Крымское Эхо
Крым

Семь лет в Родной гавани

Семь лет в Родной гавани

ПОСЛЕСЛОВИЕ: КРЫМСКАЯ ВЕСНА, ВЗГЛЯД С МАТЕРИКА, НАСТРОЕНИЯ КРЫМЧАН

Эти заметки написаны на основе мнений экспертов, высказанных в ходе видеомоста Симферополь – Москва «Крымский консенсус, или Когда история важнее повседневности» прошедшего 17 марта в МИА «Россия сегодня».

За время видеомоста участникам удалось поговорить о многом: и о менталитете крымчан, и о роли личности и масс в истории, о политической элите, судьбе страны и Крыма, очевидной и неочевидной предопределенности исторических событий. Будучи участником видеомоста, автор также участвовал в обсуждении проблем и отвечал на вопросы.

Процессы в Крыму – Крымская весна и предшествовавшие ей события, реакция на эти процессы россиян — привели к единству народа и единству власти. Это достаточно редкая историческая ситуация.

Как отметил доцент кафедры экономической и социальной географии и территориального управления Крымского федерального университета Сергей Киселев, «народная воля совпала с волей российской власти, это показало огромный потенциал, который есть у власти и у народа для решения принципиальных и насущных вопросов. Крымский порыв был поддержан огромным взрывом энтузиазма народа, и реакция власти — прежде всего в лице президента — произвела огромное впечатление. И поэтому неслучайно тогда возникло и продолжается такое явление, которое социологи и политологи определили как крымский консенсус».

Как мне кажется, Крым стал однозначным подтверждением курса российской власти, заявленного словами и делами с 2000 года, обозначенного определенными принципами в Мюнхенской речи Владимира Путина.

До этого подобной силы однозначных событий, подтверждающих курс власти, не было. Да, была Сирия, отстаивание интересов страны на дальних подступах — но это воспринималось как-то даже иронично, без понимания значимости событий, под либеральные спекуляции и бормотание «Голоса Америки». Крым же стал событием и ситуацией, которые касались страны и ее пределов, ее истории. Это был некий момент истины и для власти, и для общества, который подтвердил курс власти, одобряемый и ожидаемый обществом.

Из событий Крымской весны и возник в нашей истории крымский консенсус — как некогда возникла Вселенная из Большого взрыва. Это событие уже было, оно высветило и проблемы, и достоинства и политической системы, и идеологических установок. Но на одном настроении далеко не уедешь.

Страна и Крым окунулись после 2014 года в экономические, хозяйственные, социальные и политические будни. При этом не будем забывать, что «враг не дремлет», нашу страну извне и изнутри пытаются подточить чуждыми нам делами, акциями и идеями. Наконец, есть большой политико-экономический блок – санкции. Таковы исторические и временные координаты, в которые мы пришли, и отправной точкой здесь являются события Крымской весны.

Декан факультета социальных наук и массовых коммуникаций Финансового университета при Правительстве РФ Александр Шатилов отметил, что крымский консенсус стал исторической и политической реальностью, это подтверждают и социологические опросы, согласно которым большинство россиян поддерживают реинтеграцию Крыма, крымчан и действия российской власти по оказанию помощи в самые острые моменты весны 2014 года.

Большинство крымчан также не жалеют о сделанном выборе, тем более, что уже прошло семь лет и можно сопоставить и сделать выводы о том, как было тогда – при Украине, и как сейчас – при России.

Российское общество в отношении присоединения Крыма, в поддержке этого события едино — таким образом крымский консенсус продолжает существовать.

Интересны были ответы участников видеомоста на вопрос: как россияне воспринимают Крым? Сергей Киселев отметил, что проблемы существуют и в отношении россиян к Крыму, и у самих крымчан — с точки зрения неких нереализованных ожиданий. Дело в тех акцентах, которые расставляет официальная пропаганда в информации о ситуации в Крыму, и это прежде всего касается реализации инфраструктурных проектов. И Крымский мост, и аэропорт, и трасса «Таврида» уже превратились в мемы.

Бесспорно, это зримые, важные, реально существующие объекты, которые можно потрогать руками, можно видеть, какие огромные усилия инженерной мысли, колоссальные финансовые и производственные усилия были вложены в то, чтобы эти объекты появились. Однако наличие инфраструктуры — это необходимое условие, но не гарантия развития.

