Крымское Эхо
Архив

Стук под колпаком

Стук под колпаком

Прописная истина: соседи знают вашу биографию лучше собственной, ваши доходы подсчитаны ими со скрупулезной точностью. Вам нет нужды выносить сор из избы — соседи давно сделали это за вас и разнесли его по всем свободным ушам. С особым смаком сплетники перемывают кости тем, кому завидуют. Поводы для этого находятся самые удивительные. А уж если кому взбредет в голову от имени и поручению поинтересоваться вывернутой наизнанку соседской жизнью или перетряхнутым злыми языками чужим грязным бельем, то лучших информаторов, чем живущие за стенкой или этажом ниже, и не найти.

Стучать на соседа для некоторых сродни хобби, и наше правительство умело воспользовалось человеческой слабостью. Пилотный проект по приданию соседскому стукачеству законных прав успешно завершен в Волынской, Кировоградской и Черниговской областях и через пару недель распространится по всей Украине.

С помощью так называемых непрямых методов отследят обоснованность социальных выплат матерям-одиночкам. Как-никак с 1 декабря им устанавливаются ежемесячные выплаты в триста гривен, и государство опасается, что деньги будут пущены на ветер. В правительстве Николая Азарова считают, что в социальной помощи государства нуждается только одна из четырех матерей-одиночек, а трое вполне способны прокормить себя и ребенка самостоятельно. Вот по этим формалисткам и ударит государство, лишая их неоправданных доходов.

Откуда взялась эта статистика? Да все оттуда же, из соседских «докладов», которые стали полноправными «участниками» пилотного проекта Кабмина. Методика выявления наглых одиночек, старающихся урвать с государства побольше, опиралась на «информбюро» соседей, которых опрашивали социальные работники. Они-то и выложили всю подноготную матерей-одиночек: и про имеющиеся у них кондиционеры, домашних животных, сожителей с автомобилем, спонсоров с презентами, сделанные квартирные ремонты, получаемые почтовые переводы. По доносам соседей сделают оргвыводы и придадут сплетням законную силу.

Прежде чем матери-одиночке назначат пособие, ей придется вывернуть душу и карман наизнанку, отвечая на многочисленные вопросы специально разработанной анкеты. Если она утаит от социальных работников факт своей биографии в виде неоформленной работы рыночным реализатором или делящего с ней несколько раз в месяц в тайне от законной жены постель состоятельного любовника, что выявят посредством прямых контактов соцработников с соседями, то мать-одиночку тут же причислят к незаконным получателям социальной помощи, с треском лишат ее и штрафанут по всей строгости админзакона.

Государство взялось за эту категорию получателей социальной помощи, как думается, неспроста. В последнее время в стране стало намного больше женщин, живущих в гражданских браках и числящихся матерями-одиночками. Но утаивают они свои биографии и доходы от государства в большинстве своем не по злому умыслу, а по бедности. В конце концов, не такие это большие деньги по нынешним ценам, триста гривен, чтобы всерьез рассчитывать на них прокормить, одеть-обуть ребенка, заплатить за детский садик или внести благотворительный взнос в школе. Имей эти женщины надежный доход, не затевали бы они азартные игры с государством.

Юля — та самая мать-одиночка, которая, по мысли правительства, дурит государство. Растит сына, живя в гражданском браке. Муж работает редко и неохотно, когда теща в воспитательных целях перестает высылать деньги из России. Соседям семейная история Юли хорошо известна: одни жалеют вляпавшуюся в брак с таким лентюгом молодую женщину, другие осуждают. «Не сомневаюсь, соседка за стенкой сдаст меня с потрохами, — говорит Юля. — У нее дочка растит ребенка одна, но гражданский муж дал девочке свою фамилию и стать матерью-одиночкой у нее не вышло. Она уже тысячу раз сокрушалась, что так лопухнулась, поэтому ее маман от зависти выдаст меня соцслужбе. Все в доме знают, что я постоянно живу с отцом ребенка, что мать нам деньги шлет, поэтому мы подумываем перебраться к свекру в частный дом, подальше от дорогих соседей». Вряд ли эта наивная предусмотрительность здорово выручит Юлю, если социальные службы всерьез возьмутся выворачивать наизнанку жизнь матерей-одиночек. Обязательно найдется доброхот, что стукнет, брякнет, грюкнет кому надо и при этом еще будет считать себя порядочным человеком.

