КАК ВРАГОВ ДЕЛАТЬ ПАРТНЕРАМИ
Наверное, многие заметили, что своеобразная «геополитическая полемика» вокруг празднования Дня Победы в России имела какое-то скрытое содержание. За публичными заявлениями явно стояло что-то ещё.
Лучше всего это видно по клоунскому указу Зеленского, которым он «разрешает» парад в Москве. Для фанатов кровавого клоуна это, конечно, прикольно — но для реальной политики это явная демонстрация слабости. Сей указ сильно напоминает последнюю реплику проигравшего, на которую победитель смотрит с иронией. Другая сходная интерпретация – моральная самокомпенсация: сделать ничего не могу, так хоть утешусь шуткой.
Но что же или кто так повлиял на Зеленского? Трампа он уже давно и публично ни во что не ставит. Пугаться массированного ракетного удара по Киеву он тоже бы не стал. Жертвы и разрушения его не страшат, скорее наоборот – будет чем торговать, вымогая новые транши помощи. Новая «буча» Зеленскому сейчас как раз ко времени.
Для себя же любимого у него есть абсолютно безопасные бункеры в глубинах Печерского холма. Они были созданы на случай ядерной войны для руководства УССР и именно оттуда Зеленский совершает вылазки на публику.
Откровенно послав Трампа, Зеленский стал опираться на условных глобалистов, глав государств Европы и брюссельскую бюрократию.
Некоторое время эта модель работала. Но сейчас мы видим какие-то поползновения со стороны Европы в сторону договорённостей с Россией.
Европа требовала себе место за столом переговоров между Россией и США. Поскольку евролидеров туда не пускали, они всячески пытались продемонстрировать свою значимость. В этом киевскому режиму повезло: для поднятия своего статуса евролидеры не скупились на военные поставки и денежное содержание для Зеленского.
Но российско-американские переговоры сейчас в тупике — о том, что «дух Анкориджа» вышел весь, прямо заявил помощник президента России Юрий Ушаков, который и курировал эти переговоры.
Одновременно сенсацией стало предложение Путина сделать бывшего канцлера Германии Герхарда Шрёдера переговорщиком между Россией и ЕС. Баба-яга Кая Каллас, естественно против. Но если есть такое конкретное предложение, значит, уже решён принципиальный вопрос о самих переговорах.
Почему же Европа после нескольких лет непримиримости начала потихоньку двигаться в сторону договороспособности?
Здесь несколько причин. Всё, что было написано выше – это было длинное вступление. Дальше будем обсуждать как раз намечающееся изменение европейской политики.
I.
► Первая причина такого изменения позиции – у англичанки стало меньше возможностей делать то, что у нас уже лет двести описывают глаголом «гадить». С одной стороны, катастрофическое поражение на местных выборах традиционных партий. Самое сильное — у правящих лейбористов, поменьше у консервативной партии, но она и без того уже сильно уменьшилась.
Если последует правительственный кризис и новые выборы, то последние будут проходить в совершенно новом политическом ландшафте. Вместо привычных нам лейбористов и консерваторов солировать будут зеленые и ультраправая Партия реформ. Прежние тоже будут бороться, но уже на вторых ролях.
Высока вероятность того, что Великобритания придёт к модели парламентских коалиций, состоящей из многих партий.
А это не просто затрудняет принятие решений, но и ставит в привилегированное положение разного рода электоральные меньшинства, которые за свои голоса могут требовать особых преференций. А главным таким меньшинством в Великобритании сейчас являются мигранты-мусульмане. А сепаратизм Шотландии и Северной Ирландии такое положение вещей только усилит.
Это сильно напоминает радикальное изменение политической системы в Великобритании после Первой Мировой, когда в 1924 году лейбористы впервые возглавили правительство, оттеснив на третьи роли либералов. Этот политический процесс шёл параллельно превращению «владычицы морей» в получателя американской помощи.
Еще один момент британского ослабления – разрушение связки «Лондон – Вашингтон».
Это показал визит короля Карла III в США. Он там, с одной стороны, публично переругивался с Дональдом I, с другой – сорвал аплодисменты от противников Трампа в Конгрессе. Последнего президент-шоумен точно не простит.
Вывод из этого получается такой: слишком коллективным становится не только Запад, но и пресловутые англосаксы.
Итого, влияние «англичанки» на противостояние Европы с Россией, скорее всего, резко ослабнет. Финансовых ресурсов для этого у Лондона уже давно нет, а политические сильно снижаются.
II.
► Второй аспект ослабления Европы – энергетический кризис из-за войны в Заливе. Если США и Иран не договорятся в ближайшие две-три недели, то сокращение поставок нефти и газа уже прямо скажется на экономике энергозависимой Европы.
И дело не только в авиационном топливе или сжиженном газе.
Новость о резком подорожании на 700% фьючерсов на поставки картофеля будущего урожая стала сенсацией в скудной новостной повестке выходных. И это в условиях роста посевных площадей и благоприятной погоды!
Такие скачки цен говорят о резкой дестабилизации продовольственного рынка из-за роста цен на удобрения, дизельное топливо и т.п. А ведь в рамках Евросоюза в сельском хозяйстве практически плановая экономика, которая очень плохо приспосабливается к скачкам цен.
Противоречия между бюрократией отдельных стран и брюссельской, всё большая склонность электората к популизму и национализму в ответ на непонятную политику еврокомиссаров, медленное принятие решений путём долгих и сложных согласований – всё это ставит ЕС в проигрышную позицию в условиях экономического кризиса.
