Крымское Эхо
Архив

Осуждение преступлений сталинизма не может служить оправданию фашизма

Осуждение преступлений сталинизма не может служить оправданию фашизма

ОБРАЩЕНИЕ К ПОЛИТИЧЕСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ, ИМЕНУЮЩЕЙ СЕБЯ МЕДЖЛИСОМ КРЫМСКОТАТАРСКОГО НАРОДА

Сергей БАРАНОВ

3 августа 2009 года в Вильнюсе Парламентской Ассамблеей Организации по Безопасности Сотрудничества в Европе (ОБСЕ) была принята резолюция «Поощрение прав человека и гражданских свобод в регионе ОБСЕ в XXI веке», в которой день 23 августа объявлен Общеевропейским днем памяти жертв сталинизма и нацизма во имя сохранения памяти о жертвах массовых депортаций и казней.

В резолюции осуждаются два тоталитарных режима: человеконенавистнический — гитлеровский и репрессивный — сталинский. Однако принятие этой резолюции было воспринято в странах Балтии и некоторых республиках бывшего СССР как сигнал для новой пропагандистской кампании, направленный на пересмотр итогов Великой Отечественной войны.

К сожалению, Крым здесь не оказался исключением.

У меня вызывает серьезные опасения тот факт, что лидеры и идеологи Вашей организации пытаются критику сталинизма превратить в средство реабилитации бывших нацистских преступников. Вызывает сожаление и то, что ни один человек из действующих татарских политиков, литераторов, журналистов, юристов не пожелал отмежеваться от преступлений, совершенных их соотечественниками шестьдесят пять лет назад.

Напоминаю Вам, что после Второй мировой войны в ходе судебных процессов нацизм был признан преступной идеологией и практикой. Все союзники гитлеровцев были осуждены, их организации распущены и признаны преступными. Однако в последнее время в ряде публикаций звучит тезис о том, что союз части татар с фашистами был священным правом суверенного народа выбрать себе союзника в борьбе за национальное освобождение.

Все это заставляет меня напомнить Вам исторические факты того трагического периода в надежде, что Вы сделаете из них правильные выводы, достойные людей, живущих в XXI веке.

В годы Великой Отечественной войны на оккупированных территориях СССР фашистский режим проводил политику разделения и натравливания друг на друга народов, оказавшихся под его властью. Эта политика обосновывалась человеконенавистнической идеологией расового и национального неравенства, антисемитизма и превосходства арийской расы над другими. Ее целью было подорвать своих противников изнутри и ускорить военную победу над странами антигитлеровской коалиции. На территории Крыма она нашла одно из своих ярких воплощений.

С момента оккупации в ноябре 1941 года Крыма немецко-фашистскими захватчиками, гитлеровское командование стало привлекать татарское население Крыма на службу оккупационному режиму. Как свидетельствуют работы крымских историков [url=http://old.kr-eho.info/index.php?name=News&op=article&sid=1658&word=%D0%EE%EC%E0%ED%FC%EA%EE]О. Романько[/url] и А. Ефимова, вначале с помощью мусульманских комитетов формировались так называемые «татарские отряды самообороны».

До января 1942 года создание отрядов самообороны носило неорганизованный характер и зависело от инициативы местных немецких комендантов. 2 января 1942 года в отделе разведки 11 немецкой армии состоялось совещание, в ходе которого было заявлено, что Гитлер разрешил призыв добровольцев из числа крымских татар. Штаб армии передал решение этого вопроса руководству айнзатцгруппы «Д» — главному органу «охраны общественного порядка» в Крыму, в обязанности которого, помимо карательных функций, входило создание отделений полиции порядка. Перед ним ставились следующие задачи: «Охватить крымских татар, способных служить в армии, для действия на фронте в частях 11-й армии на добровольной основе, а также создать татарские роты самообороны, которые будут использованы для борьбы с партизанами».

3 января 1942 года под руководством начальника айнзатцгруппы «Д» СС-оберфюрера О. Олендорфа началось заседание Симферопольского мусульманского комитета. Оно было посвящено решению вопроса о начале вербовки крымских татар в германские вооруженные силы. На комитет и его председателя Дж. Абдурешидова были возложены обязанности по пропагандисткой подготовке вербовочной кампании в отдельных населенных пунктах. На руководство айнзатцгруппы «Д» возлагалась техническая сторона вопроса.

