Крымское Эхо
Архив

Про мух, оппозицию и …НАТО

Про мух, оппозицию и …НАТО

«РАЗБОР ПОЛЕТОВ» С ПОЛИТОЛОГОМ ПЕРЕД ОЧЕРЕДНОЙ ВНЕОЧЕРЕДНОЙ СЕССИЕЙ ВС КРЫМА

Конфликт, разгоревшийся в стенах крымского парламента, в своем начале имел межличностное противостояние — между теперь уже бывшим лидером крымской организации Партии регионов Василием Киселевым и спикером Анатолием Гриценко. Внешне фабула этого конфликта выглядела банально: один видел себя партийным боссом, имеющим право давать политические в том числе и по кадровым вопросам указания. Другой не имел особого желания эти указания выполнять, руководствуясь в свой работе интересами иными. Но договориться можно было бы — но этого не произошло.

В результате круг конфликтующих депутатов не без стараний того же Киселева стал постепенно расширяться, и конфликт стал принимать очертания парламентского кризиса.

В чем все-таки истинные причины разгоревшихся не на шутку страстей в стенах парламента? Какая муха укусила депутатов, недавних союзников и даже однопартийцев Анатолия Гриценко, после чего они поставили вопрос ребром о смене спикера? Сколько в этом конфликте политики, идеологии и интересов бизнеса? С этого мы и начали разговор с известным крымским политологом, заместителем директора по науке украинского филиала Института стран СНГ Анатолием Филатовым (на фото).

— Насчет мух сказать ничего не могу, поскольку политологов в зал заседаний Верховного Совета не пускают, и я не знаю, что там за «мухи» летают и насколько они кусачие. Но что касается причин возникшего конфликта, который, можно без оговорок утверждать, перерос в парламентский кризис, то здесь произошло не просто смешение всех трех причин — идеологии, политики и бизнеса.

На первом плане — причина организационно-управленческая. На самом деле, это организационно-управленческий кризис внутри парламента. А отсюда можно делать заключение, что основная доля ответственности лежит на том, кто отвечает за организацию и управление работой парламента. А это председатель Верховного Совета АРК. Он является первым лицом в автономии и в рамках своих полномочий несет ответственность и за работу правительства, поскольку руководимый им парламент и формирует Совет министров и осуществляет контроль за его работой.

Как во всяком парламенте, а тем более таком, как крымский, где представлены различные политические силы и бизнесовые группы, противоречия вполне естественны и неизбежны. Это даже показатель работоспособности представительного органа власти, который по стойке смирно не поставишь, в отличие, положим, от исполнительного органа. Здесь нужно обладать искусством компромисса, умением сочетать интересы всех или, по крайней мере, большинства, для принятия оптимальных решений. Именно это умение позволяет сохранять баланс интересов. Но Анатолий Павлович эти искусством не обладает.

— Противоречия между правящей коалицией и оппозицией никого не удивляют, на то она и оппозиция. Но конфликт-то разгорелся внутри коалиции…

— Действительно, так и получилось. Но здесь произошло разрастание конфликта постепенное, а потом уже и лавинообразное. То есть, сначала по линии Киселев – Гриценко, а, поскольку Киселева стали постепенно поддерживать другие депутаты от Партии регионов, то можно было говорить о внутрипартийном в рамках парламента конфликте. Затем в воронку конфликта были втянуты представители других политических сил, входящих в коалицию. Ну а теперь, как мы видим, в нее, в эту воронку, втянут и весь парламент. Фактически коалиция распалась, поскольку Гриценко поддерживают внекоалиционные силы, в том числе депутаты фракции «Курултай-Рух» и БЮТ. Оставшаяся в коалиции часть депутатов мечется меж двух огней, пытаясь просчитать и не просчитаться, я имею в виду коммунистов и не только.

Главная причина — именно в Гриценко. Он не является самостоятельным руководителем. Здесь следует четко обозначить центры влияния на действия Гриценко. Это внутрикрымский фактор, связанный с влиянием депутатов Мельника и Лукашева; и внешний фактор в лице донецкого ядра Партии регионов. Может быть, и принимал бы Гриценко какие-то решения самостоятельно, но он этого сделать не может, поскольку полностью зависим от названных факторов. Может, и хотел бы держать в своих руках нити управления той же коалиции Анатолий Павлович, но эти нити находятся в других руках.

— Особенно яростная критика в адрес спикера звучит от партии «Союз» и ее лидера Льва Миримского, демонстрировавшего до недавнего времени определенную лояльность и имевшего за эту лояльность несколько важных должностей и в парламенте, и в правительстве. Почему, на ваш взгляд, такая перемена произошла?

