Крымское Эхо
Архив

Русский парламент: красивый лозунг или объективная необходимость?

Русский парламент: красивый лозунг или объективная необходимость?

«КРУГЛЫЙ СТОЛ» «КРЫМСКОГО ЭХА»

Идея собрать под этим заголовком политические силы, выступающие за набор лозунгов, за который традиционно голосует большинство крымчан, зрела у нас давно. Но мы всё сомневались: а актуально ли посадить за один стол людей, которые, может, когда-то вместе и боролись за, условно говоря, Русский мир, да потом разбежались по партийным квартирам?
Но в Севастополе мы услышали выступление лидера Русской общины Крыма Сергея Цекова и поняли: пора собирать!

Когда Цеков на пресс-конференции произнес слова о необходимости консолидации в каком-то виде тех сил, которые выступают за защиту русского языка, восстановление связей с Россией, против НАТО и так далее, у кого-то из журналистов вырвалось: «Уж не о русском ли меджлисе вы говорите»? Тогда вице-спикер крымского парламента не нашелся что сказать, мол, нужно думать.

Мы дали время на обдумывание — и вот на прошлой неделе созвали круглый стол и предложили участникам обсудить вынесенную в заголовок тему. Правда, сразу оговорились: мы не уверены, что русский парламент нужен, и если нужен, то вовсе необязательно это может быть именно парламент. В обсуждении приняли участие представители разных партий, политологи, журналисты.

Стол был действительно круглый.
Как когда-то у короля Артура (фото вверху)


[img=right alt=title]uploads/1/1214897370-1-4sAw.jpg[/img]
Но вначале состоялась небольшая дискуссия о названии. Кто-то вспомнил, что нечто подобное, под названием Русская дума, уже выдвигал Сергей Шувайников. Но все сошлись во мнении, что «технологически» это разные вещи. И говорить о «русском меджлисе» тоже неверно: в этом случае явно просматривается намек на одну этническую группу — вроде бы русские объединяются против нее.

«Крымское Эхо»: Люди начинают консолидироваться, как только появляется внешняя угроза. Мы видим, что сегодня в наше личное пространство довольно бесцеремонно вторгается государство. Достаточно ли той угрозы, которую мы сегодня имеем, чтобы она нас объединила? И вообще, есть ли смысл поднимать вопрос о консолидации?

Борис Васильев,
член СДПУ(о), обозреватель «КЭ»

[img=left alt=title]uploads/1/1214897323-1-VJca.jpg[/img]
Борис Васильев: — Я бы сразу хотел отбросить в начавшемся обсуждении этнический характер русского движения, о котором мы говорим. То есть, куда деваться казанскому, скажем, татарину? Где искать опору выходцам из России здесь, в Крыму, если они считают Россию своей родиной? А цель у всех, в общем-то, одна: защита русского языка. Но это только то, что лежит на поверхности, а на самом деле люди не хотят отрываться от своей родины.

Сергей Цеков: — Эта идея требует очень серьезного обсуждения. Если будет принято решение о ее реализации, тут же возникнет масса вопросов. И первый из них вытекает из названия. Однозначно речь может идти о русских и русскокультурных людях: мы должны помнить, что и сама Россия состоит не только из русских.

Вопрос не только для нас непростой, но он сложен и для самой России: вы знаете, сейчас идет очень серьезная дискуссия о внесении поправок в российский закон о соотечественниках, и там есть один, самый спорный, вопрос, кто таковым является. Здесь имеется две крайности: одни говорят, что это русские и представители других национальностей, которые являются коренными для России; вторые утверждают, что таковыми нужно считать всех, кто родился на территории Советского Союза или кто выехал за пределы России в первую и вторую волну эмиграции.

Но есть другие, более сложные вопросы: насколько необходимо создавать структуру, объединяющую русскокультурных жителей Крыма? Если надо, то как формировать эту структуру: выдвигать кандидатуры от партий или иных организаций или пойти по выборному принципу? Если выборы, то как их проводить?

Насколько эта структура будет жизнеспособной? Не разорвут ли ее внутренние конфликты? Понятно, что предлагается нечто надпартийное, внепартийное. То есть ты можешь быть членом партии, но — участвовать в выборах в этот русский парламент. Но само собой, основа твоей работы в этом парламенте — это защита интересов и прав русских и русскокультурных граждан, а никак не партийных интересов.

Сергей Цеков,
первый зам.председателя
крымского парламента,
лидер Русской общины»

[img=left alt=title]uploads/1/1214897344-1-Tu4V.jpg[/img]
Вы видите, что практически все партии в избирательной кампании используют тезис о защите русского языка, о восстановлении тесных связей с Россией, о сохранении нашего общего исторического прошлого, о недопущении раскола канонической Православной церкви. Но как только они получают власть, тут же забывают эти лозунги и начинают говорить о каких-то высших ценностях, об экономике, решении социальных вопросов, необходимости объединения Украины и так далее. Так вот, сможем ли мы создать такую структуру, которая в своей деятельности будет руководствоваться исключительно интересами тех, кто изберет этот парламент, и не будут обращать внимания на интересы своей партии? И партии — будут ли понимать, что те люди, которые вошли в эту структуру, руководствуются интересами прежде всего перспективы?

Собственно, для чего это надо? За многие годы своей политической деятельности я пришел к выводу, что без массового национального движения, подчеркиваю, русскокультурного (то есть не только для русских — этот вопрос совершенно снимается) дальше двигаться невозможно. А оно не может состояться без революционного подъема, революционной ситуации как таковой, когда каждый человек начинает понимать, что вопросы его законных прав он должен защищать, не оглядываясь, что там скажет Русская община или Партия регионов. И он должен понимать, что это его обязанность — он просто обязан выйти и что-то сделать, чтобы защитить свои права.

