Крымское Эхо
Архив

Постхолерная дегустация

Постхолерная дегустация

«Кто пешком, а кто на пузе поползли по кукурузе» — так сорок лет назад безымянный автор описывал мытарства стремившихся тайными тропами покинуть закрытую из-за эпидемии холеры Керчь.

6 августа 1970-го военные и милицейские кордоны надежно преградили путь выезда и вылета из города всем — и местным, и отдыхающим — отъезжантам. «В тот день я вылетала в Ужгород, — вспоминает пенсионерка Надежда Ивановна Кузьмичева, — на дороге, ведущей к аэропорту, нас остановил милицейский патруль и потребовал повернуть в центр, где находилась центральная авиакасса, и сдать билет. Толком нам ничего не объяснили, и только стоя в очереди на возврат билета, мы узнали о холере».

Страх гнал приезжих из города, и они изыскивали самые невероятные пути отступления, в том числе и по колхозным полям, из холерного города.

.

Дом N 110 по улице Орджоникидзе коренные керчане
и поныне называют «холерным»: в августе-сентябре 1970-го
здесь размещался обсерватор, в котором на недельном карантине
содержались отъезжающие из города


Постхолерная дегустация
Чуть позднее гости города прочухали, что очередь в обсерватор на обязательный недельный карантин, открывавший дорогу домой, способна продлить им отпуск и пребывание на юге на вполне законном основании и перестали рвать душу и гнать лошадей. Пребывания в обсерваторе обросли мифами и легендами, в которых фигурировали невероятные мужские подвиги с доставанием водки, что затем еще несколько лет рассказывались на пляже всем, не нюхавшим жизни на карантине.

Керчь жила как на осадном положении. Транзитные поезда, ходившие в те годы через паромную переправу в Ленинград, Волгоград, Свердловск, Баку, пролетали город без остановки, спрыснутые на прощание дезинфицирующим раствором. На 33-м километре трассы Керчь — Симферополь приезжим устраивали встречу почище той, что сегодня поджидает въезжающих в город на таможенном и пограничном посту.

«В то лето мы с мамой отдыхали на Северном Кавказе, жили как отшельники, без радио и телевизора, и совершенно случайно услышали от незнакомых людей об эпидемии холеры в Керчи, — рассказывает бухгалтер Татьяна Леонтьева. — Отдыхающие, которые до этого с нами активно общались, сразу стали нас сторониться. Я хорошо запомнила, как в авиакассе в Кисловодске народ буквально отпрянул от нас, как только мама попросила билеты до Керчи. В тот год как раз впервые открыли прямой рейс на Керчь, но после объявления эпидемии его отменили, и нам пришлось лететь в Симферополь. Несколько дней мама ходила на автовокзал, чтобы договориться с таксистом, согласным везти пассажиров до кордона на 33-м километре. На пункте пропуска у мамы проверили паспорт с пропиской, у меня — свидетельство о рождении, мы потоптались на какой-то вонючей подстилке, и нас пропустили к папе, который ждал нас с машиной. Подъезд дома и квартира воняли хлоркой: помещения дезинфицировались в обязательном порядке».

Керчь на холеру нарывается?»
Постхолерная дегустация
Город был тих, пах хлоркой и лишен привычных летних радостей пребывания на море и лежания на пляже. Холерный вибрион был выявлен в морской воде, и подходы к ней на протяжении всей береговой полосы официально были закрыты. «Я ехала в отпуск к гостившей у меня сестре и нас перед выездом поселили в замечательный обсерватор, который был устроен на строившейся базе отдыха «Залива» в Героевском, — с видимым удовольствием сегодня вспоминает о том времени библиотекарь Евгения Викторовна Пантюшенко. — Днем за нами исправно бдили, а вечерами мы всей большой компанией шли на пляж и купались от души: вода была теплой, и мы радовались, что нам повезло оказаться в обсерваторе у моря, а не в душном раскаленном городе».

Обсерваторами, которые тут же острословы окрестили рифмовавшимся с ним не вполне приличным словом, стали больницы, школы, железнодорожные вагоны и даже подготовленный к новоселью жилой дом. «Наша семья должна была заселяться в новый дом летом семидесятого. С весны мы жили на узлах, а заселение всё откладывали и откладывали: то одни недоделки находились, то другие. Въехали мы в полученную квартиру в октябре, — показывает паспорт с памятной пропиской пенсионерка Елизавета Константиновна Косенко. — Во многих квартирах был такой разгром, что люди отказывались въезжать в них, и квартирной комиссии приходилось угрожать им передачей жилья другим очередникам. Предприимчивые временные жильцы обсерватора сняли всё, что только можно было открутить, отвинтить и унести. В одной из квартир нашего подъезда хранили обеззараживающие вещества — они пропитали линолеум, ДСП, стены: в ней пришлось многое поменять, но запах держался еще долгие годы».

