БЕЗ СРОКА ДАВНОСТИ
В преддверии Дня Великой Победы УФСБ России по Республике Крым и городу Севастополю в рамках реализации всероссийского проекта «Без срока давности» публикует комплекс рассекреченных документов Центрального архива ФСБ России, посвященный работе органов госбезопасности СССР на Крымском полуострове в годы Великой Отечественной войны.
В архивных документах содержатся сведения о подготовке и организации работы советских спецслужб на оккупированной врагом территории, участии в освобождении Крыма от немецко-румынских захватчиков, расследовании преступлений нацистов и их пособников в отношении мирных граждан и военнопленных.
Документы архива отечественной спецслужбы свидетельствуют об ужасающих масштабах геноцида мирного населения и преступлений против военнопленных, совершенных немецко-румынскими оккупантами в Крыму. Фотографии жертв массовых расстрелов мирного населения под Керчью наглядно иллюстрируют страшную сущность нацизма и шокирующие последствия «нового порядка»[1].
Зафиксированные органами НКВД СССР факты жестокого убийства нацистскими карателями более 7 тысяч безоружных жителей Керченского полуострова в 1941 году явились одним из неопровержимых доказательств совершения нацистами военных преступлений и геноцида советского народа на Нюрнбергском процессе в 1946 году и в Верховном суде Республики Крым в 2022 году.
Из спецсообщения наркома государственной безопасности Крымской АССР Фокина П.М. следует, что в ноябре-декабре 1943 года гитлеровские захватчики под видом эвакуации собирали местное население Крыма, вывозили большими группами на баржах из Севастопольского и Евпаторийского портов и топили в открытом море.
Так, наркому госбезопасности Меркулову было доложено, что «8 декабря 1943 года из Севастопольского порта было вывезено в море и потоплено до 5000 человек, содержавшихся в тюрьмах СД»[2].
Военные преступления вражеских оккупантов по отношению к советским военнопленным были повсеместны. В одном только печально известном пересылочном лагере военнопленных «Картофельный городок» в Симферополе нацистами было убито и погибло от невыносимых условий содержания более шести тысяч человек.
Однако и в таких условиях советские воины проявляли стойкость и героизм – в рассекреченном сообщении советского резидента «Михаила» говорится о расстреле в Бахчисарае 1 июня 1942 года 37 советских моряков, отказавшихся от вербовки немецкими спецслужбами[3].
Во взаимодействии с партийными органами, партизанским движением и подпольными группами на территории Крыма советские спецслужбы обеспечили получение важной разведывательной информации, организовали проведение тысяч различных диверсий в тылу врага, создали необходимые условия для успешного освобождения полуострова Красной Армией в апреле-мае 1944 года[4].
После изгнания нацистских оккупантов из Крыма органы госбезопасности в кратчайшие сроки организовали выявление, розыск и задержание вражеских шпионов и диверсантов, предателей Родины и других преступников. В докладной записке на имя наркома НКВД Берии Л.П. указано, что с апреля по июнь 1944 года было задержано 57 450 лиц, из которых арестовано 7 833 человека, в том числе 998 агентов иностранных спецслужб, 1 261 активных пособников нацистских оккупантов и 2 707 изменников Родины и карателей[5].
Также чекисты участвовали в оценке ущерба от нацистской оккупации полуострова и обеспечили контроль восстановления народного хозяйства Крыма. Тысячи жилых домов и предприятий были разрушены, серьезно повреждена инфраструктура, культурные и социальные объекты, ущерб составил несколько миллиардов рублей.
Работа ФСБ России по преданию гласности фактов геноцида и сохранению исторической памяти будет продолжена.
УФСБ России по Республике Крым и городу Севастополю
Комментарий О.В. Романько
(доктор исторических наук, профессор,
заведующий кафедрой истории России
КФУ им. В.И. Вернадского):
— Данная подборка представлена, главным образом, документами, которые направлялись в Москву народным комиссариатом государственной безопасности Крымской АССР, а также партийными и хозяйственными органами. В их содержании отражены как события, которые происходили непосредственно в период нацистской оккупации Крыма, так и оценка ее последствий после освобождения полуострова.
К концу 1943 г. советским властям и органам государственной безопасности уже были хорошо известны основные направления нацистской репрессивной политики в отношении гражданского населения Крыма и советских военнопленных. Тем не менее, сбор доказательств о преступлениях оккупантов не останавливался.
Об этом, например, свидетельствует спецсообщение от 11 января 1944 г., которое было направлено народным комиссаром госбезопасности Крымской АССР П.М. Фокиным народному комиссару госбезопасности СССР В.Н. Меркулову. В этом документе говорится о «новых материалах, подтверждающих факты чудовищных злодеяний, совершаемых гитлеровскими захватчиками по истреблению населения Крыма».
