Крымское Эхо
Архив

У верблюда славы два горба

У верблюда славы два горба

В приемах депутатами своих избирателей всегда чувствуется неискренность. Такое натужно умное лицо становится у народного избранника, такое многозначительное выражение появляется на нем, такой официально-чиновной делается речь и проявляется в этой искусственности что-то ходульное, натянутое. Так было всегда, но сегодня депутатские приемы стали и вовсе мерзким зрелищем. Самодовольные и сытые морды едва скрывают брезгливость при виде недокормленного, необстиранного, жалующегося на жизнь просителя.

И ведь простое объяснение этому есть. Депутат и избиратель находятся не по разные стороны одного стола, за которым происходят их редкие, от избытка проблем последнего встречи. Они представляют два полюса общества, два образа жизни, существующего в нем.

Вчитайтесь в фамилии депутатских списков. Народных, забронзовевших в креслах Верховной Рады, с сонмом помощников, действующих как прокладка между законодательной властью и людьми. Эти себя непосредственными контактами с избирателями почти не утруждают, разве что в канун очередных выборов, когда просто необходимо поторговать лицом. Там четыреста пятьдесят официальных или неофициальных — это уже не суть важно — олигархов разного калибра. От Рината Ахметова, которому как патрону президента депутатская неприкосновенность что рыбе зонтик, до тех, чьи имена 99.99 процентам населения страны неизвестны и ни о чем конкретном не говорят. Впечатление такое, что большинство нардепов впервые публично проявилось в драках и препирательствах в залах заседаний Верховной Рады и киевских судов. Не вырви у экс-спикера Арсения Яценюка регионал Владислав Лукьянов карточку для голосования, сто лет бы он кому был известен. А так — засветился, стал появляться на тусовках, о нем заговорила сама Катя Осадчая в «Светской жизни».

Вот именно так и приходит к народным депутатам известность. Поэтому и кажется, что при полном отсутствии мозгового центра каждая фракция в Верховной Раде имеет одну-две говорящие головы и команду размашистых кулаков. По уровню жизни народа Украины моментально складывается мнение о качестве законотворческой деятельности депутатов. Мало того, что законопроекты провластных фракций пишутся от противного тем идеям и предложениям, что выдвигаются оппозицией, они еще не затрагивают сути жизни людей, а придают искусственной многозначительности несущественным, второстепенным вопросам, иной раз и вовсе становясь темой для анекдотов.

Кроме идущей от удара кулака известности, публичности нардепам придают телевизионные ток-шоу. Ладно бы только политические, где они другой раз такое способны сморозить, что не заплати миллионы за попадание в партийные списки, сразу бы приглашались с вещами на выход. Там они так болеют за народ, так рвут за него жилы и сердце, что кажется, будто двери телестудий должны были быть блокированы «скорыми», а хирурги столичных клиник дожидаться болезных прямо у операционных столов. Однако все, кому хоть единожды доводилось находиться в прямом эфире с депутатами, заверят, кроме крутых иномарок никакого иного транспорта телестудии не подпирают.

Но если им судьбой и деньгами определено быть участниками политических говорилок, то на все остальные они ходят исключительно для пиара. В подавляющем большинстве не разбираясь в политике, экономике, юриспруденции, они берутся рассуждать о жизни рядового украинца, о которой имеют представление еще меньше, чем о высоких государственных материях. Когда все тот же неожиданно прославившийся Владислав Лукьянов год назад демонстрировал всей стране килограммовый пакет гречки за четырнадцать гривен и при этом не мог назвать киевского района, где находится супермаркет, в котором он его приобрел, у избирателя создавалось, может быть, ошибочное, но вполне объяснимое впечатление, что пан депутат разжился дешевой гречкой в столовой Верховной Рады. И пришел с ней в телестудию, чтобы избиратели видели: жив курилка, никуда не делся.