И это возможно только через массовое движение, массовыми акциями. Силовые акции исключаю как таковые. Только в этом случае мы сможем эффективно защитить свои права в условиях, когда идет тотальный и циничный накат на наши права по всем фронтам. Из числа последних — министр образования Вакарчук, наплевав на все законодательство Украины, Конституцию, законы, издал приказ, которым он определяет, с какого класса на украинском языке должен вестись тот или иной предмет. Это прямое нарушение 92-й статьи Конституции, где сказано, что никакими приказами этого сделать нельзя. Но они на это плюют и делают.

Кто может выступать проводником при создании этого русского национального движения? У нас в Русской общине Крыма согласия по этому поводу нет, там очень скептически к этому отнеслись; я, в частности, как один из сторонников этой идеи подвергаюсь очень большой критике.

«Крымское Эхо»: — Фактически речь идет о том, способна ли та идея, которая стоит во многих программах тех политических сил, которые участники «круглого стола» представляют, быть сильнее, чем их структура. Может ли «русско-крымская» идея быть выше партийных интересов? Если согласимся, что она может быть выше, тогда уже можно говорить, в каком виде это можно реализовать. Эта идея довлеет над крымчанами?

Андрей Никифоров: — С этой идеей мы опаздываем по меньшей мере лет на 15, а то и на все 20. Тогда еще не было пространства, поделенного между партиями; тогда различные прото-организации, которые часто-густо состояли из одних и тех же активистов, могли бы быть сплочены вокруг некоего русского вече, думы — тогда эти названия не использовались даже в Российской Федерации. И это был бы реальный ответ: вы нам показали комбинацию из трех пальцев под названием меджлис-курултай и региональные меджлисы — а мы вам ответили своей комбинацией из трех пальцев. Или даже из пяти.

Андрей Никифоров,
политолог

[img=left alt=title]uploads/1/1214897334-1-cQm1.jpg[/img]
Сейчас же практически все так или иначе определились, политический спектр выстроен. Возникает вопрос: что подобного рода объединение будет делать? Сергей Павлович, мне кажется, наметил некое поле взаимодействия, но я не вижу необходимости создавать для этого русский парламент — вполне достаточно крымского парламента. Хотя сделать крымский парламент русским — это более достойная задача, чем некий пред-парламент на общественных началах. Если между политическими силами, которые во многом близки по своим установкам, есть готовность, то можно создавать нечто, что бы называлось не так, не требовало бы выборов и так далее. Скажем, координационный центр. Нужно слово найти какое-то ударное, боевое.

Я не люблю всех этих «русскодумающих», «русскоязычных», «российские соотечественники» — впечатление такое, что мы все время пытаемся придумать некий синоним правильному слову «русские». И казанский татарин, и еврей, и грек — всем им должен быть путь туда открыт. Но человек понимает, что он делает некий выбор, он не просто в еще одну организацию вступил, а действительно совершил поступок. Не нравится — сработает барьер, отбор: придут люди, готовые совершать поступки.

Я не знаю, как определялся формат этой встречи. Но я помню, как Сергей Павлович приходил ко мне в эфир, и мы говорили о создании большой такой антиоранжевой коалиции — не секрет, тот эфир был под эгидой С.В.Куницына — тогда он был под этими лозунгами. Кстати, я тут как некий индикатор — где меня нет, там идет отказ от этих лозунгов. Это не маленький пиар, это к тому, что время от времени, особенно накануне выборов, различные организации выдвигают похожие лозунги. Выдвигаешь их — поучаствуй в этом координационном совете, штабе, центре — как угодно назовите — своими ресурсами. Раз решили попользоваться «общими» лозунгами, пусть что-то дадут: доступ к твоему телеэфиру, к твоей газетной площади. И тогда это сработает на общую тему. Этот принцип, может, не совсем по-русски звучит, но, в конце концов, нужно же учиться работать… Если будет такой авторитетный, накопивший опыт работы центр, то абы кто уже не проскочит на этих лозунгах и идеях.

Юлия Вербицкая,
политобозреватель «Крымской правды»


[img=right alt=title]uploads/1/1214898951-1-LClR.jpg[/img]
Юлия Вербицкая: — То есть для крымской специфики наиболее оптимальным будет формат таких ситуативных альянсов, так?

Андрей Никифоров: — Я предлагаю исходить из реальности. Что может нас консолидировать? Смотрю на всех сидящих за столом — всех знаю давно, знаю, что то, о чем мы сейчас говорим, для всех достаточно близко и понятно. Люди к этой мысли не сегодня и не вчера пришли. Они долго, по-разному, в разных организациях за это борются. Чтобы решить задачу защиты русского языка, русской культуры, в конце концов нашего личного достоинства каждого, для этого необходимо создавать движение, в которое вошли бы партии. Если есть необходимость консолидироваться, то создавать надо не парламент, а движение, которое бы этой общей задачей всех объединило.

Анатолий Филатов: — Что касается названия. Русский парламент — имя нарицательное. Наверное, все же не «парламент». Дума — это нижняя палата Российской Федерации. Вече — это апелляция к Богословской. Русское собрание — термин тоже достаточно широко используется, но в крайнем случае оно политически не ангажировано. Это ремарка.

Анатолий Филатов,
зам.директора по науке
украинского филиала
Института стран СНГ,
политолог

[img=left alt=title]uploads/1/1214897352-1-SOfN.jpg[/img]
Мне кажется, что мы начали обсуждать не необходимость представительного органа русскокультурных граждан, а варианты, способы, возможности консолидации усилий пророссийских организаций. Это разные темы. Необходимо просто создать структуру, с помощью которой можно было бы выразить все реальные потребности самого широкого спектра: культурные, социальные, научные, образовательные — этого кусочка русского мира, который находится здесь, в Крыму.

