КТО КОГО ПЕРЕРУСОФОБИТ
Совсем недавно между первыми лицами Украины и Польши снова начался разлад, поводом к которому стала очередная нестыковка позиций в отношении событий Волынской резни в период Великой Отечественной войны и интерпретации событий этого периода.
Начался взаимный отказ от орденов, которыми были награждены первые лица уже в современный период. Понятно, что идейная нестыковка двух национализмов – польского и украинского – вещь фундаментальная, которая, однако, уходит на второй план перед антироссийскими целями и перед проектной политикой объединенного Запада бить «украинско-польским бревном» по России.
Однако буквально на днях прозвенел еще один звоночек украинско-польского разлада, и он гораздо более прагматичный, чем исторические взаимные претензии и националистические идеологии.
Как России понять Польшу в условиях демонизации её в РФ? «Польский вопрос» многогранен и интересен для внешней политики и безопасности. Его решали наши цари и генеральные секретари, и всегда это были компромиссы между желаемым и существующим балансом сил между Россией и Европой.
Но во все времена он (вопрос) сводился к формуле: вернуть западнорусские земли и / или сделать Польшу союзной или хотя бы нейтральной. В полной мере это удалось только И.В. Сталину.
Как понять Польшу?
В основе современной внешней политики Польши лежат две исторически сложившиеся традиции: пястовская и ягеллонская, которые определяют геополитический выбор Варшавы на протяжении веков.
Пястовская традиция, названная по имени первой королевской династии (X–XIV вв.), представляет собой концепцию, в рамках которой Польша рассматривается как центральноевропейская национальная держава. Ее ключевой вектор – западный, поскольку главную опасность поляки видели в германской экспансии.
Эта модель подразумевает построение отношений с Германией и ориентацию на западные союзы без активного вовлечения в восточноевропейские дела. Коротким периодом возрождения этой доктрины можно считать время после 1945 года, когда границы ПНР были радикально сдвинуты на запад, и страна стала этнически однородной. Гений Сталина здесь сработал на будущее, которое пока не просматривается и не оценено до конца нашими современными правителями.
Ягеллонская традиция, восходящая к династии Ягеллонов (XIV–XVI вв.), напротив, видит цивилизационную миссию Польши на Востоке. Она предполагает экспансию в восточном направлении, включение литовских и русских земель в орбиту влияния и рассматривает Польшу как многонациональную державу-империю, несущую западные ценности на восточные окраины. С XIV века и до сегодняшнего дня эта доктрина остается доминирующей в польской внешней политике.
Радикальная трансформация геополитического положения Польши после Второй Мировой войны – потеря «восточных кресов» и сдвиг на запад – привела к появлению новой концепции, призванной адаптировать ягеллонские устремления к новым реалиям.
Так в 1970-е годы в среде парижской польской эмиграции (журнал «Kultura») возникла доктрина Гедройца–Мерошевского (или концепция ULB – Украина, Литва, Белоруссия) — совокупность идей и внешнеполитическая концепция, разработанная польскими эмигрантами Ежи Гедройцем и Юлиушем Мерошевским. Ее суть заключается в радикальном отказе от территориальных притязаний на бывшие восточные земли Речи Посполитой и признании полной субъектности Украины, Литвы и Беларуси.
Вместо этого Варшава должна взять на себя роль «оператора демократизации» этих стран, способствуя их переориентации на Запад и ослаблению российского влияния в регионе. При внешнем антиимперском пафосе эта доктрина де-факто предлагала переход от жесткого империализма к системе «мягкого» идеологического, политического, культурного и экономического доминирования Польши на землях былой Речи Посполитой.
После 1989 года доктрина Гедройца–Мерошевского была взята за основу восточной политики Польши. Она проявилась в поддержке прозападных устремлений Украины, а также в региональных проектах, таких как «Инициатива трех морей» и «Люблинский треугольник». Однако ее реализация сталкивается с ограничениями: на Украине Польша добилась значительных успехов, но в отношении Беларуси, где влияние Москвы остается сильным, эффективность этой политики значительно ниже.
Интересно, что 13 июля 2026 года в Париже было объявлено о создании антибаллистической коалиции в составе 10 стран-учредителей: Украина, Франция, Германия, Великобритания, Италия, Испания, Норвегия, Нидерланды, Швеция и Дания. В первом заседании также приняли участие главы Еврокомиссии и генеральный секретарь НАТО.
Главная заявленная цель – создание интегрированной европейской архитектуры противоракетной обороны для сдерживания и отражения баллистических угроз со стороны РФ. Ключевые задачи включают интеграцию оборонной промышленности Европы и Украины для совместной разработки систем ПРО.
Понятно, что создание коалиции является прямым ответом на возросшую эффективность российских ракетных ударов и в целом показывает открытый и коллективный подход Запада к действиям России, провозглашенной несколькими днями ранее на июльском саммите НАТО в Анкаре. Все идет по сценарию открытой эскалации.
Однако обращает на себя внимание отсутствие Польши в рядах антироссийской и антибаллистической коалиции, хотя она была ранее и остается сейчас в авангарде антироссийской политики объединенного Запада. Что же является истинной причиной?
На наших глазах разворачивается интересная политическая картина, когда геополитические претензии Варшавы быть главным форпостом объединенного Запада замещаются Киевом, что воскрешает всю систему исторических, политических, геополитических противоречий Польши и Украины.
По большому счету происходит борьба за разные виды ресурсов между двумя государствами, которые пытаются найти свою миссию в антироссийской борьбе Запада и переориентировать на себя финансовые и технологические потоки и поставки. Очень прагматичная и поддающаяся просчету борьба за место под американским и европейским солнцем.
Получается, что идеи доктрины Гедройца-Мерошевского начали давать сбой и устарели, а военно-политическая активность Украины для Запада начинает перевешивать польские задачи в рамках Ягеллонской традиции. Ну, действительно: зачем Западу Польша, если есть Украина, расположенная восточнее?! Классическая геополитика вернулась.
России эти противоречия можно и нужно использовать, но здесь нужно также четко понимать ограниченность результатов такого использования и вернуться к моделям и формулам прошлых наших великих правителей, успешно разрешавших «польский вопрос»: от Екатерины Великой до Иосифа Сталина.
Ведь лимитрофизация (превращение в промежуточное пространство между сильными державами) России являются основной целью Запада перед неизбежным военным конфликтом с Китаем.
Фото с сайта RT