Начинает казаться, что основное место работы нардепов — не зал заседаний парламента, а телестудия. Некоторые ходят туда чаще, чем в Раду. Ничем не отличившиеся и не проявившиеся в законотворческой деятельности, в телевизоре они просто удалые молодцы. Рапортуют о создании парламентских комиссий, призывают карать алчный бизнес и коррупционных чиновников, театрально взывают к заботе о благе народа. И все-то они знают, во всем разбираются, компетентности их могли бы позавидовать Нобелевские лауреаты, которые настолько ограниченные, что ни о чем, кроме своей науки, толком и говорить не умеют. Гладкие, лоснящиеся сытостью, в дорогих костюмах, самоуверенные, они с жаром профана готовы рассуждать о чем угодно, кроме своей личной ответственности за творящийся в стране бардак, от демократизации политики в африканских странах до отказа от дородового определения пола ребенка.

Депутатов на местах, напротив, отличает редкая молчаливость. СлОва из них клещами не вытянешь. Говорить им не о чем, не — пересказывать же, право слово, услышанное на редких депутатских приемах. Они там с трудом сдерживаются, чтобы брезгливая мина на их лицах не взорвалась словами раздражения. Им и вправду нечем оправдать свое депутатство. Когда читаешь их редкие отчеты, то в цирк ходить не надо: смех с доставкой на дом. В лучшем случае они подвигли жэк на его же работу. Местные депутаты, подавляющее большинство которых до конца срока так и останутся для своих избирателей строчкой с ничего не говорящей фамилией в общем списке, палец о палец не ударят, чтобы искренне и от души помочь людям.

Зато они отлично научились широко разводить в бессилии руками, сетуя на отсутствие бюджетных средств, нерадивых чиновников и несовершенные государственные законы. И ладно бы среди местных депутатов были работяги, у которых на самом деле никаких рычагов влияния. Так нет же! Из пятидесяти депутатов Керченского городского совета двадцать занимают директорские посты и это без тех своих коллег, в названии должностей которых значатся начальник, главный, председатель, заведующий, ректор. Вместе с частными предпринимателями они и есть местная законодательная власть. Если по совести, то каждый из них мог бы не в ущерб себе материально помочь нуждающимся старикам, детям, больным или инвалидам.

Но куда там! До таких материй депутаты низового ранга не доросли и никогда не дорастут, потому что их мозги заточены иначе. Они поглощены бурной деятельностью, о которой предпочитают молчать, потому что платили, продавались и прислуживали за депутатский мандат вовсе не для того, чтобы всем избирателям и каждому в отдельности рассказывать о ней. Их истинная деятельность и без того скрыта за высоким забором коммерческой тайны, а тут еще мандат добавил им возможностей. На многих частных домах города рядом с названием улицы следовало бы прикрепить табличку «депутат» для просвещения избирателей. Бронзовые вполне можно укрепить на пансионатах, гостиницах и базах отдыха в приморских районах, на магазинах, барах, кафе, ресторанах, агентствах недвижимости, парикмахерских и прочих салонов для местных ВИПов, хотя основная их часть по старой привычке советских цеховиков, которые дом, шубу, бриллианты и машину записывали на жену, числятся на доверенных лицах.

Депутаты на местах живут, как царьки, и с полной откровенностью и без всякого стеснения могут сказать, глядя в глаза своим избирателям, что они им не товарищи. Вот на таком нижайшем депутатском уровне и появляются зачатки равнодушного и вообще плевого отношения депутатов к избирателям. Они брезгуют их проблемами, потому что те слишком приземленные и низкие для них. Создается представление, что вместе с мандатом депутату вручается пропуск в иную жизнь, откуда к избирателям долетает только плевок.

 

Фото вверху —
с сайта literatour.com.ua

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Читаем вместе крымскую прессу. 25 января

Борис ВАСИЛЬЕВ

Свято место не пусто

Ольга ФОМИНА

Партийное поле

Ольга ФОМИНА

Оставить комментарий