Соответственно, нужно искать выход. Его по привычке увидели в возможностях поставок из России. А ведь недавно ещё провозглашали освобождение от такой зависимости. Но эта свобода, в полном соответствии со знаменитой строкой Вениамина Хлебникова, пришла нагой. То есть ничего, кроме проблем, не принесла.
Но для того, чтобы восстановить торговлю в нынешних условиях, нужно сначала наладить политические отношения.
Свежеиспечённые европейские традиции навязывать своё мнение по вопросам «кто виноват?» и «что делать?» мало способствуют нормализации. Тем более – прямое вмешательство европейских стран в российско-украинский конфликт.
III.
► Но есть ещё третий фактор. Изобретя себе угрозу со стороны России, евролидеры задумали превратить свой любимый сад в колючий терновый куст. Это для начала — дальнейшие планы нацелены на восстановление военного и военно-промышленного потенциала Европы. Планы – наполеоновские, в прямом и переносном смысле.
Вот только, как обычно, многое пошло не так: на словах оборонная промышленность расцветает, Но на практике всё выглядит иначе.
Это хорошо продемонстрировал большой доклад (в оригинале – 111 стр.) известного европейского тинк-тенка «Нидерландский институт международных отношений «Клингендаль». В этом объёмном опусе показаны не только достижения оборонной промышленности, но и проблемы.
С одной стороны, обрисованы возможности ВПК Европы. Но они сконцентрированы в сферах, скажем так, традиционного военного дела, а оно сейчас испытывает коренные трансформации.
Европейский ВПК способен производить хорошие танки и боевые машины. Очень неплоха артиллерия европейского производства. Неплохо и с авиацией, главным образом истребительной. Развито и военное кораблестроение: строят для себя и продают эсминцы, фрегаты, корветы, крейсера, десантные корабли, подводные лодки, патрульные суда.
Вот только всё это крайне уязвимо в современной войне.
Это продемонстрировали и боевые действия на Украине, и война в Заливе, о военная операция Израиля в Ливане. Боевые машины горят от простейших дронов, авиация может действовать только издалека, как и корабли. Последние всё больше превращаются в оружие мирного времени – демонстрация флага, защита морских путей от пиратов. В реальной современной войне корабль – слишком заметная мишень.
Сейчас наиболее востребованным является производство длинной линейки беспилотников — от простейших FPV-дронов, которые должны быть максимально дёшевы и производится в огромных количествах, до реактивных дронов, которые за счёт дешевизны и массовости приходят на смену крылатым ракетам. А в этих сферах никаких прорывов у европейцев нет.
С другой стороны, крайне востребовано и массовое многофункциональное ПВО. И здесь Европа сейчас тоже предложить ничего не может. Известные нам NASAMS и IRIS-T слишком дороги и узкофункциональны, а их ракеты-перехватчики производятся в слишком малом количестве.
Есть ещё один аспект: эти новые отрасли ВПК крайне зависимы от внешних поставок. Причём цепочки поставок, на основе которых европейские предприятия создают конечный продукт, зависят в основном от Китая. Это и редкоземельные металлы, и батареи, и недорогая электроника.
И эту зависимость сейчас дополняет энергетический кризис, грозящий перекинуться на другие отрасли.
Ведь для добычи сырья и производства нужно много энергии. Вполне реальным видится новый сырьевой суперцикл — вроде тех, что были в 70-х – первой половине 80-х и нулевых годах, когда цены на разные виды сырья выросли в разы.
Но не только в эту проблему упирается перевооружение Европы. Есть ещё одна – трудовые ресурсы. Нехватка квалифицированной рабочей силы как результат деиндустриализации уже создает узкое место в удовлетворении потребностей в перевооружении.
В оборонном секторе Европы сейчас занято около миллиона человек. Планируется, что к 2030 году их число вырастет до 1,46 миллиона. Однако производят не люди сами по себе, а их компетенции. Прогнозируется, что в 2027 году ЕС может столкнуться с дефицитом квалифицированных кадров в 3,9 миллиона человек. К их числу относятся специалисты в области передовых технологий — например, в сфере искусственного интеллекта для автономных систем, а также квалифицированные рабочие, такие как сварщики и техники.
Чтобы назвать все проблемы, которые показаны в докладе института «Клингендаль», потребуется слишком длинный и скучный текст. Главное резюме: все планы по превращению Европы в военно-промышленного монстра приходится отодвигать на следующее десятилетие, причём не раньше его середины. Да и то при условии успешного развития других отраслей экономики, наличия финансов и политического согласия внутри ЕС.
Итого
Мы же резюмируем, что стремление элит ЕС использовать противостояние с Россией, чтобы превратить Евросоюз в военно-стратегический блок, причём автономный от США, не подкреплено реальными военно-промышленными возможностями.
Похоже, что в Брюсселе и других европейских столицах это осознают и делают первые попытки в сторону нормализации отношений с Россией.
Понятно, что даже если какие-то переговоры начнутся, то европейцы попытаются их вести с позиции собственного превосходства, так уж они устроены.
Поэтому потребуется немало времени, чтобы склонить их к взаимоуважению, к готовности идти на уступки, на рациональное разграничение сфер влияния. Получится что-то из этого или нет – покажет время и усилия лидеров стран и дипломатов.
И обострения конфликтов на этом пути тоже не исключены. И обязательно будут мешать из Лондона и Вашингтона. И новая страница в мировой политике сейчас уже вполне возможна. Но не всё возможное становится действительным.
Фото из открытых источников