Сергей Киселев подчеркнул, что много уделяется внимание долгому пути Крыма на родину,  но совсем мало — разъяснению той ситуации, что Крым был единственным регионом, целостным субъектом РСФСР, который был передан в другой субъект, пусть и единого на то время советского государства.

Также широко не обсуждается вопрос о геополитическом и геостратегическом значении владения Крымом для России. И еще один вопрос, которому не уделяется нужного внимания – что такое в сакральном, священном смысле территория православной христианской Тавриды для православной в массе своей страны? А ведь это священная земля! Именно здесь духовный исток всей русской цивилизации; здесь крестился князь Владимир и отсюда пошло Православие на Русь, которое и сформировало облик России.

Именно по этому поводу мы слышим от либеральной общественности претензии, что выбор был сделан неправильный. Еще 25 лет назад в своих статьях крымские ученые, как отметил Сергей Киселев, высказали мысль, что отсутствие или наличие Крыма в составе России свидетельствует о государственной полноценности.

Поэтому с возвращением Крыма Россия стала полноценным государством, которое способно осуществлять ту политику, которую можно определить как имперскую.

Позволю себе к этому добавить, что не только Крым продолжает открывать для себя Россию – по экономическим, технологическим и политическим направлениям, но и Россия продолжает открывать Крым. Это происходит и на бытовом уровне, и в экономической сфере — на уровне бизнеса и государственных корпораций.

Крым не стал рядовым субъектом Российской Федерации, хотя вписан в законы и Конституцию РФ, а вот по возможностям государственных структур, госкорпораций и бизнеса — нет. Войдя в состав России, Крым стал уязвим для внешнего воздействия, как и государство в целом. Причиной тому — санкции и боязнь их со стороны тех структур, которые могли бы улучшить в Крыму социальную и экономическую ситуацию, присутствуй они здесь. Это и госкорпорации, и банковский, и телекоммуникационный бизнес, которых в Крыму нет — либо есть аффилированные с крупными структурами компании, но с меньшими ресурсами всех типов, чем на материке.

И это – открытие для многих россиян, которые приезжают в Крым. Вот, московский гость звонит своему сотовому оператору с вопросом: почему нет мобильного интернета — и, услышав ответ, что его оператор с кем-то «не договорился», гость удивленно-возмущенно говорит, что у него даже в Мексике был мобильный интернет, а в Крыму этот вопрос оператор решить не может! А еще частым был и остается такой вопрос гостей полуострова: а карточками у вас можно рассчитываться? Конечно, такие проблемы в первый год-два были, как и безумные проценты от материковых банков на операции с их картами в Крыму.

Конечно, это точечные примеры, но из подобных ситуаций формируется отношение крымчан к российским реалиям и россиян — к Крыму.

Пережили мы и период эксцессов отношения к крымчанам как к неким папуасам, которым достаточно было бусы показать — а потом стало для гостей с материка открытием, что есть на полуострове и бизнес серьезный, и хозяйственные навыки, и ученые, и управленцы.

Сергей Киселев напомнил, что при Украине крымчанам упорно навязывалось ощущение второсортности, что в Крыму «не такие люди», что «вы не достойны быть полноценными, полноправными гражданами». В силу понятных и объективных причин Крым сейчас не обладает всеми правами, которыми обладают другие регионы. И мы до сих пор слышим со стороны известных федеральных спикеров такое: ребята, а чем вы недовольны, вам мост построили, аэропорт – сидите там тихо!

Это неверная позиция.

А ведь именно присоединение Крыма позволило вскрыть все те уязвимости, которые есть во внешней и внутренней политике России, и это, скорее благо, чем недостаток этого процесса.

Это имеет огромные имиджевые, финансовые и политические издержки, но позволяет России укрепиться. Это вписывается в идею крымского консенсуса, когда власть и общества едины во мнении, что страну надо укреплять.

Александр Шатилов отметил, что уловил некую обиду в отношении федералов; основания для этого, наверное, есть, но 2014 год стал водоразделом для российской федеральной элиты, потому что это было время выбора: вы готовы прогибаться перед Западом и готовы пятиться назад до Кремля — или вы готовы перейти красную черту и ответить на все вызовы?

