Крымское Эхо
Руина

Стала ли Украина субъектом мировой политики?

Стала ли Украина субъектом мировой политики?

КАК РАЗДУВАЛСЯ И СДУВАЛСЯ ПУЗЫРЬ СУБЪЕКТНОСТИ УКРАИНЫ

Последние несколько недель со стороны Киева был сделан ряд заявлений, которые на первых взгляд свидетельствуют о возросшей самостоятельности Украины, даже некоторой субъектности.

Причем это оценка, которую дают даже российские комментаторы, которых никак нельзя обвинить прозападной и проукраинской позиции. Например, Владимир Лепехин прямо говорил в одном из роликов, записанного по итогам отхода российской армии за Днепр об обретении Украиной субъектности.

После оставления Херсона у киевского режима, говоря словами баснописца Крылова, в зобу дыханье сперло. Посыпались громкие ультимативные заявления, которые и дали возможность предполагать появление этой самой субъектности.

Прошло уже достаточно времени, чтобы обсудить эту «субъектность» спокойно и рационально. Почему важно это анализировать? Потому что для понимания реального положения вещей одинаково вредны как недооценка, так и переоценка противоборствующей стороны. С недооценкой и ее плодами мы уже столкнулись, а вот с результатами переоценки можем столкнуться в будущем. И это касается не только Украины.

В ситуации, когда украинский кризис перешел в режим игры вдолгую, нужно трезво оценивать возможности игроков, в том числе и Украины.

Действительно ли она приобрела некоторую субъектность и способна быть не только инструментом влияния, но и сама влиять на мир?

Некоторое влияние, нужно признать, есть. Но произошло это за счет того, что киевский режим решил устроить на свой территории своеобразную скифскую войну, оставляя после себя полностью разрушенные города и инфраструктуру. В результате военные действия сильно затянулись, и СВО на Украине стала влиять на весь мир. Но вряд ли это можно считать субъектностью.

Еще в сентябре Киев просил для себя неких международных гарантий безопасности, согласно которым Украину должны и защищать, и финансово обеспечивать. Так что ни весной, ни летом, ни в начале осени никто о такой субъектности не говорил.

Заговорили о ней в ноябре. Поводом стал уход российских войск из Херсона. Что ж, информационный повод громкий, но западная публика, живущая от одного информационного повода к другому, была мало осведомлена в том, что севернее Херсона более двух месяцев продолжались бои с большими потерями украинских войск. И это не Украина добилась победы, а российское командование приняло решение, что удерживать окрестности Херсона нецелесообразно.

Отход за Днепр прошел весьма высокоорганизовано, в том числе было эвакуировано около ста тысяч человек мирного населения. Примерно столько же их решило остаться. Тем же, кто бурно эмоционирует по поводу отхода, предлагается маленькая арифметическая задача: сколько тонн грузов нужно было перевозить в день, чтобы там двум сотням тысяч людей было чем питаться, удовлетворять другие потребности, чтобы работали коммунальные службы, в домах было хоть чуть-чуть тепло зимой? Мои подсчеты дают не менее тысячи тонн в день.

А ведь еще и армию нужно снабжать, причем ее — в первую очередь.

О постоянных обстрелах мостов всем известно.

Никакой экономики в городе, в окрестностях которого идут бои, не может быть в принципе.

Теперь все эти проблемы остались Киеву.

Удерживать Херсон имело смысл только как плацдарм для дальнейшего наступления на этом направлении. Однако при существующем раскладе сил были выбраны другие приоритеты.

Арестович, будучи в эйфории после ухода российских войск из Херсона, в одном из интервью начал рассказывать, что есть «масса заявлений» о том, что Украина будет решать, когда ей садиться за стол переговоров. Он также привел слова представителя США в ООН Линды Томас-Гринфилд, что на «водительском месте Украина, она определяет, куда ехать».

Поиск таких слов от американского представителя, которая посещала Киев 8 ноября, ничего не дал. Возможно, это было сказано в неофициальной беседе. Что ж, делать комплименты правильным туземцам – это вполне в духе колониальных традиций Запада.

Появились мнения, что Запад не сможет отказаться от помощи Украине, он слишком глубоко погрузился в этот процесс, завяз в нем и теперь вынужден будет идти на поводу у требований Киева. Определенная доля истины в этом есть.

В странах НАТО раздули собственный информационный пузырь, обосновывающий собственным гражданам почему нужно жертвовать огромные деньги на помощь Украине.

Сдуть его сразу не получится. По крайней мере, придется обосновывать, зачем были потрачены деньги раньше.

Примерно тогда же Арестович заявил, что Украина уже «де-факто член НАТО» и поэтому помогать ей будут, несмотря ни на что. При этом он провозгласил Украину чуть ли не главной ударной силой:

«Мы боеспособней по количественным и качественным характеристикам, чем все НАТО, кроме, возможно, США, турецкой армии, британской, французской… Мы там будем не попрошайками, а очень достойными членами. Кроме того, такого боевого опыта, как у нас, нет вообще ни у кого».

Про боевой опыт – это правда. А вот про «не попрошайками» – не очень. Ибо Украина как государство и украинская армия сейчас существует только за счет внешней поддержки, советские запасы уже практически исчерпаны. А вот армии стран, перечисленных Аристовичем, себя обеспечивают за собственный счет.

