Уходящая неделя, как минимум в России, однозначно прошла под знаменем искусственного интеллекта (ИИ). В четверг, например, прошло заседание Госсовета, посвященное развитию образования на фоне популяризации указанной технологии, а в пятницу президент провел Совбез, который также был посвящен развитию ИИ – но уже в оборонной сфере.
По большому счету, ИИ и родственный термин «нейросети» можно включать в список если не главных лингвистических феноменов года, то точно в список главных тем для светских бесед. Даже в загруженных часом пик и предновогодней рабочей суетой маршрутках находится место обсудить последние достижения в ИИ-строении; кто-то обязательно вспомнит, как к концу года подорожала оперативная память для компьютеров, кто-то спросит, не с этой ли штукой боролись в фильмах про терминатора, а кто-то кинет в домовой чат сгенерированное ИИ видео с летающими котятами, поздравляющими с наступающим Новым годом.
С одной стороны, впереди кажущиеся безграничными возможности, открываемые новыми технологиями, с другой – здравые опасения по поводу рынка труда и перестройки общественной мысли на фоне внедрения ИИ, с третьей – назревающие неолуддитские бунты и выступления фанатичных сторонников новой технологии.
Текущая неделя точно показала, что как бы далеко ни убегал вперед научно-технический прогресс, люди остаются людьми – со всеми своими страхами, добродетелями и пороками.
Главное шоу недели (последних недель) – мирные переговоры по Украине. Если так подумать, то страшно уже от самого факта, что вопрос мирных переговоров… Нет, любых переговоров…
Нет, вообще любых политических вопросов стало подпадать под описания «шоу». Шоу-политика, шоу-экономика, шоу «95 квартал». Отбросив ворчание про другие времена и эпохи – как так получилось-то?
Стоит Дж. Д. Вэнс, американский вице-президент, докладывает, как продвигаются переговоры по каждому пункту «мирного плана» — тем самым пунктам, подтверждение существования которых официально так и не озвучил.
Дает интервью Зеленский. Как будто бы сидит в ресторане, выбирает в меню блюдо вечера, паясничает – «с этим пунктом мы согласны, а с этим не согласны».
Информационное пространство забито обсуждениями «что клоун себе позволяет», «какой мир с… этими» и прочие мнения, как будто бы кто-то их спрашивал. Но стоит ли его рассуждения выеденного яйца? Отсылаем к тексту Николая Кузьмина про пиар-банкроство Украины.
Цепляет эта неделя вот чем:
«Начну с долгосрочного горизонта – речь о предстоящих 10–15 годах. Уже очевидно, что это будет время колоссальной технологической трансформации, стремительного развития искусственного интеллекта <…> Обращаю внимание региональных команд, руководителей Правительства, представителей всех отраслей: этот период уже наступил, он буквально вошёл в нашу жизнь, ворвался в неё», — прямая цитата президента России Владимира Путина с прошедшего Госсовета.
Как насчет этой темы?
Вообще, позвольте еще раз прервать и без того хаотичное подведение итогов недели, чтобы поговорить вот о чем.
К концу подходит четвертый год самого масштабного в постсоветской истории России вооруженного конфликта. В этом временном периоде проходит заседание высшего политического совета страны. На нем обсуждается – честно говоря, тяжело представить даже — не то, что произнести, – развитие искусственного интеллекта. Это что-то из «Гостьи из будущего»? «Терминатора»? «Терминатора-2»?
И не просто обсуждается – а это обсуждение звучит чрезмерно органично.
Возвращаемся: Россия действительно нащупала себя. Это проявляется, конечно, не в том, что обсуждают искусственный интеллект, а в том, что на главном политическом совете страны обсуждаются не просто насущные дела, а перспектива следующих пары годовых декад. И вопрос, опять же, стоит, не в том, как в эти декады выжить, а как в эти декады развиваться.
Впрочем, искусственный интеллект, который в ближайшие 10-15 лет изменит нашу жизнь, все равно существует в довольно понятном, не слишком приятном, но принятом информационном пространстве.
Информационное пространство, по крайне мере пока, все больше превращается в контент – некое содержимое с развлекательным оттенком. В этом контексте, в этом контенте вдруг уместен и Зеленский, выбирающий пункты «мирного договора» словно блюда в меню ресторана, и Дж. Д. Венс, который решает судьбу Запорожской атомной электростанции, находясь от нее за тысячи километров.
А что делать простому человеку в таких условиях? Его жизнь уж точно не походит на контент.
Следовательно, и события, влияющие на его жизнь, не имеют права носить развлекательный характер. Но, увы, носят. Летающие коты, поздравляющие с Новым годом, вдруг встретились в одной реальности с главарем киевского режима и вице-президентом США.
Сумбурность уходящей недели в очередной раз подчеркнула, насколько, простите за тавтологию, сумбурна и окружающая действительность: всемогущая виртуальная реальность, от которой уже нигде нельзя спрятаться, сталкивается с окружающей действительностью. Получается что-то не до конца понятное – телега едет впереди лошади, а нам в данных условиях приходится организовывать жизнь.
И отмахнуться от этого нельзя – президент уже вполне конкретно обозначил горизонт в 10-15 лет, по итогам которых мир будет неузнаваем; а каким будет этот мир зависит от… всех.
В таких суровых, непонятных, сумбурных условиях хочется, пожалуй, вернуться к началу страницы и отметить: отрадно, что в России в таких тяжелых условиях вопрос будущего вообще стоит.
Обсуждается развитие, а не условия выживания – это значит, что все пройденное, в том числе и на этой неделе, было не зря.