 Невзирая на все слабости и недостатки, российская элита сделала свой выбор, и для многих это был выбор непростой, связанный с психологическими моментами.

Так было из-за того, что многие представители элиты были западниками, и речь не только о том, что дети многих из них учились или сейчас учатся на Западе, есть там счета и недвижимость. Тем не менее они нашли в себе силы осознать, что надо возвращаться на Родину. Поэтому крымские события имеют очень важное значение с точки зрения суверенизации российской элиты, которая пошла на принцип и проявила силу воли.

Да, в составе элиты разные группы, может, есть и те, кто пожалел об этом, кто в 2014 году поддержал реинтеграцию Крыма по конъюнктурным моментам. Но в целом сейчас российская элита занимает патриотические позиции и поддерживает Крым и патриотический курс президента России. Поэтому, подчеркнул Шатилов, прошу не держать обиду на российскую элиту — компании и госкомпании зайдут в Крым непосредственно, хотя опосредованно они там часто уже присутствуют, как присутствуют в Крыму европейские и другие компании. Например, в ответ на рейдерские действия Украины начинает проявлять интерес к Крыму Китай:

 «Поэтому предлагаю ценить выбор, который сделала федеральная элита в 2014 году, и не обижаться на издержки процесса реинтеграции; несмотря на серьезные санкции, надо вместе держать удар, и тогда — вместе победим!».

Здесь стоит добавить, что московский собеседник, учитывая некие потери российской элиты в активах на Западе, не учитывает потери крымчан. Когда Крым отключился от Украины, у крымчан возникли трудности с недвижимостью на Украине, с человеческими связями, были потеряны бизнесы на Украине, а крымский бизнес должен был переключать логистические цепочки на Россию. Поэтому какие могут обиды на федералов в условиях того, что, несмотря на эти трудности, крымчане сделали свой выбор? Страдания федеральной элиты в ходе процесса суверенизации понять можно, однако это крымчане пришли из одной страны в другую, и пока не во всем чувствуют себя полноценными гражданами.

Спекулятивные вбросы, множество поворотов истории на жизнь одного поколения ставят и такой немаловажный вопрос: будет ли означать уход Владимира Путина с поста президента России возвращение Крыма Украине при помощи Запада?

По мнению участников видеомоста, это невозможно.

Сергей Киселев отметил, что если на уровне политических элит вопрос о «возвращении» Крыма Украине теоретически и может быть поставлен, то — на уровне российского народа, являющегося «двигателем истории». Никакого пересмотра итогов референдума 2014 года нет и быть не может:

«Движущей силой воссоединения были не закулисные договоренности элит, а воля и стремление народов Крыма и России к воссоединению. В 2014 году эти две воли слились в одну… Такой вопрос («возвращения» Крыма Украине – авт.) может существовать теоретически, но исторической перспективы в обозримом будущем у него нет».

Автор этих строк говорил о том, что даже с уходом Путина с президентского поста заданный им в 2014 году идеологический и политический импульс не позволит российским элитам пересмотреть вопрос статуса полуострова:

«Вспоминается высказывание спикера Госдумы Вячеслава Володина, заявившего, что «после Путина будет Путин». И это вопрос не персоны, а той идеи, того мощного политического и идеологического импульса, заданного нашим президентом. Он во многом не позволит элите поставить вопрос о каких-то компромиссах с Западом, основанием которых может быть Крым».

Александр Шатилов также полагает, что российский политический истеблишмент не решится на этот шаг даже после смены главы государства:

«Многие представители элиты понимают, что в 2014 году они перешли Рубикон, поэтому они будут поддерживать крымский выбор хотя бы по чисто рациональным моментам, по принципу «нам терять нечего». Они понимают, что если вдруг в России что-то кардинально поменяется, в Вашингтоне и Брюсселе им припомнят все их политические «грехи». Думаю, российская элита как минимум в среднесрочной перспективе будет поддерживать крымский выбор и от него не откажется, независимо от того, кто будет у власти».

