Крымское Эхо
Архив

У верблюда славы два горба

У верблюда славы два горба

В приемах депутатами своих избирателей всегда чувствуется неискренность. Такое натужно умное лицо становится у народного избранника, такое многозначительное выражение появляется на нем, такой официально-чиновной делается речь и проявляется в этой искусственности что-то ходульное, натянутое. Так было всегда, но сегодня депутатские приемы стали и вовсе мерзким зрелищем. Самодовольные и сытые морды едва скрывают брезгливость при виде недокормленного, необстиранного, жалующегося на жизнь просителя.

И ведь простое объяснение этому есть. Депутат и избиратель находятся не по разные стороны одного стола, за которым происходят их редкие, от избытка проблем последнего встречи. Они представляют два полюса общества, два образа жизни, существующего в нем.

Вчитайтесь в фамилии депутатских списков. Народных, забронзовевших в креслах Верховной Рады, с сонмом помощников, действующих как прокладка между законодательной властью и людьми. Эти себя непосредственными контактами с избирателями почти не утруждают, разве что в канун очередных выборов, когда просто необходимо поторговать лицом. Там четыреста пятьдесят официальных или неофициальных — это уже не суть важно — олигархов разного калибра. От Рината Ахметова, которому как патрону президента депутатская неприкосновенность что рыбе зонтик, до тех, чьи имена 99.99 процентам населения страны неизвестны и ни о чем конкретном не говорят. Впечатление такое, что большинство нардепов впервые публично проявилось в драках и препирательствах в залах заседаний Верховной Рады и киевских судов. Не вырви у экс-спикера Арсения Яценюка регионал Владислав Лукьянов карточку для голосования, сто лет бы он кому был известен. А так — засветился, стал появляться на тусовках, о нем заговорила сама Катя Осадчая в «Светской жизни».

Вот именно так и приходит к народным депутатам известность. Поэтому и кажется, что при полном отсутствии мозгового центра каждая фракция в Верховной Раде имеет одну-две говорящие головы и команду размашистых кулаков. По уровню жизни народа Украины моментально складывается мнение о качестве законотворческой деятельности депутатов. Мало того, что законопроекты провластных фракций пишутся от противного тем идеям и предложениям, что выдвигаются оппозицией, они еще не затрагивают сути жизни людей, а придают искусственной многозначительности несущественным, второстепенным вопросам, иной раз и вовсе становясь темой для анекдотов.

Кроме идущей от удара кулака известности, публичности нардепам придают телевизионные ток-шоу. Ладно бы только политические, где они другой раз такое способны сморозить, что не заплати миллионы за попадание в партийные списки, сразу бы приглашались с вещами на выход. Там они так болеют за народ, так рвут за него жилы и сердце, что кажется, будто двери телестудий должны были быть блокированы «скорыми», а хирурги столичных клиник дожидаться болезных прямо у операционных столов. Однако все, кому хоть единожды доводилось находиться в прямом эфире с депутатами, заверят, кроме крутых иномарок никакого иного транспорта телестудии не подпирают.

Но если им судьбой и деньгами определено быть участниками политических говорилок, то на все остальные они ходят исключительно для пиара. В подавляющем большинстве не разбираясь в политике, экономике, юриспруденции, они берутся рассуждать о жизни рядового украинца, о которой имеют представление еще меньше, чем о высоких государственных материях. Когда все тот же неожиданно прославившийся Владислав Лукьянов год назад демонстрировал всей стране килограммовый пакет гречки за четырнадцать гривен и при этом не мог назвать киевского района, где находится супермаркет, в котором он его приобрел, у избирателя создавалось, может быть, ошибочное, но вполне объяснимое впечатление, что пан депутат разжился дешевой гречкой в столовой Верховной Рады. И пришел с ней в телестудию, чтобы избиратели видели: жив курилка, никуда не делся.