Мы имеем представительные и исполнительные органы власти, которые вроде бы должны представлять и защищать наши интересы, а они не работают, постоянно буксуют. И оппозиция, и правительство не артикулируют наши потребности, поэтому необходим такой представительный орган.

Прореагирую на прозвучавшие здесь замечания насчет того, что Крым многонационален, что мы можем создать еще одно поле изоляционизма… Мне кажется, это похоже на рассуждения постороннего человека, который наблюдает за созданием автомобиля. Он говорит, что этот автомобиль может кого-то задавить, на нем можно свалиться в обрыв и так далее. Это, конечно, может произойти, но ведь речь сейчас идет о другом: необходим этот автомобиль как средство передвижения или он не нужен, можно без него обойтись и на лошади дальше ездить? То есть мы должны говорить не о последствиях, которые могут быть, а о том, насколько это необходимо.

Если мы фиксируем факт тотальной украинизации, этой идеологии украинства, то мы должны на это соответствующим образом реагировать. Создание русского собрания — это один из способов реакции. Это первое. Второе. В рамках этого органа можно вести необходимую информационно-разъяснительную, пропагандистскую, если хотите, кампанию. Объяснить доходчиво, что русские вообще-то — это генерализирующий смысл, это как прилагательное, потому что русские — это все те, кто участвовал в формировании структуры глобального Русского мира. Причем по своим этническим корням они самые разные. Русские — это не этническое, а социо-культурное понятие.

Ефим Фикс: — Я как человек военный знаю, что перед любой операцией нужно оценить ситуацию. За последние 17 лет русское движение, русская община и те политические силы, которые имели сходные лозунги, достигали какие-то цели. Но сейчас люди стали по-иному мыслить и ставить другие цели. Если в 90-х годах говорили: давай в Россию! — то сейчас этот лозунг не пройдет, правда же?

Ефим Фикс,
секретарь рескома СДПУ(о),
депутат ВС Крыма

[img=left alt=title]uploads/1/1214897360-1-Frfk.jpg[/img]
Есть вопросы, которые могли бы быть для нас объединяющим началом: русский язык, взаимоотношения с Россией, антиНАТО. Даже требование поддержки Россией тех людей и тех сил, которые против НАТО, — почему лига «Украина-НАТО» работает при поддержке посольства США в Украине, а почему у движения антиНАТО нет поддержки посольства Российской Федерации?

Когда мы поставили перед собой цель, следующий этап — объединить усилия. Я скажу на примере НАТО. Все основные политические силы в Крыму против альянса, но когда говорим конкретно: давайте выйдем на площадь полторы, две, три тысячи человек — получается, Витренко сама ведет себе людей, Партия регионов тоже. Каждый сам по себе, каждый крутит свое кино. Потом выходят на трибуну и выступают даже не против «Нашей Украины», а ругают сторонников, которые на этой идее могли бы объединиться.

Цель, о которой мы сегодня говорим, действительно хорошая. Но как ее добиться? Пока непонятно. Когда определим конкретные задачи, можно будет подумать, какой нужен формат, механизм реализации. У нас в Крыму есть множество примеров попыток объединения. Я сам был участником разговора в 1994 году с Мешковым (первый и последний президент автономии — ред.). Я ему сказал: вы победили, но давайте объединим политические силы — Сергей Павлович вот свидетель. И мы попытались создать, Борис Алексеевич помнит, «Согласие ради возрождения», или как там оно называлось. Распалось буквально через 15 минут! В 1998 году, при Леониде Граче, председателе Верховного Совета Крыма: давай сделаем! Сделали, он лично был, шампанское пили — два заседания прошло, стало неинтересно, потому что люди вмешиваются в то, где они не всегда компетентны.

По названию — конечно, нужно думать. Нужно понять, это политическая структура или общественная? И еще: вот мой коллега говорит: мы, русские… А куда бедному еврею деться? Я условно говорю. Я же не хочу, когда завтра, когда что-то состоится, СМИ «любых друзив» сказали: ты посмотри, и еврей туда затесался! Я этого не хочу, чтобы дискредитировали изначально ту идею, которая имеет право на жизнь. Как, например, сегодня комментируют создание «ЕЦ».

Вячеслав Фролов,
зам.председателя КРО партии «Союз»


[img=right alt=title]uploads/1/1214897376-1-YUV7.jpg[/img]
Вячеслав Фролов: — У партии «Союз» с 1997 года в программе четко записано первым пунктом: союз с Россией, русский язык — второй государственный и так далее. Но потом эти популярные программные цели нашей партии разобрали все, по-моему, даже Куницын. Мы создаем сейчас организацию, которая должна…

«Крымское Эхо»: — А мы ее уже создаем?

Вячеслав Фролов: — Как сказал Андрей Никифоров, пытаемся — во всяком случае, с великим опозданием. То, что мы опоздали, однозначно. Название — это относительное понятие. Даже грузин Сталин в годы Великой Отечественной называл себя русским. Потому что это нужно было. Вопрос упирается в другое: как побороть личностные, партийные амбиции руководителей, которых мы приглашаем в парламент или как он там будет называться.

«Крымское Эхо»: — То есть, проблема в лидере?

