НАУЧИТЬ ДУМАТЬ ТРУДНЕЕ, ЧЕМ ЗАПРЕТИТЬ
Под самое закрытие сезона Госдума вдруг разродилась серией запретов, призванных, разумеется, улучшить нашу жизнь. Крымчанам подобное не внове: каких только запретов и ограничений мы не видели…
Вскоре после возвращения домой, в Россию, когда нас не признавал не только Запад, перекрывший жителям республики доступ к значительной части интернет-сервисов (в том числе предоплаченных), но и крупный московский бизнес, всем, кто желал продолжать пользоваться плодами прогресса, поневоле пришлось узнать, что скрывается за аббревиатурой VPN — хотя бы для того, чтобы обновлять приложения на своих смартфонах через Google Play Market (отечественной альтернативы которому тогда просто не было).
Большие же начальники в высоких кабинетах продолжали заботиться о защите интересов западных правообладателей. И сейчас продолжают.
Сколько нервов пришлось потратить, объясняя админам тех или иных отечественных сервисов, что определение местоположения как «Симферополь, Украина» не только не соответствует действительности и нарушает российское законодательство, но и оскорбляет лично меня как гражданина России, теперь уже и вспоминать смешно… Никому до этого не было дела, пока не поступила команда с самого верха.
Запреты и ограничения, безусловно, нужны. Куда век от веку приводит любезное нашему сердцу вольнодумство, хорошо известно. «Умеренность и аккуратность» куда как лучше. Правда, увы, и то, что кто бы когда ни пробовал «держать и не пущать» — ни у кого ничего путного не вышло.
Слава Богу, мода ретушировать нацистскую символику в старых советских фильмах о Великой Отечественной вроде бы осталась в прошлом. Когда я это видел, в голове сам собой звучал голос Александра Розенбаума: «… А может, не было войны, И людям всё это приснилось?…». Однако надзорные органы время от времени проявляют интерес к публикации архивных фото- и киноматериалов. Работа у них такая.
Цифровой прогресс теперь позволяет не «размывать» свастику на повязках гитлеровцев, а попросту удалить все нехорошее и ненужное с точки зрения заботливых законодателей. Ведь лучше же сделать вид, что вовсе не было тех, демонстрация чьих изображений и символики запрещена?
Или они всё-таки были? Кто же зверски убил 27 миллионов наших? Кто морил голодом ленинградцев?
Ну нам уже по случаю объясняли, что это был не Маннергейм, намекая на некие недоступные простонародью знания…
Нам нельзя читать откровения бесноватого фюрера, вдохновившего немцев на массовые убийства, равно как и статьи и речи министра пропаганды предыдущего европейского рейха. Это всё — запрещёнка. Действительно, на неокрепшие умы модные тренды Hugo Boss и PR-идеи Йозефа Пауля Г., которыми без малого век пользуются наши противники, могут оказать разрушительное воздействие. И уже оказывали.
Так, много-много лет назад на лекции в школе офицер КГБ рассказал нам, что за первое полугодие 1983-го в Ленинграде было раскрыто пять (!) молодёжных неофашистских (неонацистских) организаций гитлеровского толка. В двух из них вместо половой тряпки на входе использовалось красное знамя…
А ведь родители этих недорослей наверняка пережили блокаду или эвакуацию. И знаменитая советская цензура (не требовавшая, впрочем, удалять знаки различия с фашистских мундиров и не каравшая за использование архивных материалов) ничем тут не помогла.
Да и мы были небезгрешны. К счастью, в Moskau из альбома Dschinghis Khan 1979 года (фото вверху) никогда не было тех слов, которые этой песне приписывались. Но мы-то вопреки запретам школьниками её слушали! И на дискотеках крутили. А уж чем Советской власти не нравился Rasputin от вполне себе классово близкого «угнетаемого белыми империалистами» Boney M, до сих пор в толк взять не могу. Oh, those Russians… Впрочем, его ещё до Перестройки разрешили.
В далёком, хотя уже перестроечном, но теперь почти былинном 1985-м мне, первокурснику филфака, пришлось узнать о поэтических течениях Серебряного века из брошюрки «Критика буржуазных концепций художественного творчества» толщиной со школьную тетрадку, но невероятно полезной — там даже фамилия Сартр вскользь упоминалась, представьте.
В университетской библиотеке тогда фамилии Мандельштам и Гумилёв вызывали недоумение, а Пастернака, пожав плечами, рекомендовали поискать в разделе зарубежной литературы (вот ей-богу, не вру, так всё и было). В следующей пятилетке эти фамилии уже звучали на школьных экзаменах. А много лет спустя, вскоре после возвращения в Родную Гавань, на главу университетской библиотеки завели уголовное дело за хранение «запрещёнки»: в «незалежной» и на Родине «чёрные списки» сильно разнились.
Позволю себе частное мнение: запрещать любые тексты, подменяя идеологическую борьбу с непримиримым и опасным противником иллюзиями «безопасности», крайне вредно.
В марте 2022-го, когда французский шаромыжник с портфелем министра финансов грозил нам «тотальной войной», я оказался в рядах тех потенциально «неблагонадёжных» граждан, кто сходу видел в этом парафраз от Der Totale Krieg, а, стало быть, автоматически сознавался в знакомстве с текстом речи упомянутого выше нацистского преступника в Берлинском дворце спорта.
А уж что этот деятельный и опасный враг писал о В.И. Ленине… Поверьте, это небезынтересно. Нет, рекомендовать к прочтению не буду, а себя оправдываю лишь тем, что читал эти тексты ещё формально не на территории России, а в оккупированном Украиной Крыму, до нашего возвращения. Доступ к информации позволял нам тогда бороться с националистической и нацистской пропагандой.
