое партнерство, но дальше разговоров дело не пошло.

Но, во всяком случае, с ним у Керчи много общего. Это тоже город-порт, с полным основанием имеющий право на соперничество с самым древним городом Крыма своей почти тридцативековой историей. В Бари тоже работает паромная переправа, а сам город числится в значимых экономических и рыболовных центрах, каким до украинского владычества была и Керчь, там действует музей древностей и даже день города приходится на самый великий наш праздник — 9 Мая. Но самое главное, в Керчи живут потомки стародавних жителей Бари, без малого два века сохраняющие в первозданном виде апулейский диалект, традиции и кухню прародителей.

Керчь многим обязана приехавшим сюда в начале XIX века итальянцам. Достаточно назвать имя одного из них, великого комбинатора Рафаила Скасси, благодаря связям которого в Петербурге Керчь повысила свой статус до градоначальства. Тогда с легкой руки Скасси началось строительство порта, завелась мода на постоянные археологические экспедиции, а сам город сделался известным благодаря разбитому итальянцем фруктовому саду – одному из уникальнейших в Российской империи — и получил водозабор, осевший в истории навечно как «Скассиев фонтан». Одобренный императором генеральный план застройки Керчи осуществил главный городской архитектор – итальянец Александр Дигби, чье наследство в виде здания гимназии украшает Керчь и поныне.

Приехавшие в Керчь в XIX веке итальянцы были классными садоводами и мореплавателями. Вдобавок многие из них были людьми образованными, владельцами судов и отцами шумных многодетных семейств. Еще недавно в Керчи можно было услышать воспоминания старожилов, помнящих, какими были сады предвоенного итальянского сельскохозяйственного кооператива «Сакко и Ванцетти», а здешние абрикосы и помидоры были самими лучшими в Крыму – их завезли все те же итальянцы. Они научили местных выращивать фрукты и овощи, а мореплаватели обучали судовождению и каботажу. Многие итальянцы выросли на судах своих отцов: каждое лето они сызмальства семьями работали в море, а с осени до весны учились в итальянских школах.

Сегодня в Керчи едва найдется десять чистокровных итальянцев, большинство носящих красивые певучие и явно иностранные фамилии по крови в лучшем случае половинки, четвертушки и восьмушки. Керченские итальянцы свое большое родство на полном серьезе объясняют любвеобильностью своих предков, не пропускавших пастельных славянок. В советское время итальянцам досталось по полной: их высылали, раскулачивали, признавали иностранными шпионами и, наконец, окончательно выслали из Крыма, как немцев, греков, болгар, татар и армян, но единственными так и не признали депортированным народом.

Председатель итальянской общины Керчи Галина Сколярино»
[img=center alt=title] uploads/14/1404750664-14-WF4K.jpg» />
Несмотря на имеющийся государственный документ, распорядившийся их жизнями ничуть не лучше тех, кого государство признало депортированными. Сколько лет потратила председатель итальянского общества Керчи «Данте Алигьери» Галина Сколярино на доказательство и неправомочность такого решения, но все впустую, вроде ее родители и предки всех ныне живущих в Керчи и разбросанных по Казахстану и России итальянцев сами добровольно снялись из Крыма и перебрались в Среднюю Азию и на Урал.

Но надо отдать должное этому народу — они сумели сохранить свою итальянскость, не будучи ни разу на исторической родине, тот самый апулейский диалект, который давно пора бы серьёзно изучить классическим филологам, знают преотлично историю своего рода, бережно хранят старые фотографии с лицами своих прадедов, чтут традиции. К примеру, по сей день называют первого ребёнка именем бабушек-дедушек по отцовской линии, второго нарекают именем бабушек-дедушек по материнской. Вот и Галина Сколярино носит свое руссоке имя в память бабушки Грациеллы.

А их готовкой непременно объедаются те самые голословно сулящие золотые горы заезжие итальянцы, впервые именно в Керчи пробующие настоящий вкус своей родины, некогда привезенный в Керчь и бережно хранимый в национальных штуфате, раганате, укукре, фрикатедре, картыдате. Кстати, традиционно готовящиеся в семьях керченских итальянцев страшнаты – шляпки из пресного теста в размер ногтя – в Италии можно отведать только в одном-единственном месте, в том самом городе Бари, где их лепят морщинистые старухи на одной из исторической улиц специально для туристов.

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Нельзя отдавать «Дачу» в частные руки!

.

«НАТОтизация» Украины и сегодня не пройдет!

Как Бухарест торгует Украиной