Вячеслав Фролов: — Проблема в том, что ни одна партия в одиночку не решит эти наши общие вопросы, мы это уже поняли. Нужен единый центр, единый кулак, мощный. И если мы решаем, скажем, что нужно на площадь вывести 10 тысяч человек, они, эти 10 тысяч, и должны быть там! И — все политические партии, которые имеют в своих программах названные здесь задачи. Ефим Зисьевич прав: если мы не сформулируем четко и понятно цели и задачи, понятные для людей, для руководителей парторганизаций, далеко не уйдем.

«Крымское Эхо»: — Мы сейчас не создаем никакой организации, разве что только примериваемся, нужна ли она вообще. Ремарка: мне кажется, мы все равно сейчас на пороге каких-то выборов. Может, было бы правильнее говорить о парламенте, который бы начал свою работу после выборов, а не до них? Потому что на выборы все идут со своими лозунгами, и вы никогда не договоритесь о совместной работе «до того».

Юрий Першиков: — Может или нет русская идея стать объединяющим фактором для всех партий на выборах? Мы говорим не об антагонизме программ — все они опираются на левое крыло, — а о личностной проблеме между лидерами. Все зависит от того, договорятся политики или нет — чего лукавить: у всех есть бизнес-интересы.

Юрий Першиков,
политобозреватель,
помощник-консультант
депутата ВС Крыма О.Родивилова


[img=right alt=title]uploads/1/1214897313-1-WeLe.jpg[/img]
Если при Мешкове мы могли говорить о какой-то самостоятельной, пусть условно самостоятельной, политике, то сейчас, по большому счету, мы лишь отсвечиваем те процессы, которые происходят в целом на Украине. Нам ставят ловушку — и мы в нее попадаемся со своими амбициями. Лет через десять, учитывая, что у нас из политической жизни выключена молодежь, появится много партий, клонов (не буду здесь обижать СЛС), которые заполнят наше левое политическое пространство. Они нас просто выбивают, работают на раскол. Электорат коммунистов рано или поздно уйдет. Что мы имеем еще — ту же мадам Витренко, но это партия одного человека. Не будет Натальи Михайловны — не будет прогрессивных социалистов.

Сейчас, например, наши союзники — ПР, но они отказываются от тех лозунгов, которые они выдвигали в своей предвыборной кампании — русский язык, антиНАТО… И люди уже говорят: Русский блок пошел с ПР — вас предали, получается? Куда мы идем? В принципе, конечная цель не намечена. Нужен парламент, дума — как угодно можно назвать, но необходимо договариваться, потому что по одному нас будут убирать, нас будут ломать.

Этот парламент будет эффективен только если он: а) устранит личностные противоречия между людьми, которые будут избраны в этот парламент; и б) насколько мы сможем ослабить влияние общей партийной системы Украины на нашу крымскую ситуацию. За счет чего? Я говорю о православии — не как религиозной системе, а как системе ценностей. Русский человек должен быть русским человеком. Вот Ефим Зисьевич говорит: давайте откажемся от этих понятий — но если мы будем говорить, что мы космополиты, то рискуем потерять реально свою политическую и этническую нишу… Мы должны говорить о русском. А бедному еврею, как и богатому, — всегда милости просим.

Ефим Фикс: — Прошу не переиначивать: я сказал, давайте искать варианты! Я говорю, что есть нормальные и крымские татары, которые хотели бы присоединиться к нам.

Сергей Киселев: Я думаю, величие русского народа всегда заключалось в том, что он никогда не ограничивался узконациональным эгоизмом. И любая русская организация по этническому признаку тут же превращалась в маргинальную. И я, хоть и не член Русской общины, но знаю, что здесь всегда признавалось право людей разных национальностей в ней состоять.

Сергей Киселев,
политолог

[img=left alt=title]uploads/1/1214897381-1-UCZv.jpg[/img]
Поэтому мы должны определиться с объектом: а что мы собираемся защищать? Русский язык? Его не надо защищать: существует государство, где развивается русский литературный язык, он и в нашей среде развивается. А мы собираемся защищать неотъемлемые права людей на свою идентичность. Не будем говорить о других регионах Украины, у нас в Крыму — крымская идентичность. Она может быть и крымская русская, и крымская татарская, и крымская украинская — но она все-таки очень своеобразное явление, на которое сегодня реально покушаются конкретные носители агрессивного украинства.

Безусловно, основополагающий костяк этой идентичности — это крымско-русская идентичность, и никуда от этого не деться. Но дело в том, что вокруг нее нарастают отдельные частные идентичности, которые составляют ее своеобразие. Я вырос в старом районе Симферополе, плотно населенном гражданами еврейской национальности, и для меня с детства это настолько естественно и неотъемлемо по мировосприятию, что невозможно отделять русского от еврея, русского от болгарина — у нас болгаре во дворе жили; у нас жили татары казанские, немцы — кого только не было! Поэтому сформировался своеобразный взгляд на мир. И мы еще в конце 80-х годов, с наступлением агрессивного украинского национализма, почувствовали, что необходимо наш мир защищать. Родился ряд идей, ряд движений, потом кто-то пошел по партийному пути, кто-то — по пути создания общественных организаций, кто-то просто мысленно готов бороться.

Что это может быть за орган? Приведу пример, понятный многим за этим столом — тем, кто служил в армии. Существует понятие штаб, понятие родов войск. Я против того, чтобы партии сливались в каком-то партийном экстазе, потому что партии — это партии, но есть еще интерес и за пределами партийного интереса. Партии могут заниматься социальными вопросами, идеологическими, есть у нее «пехота», «артиллерия» и так далее. И есть штаб. Основной задачей по обороне, насколько мне известно, является многослойная система огня — здесь нужно участие артиллерии, стрелкового оружия, авиации и так далее. Сегодня существуют современные методы ведения политической борьбы — наряду с традиционными партийными, с общественными движениями, — так называемые сетевые структуры. Мы должны создавать сетевую структуру, где кто-то будет заниматься с русским электоратом, кто-то — с нерусским населением. Кто-то — осуществлять идеологическую поддержку этого движения, кто-то будет занят организацией массовых мероприятий, кто-то — молодежью.