В докладной записке зондерфюрера СС Зиферса главному командованию сухопутных сил Германии (ОКХ) приводится ответная речь председателя татарского комитета: «Хватило лишь простого призыва немецкой армии, чтобы татары отдали себя со всей энергией делу борьбы против общего врага. Для нас это является честью – сражаться под руководством Адольфа Гитлера, величайшего представителя немецкой нации».

5 января 1942 года в Симферополе было открыто вербовочное бюро, и начался набор добровольцев. Вербовка проводилась в течение января 1942 года в 203 населенных пунктах и 5 лагерях военнопленных. В результате было набрано 9255 человек, из которых в части 11-й армии было направлено 8684 человека, а остальные признаны негодными.

Одновременно с этим по линии айнзатцгруппы «Д» из набранных 1632 человека были сформированы 14 рот самообороны, расквартированных в Симферополе, Алуште, Бахчисарае, Ялте, Джанкое, Баксане (с. Межгорье, Белогорского района), Биюк-Онларе (пгт. Октябрьское), Таракташе (Каменка, Судакского района) и в других населенных пунктах.

Главной задачей рот самообороны была совместная с немецкими войсками борьба против партизан.

Вербовочная кампания в роты самообороны продолжалась на протяжении февраля – марта 1942 года, в результате чего к апрелю 1942 года их численность достигла 4000, при постоянном резерве в 5000 человек. С июля по ноябрь все татарские роты были сведены в 8 батальонов, расквартированных в Симферополе, Карасубазаре (Белогорске), Бахчисарае, Ялте, Алуште, Джанкое и Феодосии.

11 ноября 1942 года главное командование вермахта в Крыму объявило дополнительный набор крымских татар, и к весне 1943 годы был сформирован еще один батальон «Shuma», а несколько батальонов и хозяйственных рот находились в стадии формировании.

Каждый батальон имел свой оперативный район, где он нес охрану военных и гражданский объектов, вместе с немецкими частями принимал активное участие в борьбе с партизанами. В издававшемся в Берлине полицией безопасности СД бюллетене «Сообщения о событиях в СССР» скрупулезно фиксировались все успехи татарских формирований в этой борьбе.

Но татарские формирования использовались не только в борьбе с партизанами. В ряде случаев немецкое командование использовало батальоны для проведения карательных акций. Например, 4 февраля 1942 года группа татар-добровольцев из деревни Коуш совместно с немецким карательным отрядом приняла участие в расправе с жителями поселка Чаир. При этом были зверски убиты 15 человек.

Начиная с весны 1942 года на территории [url=http://old.kr-eho.info/index.php?name=News&op=article&sid=2501&word=%EA%EE%ED%F6%EB%E0%E3%E5%F0%FC]совхоза «Красный» существовал концлагерь[/url], где немцы за 2,5 года оккупации замучили и расстреляли не менее 8000 жителей Крыма. По свидетельствам очевидцев, лагерь охранялся татарами из 152-го батальона «Shuma», которых начальник лагеря СС – обершарфюрер Шпекман привлекал для выполнения «самой грязной работы».

По мнению исследователей, в целом за период с 1941 по 1945 гг. в германских вооруженных силах прошло службу от 15 до 20 тыс. крымских татар, из общей численности крымско-татарского населения в 218 тыс. человек (в 1939 г.).

По данным Джафера Сейдамета, одного из лидеров татарского националистического движения, число крымских татар, сражавшихся против советов с оружием в руках в годы Второй мировой войны, колебалось от 8 до 20 тыс.

Как писал в своей работе другой лидер татарского националистического движения Едиге Кырымал, в годы войны активно сотрудничавший с гитлеровцами, многие годы проживший в эмиграции, умерший в 1980 году в Мюнхене и торжественно перезахороненный меджлисом в Бахчисарае, угнетенный советским режимом татарский народ «встретил немецкую армию, которая в начале ноября 1941 года вошла в Крым, как освободительницу от российского ига и от большевизма, а когда зимой 1941-42 года большевики попытались отвоевать Крым, этот народ спонтанно взялся за оружие, чтобы не допустить советского десанта в татарских деревнях на Южном берегу Крыма».

Как свидетельствуют факты, служба татарских националистов на стороне гитлеровцев не была вынужденной. Их никто и никуда не мобилизовывал, они даже соревновались за право вступать в добровольческие воинские формирования. Татары записывались в них на, безусловно, добровольческой основе, с чувством своей исторической правоты и национального единения по собственной воле, по собственной инициативе. На другой стороне линии фронта они оказались не по принуждению. Следовательно, в Крыму имела место мощная волна националистического энтузиазма и добровольного включения татар в военные действия. Что это такое, как не сознательная поддержка фашизма!