В частности, ссылаясь на свидетельства партизан, местной агентуры и перебежчиков из вермахта, П.М. Фокин сообщает о таком способе уничтожения гражданского населения и военнопленных, как массовые утопления в открытом море на баржах. Так, в декабре 1943 г. в портах Севастополя и Евпатории таким способом было утоплено несколько тысяч человек, которых немцы обещали эвакуировать из Крыма.
По словам перешедшего на сторону партизан старшего ефрейтора Иосифа Вольдеккера, «немецкие власти стали применять такие меры к населению потому, что не находят необходимым оставлять его в Крыму, а эвакуировать в Германию и Румынию с точки зрения экономики считают невыгодным».
Тем не менее, необходимо отметить, что принудительный вывоз крымского населения нацистскими оккупантами также имел место в конце 1943 – начале 1944 г. Это было связано с политикой «выжженной земли», которую они обычно проводили, если были вынуждены отступать под ударами Красной армии. Уничтожение государственного и частного имущества, вывоз продовольствия и угон населения – основные составляющие этой политики.
Такие факты, например, можно почерпнуть из докладной записки секретаря Крымского обкома ВКП(б) В.П. Булатова, которую он направил 18 марта 1944 г. народному комиссару внутренних дел СССР Л.П. Берия. Глава крымской партийной организации подробно описывает, как оккупанты сгоняют население из степных районов полуострова в приморские города, где часть насильно эвакуируют, а часть – топят в море.
В районах, где эвакуация не проводится, у крестьян изымаются все личные запасы, а сельскохозяйственная техника и прочий инвентарь свозится в одно место для уничтожения. В.П. Булатов докладывает, что партийной организацией принимаются меры по минимизации ущерба от такой политики врага.
Население активно информируется разными способами через партизан и подпольщиков, а также принимаются меры по его укрытию в лесу, в так называемых гражданских лагерях, которые создавались при партизанских отрядах. Но, по мнению В.П. Булатова, этих мер явно недостаточно, поскольку «морские коммуникации противника – Севастополь, Евпатория, Ак-Мечеть – работают буквально беспрепятственно». В связи с этим необходимо усилить блокаду с моря, иначе «при таких условиях противник вывезет много народа и добра».
Реальный ущерб, который причинили нацисты экономике и населению Крыма, стал известен уже после освобождения полуострова Красной армией. Об этом ущербе во второй половине 1944 г. докладывали в Москву разные инстанции, в том числе и органы государственной безопасности. О том, что разрушено, в каких масштабах, на какие суммы и как идет процесс восстановления, говорится в специальной справке «О разрушении городов Крыма», составленной 2 ноября 1944 г. народным комиссаром госбезопасности Крымской АССР П.М. Фокиным на имя народного комиссара госбезопасности СССР В.Н. Меркулова.
Так, в справке говорится, что города Севастополь и Керчь разрушены фактически до основания. В таких городах, как Ялта, Феодосия и Евпатория, разрушения менее значительны, тем не менее, практически вся критическая инфраструктура выведена из строя, а часть имущества вывезена оккупантами. Например, нацисты забрали с собой все оборудование Ялтинской кинофабрики на сумму 2,2 млн. рублей.
Из крупных городов Крыма наименее пострадал Симферополь и, как известно, во многом благодаря тому, что его удалось быстро освободить и тем самым предотвратить подрыв целого ряда зданий, который готовили оккупанты перед отступлением.
Однако, по словам П.М. Фокина, им все-таки удалось частично разрушить «электроподстанцию, вокзал, два консервных завода, кожевенный комбинат, крупную швейную фабрику имени Крупской, деревообделочный завод и авиаремонтный завод, завод гаражного оборудования, машиностроительный завод, ферментационный завод, хлебокомбинат, трамвайный парк, мельницы, две крупных гостиницы, баннопрачечный комбинат, клинический городок, три винных завода, авиагородок, здания трех ВУЗов, пять больниц и шесть научных учреждений».
При этом только по предварительным данным, городу Симферополю нанесен ущерб на сумму около 900 млн. рублей. В целом же, подводит итог П.М. Фокин, все суммы ущерба нужно считать ориентировочными и еще требующими уточнения.
[1] Архив УФСБ России по Республике Крым и городу Севастополю, Ф.100, Д. 37, Л. 50-71об.
[2] Архив УФСБ России по Республике Крым и городу Севастополю, Ф.100, Д. 37, Л. 179-180.
[3] Архив УФСБ России по Республике Крым и городу Севастополю, Ф.100, Д. 37, Л.280.
[4] Архив УФСБ России по Республике Крым и городу Севастополю, Ф.100, Д. 37, Л. 205-207.
[5] Архив УФСБ России по Республике Крым и городу Севастополю, Ф.100, Д. 37, Л. 272-273.