Вот как ее, молодежь, собрать — помните, когда охранники «Приватбанка» побили журналиста из «Нового региона»? За один день собрались по флэш-мобу 350-400 человек. Вот в воскресенье мероприятие (украинские националисты хотят отмечать в Симферополе 101 годовщину со дня рождения Шухевича — ред.) — кто придет туда? Сегодня ночью смотрел Интернет: люди из Донецка, Киева, чуть ли не из Питера готовы прийти к нам на площадь. И очень мало из Симферополя или Севастополя, кто хотел бы оказаться здесь.

Организация должна быть неким штабом. И должны быть, как и положено в штабе, операторы, картографы, телефонисты и так далее. Мы ставим общую цель — сохранение, консервация хотя бы той ситуации и дальнейшее углубление нашей специфики и особенностей. Нужно хорошо продумать и прописать частности. Мы сохраняем партийные структуры, общественные организации — но преследуем общую цель, которая находится вне традиционного, открытого политического поля. Может, это только идея, но это вполне реализуемая структура. Такие структуры, созданные с 2001 года, уничтожили кучмовскую государственность. Сетевые структуры работали в Чехии, в Сербии, их в России пытались наладить, но там было занято, там были свои теоретики сетевых структур.

«Крымское Эхо»: — Но все равно кто-то должен быть объединителем в этой работе!

Сергей Киселев: — Безусловно! Сегодня мы явно не создадим какую-то организацию, но мы сегодня начали ее делать. Все давно чувствовали, что она нужна. Вот был недавно День России, многие из вас выступали с трибуны. И друг другу вовсе не мешали! А людям было все равно, к какой партии конкретно вы принадлежите. Потому что они пришли на конкретное мероприятие, а оно стояло за пределами каких-то разногласий — экономических, социальных, партийных, каких угодно. Хорошо, когда представители этой организации существуют в реально действующей власти, это одна из целей. Надо продумать, как можно накинуть эту сеть на Крым, как создать эту самую «территорию сопротивления», о которой мы говорили на предыдущем «круглом столе».

«Крымское Эхо»: — Может ли эта идея стать выше ваших партийных структур?

Виктор Харабуга: — Мне не совсем понятно, зачем нужен этот парламент, хотя, в принципе, он имеет право на существование. Крым в основном русскокультурный, поэтому интересы этой части крымского общества должны и могут быть кем-то представлены. Но если мы начнем создавать такой представительный орган из партий, депутатов, организаций, это будет полный провал, ничего из этого не получится. Никогда никаким штабом он не станет: у всех слишком разные интересы. Выход вижу только в том, что, в России действительно произойдут определенные изменения во взглядах на взаимоотношения с соотечественниками, и по сегменту, проживающему в ближнем зарубежье, будут приняты законодательные акты типа «карты русского». Если в Крыму они получат поддержку, люди признают себя таковыми, то тогда можно говорить о том, что есть социальная база для формирования внеправительственного и внепарламентского органа, который будет представлять этнические интересы. Можно избрать такой орган прямым голосованием, если у людей будут соответствующие документы. Это уже задача партий и организаций — организовать этот процесс.

Виктор Харабуга,
политолог,
представитель партии СЛС

[img=left alt=title]uploads/1/1214897387-1-8pr2.jpg[/img]
Кто не взял «карту» — ну пусть и не берет. Вот, Джохан Поллыева, Михаил Леонтьев выступают против слова «русские»; в некоторых административных кругах РФ, ряд людей боятся этого слова. Но почему они не боятся, что уже давно Башкирия приняла соответствующее закон, Адыгея? Эта работа давно ведется в России, у них есть субъекты федерации, которые представляют каждую этническую группу. И никого не должно обижать то, что это не этнический, а русскокультурный парламент, который ставит себе задачи в интересах русского, русскокультурного населения.

С другой стороны, не надо путать две вещи: у нас есть представительный орган, депутаты, тут у нас присутствует первый заместитель председателя Верховного Совета Крыма, члены президиума, депутаты, представители партий, которые в парламенте достаточно весомы. Они представляют интересы крымчан и брали обязательства в своих программах эти интересы четко и консолидировано отстаивать. Что вам мешает это делать сегодня? Как вижу, вы прекрасно понимаете остроту проблемы, видите нарушение законодательства Украины. Я вам предлагаю конкретные действия: соберите сессию Верховного Совета Крыма, у вас есть абсолютное большинство в ВС, и поставьте вопрос о нарушении законодательства Украины, ее международных обязательств, в частности, Европейской хартии по языкам, по образованию, по всем ее аспектам. По культурным вопросам поставьте вопрос. И не ссылайтесь на то, что вам «не подчиняются вузы» или что уровень не тот. Вы все члены Русской общины, члены партии Русский блок, кто вам мешает поставить вопрос о том, что нарушаются права граждан Украины в сфере образования на сессии Верховного Совета Крыма? Поставьте этот вопрос на всех сессиях районных советов; Партия регионов там в большинстве — и посмотрим, кто будет противиться этому вопросу.

