Крымское Эхо
Архив

У кого ключи, того и вещи

У кого ключи, того и вещи

Болевой порог отношений между Россией и Украиной проходит по расчётам и поставкам за газ, боевым действиям на юго-востоке, информационной войне, проблеме беженцев и возвращении музейных коллекций крымских музеев. Несмотря на кажущуюся для непосвященных «второсортность» культурной темы, она сделалась неожиданно острой, вышедшей далеко за рамки профессионального спора, перейдя в разряд труднейших дипломатических и юридических проблем международного права.
Что ни день, то информационный вброс со стороны украинского МИДа и министерства культуры. Одним из последних примеров стало громкое и уверенное заявление о том, что Нидерланды вернут золото скифов Украине.
Якобы подобное заявление сделал МИД Королевства, признавшего все экспонаты, выставленные в земельном краеведческом музее в Бонне и археологическом музее Амстердамского университета «Аллард Пирсон», государственной собственностью Украины. Тут же подсуетилось и культурное ведомство Украины, выкатившее для важности и значительности статью 15 Закона Украины «Про музеї та музейну справу». Она гласит, что «Музейний фонд України є національним надбанням, а законним власником предметів, які належать до державної частини музейного фонду, є народ України».

На этом основании сделан железный вывод: «претензии со стороны Российской Федерации, временно оккупировавшей Крым, не имеют под собой никаких правовых и институциональных основ» и на этом основании сохранность и оперативное управление музейными предметами выставки по ее возвращении из Нидерландов будет обеспечивать Национальный музей истории Украины. Несмотря на то, что в переговорном процессе участвуют не только правоведы-международники, директора крупнейших музеев России и Европы, мидовцы России, Украины и Нидерландов, дипломатией и правом здесь не пахнет.

С одной стороны, чистой воды базарный торг за обладание музейными предметами стоимостью несколько сотен тысяч долларов, который выглядит таковым после ноты в МИД Королевства Нидерландов украинских дипломатов с просьбой гарантировать возвращение экспонатов из крымских музеев, которые представлены на выставке «Крым: золото и секреты Черного моря». С другой же, как все понимают, вынужденное продление выставки, которая должна была завершить свою работу 1 июня, до середины сентября есть не что иное, как шанс, данный сторонам конфликта разрешить спор на основании международных музейных правил экспонирования зарубежных коллекций.

Крымские музеи оказались заложниками политического спора, спровоцированного Украиной, незаконно претендующей на археологические находки, среди которых более пятисот экспонатов – артефактов скифского золота, никаким боком ей не принадлежащих.

Однако в развязанном Украиной конфликте есть и третья сторона – музеи Нидерландов, директора которых оказались, возможно, в самом незавидном положении. Они находятся между молотом правовых международных правил экспонирования зарубежных коллекций и наковальней политической дипломатии Королевства Нидерландов, как и большинство европейских стран не признавшего воссоединения Крыма с Россией. Их называют заложниками обязательств, как перед министерством культуры Украины, так и крымскими музеями.

По мнению министра культуры России Владимира Мединского, «сейчас это проблема скорее голландцев, которые никак не могут определиться с тем, что такое хорошо и что такое плохо. Договор был заключен напрямую между крымскими музеями и голландскими. Киев, министерство культуры Украины лишь оформляли бумаги и разрешения на вывоз. Не вернуть экспонаты в Крым, отказать официально или отправить в Киев – значит, де-факто ценности просто похитить. Голландцы мнутся и из политических соображений, пока вопрос подвешивают — выставку продлили до сентября».

Официальный представитель Университета Амстердама Аша Лонге высказал мнение, что с учетом сложности проблемы, «кому и как будут возвращены экспонаты, в настоящее время изучается юридическими советниками Амстердамского университета. Кроме того, запрошена рекомендация Министерства иностранных дел Нидерландов».

Есть и другое мнение, его, к примеру, высказал один из сотрудников музея: «Да, история действительно сложная. Естественно, ничего подобного мы не ожидали, ведь выставка готовилась задолго до политических изменений на Украине. Обычная практика в таком случае – возврат экспонатов таким же образом, каким они и были присланы – то есть централизованно через Киев. Однако в данном случае может быть сделано и исключение».

Директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский, который как никто другой понимает ценность крымских археологических находок, в числе которых украшения из драгоценных металлов, оружие и предметы быта, рассказывающие о богатой истории полуострова, считает спровоцированный Украиной спор крайне сложным. «Куда и как будет возвращаться коллекция – непростая проблема.

По всей логике она должна вернуться в музеи, которые предоставили ее. Но есть много юридических нюансов», – подчеркнул крупнейший специалист музейного дела. Директор Юго-Осетинского научно-исследовательского института, археолог Роберт Гаглойты, комментируя заявление министерства культуры Украины о том, что Нидерланды признали все экспонаты выставки «Крым: золото и секреты Черного моря», государственной собственностью Украины, сказал: «Согласно нормам международного права, находки, которые обнаруживают при археологических раскопках на территории той или иной страны, принадлежат тому государству, на территории которого они были найдены.