У Украины свое только «пушечное мясо». Так и французские зуавы (войска из населения колоний Франции в Северной Африке) в Первую мировую вооружались Францией, но гибли на абсолютно чужой для них войне. То же самое можно сказать об индийских частях в английской армии.

У Запада богатый опыт войн чужими руками и за счет чужих жизней.

Одухотворенный раздуваемым пузырем субъектности, Зеленский начал провозглашать ультиматумы России, в том числе и во время видеовыступления перед участниками встречи «Большой двадцатки». Но именно во время этого саммита произошло событие, поставившее эту самую субъектность под сомнение, но об этом чуть позже.

Итак, киевский режим вполне закономерно зачел уход российских войск как свою решающую перемогу и решил, что теперь он будет определять, как вертеться земному шару или хотя бы глобусу Украины. Особенности же функционирования информационного пространства таковы, что настроения с одной стороны фронта информационной войны достаточно быстро передаются на другую сторону. Отсюда и возникшие у нас идеи о внезапно обретенной Украиной субъектности.

Возражать мыслям, появившимся в результате эмоционального всплеска, неэффективно. Эмоции можно сдерживать только эмоциями либо сильными фактами.

Таких фактов в тот момент не было, а сложные рассуждения возбужденный мозг воспринимать не в состоянии. Поэтому лучше было подождать, когда эмоции схлынут.

Помню, как наш класс на экскурсии в Эрмитаже учили, как правильно нужно смотреть на картины импрессионистов. Хотя их картины и небольшие по размерам, рассматривать их нужно с большой дистанции, тогда из множества точек на холсте складывается то, чего добивались эти художники – нужное впечатление (напомню, что с французского impression – это впечатление).

Поэтому сейчас, с большей временной дистанции складывается несколько иное впечатление, чем месяц назад. Произошло это не только в результате того, что стало понятно, что занятие Херсона украинской армии мало что дало.

Случилось непредвиденное событие, которое хорошо попадает под разряд «Бог шельму метит». Раздуваемый пузырь субъектности проткнула украинская ракета ПВО, внезапно залетевшая в Польшу, убив при этом двух простых поляков. «Дыханье в зобу» помешало киевским деятелям выстроить нормальную информационную реакцию.

«Пижамная вечеринка», которую внезапно пришлось провести дряхлеющему Байдену с советниками посреди ночи на сказочном Бали, поставила Зеленского в трудное положение. Оценка инцидента, которую дал официальный Вашингтон и другие серьезные страны НАТО, шла вразрез с тем, на чем настаивал Киев.

Однако пузырь субъектности не позволил Зеленскому дать трезвую оценку ситуации, в том числе понять, почему вашингтонская администрация приняла такое решение по реагированию на прилет ракеты.

Хотя достаточно очевидно, что США нужна война на Украине, но не нужна война с Россией.

Пришлось тому же Западу ставить Зеленского на место.

Далее пузырь субъектности сдувался медленно, поскольку он нужен не только Киеву, но и Западу. Декабрь ознаменовался раздачей побрякушек в виде разных символических званий, которые обильно навесили на Зеленского.

7 декабря американский журнал Time назвал президента Украины «человеком 2022 года». На следующий день аналогичное звание ему присвоила тоже американская газета Politico, назвав его при этом «самым влиятельным европейцем». Думаю, главам Германии и Франции такая характеристика сильно не понравилась.

Politico, объясняя свой выбор, написала: Зеленский умеет «заставлять Европу делать то, что он хочет». Интересны и другие аргументы данного СМИ, весьма близкого к истеблишменту Демократической партии США.

По мнению Politico, Зеленский добился того, что «любые внутренние проблемы Украины – повсеместная коррупция, слабая экономика, социальные разногласия между украиноязычными и русскоязычными игнорируются». Выводом же стало интересное заявление: «Пока Зеленский жив, он будет продолжать двигать Европу в нужном ему направлении».

Вот это «пока» должно бы Зеленского насторожить.

Спустя месяц после занятия Херсона никаких новых успехов у украинской армии не просматривается. Проблем же у государства все больше и больше. Все чаще звучат на Западе голоса, что снабжение вооружениями придется ограничить, причем по объективным причинам: запасов все меньше.

При этом звучат и другие голоса, с другой стороны диссонирующие с идеей субъектности. Так, министр обороны Великобритании Бен Уоллес заявил: Украине необходимо «сохранить темп зимой», обосновал он это тем, что «у них есть 300 тысяч единиц арктического боевого снаряжения, полученного от международного сообщества». Дескать, отрабатывайте полученное.

Как-то это плохо вяжется с субъектностью.

Несмотря на кучу комплиментов, полученных киевским режимом за последний месяц, ему периодически указывают на его место. Воображать собственную субъектность Киеву, конечно, полезно для поддержания общего тонуса, и в этом западные СМИ ему помогают. Но реальность постепенно складывается сильно иная.

В этой ситуации поводок со стороны Запада, несколько удлинившийся в последние пару месяцев, будет становиться все короче.

Куда поведет этот поводок Украину? Возможны разные варианты — но только не в сторону большей самостоятельности.

Фото из открытых источников

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 4.6 / 5. Людей оценило: 16

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Ростислав Ищенко: украинский язык скоро останется только в музее

.

Карты у них не той системы

На черноморском ТВД*: негодяи и их хозяева

Оставить комментарий