С чем мы будем идти в этот общественный парламент, если представительный орган ничего не делает в этом вопросе? Гриценко не хочет — так он там один, правда, есть депутаты, так сказать, коммерциализированные, которые боятся администрации президента. Но ведь не все же такие! И пусть будет видно, кто из них что представляет. Ну, меджлис проголосует против. Я бы хотел посмотреть, как БЮТ проголосует против, у которого в программе это все записано. А Константин Бахарев — хорошая газета, которую он возглавляет, но где его депутатские инициативы? Соберите хотя бы две-три комиссии, Сергей Павлович: по образованию, по делам молодежи — пригласите партию Витренко, вашу партию, «Союз», вызовите ректоров вузов и спросите, какие они резолюции отослали в Киев. Пойдите на августовское совещание учителей, спросите, хотят ли они этих нарушений прав? Привлеките прессу в самом широком объеме, ТВ. Если вы станете во главе этого русского парламента, за вас 90 процентов населения проголосует!

Сергей Цеков: — Какие цели может ставить перед собой русский парламент/русское собрание? Это не только защита прав человека — цели большие и серьезные. Но для этого нужно стать силой, способной не только принимать заявления, но и защищать их, эти решения и заявления. Часто этого не понимают, спрашивают, а что вам мешает! Мешает определенный политический опыт и нежелание оказаться среди маргиналов, которые постоянно что-то кричат и не могут ничего реализовать.

Я не хочу сказать, что Верховный Совет какой-то маргинальный орган, принимающий громкие заявления, которые не реализуются: он принял много решений, которые не претворились в дела — те же 14 поправок в законы Украины, в которых русских язык предлагалось сделать официальным, государственным наряду с украинским. Мы это принимали, отсылали в Киев — и имели совершенно нулевой результат. Приняли ряд заявлений, но реакция была нулевая. Больше скажу: мы можем собраться и, если сочтем правильным, принять решение, скажем, о выходе Крыма из состава Украины и присоединении к России. Многие бы этого хотели, и я в том числе. Но защитить его сможем? Реализовать? Что, десятки тысяч людей выйдут на улицы и будут защищать это решение? Или, наоборот, они будут тыкать в нас пальцем, смеяться и упрекать в том, что мы обостряем ситуацию?

Многие наши действия не связаны с определенными коллективными действиями. Есть партия, есть некие решения внутри фракции — мы можем пойти против решения фракции, если не согласны. Совершенно правильно вы заметили, что нет крымской политической элиты, которая бы действовала самостоятельно в отрыве от того, что происходит на Украине. Мы являемся частями общеукраинских партий. И мы вынуждены обращать внимание на то, как действуют эти партии.

Когда я говорю об этой идее, я помню об этой зависимости. Чтобы защитить любое, даже самое жесткое наше решение, нужно массовое движение. Что нужно, чтобы создать это движение? Попросить партии договориться между собой? Согласен с Виктором Васильевичем — никогда в жизни между собой они не договорятся и никакого штаба общего они не создадут. Потому что у них другие интересы: групповые, личностные, межличностные. Партия безусловно зависит от своего председателя, который находится даже не в Крыму.

Надо создать некую структуру, которая шаг за шагом способствовала бы консолидации русскокультурного крымского сообщества, с выходом на такое массовое движение. Вот идея этого парламента. Прямые выборы — согласен! Допустим, получил эту «карту русского» — и пожелал участвовать в прямых выборах в этот парламент. Создать избирательные участки — между прочим, это колоссальные ресурсные затраты. Вы все понимаете, что многое зависит от России. Без этого ничего не получится — будет постоянная спекуляция, пряники во время избирательной кампании… Может, установить, что члены этого парламента не могут участвовать в выборах?

Юрий Першиков: — Этот парламент должен быть тем, что объединит нас и заставит Киев считаться с нами. Сегодня, почему и говорят, что с русскими не считаются, — нет обратной связи с населением. Основной задачей этого парламента должна быть работа с конкретным человеком. Нет у нас этой связи, не чувствует человек, русский человек, русскокультурный, что политические партии в парламенте представляют его интересы.

Ефим Фикс: — Главное, как сказал Сергей Павлович, способны ли мы организовать работу так, чтобы вывести десятки тысяч людей для защиты тех решений, которые мы примем. Вот если даем положительный ответ…

Андрей Никифоров: — Эти десятки тысяч людей — повод для разговора. Но — между теми, кто здесь представляет различные партии. Нужны ресурсы, если вы не хотите только сделать некий детский сад, подготовительную группу, которая кого-то там защитит. Речь идет о создании какого-то аналога меджлиса — извините, но это мощная партия, сетевая структура. Я не знаю, кто согласится вырастить такую партию помимо себя. Нам надо искать реальные пути консолидации — не объединения. Объединение возможно, когда все прошли в Верховный Совет и сделали из него русский парламент. Вот это нормальный итог. И чтобы Сергей Павлович не оглядывался на то, что там говорят в Киеве и с каким настроением оттуда приехал Гриценко, нужно, чтобы в парламенте было больше людей думающих и русскоориентированных, но это задача не этой структуры, а тех партий, которые ее создали.

«Крымское Эхо»: — Получается парадоксальная вещь: есть колоссальный спрос на русскую идею, на создание «крымского зонтика», а предложений нет! И Киев — разделяй и властвуй — разделил нас всех по партийкам и властвует!

Сергей Киселев: — Проверить дееспособность можно элементарно на чисто правозащитной деятельности: добиться, допустим, бланка на русском языке на почтамте. Просто, с помощью судов. Делегировать от партий и общественных организаций представителей, возможно, создать свою юридическую службу, внепартийную. Я когда вступал в Ливадии, говорил, что Россия пухнет от денег — это не я говорю, это они сами говорят. И когда говорят, что Бюро по защите прав человека в Париже, Наталья Нарочницкая, имеет бюджет в 86 миллионов евро, я отвечаю: дайте всего лишь 500 тысяч евро на юридическое сопровождение в Крыму, командируйте сюда опытных юристов, пусть они помогут в суде защитить права русских людей на язык, имя и пр. А стоит защитить какие-то права — это моментально все увидят и оценят. А еще пропагандистское обеспечение. У нас, к сожалению, сегодня вся крымская пресса, практически на сто процентов, координируется из одного центра. Не хочу называть — сначала он прессу бандитов координировал, а теперь он прессу Крыма координирует. Здесь присутствуют представители закрытой телепрограммы, они сами на себе это почувствовали.