Начинает казаться, что основное место работы нардепов — не зал заседаний парламента, а телестудия. Некоторые ходят туда чаще, чем в Раду. Ничем не отличившиеся и не проявившиеся в законотворческой деятельности, в телевизоре они просто удалые молодцы. Рапортуют о создании парламентских комиссий, призывают карать алчный бизнес и коррупционных чиновников, театрально взывают к заботе о благе народа. И все-то они знают, во всем разбираются, компетентности их могли бы позавидовать Нобелевские лауреаты, которые настолько ограниченные, что ни о чем, кроме своей науки, толком и говорить не умеют. Гладкие, лоснящиеся сытостью, в дорогих костюмах, самоуверенные, они с жаром профана готовы рассуждать о чем угодно, кроме своей личной ответственности за творящийся в стране бардак, от демократизации политики в африканских странах до отказа от дородового определения пола ребенка.

Депутатов на местах, напротив, отличает редкая молчаливость. СлОва из них клещами не вытянешь. Говорить им не о чем, не — пересказывать же, право слово, услышанное на редких депутатских приемах. Они там с трудом сдерживаются, чтобы брезгливая мина на их лицах не взорвалась словами раздражения. Им и вправду нечем оправдать свое депутатство. Когда читаешь их редкие отчеты, то в цирк ходить не надо: смех с доставкой на дом. В лучшем случае они подвигли жэк на его же работу. Местные депутаты, подавляющее большинство которых до конца срока так и останутся для своих избирателей строчкой с ничего не говорящей фамилией в общем списке, палец о палец не ударят, чтобы искренне и от души помочь людям.

Зато они отлично научились широко разводить в бессилии руками, сетуя на отсутствие бюджетных средств, нерадивых чиновников и несовершенные государственные законы. И ладно бы среди местных депутатов были работяги, у которых на самом деле никаких рычагов влияния. Так нет же! Из пятидесяти депутатов Керченского городского совета двадцать занимают директорские посты и это без тех своих коллег, в названии должностей которых значатся начальник, главный, председатель, заведующий, ректор. Вместе с частными предпринимателями они и есть местная законодательная власть. Если по совести, то каждый из них мог бы не в ущерб себе материально помочь нуждающимся старикам, детям, больным или инвалидам.

Но куда там! До таких материй депутаты низового ранга не доросли и никогда не дорастут, потому что их мозги заточены иначе. Они поглощены бурной деятельностью, о которой предпочитают молчать, потому что платили, продавались и прислуживали за депутатский мандат вовсе не для того, чтобы всем избирателям и каждому в отдельности рассказывать о ней. Их истинная деятельность и без того скрыта за высоким забором коммерческой тайны, а тут еще мандат добавил им возможностей. На многих частных домах города рядом с названием улицы следовало бы прикрепить табличку «депутат» для просвещения избирателей. Бронзовые вполне можно укрепить на пансионатах, гостиницах и базах отдыха в приморских районах, на магазинах, барах, кафе, ресторанах, агентствах недвижимости, парикмахерских и прочих салонов для местных ВИПов, хотя основная их часть по старой привычке советских цеховиков, которые дом, шубу, бриллианты и машину записывали на жену, числятся на доверенных лицах.

Депутаты на местах живут, как царьки, и с полной откровенностью и без всякого стеснения могут сказать, глядя в глаза своим избирателям, что они им не товарищи. Вот на таком нижайшем депутатском уровне и появляются зачатки равнодушного и вообще плевого отношения депутатов к избирателям. Они брезгуют их проблемами, потому что те слишком приземленные и низкие для них. Создается представление, что вместе с мандатом депутату вручается пропуск в иную жизнь, откуда к избирателям долетает только плевок.

 

Фото вверху —
с сайта literatour.com.ua

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

От 9 Мая к 22 июня: размышления историка

Андрей ИШИН

Докризисные дети закончились

Ольга ФОМИНА

Чтоб нам жить на одну зарплату?

Ольга ФОМИНА