Отвечая на вопрос журналиста о том, что значит тезис о том, что «крымский консенсус не был до конца реализован во внутренней политике», Сергей Киселев ответил цитатой из статьи русского философа ХIХ века Н.Я.Данилевского «Горе победителям», в которой анализировались итоги русско-турецкой войны 1877-78 гг.:

«Когда турецкая фантасмагория в результате русской победы рассеялась, мы смогли увидеть глаза врага, но предпочли отвернуться». И поэтому срамным пятном упали на историю России решения Берлинского конгресса, где завоеванные русской кровью и русским оружием победа была сдана, предана, и мы получили потом и Болгарию, которая была на стороне наших противников в двух мировых войнах, и недружественную Румынию.
И вот Россия взглянула в глаза противнику, а потом опять отвела взгляд, а потом опять взглянула – Россия Путина оказалась той страной, которая может выдержать долгий взгляд Запада и может так посмотреть в ответ, что мурашки побегут по спине. Мы обладаем не только стратегическим терпением, и крымчане в том числе, но мы обладаем и тактическим терпением, мы должны выдержать тактическую паузу, так как сегодня не мы стоим на грани развала и провала — на этой грани стоит противостоящая нам политическая реальность. Крым развеял эту историческую пелену «тяжелого взгляда» Запада и «отведенного взгляда» России, и в этом исторической значение Крымской весны
».

Участникам телемоста был задан вопрос о том, что лежит в основе межнационального мира и единства в российском Крыму? Ответил на это вопрос я, согласившись с Сергеем Киселевым, так:

«В основе мира и единства, во-первых, лежит закон. Во-вторых – уникальный опыт Крыма бытия в условиях национального многообразия, и этот национальный мир и согласие трудно было пошатнуть даже в украинский период истории Крыма, когда национальный фактор использовался как метод влияния на ситуацию в Крыму, когда два народа пытались столкнуть в интересах третьего.
Все это мы прошли, все это было, но при этом Крым не окунулся в пучину межнациональных конфликтов и противостояния. В Крыму мирно сосуществовали и сосуществуют две мировые религии, и сейчас все делается для того, чтобы это было сосуществование, а не противостояние, и это удается. Пример и яркая иллюстрация этого – строящаяся Соборная мечеть, какой великолепной она будет, видно уже сейчас.
Об этой мечети было очень много разговоров в украинский период Крыма, поле строительства этой мечети меджлис крымскотатарского народа, запрещенный в России, обозначал камнями, и стена этих камней стояла годами, будучи свидетельством тому, что меджлису нужна была не мечеть, а повод для спекуляций и разговоров со спонсорами. А в российском Крыму за несколько лет появляется красивое культовое сооружение. Такой ответ на вопрос об основах мира и такая иллюстрация к межнациональному согласию в Крыму
».

Отвечая на этот же вопрос, Сергей Киселев напомнил, что в годы Великой Отечественной войны и после нее происходила депортация, или насильственное переселение:

«Вы только представьте, что из Крыма были вывезены несколько народов — целостных, имеющих здесь свое место проживания, с которым была связана вся их национальная история! Я не знаю, где в какой другой стране и какое другое население, несмотря на все шероховатости периода возвращения, несмотря на тот экономический провал, ту катастрофу, которую переживало все постсоветское пространство в 90-е годы, уровень конфликтности в период возвращения в Крым депортированных народов, прежде всего, крымских татар, не достиг уровня перехода из бытовой стадии в фазу острого вооруженного противостояния.
Местное население, в силу своих нравственных основ, образа жизни, восприняло возвращение народов нормально. И мы все понимали, что от той сухой горбушки, которая нам досталась от Украины, половина отрывалась на то, чтобы поддержать тех же крымских татар. И вы не слышали по этому поводу никакого ропота негодования, какой мог бы быть в другом регионе за пределами нашей страны
.
…Вернулись не только народы — вернулась целая религия, что не вызвало отторжение, а это характеризует крымчан, их нравственно-моральные качества. Населения не видело врага в вернувшихся людях, и поэтому сформировались условия для совместного проживания. Однако,все украинские годы крымских татар рассматривали как наемников в борьбе против русских и русской идеи, на это тратились огромные усилия, поэтому надо отдать должное крымскотатарскому народу — но не его политическим деятелям, который в массе своей не купился на эти призывы и не вцепился в горлу своему, казалось бы, естественному противнику.