Даже в 1945 году, когда гибель фашизма была предрешена, последние татарские добровольческие батальоны продолжали охранять лагеря смерти и немецкие военные трибуналы, отчаянно сражались под Берлином и в Альпах за идею национал-социализма. Причем сражались не только с советской армией, но и с вооруженными силами других стран антигитлеровской коалиции.

Таким образом в годы Второй мировой войны националистическое движение татар Крыма оказалось полностью интегрированным в гитлеровскую человеконенавистническую систему. Нацистский оккупационный режим сумел намертво привязать татарских националистов к колеснице своих преступлений. Поэтому политические элиты национального движения несут главную тяжесть вины за совершенные совместно с гитлеровцами преступления.

Обеспечить столь массовое участие татар Крыма в войне на стороне гитлеровского режима можно было лишь опираясь на интенсивную идеологическую обработку наследия. Такой мобилизующей идеологией стал татарский национализм, пантюркизм, исламизм и антисемитизм. Особую роль в идеологической обработке населения сыграли так называемые мусульманские комитеты. Их основной задачей являлась энергичная поддержка интересов вермахта, немецкой гражданской администрации, немецкой полиции и представление интересов татарского населения. Идеология меджлиса сегодня пытается представить мусульманские комитеты чуть ли не благотворительными организациями в годы войны работавшими на благо татарского народа. Но не стоит забывать, что именно на них легла основная тяжесть работы по агитации татар за вступление в добровольческие формирования. А некоторые мусульманские комитеты отличились тем, что активно участвовали в расстрелах крымчаков и распределении имущества погибших среди семей добровольцев.

Одной из существенных составляющих идеологии татарского националистического движения в Крыму в годы Великой Отечественной войны был махровый антисемитизм. С момента прихода гитлеровцев в Крым татарские националисты с энтузиазмом подхватили лозунг гитлеровцев о жидовско-большевистской опасности. В своей газете «Азат Кырым», выполнявшей роль их идеологического рупора, в многочисленных редакционных статьях, информациях из сельской местности, репортажах о действиях татарских добровольцев, выступлениях татарской интеллигенции, лейтмотивом проходит тема борьбы с еврейской опасностью. Так, авторы передовиц заявляли, что «Черчилль и Сталин объединились под руководством жидовско-империалистических банкиров всего мира, под руководством жида Рузвельта, который борется за осуществление в мире жидовской власти». Они доказывали, что целью «лордов Англии и жидов Америки … является разрушение мусульманских святынь в Мекке и Медине».

Татарские интеллигенты делали доклады на тему «Евреи — враги всех народов», в которых доказывали, что «евреи действительно являются кровожадными дикарями». Создавали по примеру Литвы, Латвии и Эстонии специальные комиссии по разоблачению преступлений жидов большевиков издевавшихся над крымскими татарами. Один из духовных вождей татарских националистов А. Озенбашлы, с почестями перезахороненный меджлисом в Бахчисарае, в своей речи благодарил немецкие войска за «освобождение татарского народа от евреев и большевиков».

Националисты подчеркивали, что «только с помощью немцев очистились от большевистско-жидовского гнета» и уничтожили «страшный спрут жидо-большевизма, который высасывал кровь из татарского народа». Доказывали, что советское «большевистское государство было только для жидов». Они клялись Гитлеру, что и дальше будут «уничтожать жидо-большевистскую чуму без конца и без остатка». В обращениях и заявлениях местных сельских общин декларировалась, что крымские татары «вместе с долгожданными и уважаемыми немецкими братьями – в одном ряду, с одинаковыми правами взялись за оружие для освобождения своей родины от большевиков жидов».

Сегодня нигде, ни в одном из документов меджлиса или в выступлениях его лидера нет даже намека на осуждение фашистских прихвостней – татарских добровольцев, активно участвовавших в геноциде евреев и крымчаков. Не исключено, что меджлис скоро объявит татарских эсэсовцев героями национально-освободительной борьбы за государственность коренного народа.

Данные, которые здесь приведены, достаточно хорошо известны специалистам по истории Великой Отечественной войны. Названные цифры и факты базируются на исследовании архивных документов и не являются пропагандистским преувеличением. Никто из оппонентов в течение десятилетий даже не попытался опровергнуть их. Однако со стороны идеологов курултай-меджлиса существует тенденция, не утруждая себя доказательствами и аргументами, голословно отрицать сотрудничество значительной части татарского населения Крыма с немецко-фашистскими захватчиками.