— Можно предполагать, что со стороны Гриценко нарушены какие-то более существенные договоренности, нежели предоставление важных постов в правительстве. Возможно, это связано с коммерческими интересами — например, там, где пересекаются интересы донецких и крымских групп бизнеса. А у Миримского в Крыму интересов более чем достаточно. Значит, не выполнены какие-то серьезные обещания, что и вызвало всплеск негативных эмоций со стороны лидера партии «Союз» и крупного бизнесмена Льва Миримского. Другую причину трудно найти.

То, что партия «Союз» ушла в жесткую оппозицию к Гриценко, как раз наиболее ярко демонстрирует последствия, когда не учитываются интересы партнеров, когда они игнорируются в ущерб, может быть, и Крыму в целом. Кто знает, может у того же Миримского или у кого другого есть позитивные программы, направленные на развитие экономики Крыма, но это не совпадает с интересами внешних по отношению к Крыму структур, групп, кланов, если хотите.

В конфликте присутствует, конечно, и политическая составляющая, если учитывать приближающиеся выборы и стремление каждой политической силы позиционировать себя достойно на электоральном поле. К примеру, выполнение обещаний со стороны Партии регионов по статусу русского языка или по вопросу НАТО. Здесь тоже много вопросов, особенно у партии «Русский блок». Времени прошло достаточно, а обещания так и не выполнены; более того, наступление на права русскоязычного населения в последнее время значительно усилились, а реакция от ПР невнятна, что вызывает раздражение у избирателей Крыма, а оно, это раздражение, проецируется и на «Русский блок», и на Русскую общину Крыма, вступивших в партнерские отношения с регионалами на выборах и соблюдавшими свои партнерские обязательства в рамках коалиции.

— А идеология?

— Здесь трудно говорить об идеологии. Гриценко изначально на всех этапах своей деятельности и раньше, и сейчас не демонстрировал какую-то свою идеологичность, свое мировоззрение. Это типичный руководитель бюрократического типа без четких идеологических позиций. Поэтому не стоило бы говорить об идеологической составляющей возникшего конфликта. Даже если принимать во внимание позицию, занятую, казалось бы, такой идеологически зашоренной фракцией коммунистов или Руха.

Ну и о бизнесе как составляющей конфликта мы уже говорили. Без сомнения здесь его много, поскольку статусная возможность того или иного депутата тесно связана с его финансовыми и экономическими интересами, возможностями отстаивать эти интересы — либо свои личные, либо тех, кому обязаны депутатским мандатом и обещающими поддержку на следующих выборах.

— Насколько далеко зашел Киев в своем влиянии и воздействии на конфликтующие стороны в крымском парламенте? Является ли он координирующим звеном или созерцателем происходящего? Где в этом конфликте президент, премьер-министр, лидер оппозиции, при всем при том, что тот же крымский БЮТ держит как бы нейтралитет, хотя и поддерживает Гриценко?

— А вам не кажется что эта ситуация несколько напоминает ситуацию 1994 года, когда разгорелся конфликт между президентом Крыма Мешковым и парламентом? Но тогда, как сейчас известно, конфликт спровоцировали именно в Киеве и разыграли этот конфликт виртуозно, лишив Крым должности президента и урезав конституционные права автономии. Тогда это удалось только потому, что и сам Мешков не имел никакого политического опыта, и в Киеве были достаточно опытные в таких делах специалисты.

Сейчас складывается похожая ситуация. Но проблема для Киева в том, что сейчас нет там хороших специалистов в этих делах, да и в самих киевских эшелонах власти раздрай. Между тем, я убежден, что Киев заинтересован в существующем конфликте, он использует его в своих интересах. Причем каждая политическая сила, стоящая у власти использует его в своих целях по-своему. Секретариату президента он нужен для борьбы с БЮТ; БЮТ использует этот конфликт для дискредитации Партии регионов, Прокуратура тоже вовлечена в эти игры, суды тоже…

Хотя, конечно же, Киев тем самым демонстрирует свою несостоятельность в управлении регионами и в целом государством. Нельзя строить государство, используя региональные конфликты в своих политических разборках. Это первый звоночек к тому, о чем все чаще и чаще говорят эксперты, а говорят они о реальной возможности распада государства.

Абсурд, когда институты власти, президент, премьер, прокуратура, парламент в своих конфликтах используют регионы как орудие борьбы. О каком единстве страны может идти речь?

Что же касается позиции местной БЮТ, то эта политическая сила — достаточно влиятельная структура в Крыму и имеет серьезные экономические интересы. А соответственно своей силе эта структура может иметь расхождения в определенной степени с головной партийной и даже властной структурой. То есть имеется в виду какая-то ограниченная автономия в принятии решений или позиций по тем или иным вопросам. Киев вынужден с эти считаться. Хотя и это тоже говорит о слабости центра управлять региональными политическими организациями. Но если и стремятся БЮТовцы представить свою позицию, как образец искусства тонкой политической игры, на самом деле более видны интересы бизнеса.