И вот у нас происходит такое комплиментарное, толерантное сожительство разных народов на одной территории. Кстати, об этом высоком уровне сознания, которое не допускает национальных конфликтов, тоже надо говорить — но не говорят!..».

Следующий вопрос был о героях Крымской весны: кто это – личности, народ, элиты? Героями были все. Народ, те лидеры, кто взял на себя ответственность, не побоялся взять на себя бремя власти, и здесь нельзя говорить о том, что была ведущая роль одних или других. Одни без других – народ без лидеров и лидеры без народа – не справились.

Сергей Киселев вспомнил классическую проблему русской литературы ХІХ века – «герой и толпа», одна из интерпретаций этой проблемы состоит в том, что харизматичный герой управляет толпой, а она, как женщина, отзывается на его властный героический взгляд. Крымские герои – от нашей плоти, и у крымчан к ним и такое отношение – как к нашим ребятам, которых мы знаем с детства, отметил Сергей Киселев:

«Эти процессы начались еще в период развала Советского Союза, когда создавались российские — не пророссийские, а именно российские — организации, в которых формировались мощный интеллектуальный, политический потенциал и фон идентичности. Мы имеем опыт борьбы больше двадцати лет – в рамках русских общин, в рамках различных русских объединений.
Сергей Павлович Цеков, лидер Русской общины Крыма, а ныне сенатор, еще тогда говорил, что мы принимаем людей любой национальности, потому что русскость — это идентичность, принадлежность к единому потоку истории и единому потоку культуры. Герои этой борьбы – люди тихого подвига: учителя, журналисты, экскурсоводы, даже простые родители, которые изо дня в день воспроизводили ту идентичность, которая присуща большинству крымчан. И эта работа в течение многих лет и специфические особенности крымского пространства, которое отличалось от украинского все эти годы в силу патриотичности и ориентации на нашу культуру и нашу историю, которая вне российского контекста вообще не существует
».

Следующий вопрос – каковы первоочередные задачи продленной до 2025 года ФЦП на нынешний год? Сергей Киселев отметил, что должны быть завершены уже начатые проекты, и остановился на неких идеологических подходах к реализации ФЦП. Нельзя сосредотачиваться только на инфраструктурных проектах, но нужно вкладывать и в производство, иначе эти вложения не дадут ожидаемый от них эффект. Нужно определить, каким должен быть Крым, какое в нем должно быть производство и сельское хозяйство.

В связи с ФЦП ваш покорный слуга напомнил и об украинском наследии в виде водной блокады. Проблема водообеспечения Крыма стала главной причиной продления ФЦП. Череда засушливых лет усугубила в Крыму ситуацию с водой, необходимо по-новому формировать водный баланс полуострова без оглядки на Украину, и вопрос в том, будет ли вновь открыт Северо-Крымский канал.

До сих пор дискутируется вопрос опреснения воды, так как для строительства опреснителей требуются энергетические ресурсы, необходима утилизация отходов этого производства, да и в принципе это дорого. Это — вопрос поднятия воды из скважин и строительства соответствующей инфраструктуры. Это вопросы экологии, так как после водной блокады наблюдалась и некая махновщина – бурили много скважин и неправильно, смешивая водоносные горизонты и закладывая проблемы на будущее – и здесь надо наводить жесточайший порядок.

Наконец, жесточайший порядок надо наводить в коммунальной сфере и на всех водных магистралях, потому что потери воды при транспортировке от источников к потребителям носят неприличный объем и оставлять это без скорейшего исправления – преступление.

Интересный получился разговор в прямом эфире. Итоги всем затронутым темам подводить рано.

В очередной раз можно убедиться, насколько остро крымчане чувствуют и переживают историю, настолько, что раз в несколько десятилетий становятся ее активными соучастниками и даже творцами.

Кроме того, как отметили участники видеомоста, крымский консенсус, может, и растерял свой импульс за семь лет, но в идейной копилке страны существуют такие запасы, которые позволять обеспечить, пусть не такой, как в 2014 году, но достаточно высокий уровень внутреннего единства, который необходим, чтобы страна сохраняла целостность, суверенитет и уверенно смотрела в будущее.

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 5 / 5. Людей оценило: 4

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Ситуация в экономике — главное, что вызывает негативные эмоции

Степан ВОЛОШКО

Как политика мешает экономике

Кадры и имущество

.