Нина Романовна, узнав, что соседи получили право нырнуть под одеяло к ее дочери, не сомневается: сдадут как предательницу родины. «Мы особо не скрываем, что отец внука помогает материально. Да и что толку рассказывать сказки, когда его по выходным видят гуляющим во дворе с сыном? — говорит женщина. — Дочь не дала ребенку его фамилию не из-за тех денег, что получает от государства, а потому что отец внука в свое время настаивал на аборте. Теперь-то он на сына не надышится, но дочку как отрезало от него. Даже лишившись пособия, она не согласится дать сыну фамилию отца. Для нее это принципиальный вопрос, потому что она родила сына не в семнадцать по глупости, а в тридцать два осознанно, и ничто не убедит ее изменить решение».

Растить Владе сына помогают вскладчину. В семье этот малыш долгожданный и пока единственный, поэтому молодые и обеспеченные дядя и тетя мальчика практически полностью содержат его с мамой, своей младшей сестрой. Малыш часто и подолгу гостит у работающих в Киеве родственников, и не знающий своего родного отца мальчик, едва заговорив, стал называть папой дядю. Всех, включая соседей, родственность и щедрость молодых дяди с тетей умиляют, они поют им дифирамбы, но кто поручится, что не стукнут в социальную службу, когда их вежливо о том попросят.

Работающая в банке Наталья официально числится матерью-одиночкой. Лишить ее социальной помощи можно буквально по всем пунктам. Ходивший в море отец купил на ее имя квартиру как подарок к окончанию школы. К окончанию института подарил иномарку, устроил на хорошо оплачиваемую работу. Выйти замуж Наталье, оказалось, не судьба, но родители поддержали ее в желании родить ребенка и активно помогают растить внучку, в том числе и материально. Иногда в ее жизни появляются мужчины, судя по ночующим иномаркам, состоятельные. Соседи судачат, не уставая. То Наталья за границей с дочерью отдыхали, то девочка ни в чем не знает отказа, то недавно огромный телевизор доставили. Наталья ни от кого не скрывает свою жизнь, хотя никого в ее тонкости не посвящает. Недремное соседское око неустанно бдит за ней, поэтому Наталья не сомневается, при удобном случае выложат всю подноготную. Обидно, конечно, потому что положенные ей как матери-одиночке деньги не лишние и при ее доходах.

Кто растит ребенка, знает, в какую копеечку влетает материнское счастье, поэтому унизительная кара женщины законом по навету соседей за то, что она потратит на своего ребенка дополнительных триста гривен, не оправдывает те средства, что использует против нее государство. Нельзя же, в конечном счете, одновременно стимулировать рост демографии увеличивающимися пособиями при рождении детей и отнимать, порой у тех же самых детей, материнский «капитал» в триста гривен. Похоже, правительство даже приблизительно не представляет, с какой категорией «теневиков» оно затевает беспрецедентную войну. Это женщины, которые не на словах убедились, что любовь зла и полюбили козла, отказавшегося содержать своего ребенка. Ради своих детей они готовы и обмишурить государство и ничего не видят в том зазорного, потому что сама власть что ни день, то показывает им примеры наглого и грубого обмана.

В личных закромах этих женщин вознамерились от души пошуровать жирующие за счет казны политики и чиновники, чей приходящийся на каждого официальный месячный заработок способен обеспечить средний уровень доходов нескольких соотечественников, а неофициальный — прожиточный минимум целого населенного пункта. Да эти триста гривен, которые намеревается отнять у слишком обеспеченных матерей-одиночек, — капля в море на полноценное содержание ребенка.

Вместо реальной поддержки материнства и детства — карательные меры, больше напоминающие физическое устранение. Методы, что избраны для борьбы с теневыми доходами матерей-одиночек, вообще не подпадают под категорию человеческих. Зато теперь настучать на мать-одиночку может и обойденный ее женскими ласками пьяный мужик, и завистливая тетка, которой померещилось, что кусок у ребенка одинокой матери слаще, чем у ее внучка. Теперь каждый, кто живет по соседству с матерями-одиночками, будет считать себя мобилизованным правительством на поиск соломинки в чужом глазу, а доносы — высоким государственным поручением.

 

Рисунок вверху —
с сайта vancouverandus.com

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

С праздником, журналисты!

Борис ВАСИЛЬЕВ

Дописался или доголосовался?

Судят за мнение

Сергей ЦЕКОВ