— А теперь о коммунистах. Они, что, тоже мастера тонкой политической игры?

— А теперь о коммунистах…

Все говорят, а, прежде всего, сами они, что в этом конфликте они приобрели «золотую» акцию, заняв сторону Гриценко 16 сентября и позволив ему открыть сессию. Однако эта «акция» может превратиться в черную метку, от которой коммунистам отмыться будет очень трудно. Предположим, что на предстоящей сессии, когда встанет вопрос о переформатировании президиума парламента, коммунисты, так же, как и 16 сентября, окажут поддержку Гриценко. А это означает, что они становятся в один ряд с такими фракциями, как Рух-Курултай и БЮТ. Даже если вдруг БЮТ не поддержит Гриценко, что маловероятно, то Рух-Курултай не изменят своей прогриценковской позиции, и этого вполне достаточно, чтобы коммунисты повязали себя с силами, где в качестве лидеров выступают такие одиозные фигуры, как Джемилев и Пилунский. И, оказавшись в одном ряду с ними, Грачу придется серьезно объясняться и со своими партийцами, и с избирателями. Тут и для Русского блока и для Русской общины Крыма колоссальные возможности пояснить крымчанам, кто есть кто и с кем.

Даже если учитывать политический опыт Грача в создании интриг и разыгрывании сложных многоходовых комбинаций, на мой взгляд, он не рискнет пойти на поддержку Гриценко в реорганизации президиума. У него, конечно же, сложная ситуация. С одной стороны, от поддержки Гриценко он получит немалые дивиденды, а они ему нужны для проведения избирательной кампании, и эту позицию он может объяснить стремлением сохранить стабильность, проявить государственный подход и т.д. А с другой стороны, поддержав оппозицию, он практически от нее ничего не получит, кроме вежливой благодарности. Однако в этом случае той черной метки ему удастся избежать.

И еще один момент, который, к сожалению, оппозиция не использует. Грач после 16 сентября, когда он позволил Гриценко провести сессию, уже встал в ряд со своими непримиримыми противниками — Рухом и меджлисом. И оппозиция проглотила это молча, не заставив Грача оправдываться. А возможности такие были, чтобы Грач оправдывался, уже сейчас объяснялся со своими однопартийцами и левым электоратом, при всем при том, что в своих публичных выступлениях он открыто называет нынешнюю крымскую власть преступной. А тут вдруг выразил этой преступной власти поддержку от своей фракции!

Действительно, судьба Гриценко, если встанет вопрос о его отставке, зависит от позиции коммунистов. Но есть и другой вариант исхода событий. Гриценко может получить поддержку большинства за счет неустойчивых депутатов. А такие в парламенте есть. Их неустойчивость спровоцировала оппозиция, то демонстрируя решительность, то проявляя колебания. Но, даже если Грач выступит в этом случае на стороне оппозиции, а за Гриценко сохранится место спикера, Грач избежит этой самой черной метки и уж конечно пропиарит свой шаг виртуозно. А вот этой виртуозности у оппозиции нет, нет опыта.

— И на эту тему последний вопрос. В чем слабые стороны оппозиции, в чем ошибки, не позволившие ей добиться поставленной цели?

— Главная ошибка, как ни странно, названа журналистами. Именно с их легкой руки оппозиционеров стали называть «путчистами». Именно характер подготовки сессии, кулуарность, какая-то несерьезная секретность, скрытность, хотя еще в августе о своих планах было заявлено — все это вызывало у потенциальных сторонников, в том числе и среди депутатов, недоверие к инициаторам смещения Гриценко с поста спикера. Кроме того, оппозиция не использовала имеющиеся возможности мобилизовать на свою поддержку другие непарламентские политические общественные силы, население Крыма.

Поэтому все это напоминало водевиль с масками. И еще один момент в действиях оппозиции обрекал их на поражение. У нее не было четкого плана действий в случае смещения Гриценко. А кто вместо него, а что будет дальше; а как то, а как это? На все эти вопросы ответов не было. И если Гриценко устоял, опираясь в основном на административный ресурс, то оппозиция могла использовать то, что у нее есть в арсенале. Она этого не смогла или не захотела делать, надеясь на авось. Вот и до сих пор такая атмосфера и в оппозиции, и вокруг ее непонятных шагов сохраняется. Я бы взял на себя смелость назвать это политической безграмотностью. Иметь большой опыт — это не значит уметь учитывать уроки прошлого и реальность настоящего. Для реализации замысла своего оппозиция должна работать много, системно и умно с привлечением всего своего ресурса, но этого, судя по всему, не происходит.