Анатолий Филатов: — Тема действительно и злободневна, и актуальна, и значима для всех собравшихся здесь. Но, во-первых, не мы принимаем решения — а то тут как-то звучало, что мы что-то создаем. Нет, мы пока ничего не создаем. Во-вторых, нужен ли этот представительный орган? Мы можем говорить, что есть президент Украины, он гарант Конституции, почему бы нам к нему не обращаться? Давайте письма ему писать будем! Что нам с того, что есть Рада Украины? Верховный Совет? Полномочия же автономии покуцаны, и очень серьезно. Я проводил анализ полномочий областного совета и Верховного Совета Крыма. Так вот, по некоторым параметрам облсоветы имеют куда больше полномочий, чем есть у Верховного Совета Крыма. А крымский парламент по действующему законодательству отнесен к органам местного самоуправления! Что, мы смиримся с этим?

Основной вопрос и мотивация для создания русского парламента подтверждается всеми выступающими. Идет тотальное наступление украинства. Украинство — это особая мировоззренческая категория, которая к этническим украинцам никакого отношения не имеет. И мы об этом тоже должны говорить.

Никакого разговора о блоке политических партий здесь быть не должно. Как только об этом начнем говорить, это тут же превратится в междусобойчик этнических партий и ничем не будет отличаться от банальных предвыборных коалиций, которые возникают под определенный проект. А какие ресурсы необходимо использовать и кто эти ресурсы даст? Партии не очень охотно будут расставаться со своими ресурсами. Вот почему ПР не создает массовое движение — а зачем? Что еще выйдет, куда поведут эти массы, неизвестно.

Виктор Харабуга: — Я прекрасно понимаю, что никакой законодательной инициативой Верховный Совет Крыма не обладает. Это представительный орган, который действует в рамках законодательства, и никаких призывов отделять Крым от Украины он делать, естественно, не будет и не должен. Но в рамках законодательства Украины у него есть широчайшие возможности на сегодня, которые аж никак он не реализует. В частности, — защита прав русскокультурных граждан получать образование на родном языке от детского сада до вуза. Он может великолепно поставить эти вопросы. Я, кстати, проанализировал все программы партий, которые входят в Верховный Совет Крыма, там замечательные слова написаны. Все предусмотрено.

Если мы будем создавать этот парламент, кто выступит инициатором? Все равно какие-то политические силы, потому что все остальное будет детским лепетом. Если — политические силы, которые выступят оттуда, из Верховного Совета Крыма, где они ничего не делают, кроме минимума, то в такие призывы никто не поверит. Надо вначале что-то весомое сделать. Вот я предлагаю: хотите, я вам по проблемам образования подготовлю материалы для сессии Верховного Совета Крыма, напишу резолюцию в рамках действующего законодательства и кто-то из вас — ПР, партия «Союз» или Русский блок внесет это на очередной сессии, и депутаты рассмотрят и поддержат? Я готов.

А после пошлем результаты в международный суд в Гааге по правам человека. Обратимся к омбудсмену, в Думу РФ, чего бояться? Вот Сергей Павлович кинет свои голоса в поддержку, вы, Ефим Зисьевич, свои в ту же копилку, коммунистам будет некуда деваться, они тоже проголосуют… То есть давайте переходить к конкретным действиям в рамках того, что существует. А после этого мы можем смело и гордо сказать: вот, ребята, мы провели работу.

Сергей Киселев: — Это и есть политическая система Украины, которая действует по своим правилам, а не по законам. А надо вне этих правил создавать структуру!

Евгений Попов,
член крымского совета
партии «Русский блок»


[img=right alt=title]uploads/1/1214897329-1-7H0m.jpg[/img]
Евгений Попов: — Я добавлю три пункта. 1) как в армии: кто предложил, тот и инициатор — раз, два, три. 2) об украинизации. Количество спутниковых тарелок через некоторое время превысит все разумные пределы. А в Керчи тарелок практически нет — потому что принимает российское телевидение. В Симферополе — чем более престижный дом, тем больше тарелок на стенах. Я живу в доме, в котором уже крыша просела, столько антенн. То есть на Украине через некоторое время вырастет группа достаточно обеспеченных людей, которые будут «жить» в сфере Русского мира. 3) часто слушаю один из радиоканалов, где выступают политики, в том числе и Леонид Грач, и им задают один и тот же вопрос: когда Крым перейдет в состав России? Население настолько настроено негативно к существующей власти, что нужно просто объявлять создание русской организации.

Сергей Цеков: — Не надо, даже сидя за этим столом, пытаться найти некое очень простое решение. Не надо думать, что вот сейчас Верховный Совет примет некое решение — и университеты не перейдут на украинский язык. Ректора вузов, чиновники нас не боятся — они боятся тех, кто сидит над ними в Киеве, тех, кто назначает их на должности. Но чего они бы испугались? Они испугались бы массовых гражданских акций. Когда студенты, а вместе с ними и родители, вышли и сказали: нам этого не надо.