 

Один из «памятных знаков»
к сорокалетию эпидемии холеры


Постхолерная дегустация
Многие керчане вспоминают о холерном лете семидесятого без эмоций: было и быльем поросло. Но есть такие, кому то время запомнилось мелкими личными радостями. «1 сентября 1970-го я должна была пойти в девятый класс, — с удовольствием возвращается к тому времени преподаватель Екатерина Андреевна Богданова. — Но занятия тогда начались только в первых и десятых классах — для всех остальных каникулы продолжались. Мы с подружкой были на хозяйстве. С утра осваивали готовку по «Книге о вкусной и здоровой пище», затем обходили продуктовые магазины. Керчь в те годы жила на зависть отдыхающим сытно, но такого продуктового изобилия и вкусноты, как в месяцы карантина, и мы не видели. Хлеб отпускали только в целлофановые пакеты, копченую колбасу везли из других городов Украины, молочные продукты — из Феодосии. Плохо было только то, что на море нельзя было ходить, и компаниями родители запрещали собираться. Мне в сентябре того года исполнилось шестнадцать, так день рождения отмечали в октябре. Зато по окончанию девятого класса мы не сдавали экзамены по географии и английскому — для меня, которая терпеть не могла эти предметы, такое счастье окупило все огорчения с празднованием шестнадцатилетия».

У отдыхавших в Керчи курортников страх испарился буквально к следующему лету. Опять в город приехали отдыхающие, некоторые экстремалы жаждали повторения своих обсерваторских «подвигов». Правда, нашлось немало и тех, кто впредь стал объезжать Керчь десятой дорогой. «За пару лет до холеры мы переехали в Керчь с Урала и, обжившись, стали звать в гости родственников и друзей. В тот год к нам приехали приятели, им нравилось всё: теплое море, изобилие фруктов, радушные люди — и они стали подумывать, чтобы продать свой дом в шахтерском Марганце и купить в Керчи. А тут как раз началась холера. Это так подействовало на них — страх, паника, обсерватор, что они не то что передумали селиться здесь, но больше никогда не приезжали в Керчь отдыхать», — отдается прошлому пенсионерка Людмила Иосифовна Рубцова.

Куда не ступала нога мэра»
Постхолерная дегустация
И, между прочим, зря. Потому что вскоре после холерной эпидемии в Керчь пришла днепровская вода, что стало добрым знаком для города, всегда испытывавшего трудности с водоснабжением. Однако, как выяснилось впоследствии, была допущена ничем неоправданная ошибка: артезианские скважины, веками питавшие Керчь, были бездумно затампонированы, и город лишился альтернативных источников водоснабжения. В летний сезон, когда из кранов течет вода, больше напоминающая болотную, чем питьевую, из-за цветения водорослей в Новониколаевском водохранилище и повышенной мутности, а многие районы города лишены стабильного водоснабжения, местные скважины глубоководной природной очистки могли бы надежно выручать керчан. Но теперь город остался практически с единственным источником водоснабжения, не считая моря.

Приезжие местной водопроводной воды натурально шугаются: им кажется, что емкости в квартирах керчан, а без этого «декора» в городе не прожить, заполнены месяцы назад. Что правда, то правда — видом, вкусом запахом водопроводная вода никак не напоминает питьевую. Тем не менее, главный санитарный врач Керчи Иван Ковальчук заверяет, что по бактериологическим показателям она пригодна к употреблению и необходимости в ее гиперхлорировании пока нет. Иван Андреевич уклончиво, но все же признает, что микробиологические показатели взятых анализов в водопроводных сетях не всегда соответствуют стандартам питьевой воды: такое случается в отдаленных точках города, например, в Аршинцево. Однако никто из обращавшихся за медицинской помощью пациентов не связывает выявленные врачами кишечные заболевания с употреблением питьевой воды. Таких обращений в городе ежедневно регистрируется от четырех до шести, после выходных их интенсивность увеличивается, и тогда на прием приходят до десяти пациентов. Но, как и в случае со всеми другими заболеваниями, число заболевших кишечными инфекциями можно смело умножать на восемь-десять, потому что, как правило, с легкими патогенными формами люди привыкли бороться собственными силами.

 

Этот двор борется с коммунальщиками
за звание «Самого грязного» в Керчи


Постхолерная дегустация
В морской воде, качество которой контролируется на 14 точках Керчи, патогенной микрофлоры, заверил Иван Ковальчук, не обнаружено, поэтому ни один пляж в городе не закрывался в течение летнего сезона. Но в августе испортился внешний вид и морской воды: она зацвела и помутнела из-за размножения диатомовых водорослей. Хуже всего, что это сопряжено с активным поглощением кислорода, которого недостает рыбе, однако на Керченском побережье, по словам главного санитарного врача города, массового замора рыбы нет. Несмотря на свой оптимизм, Иван Андреевич признает: угроза холеры в Керчи существует всегда. Портовая специфика города, многочисленность работающих за границей местных моряков не исключают ввоза в Керчь «импортной» инфекции. Однако нисколько не соглашусь с главным санитарным врачом города, утверждающим, что его служба всегда настороже. Достаточно пройтись обычными керченскими дворами — и один их вид способен вызвать кишечные заболевания. Здесь не видно ни работы местной власти, ни коммунальных предприятий, ни санитарных врачей. Не хотелось бы думать, что грязью и неухоженностью местные власти решили отметить сорокалетие эпидемии холеры в Керчи.

 

Все снимки сделаны автором
на территории обслуживания жэка N 2
коммунального предприятия «Аршинцево»

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Украина: смена геополитического вектора. Риски, перспективы (часть 2-я)

Владимир Блинов. Интервью после отставки (ВИДЕО + открытое обращение)

Все ушли в отпуск, а страну на кого оставили?

Борис ВАСИЛЬЕВ