Что может быть дальше, если оппзиция завтра (на этот день намечена внеочередная сессия, уже по инициативе спикера — ред.) потерпит еще одно свое поражение? Ситуация, я убежден, разрешения не получит. Напротив, кризис будет углубляться с учетом того, что у оппозиции сохранится довольно много голосов в депутатском корпусе и количество ее сторонников будет нарастать, поскольку несамостоятельность Гриценко, неумение его управлять парламентом и находить компромиссы будет вызывать все большее раздражение даже у тех, кто сегодня вынужден поддерживать его. И это серьезная предпосылка к возникновению политического кризиса, последствия которого сегодня даже трудно предсказать, поскольку по времени это совпадет и с избирательными кампаниями сначала по выборам президента Украины, а затем и парламента Крыма. Я не исключаю, что конфликт выйдет за пределы парламентского зала и кабинетов и выплеснется на улицы.

Этому способствуют и в руководстве Партии регионов, может быть, сами того не желая. Ведь тому же Януковичу достаточно было в начале конфликта развести по разным углам Киселева и Гриценко, поставив вместо них фигуры, устраивающие и коалицию, и оппозицию. Он этого не сделал, положившись на уверения и той, и другой стороны, что все будет улажено. Не получилось. А теперь ситуацию усугубил и Василий Джарты, высказав публично в адрес союзников ПР на выборах Русского блока и Русской общины такое, что является прямым оскорблением.

— Это серьезное заявление наверняка было согласовано с руководством в Киеве?

— А я в этом не сомневаюсь. И это, я уверен, отражение позиции Ахметова, Колесникова и других влиятельных фигур, той же Анны Герман. Я особенно хочу подчеркнуть роль Анны Герман. Если у Ахметова, Колесникова и Джарты такая позиция по отношению к своим политическим союзникам является проявлением идеологической беспринципности, то у Анны Герман это проявление идеологических убеждений. А ведь речь-то при этом идет не только о крымских союзниках, а и об Одессе, Запорожье и всех других регионах, где авторитет русского движения весьма высок! Стоит ли дальше прогнозировать рейтинг Партии регионов в этих регионах? Ведь позицию ПР следует рассматривать не только с точки зрения того, что она отказывается от сотрудничества с Русским блоком и, в конце концов, с русским движением, а и с точки зрения отхода от русской идеи, русской темы, которая так популярна в юго-восточных регионах.

И в заключение нашей беседы я попросил Анатолия Филатова прокомментировать позицию руководства Украины по членству Украины в НАТО, с учетом того, что Кабмин на днях принял очередную программу продолжения интеграции страны в альянс, да и президент Ющенко, будучи в США, также подтвердил намерение Украины в него вступить. И это при всем при том, что позиция и новой администрации США, и западных союзников Америки в этом вопросе изменилась.

— Что касается программы, принятой Кабмином, то это не что иное, как выполнение поручения президента, поскольку внешнеполитические вопросы являются его прерогативой, а Кабмин, как исполнительный орган власти выполняет его указания.

Вместе с тем следует отметить, что премьер-министр Юлия Тимошенко будучи в Ялте сделала заявление, в котором уже так прямо не звучит вопрос о членстве Украины в НАТО, а речь шла о создании новой системы коллективной безопасности в Европе, и в этом процессе Украина видит себя активным участником. Это, кстати, перекликается и с заявлениями российского руководства. Юлия Тимошенко, намереваясь занять президентское кресло, явно не желает оказаться на обочине этого процесса.

Что же касается неизменной позиции Ющенко, то он с самого начала свое президентской деятельности стал заложником этой пронатовской идеи и именно под это он получал поддержку, в том числе и финансовую, от сторонников прежней администрации Буша. А они же в Америке остались, никуда не исчезли, и их позиции достаточно сильны и в конгрессе, и в американском сенате. Вот именно им и адресованы последние заявления украинского президента, что-де я был и остаюсь тем же и таким же, что я рассчитываю на вашу дальнейшую поддержку.

Именно им адресовано вот то обращение к мировому сообществу, в котором Ющенко говорит об угрозе Украине со стороны России и просит защитить Украину. Именно для них прозвучал отказ Ющенко в проведении референдума по НАТО. И накануне президентской кампании и в период ее тема НАТО для Ющенко является и останется более коммерческим инструментом привлечения средств на избирательную кампанию, нежели политическим проектом. Именно под это Ющенко и рассчитывает получить поддержку и США, и украинско-канадской диаспоры, и своих союзников в Европе.

Но ждать каких-то реальных шагов в ближайшее время по вступлению Украины в НАТО не стоит, поскольку США значительно скорректировали свою политику в этом вопросе, уже не оказывают давления на своих европейских партнеров, ну и последний подтверждающий это факт — отказ США от размещения ПРО в странах Восточной Европы.

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Вчера тещу хоронили, две гармони изорвали

Ольга ФОМИНА

Идем на Малиновый ручей и Егерлык

Олег ШИРОКОВ

«Татарская проблема» в Тавриде: два полюса и одна площадка

Олег РОДИВИЛОВ