Посмотрите, что с историей делают! У меня есть желание накануне нового учебного года собрать эти учебники истории и сжечь — и мы бы давно это сделали, если бы не было аналогий с фашистской Германией. Это страшно, что они делают с нашей историей! Я сам не удовлетворен тем, что иногда происходит в Верховном Совете Крыма, который я представляю. И может быть — той осторожностью, с которой мы поступаем. Однако я вижу в перспективе, что эта осторожность приносит определенные плоды, и мы достигаем определенных целей.

Я считаю, что идея русского парламента/собрания/вече имеет право на жизнь, ее нужно активно обсуждать. Мы сегодня уже сказали кое-что правильное: «карта русского» — раз, прямые выборы — два, надпартийная структура — три. Те, кто будет представлять русскокультурных граждан Крыма, может, клятву должны какую-нибудь будут дать о том, что прежде всего — решения этого парламента, а потом уже партийные интересы.

«Крымское Эхо»: — Сергей Павлович уже начинает подводить итоги, что-то у нас все же вырисовалось. Но все заработает, я считаю, когда появится лидер. А он может появиться, и даже в самое ближайшее время. Украина активно взялась за дерусификацию страны в целом и Крыма в частности. А в декабре на нас опять накатит НАТО. Если сейчас наши крымские силы начнут хоть немного действовать, то этот лидер будет очень хорошо заметен.

Сергей Киселев: — У людей это должно быть частью их бытия, это должно быть нечто осознанное. Вот когда обсуждали «карту русского», тоже возникла проблема — этот документ должен человека обязывать к определенного рода действиям: либо поработать в общественной организации, либо что-то еще. И должна быть стратегия и тактика. Хотя бы сохранение ситуации, а потом привязка к регионам, к датам, партийным мероприятиям…

Юрий Першиков: — Есть общее пространство, политическое общеукраинское, так или иначе мы под него подстраиваемся. Мы критиковали действия властей. Но сейчас Русская община в блоке с ПР в Крыму выступает носителем этой власти. И люди видят и выделение земли, которое проходит с нарушением, видят другие незаконные решения, которые для людей непонятны. И сейчас люди уже не верят нашему парламенту.

Возьмите систему работы меджлиса — она обкатана, она работает, потому что она не татарами придумана. Я считаю, что такое образование, парламент, может дать самое главное: вывести пророссийски ориентированных лидеров в отдельную структуру и отбросить тот негатив, который общая власть бросает на ту же Русскую общину, Русский блок. Эта структура может работать отдельно от крымского парламента и заниматься проблемами граждан, она может быть более авторитетной, чем тот парламент, который есть сейчас. И в этом может быть его огромный плюс.

Анатолий Филатов: — Проблема поиска лидера ущербна, это не тема обсуждения. Вот если он сам появится… Здесь не раз говорили о «карте русского» — я говорил во время заседания пресс-клуба (который накануне проводил СЛС по этой теме — ред.), что уже реально существует институт российских соотечественников. Говорю к тому, чтобы эта тема не являлась фундаментом для обсуждения структуры русского собрания.

Сергей Киселев: — Вот скажите, у нас есть английские спецшколы? А я предлагаю сделать несколько русских спецшкол — с углубленным изучением русского языка, русской культуры и русской истории. И поставить вопрос перед министерством образования.

Сергей Цеков: — У нас есть возможность построить русскую гимназию в Симферополе, показательную. Другое дело, кто и как это будет реализовывать? До сих пор мы все сидим по разным партиям и общественным организациям.

Николай Филиппов,
политобозреватель ИТВ,
засл.журналист АРК


[img=right alt=title]uploads/1/1214897319-1-RdRR.jpg[/img]
Николай Филиппов: — Я буду краток и неприятен. Здесь прозвучал тезис о малых делах. Пример — ИТВ. Нам постоянно звонят крымские татары — понятно, с какими вопросами: «почему у вас крымские татары сегодня в передаче отсутствуют?» и так далее. Но нам ни разу не позвонил никто из русских на программу с подобным вопросом! Кстати, о программе. Тут слухи прошли, что нас закрыли, на самом деле у нас меняется концепция вещания, и есть шанс, что у нас что-то появится. Меня пока не надо защищать, спасибо за поддержку. Но ведь в любой момент завтра любого из нас могут выгнать, и никто под окна с плакатами не придет. С татарами такое дело не проходит. Пусть пять, пусть десять человек, но они придут и будут защищать своего. Им даже достаточно сегодня просто позвонить и сказать: а что там такое, почему нашего обижают — и никто не захочет связываться.

Сергей Цеков: — В принципе, мы сейчас сталкиваемся здесь, в Крыму, с созданием полицейского государства. Посмотрите, милиция берет на себя несвойственные ей функции (я говорю о ситуации на ул.Пушкина 4 июня). На Верховный Совет она плевать хотела. Вы заметьте, какие назначения сейчас осуществляются в милиции и какое идет наступление на наши права и Конституцию, которую пока никто не отменял. И это несмотря на наши громкие заявления. Этому полицейскому государству можно противодействовать только народным движением.

«Крымское Эхо»: — Завершаем наш разговор. Мы не ставили цели выйти на какие-то решения: куда важнее было понять ваше отношение к этой идее.

Сергей Киселев: — Нужно еще встречаться, но сначала создать какой-то рабочий орган, который сделал бы свои наработки, а потом вынес это все на обсуждение.

Сергей Цеков: — Думаю, наша задача — через такие вот встречи достучаться до сердца каждого крымчанина, вывести их из кухонь, оторвать от телевизора. Но для этого нужно почаще собираться. Не стоит ждать, что придет какой-то дядя и решит за нас наши проблемы…

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Проще надо быть, товарищ, проще…

Борис ВАСИЛЬЕВ

Эпоха победившего секонд-хенда

Вспоминая выборы-2010

Софья БАСАВРЮК