Более того, современные либеральные и националистические историки, а также идеологи меджлиса сегодня в оценке трагических событий Великой Отечественной войны утверждают, что татары в годы Второй мировой войны оказались вовлеченными в войну на стороне двух одинаково преступных тоталитарных режимов. И поэтому нет вины тех, кто служил в татарских добровольческих формированиях. Эта позиция не нова. Еще Эдиге Кырымал пытался представить достаточно широкое массовое участие крымских татар в борьбе с советской армией на стороне германского рейха (в добровольческих батальонах, в политических структурах, искавших форму сотрудничества с оккупационными властями Крыма в 1941-44 гг.) как форму национально-освободительного движения.

Создается так называемая оправдательная концепция якобы вынужденного участия крымских татар в войне на стороне гитлеровского режима. Эта концепция активно берется на вооружение курултаем-меджлисом. Лидер движения Мустафа Джемилев все чаще в международных переговорах и в выступлениях с международных трибун утверждает оправдательную концепцию. Он говорит о вынужденном в условиях жесткой альтернативы участия крымских татар в войне на стороне гитлеровской коалиции – участия, которое якобы не означало поддержки нацизма. Он призывает к толерантному отношению к соотечественникам, оказавшимся на стороне Гитлера.

Как видно, Мустафа Джемилев оказался в более сложном положении, чем его политические союзники, современные бандеровцы. Для оправдания своих преступлений они придумали пропагандистскую схему, доказывающую, что их отряды якобы сражались как против Гитлера, так и против Красной армии. То, что они воевали против Красной армии, и так всем ясно, а вот их сражение с гитлеровцами приходится искать с помощью микроскопа, да и то не получается. Использовать аналогичную схему для меджлиса невозможно, поскольку каких-либо независимых воинских формирований у татар никогда не было. Все они служили у немцев, и никто этого не отрицает. Следовательно, нужно придумать более изощренную схему, что и делает руководство меджлиса.

Оно пытается утвердить в сознании современной татарской молодежи некое право предателей на сотрудничество с гитлеровцами. Выдвигается идея, что предательства не было, поскольку некого предавать. Угнетателей и колонизаторов нельзя предать, с ними можно вести справедливую освободительную войну, а для этого возможный союз даже с дьяволом.

Идея о двух преступных режимах, которые разрывали татарский народ на части и как бы заставили его пойти на предательство и сотрудничество с гитлеровцами для борьбы со сталинизмом, активно используемая сегодня для реабилитации фашистских приспешников, не выдерживает критики.

Представим себе психологию татарского добровольца, который до войны ходил в советскую школу, был пионером и комсомольцем, вместе со всеми строил социализм, клялся в верности коммунистической партии, и как утверждают лидеры меджлиса, до Великой Отечественной войны жил мирно и дружно со своими соседями. Почему в 1941 году он записался в одно из добровольческих подразделений? Что им двигало? Разве он пошел на службу к гитлеровцам и с первых дней оккупационного режима расстрелял своего соседа-еврея и его детей в противотанковом рву на 9-м километре феодосийского шоссе под Симферополем для борьбы со сталинизмом? Или позже, находясь в составе добровольческого батальона №152, охранявшего лагерь смерти в совхозе «Красный», бросал живыми в колодцы советских военнопленных в целях борьбы с коммунистической идеологией? Может быть, он, находясь в составе татарской добровольческой роты, охранявшей лагерь военнопленных-защитников Севастополя, на высоте Эгиз-Оба, под Бахчисараем, морил голодом и жаждой оказавшихся в плену защитников Севастополя как исторических врагов татарского народа?

Нет, действовал он из своих националистических, человеконенавистнических, шкурных устремлений. В голодные военные годы рассчитывал получать и получал деньги и сытные пайки от оккупантов, разворовывал чужое имущество, надеялся занять высокие посты в оккупационной администрации после победы гитлеровцев. Такому человеку нет оправдания, он не может быть реабилитирован как жертва сталинизма. Тем более циничными выглядят попытки некоторых историков и идеологов изобразить этих людей жертвами двух режимов. Они не жертвы, а так же, как и бандеровцы и власовцы, преступники.