Скифские золотые изделия археологи нашли на территории Крыма в советское время. На протяжении всех последующих лет они хранились в крымских музеях. Весной текущего года Крым вышел из состава Украины и воссоединился с Россией. Поэтому не надо политизировать ситуацию и скифское золото должно быть возвращено Нидерландами в Крым, музеям которого оно и принадлежит».

Не надо пояснять, что такой же позиции держатся директора этих самых крымских музеев, несмотря на то, что украинские МИД и минкульт натурально выкручивают руки нидерландцам. По заверению Инюрколегии, ведущей дела крымских музеев, никаких официальных заявлений МИД Королевства Нидерландов не делал – все информационные вбросы украинского авторства лишь нагнетают и без того острую ситуацию.

Существуют международные стандарты экспонирования музейных коллекций за границей, но ясно одно: никакой третьей стороны в подписании договоров между директорами крымских и нидерландских музеев не было. Если директор Керченского историко-культурного заповедника Татьяна Умрихина подписывала договор с коллегой из музея «Аллард Пирсон», то министр культуры Украины того периода Михаил Кулиняка не сидел даже под столом, а нынешнего – Евгения Нищука – еще не было в проекте.

К тому же следует иметь в виду, что по всем международным музейным стандартам лишь у двух человек есть право выставлять предметы в витрине, закрывать ее, хранить от нее ключи и вскрывать по окончании выставки – это те люди, кто готовил экспозицию. Ими являются даже не директора крымских музеев, а хранитель фондов и реставратор. Лишь им дано право открывать витрины, паковать экспонаты и производить погрузку в транспортной компании.

Условно говоря, витрину с музейными экспонатами можно представить в виде склада, за содержимое которого отвечает материально ответственное лицо и только у него имеются ключи и доступ к хранимым вещам. Любое самовольное проникновение на склад есть не что иное, как попытка кражи или воровство. Если витрину с представленными экспонатами открывает посторонний, пусть это даже директор принимающего выставку музея, министр иностранных дел или кто другой, это, тут министр культуры России Владимир Мединский прав, грабеж. Весь вопрос сводится к тому, возьмут ли на себя нидерландские музейщики ответственность нарушить незыблемый доселе международный музейный регламент.

Мало того, каждый из экспонирующихся в Нидерландах предметов имеет дату нахождения – XIX-XX вв. Ни о какой Украине, тем более самостоятельном государстве в тот период речь не шла – эти находки принадлежали Российской империи. На открытых листах работавших в Керчи в советское время археологических экспедиций рукой представителей Украины написано, что данные находки передаются на постоянное хранение в Керченский музей.

И подобными документами завизировано происхождение, принадлежность и владение каждого артефакта. Такова музейная практика, что предметы, обнаруженные археологами на территории, находящейся под юрисдикцией конкретного музейного учреждения, принадлежат ему. Это не собственническая хватка, а оправданный и объяснимый с точки зрения археологической и исторической науки подход.

Если сегодня археологи нашли имеющий историческую, культурную и научную ценность предмет, то не исключено, что завтра другой экспедицией будет найден еще один, из чего в результате исследований складывается историческая цепочка. В случае отсутствия в ней какого-либо предмета, в данном случае невозвращённого Нидерландами, нарушается последовательность фактажа мировой истории. А только из Керченского заповедника для экспонирования переданы 193 (!) предмета, охватывающие исторический период с VI века до н.э. до I века новой.

Подобного беспредела, откровенной захватнической войны за культурное наследие, что развязала Украина, в мировой музейной практике прежде не случалось. Директор Керченского историко-культурного заповедника Татьяна Умрихина уверена, что коллекции мирового уровня не могут считаться собственностью одного какого-то музея или страны – это достояние мировой культуры, мировой общественности. Просто музей – это их пункт приписки, для того, чтобы исследователи могли составить полную картину, а главное – доставлять ее новыми находками, открытиями, научными изысканиями, позволяющими истории прорастать конкретными фактами и предметами в прошлое и будущее.

«Казалось бы, что еще нового можно узнать о Боспорском царстве, изученном многими поколениями археологов и историков вдоль и поперек, когда у нас такое чувство, будто мы Митридата знаем, как родного, — говорит Татьяна Викторовна. – Но находка одной монеты меняет наше представление об известном. А что говорить о более продолжительных исторических периодах? Если в Европе все считают себя просвещёнными, то пусть объяснят, какое есть у них право передавать третьим лицам Змеиногую богиню, кудри которой остались в Керчи, где не первый год собирают деньги и ищут способы ее реставрацию!

Да кто дал право брать чужое, когда она в Керчи прописана по истории?! С ней связаны новые открытия: если прежде считалось, что она скифская богиня, то, судя по последним исследованиям, Змеиногая — богиня очень многих народов и, главное, распространяла свое влияние и на подземное царство, и земное, и небесное. А сохранность ее! Такой больше нигде нет! Как ее можно вырвать из местного контекста? Куда ее поместить на Украине, когда родом из нашего Пантикапея? У какого нормального человека хватит совести вырвать ее из этой земли? Это политически грязная выходка. Будем считать, что продление выставки – своего рода дипломатический шаг, тайм-аут, взятый Нидерландами для правого и справедливого разрешения коллизии».

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

10 причин полюбить Симферополь

«Курск»: чтобы помнили

.

Читаем вместе крымскую прессу. 21 октября

Борис ВАСИЛЬЕВ