Во времена оккупации, когда украинские стражи порядка ходили по офисам, конфисковывая компьютеры с пиратским ПО, украинское МВД, хвастаясь статистикой изъятий, не забывало отчитаться и в том, что в самой-то конторе уже «почти на 50% перешли на лицензионный софт».
Вообще, забавная штука, эти запреты. Они всегда не для всех.
Вот замглавы Совбеза России жжёт супостата глаголом со своей странички в запрещённой соцсети, а коллеги, радостно гогоча (а, и правда, хорошо прикладывает вражин Дмитрий Анатольевич, хлёстко), его цитируют. Позвольте, но ведь эта соцсеть — запрещённая? Так она ж для нас запрещённая, для простолюдинов. Это нам туда нельзя. А тем, кому надо — можно.
Забавную историю вспоминает известный публицист Роман Носиков:
«Несколько лет назад некто Венедиктов во время публичного выступления заявил, что у Гитлера до 1939 года, до появления общей границы с СССР, и в мыслях не было воевать с Россией. На это ему из зала ответили, что его намерение воевать с Россией, уничтожать русских, завоевывать жизненное пространство были ясно изложены в «Майн Кампф» — за что его, собственно, и принял немецкий и западный капитал. В ответ на это Венедиктов встрепенулся и опытным голосом внука чекиста поинтересовался, где это собеседник прочитал эту экстремистскую книжонку, с какой целью и не нужно ли проверить его на экстремизм. То, что сейчас делает Дума по заказу Правительства — это чистейшая венедиктовщина и есть».
Историк Александр Дюков, готовивший в 2022 году к заседанию Верховного суда РФ экспертный доклад об идеологии небезызвестного «Азова» (признан Верховным Судом РФ террористической организацией и запрещён на территории РФ) задаётся вопросом, сколько же своих зарплат он отдал бы на штрафы при подготовке такого доклада теперь, после принятия упомянутых поправок.
И ведь как кучно пошло…
После принятых Госдумой изменений в законодательство в части уточнения требований к выдаче прокатного удостоверения, «Левиафан» под запрет попадёт? А «Осенний марафон»? А «Незаконченная пьеса для механического пианино»? Интересно, как будет определяться наличие «материалов, дискредитирующих традиционные российские духовно-нравственные ценности и (или) пропагандирующие их отрицание» и критическая концентрация таковых?
Голосовалки с списками известных фильмов, потенциально попадающих в зону риска в товарном количестве гуляют по telegram-каналам и соцсетям. Но к марту следующего года, когда нововведения вступят в силу, страсти улягутся и всё подзабудется.
А юридический инструмент останется.
Создаваемая с упорством, достойным лучшего применения, ситуация в стиле позднего СССР, когда «под статьёй ходят» примерно все, но применяют её лишь к некоторым, укреплению государственности точно не способствует.
Я ничуть не преувеличиваю: вы просто вспомните, в каком возрасте вы первый порножурнал увидели или кассету VHS с клубничкой. А ведь тогда «за хранение» 2 года колонии полагалось. И вы наверняка слышали, что где-то и кого-то по соответствующей статье таки привлекли. Но не вас. Было такое, а?
Вопрос, зачем сейчас понадобилось вводить нормы, которые либо не будут выполняться (и подорвут доверие к законодательству в целом), либо применяться будут произвольно и выборочно (персональной расправы ради), задают властям предержащим сегодня многие.
А в ответ… нет, не тишина — ласковые уверения в том, что не всё так уж страшно, авось, и обойдётся. Вот ежели, к примеру, отжавший у вас мобилу хулиган позвонит разок-другой, то вас не накажут. А вот если он вашей симкой постоянно пользоваться станет и скажет потом, что вы добровольно ему её отдали, вот тогда с вас и спросят…
Не переживайте вы так, коснётся ж не всех. Есть у органов поважнее дела.
Как со статьёй в советском УК за хранение порнушки. Просто помните своё место, людишки, не нарывайтесь, авось и пронесёт…
Теперь минутка конспирологии.
Похоже, кому-то срочно понадобилось напомнить обществу, что «государство суть аппарат подавления», что «был бы человек, статья найдётся», а заодно и про «не верь, не бойся, не проси», «верхи уже не могут, а низы ещё хотят» и вот это вот всё… И тут же, вот совсем «случайно», обнаружилась пикантная подробность: депутат ГД РФ от правящей партии в день своей смерти (!) проголосовал 11 раз. Да и вносились пресловутые поправки в уже прошедший первое чтение законопроект, в тексте которого изначально ничего подобного не было. Это известный способ «протаскивания» непростых решений.
Вследствие застарелой профдеформации в случайности такого рода, уж извините, не верю: все эти аппаратно обусловленные пузыри в мутной воде нашего инфополя выглядят подозрительно согласованными.
Когда-то в уже приговорённом СССР в один день остановились на ремонт 26 из 28 табачных фабрик — и это не было случайностью. Но за саботаж у нас ведь после 1958-го года уголовно не карают. А может быть, зря?
Нет ли какой-либо связи между назначенным главным стендапером Белого дома сроком до Шуфутинова дня (как уж он там 50 дней насчитал, только сам Трамп и знает) и феерическими решениями самого конца нашего парламентского сезона? Нет? Совсем никакой?
Ну, нет так нет. Тогда спасибо вам, избранники наши народные, за заботу. Всё о России думаете. Отдохнуть бы вам…
Фото из открытых источников