Мы далеки от мысли отождествлять весь татарский народ с теми, кто запятнал себя преступлениями. Это будет клеветой, и это не соответствует исторической правде. В годы Великой Отечественной войны многие татары героически сражались с человеконенавистническим фашистским режимом. Из Красной армии и войск НКВД было демобилизовано около 9 000 солдат и офицеров татар по национальности, воевавших против фашистов и отмеченных высокими наградами родины. Мы помним имена героев Советского Союза, наших земляков: дважды герой Амет-Хан-Султан, герои Советского Союза С. Сейтнафе, А. Решидов, А. Тайфук, А. Абилов, С. Мусаев, У. Абдураманов.

Нам не понятно, почему участие в Великой Отечественной войне на стороне СССР, а значит, и антигитлеровской коалиции, изображается как их личная трагедия. В чем здесь трагизм? Для нас герои остались героями, а предатели и каратели — предателями и преступниками, какой бы национальности они не были.

Сегодня подавляющее большинство крымчан отказались от негативных стереотипов по отношению к татарам Крыма. Ничто не мешает нам всем жить в мире и согласии.

Если бы не активная националистическая пропаганда курултая-меджлиса, не требования создать татарское государство в Крыму, передать власть в руки одной этнической группе, вернее, элите этой этнической группы, которая ожидает от захвата власти конкретных материальных выгод, проблемы этнического противостояния в Крыму не существовало.

Я обращаюсь к Вам, поскольку Ваша организация заявляет о том, что представляет всех татар в Крыму как этническую общность и выступает от имени этой этнической общности. Предлагаю Вам публично осудить деятельность приспешников гитлеровцев из числа татар, служивших:

1) в частях и соединениях СС:
Татарском горно-егерском полку СС (Tataren-Gebirgsjager-Regiment der SS)
Татарской горно-егерской бригаде СС № 1 (Waffen-Gebirgsjager-Brigade der SS (tatarische Nr. 1))
Боевой группе «Крым» Восточно-тюрского соединения СС (Waffen-Gruppe “Krim” der Ostturkische-Waffenverbande der SS)
В 35-й полицейский гренадерской дивизии СС (35. SS-Polizei-Grenadier-Divizion).

2) в боевых и вспомогательных частях и соединениях германских сухопутных сил (вермахт);

3) в оккупационных органах правопорядка:
Тайной полевой полиции (известной как гестапо);
Службе безопасности (известной как СД);

3а) в формированиях вспомогательной полиции порядка, в том числе:
— в отделениях городской и сельской полиции;
— в крымско-татарских батальонах вспомогательной полиции порядка (Schutzmannschaft – “Schuma”) №№ 147-155;
— в крымско-татарских ротах самообороны (Selbst-Schuts-Kompanie) №№ 1-14

4) в органах немецкой оккупационной администрации;
Активно работавших в
— в коллаборационистских органах самоуправления;
— в коллаборационистских организациях;
— в коллаборационистских органах пропаганды».

Они пошли на службу к человеконенавистническому гитлеровскому режиму. Они взяли в руки оружие, воевали против сил антигитлеровской коалиции. Они совместно с подразделениями СД совершали массовые казни военнопленных и гражданских лиц, осуществляли геноцид евреев, крымчаков и цыган на территории АРК.

Преступлениям этих людей нет оправдания и срока давности. То, что они являются татарами Крыма по национальности, этническая группа которых подверглись в период сталинизма насильственному переселению, не может служить им оправданием. Они заслуживают осуждения, прежде всего, со стороны своих соотечественников и единоверцев. В этом вопросе не должно быть двусмысленности. Осуждение преступлений сталинизма не может служить оправданию фашизма. Люди, которые пошли на службу к гитлеровскому тоталитарному режиму, якобы для борьбы со сталинизмом, а на самом деле совершали преступления против человечества, остаются преступниками и подлежат осуждению.

Межэтнического согласия в Крыму можно достичь только на основе взаимопонимания и примирения. Поэтому осуждение фашистов, татар по национальности, со стороны Вашей организации в Общеевропейский день памяти жертв сталинизма и нацизма во имя сохранения памяти о жертвах массовых депортаций и казней покажет, что Вы действительно являетесь демократической организацией, отмежевались от фашистского прошлого части Ваших соотечественников и готовы жить в мире и согласии со всеми гражданами автономии.

 

На фото вверху — Сергей Баранов,
лидер ОО «Гражданский контроль»

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Открытое прощальное обращение

Добрались и до «черной аптеки»?

Борис ВАСИЛЬЕВ

Скоро все случится

Ольга ФОМИНА