Крымское Эхо
Знать и помнить

Оружьем на солнце блистая…

Оружьем на солнце блистая…

Сколько в мире Балаклав? Странный вопрос! Но ответить на него и не ошибиться вы сможете, только переступив порог музея истории Балаклавы. Итак, зайдем? Вот и ответ на наш вопрос: целая стена от пола до потолка занята Балаклавами: калифорнийская, южноафриканская, немецкая, две канадских, английская. В Австралии… целых пять Балаклав! Есть Балаклавы даже на островах Ямайка и Маврикий. Все они основаны участниками Крымской (Восточной) войны 1853-1856 года – британцами, французами, шотландцами, для которых она стала самым ярким событием в жизни.

По той же причине исторические центры Лондона и Парижа пестрят крымскими названиями. Севастопольский бульвар — одна из важнейших транспортных магистралей французской столицы. В честь Малахова кургана назван пригород Парижа Малакофф и улицы еще в шести французских городах. Есть в Париже Крымская улица и площадь Альма. Автокатастрофа, прервавшая жизнь принцессы Дианы в 1997 году, произошла в туннеле Альминского моста, также возведенного в память о сражении на реке Альма (под Севастополем). Говорят, это было то самое сражение, в котором почти два столетия назад погиб прапрадед принцессы Спенсер…

Как это было? В 1854 году, когда войска союзников высадились в Евпатории и двигались на юг по направлению к Севастополю, русская армия под предводительством князя Меншикова и генерала Кирьякова преградила им путь на берегу реки Альмы. Русские позиции были хорошо организованы и почти неприступны, что вселяло уверенность в успехе русскому командованию.

Перед битвой генерал Кирьяков сказал Меншикову: «Не беспокойтесь, Ваше сиятельство. Шапками закидаем неприятеля». Из Севастополя даже собралась публика, словно на спектакль: нарядные дамы с кавалерами, служанки с детьми… На деле все оказалось далеко не так радужно. Англо-французским войскам удалось взять позиции, а русская армия была вынуждена отступить. С тех пор слово «шапкозакидательство» стало нарицательным. Оно означает излишне самоуверенный, легкомысленный подход к решению трудного дела.

Многие люди даже не подозревают, что вещи, окружающие нас в повседневной жизни, были изобретены именно во время Крымской войны. К примеру, всем нам знакома стильная одежда кардиган. Не все помнят, что кавалерийский генерал сэр Кардиган придумал вязаный из шерсти жакет без воротника и с глубоким вырезом именно в Балаклаве – как элемент утепления формы в морозы. Именно лорд Кардиган возглавил атаку легкой кавалерийской бригады в сражении при Балаклаве 25 октября 1854 года. Русские уланы буквально растоптали врага, в итоге больше половины британских кавалеристов погибли или попали в плен. Эта дата навсегда осталась траурной в военной истории Англии, так как в этом бою погибло немало представителей аристократических семейств, а на карте Севастополя появилась «Долина смерти».

Тогда же в Европе появилось слово «крымчанка» — так французы называли теплую шинель. В период Крымской войны появилась и вязаная шапка «балаклава», известная на весь мир – британцы так сильно мёрзли, что изобрели особый вид головного убора. Это изобретение приписывается лорду Реглану, который потерял правую руку еще в битве при Ватерлоо. Желая скрыть свой недостаток, фельдмаршал Фицрой Джеймс Реглан, командовавший британцами в Крымскую войну, носил придуманную для него одежду с особым кроем. Согласитесь, рукава «реглан» и поныне в моде!

Теплое обмундирование англичанам должен был доставить пароход «Принц», но 14 ноября 1854 года у берегов Балаклавы разразилась невиданная буря, потопившая его вместе с доброй половиной англо-французского флота. Чтобы предотвратить подобные катастрофы, была основана первая в мире Служба прогноза погоды. А сокровища затонувшего парохода (прозванного балаклавцами «Черным принцем») искали водолазы со всего мира. Ими заинтересовались даже чекисты, в результате была основана Экспедиция подводных работ особого назначения, ставшая родоначальницей аварийно-спасательной службы Черноморского флота России.

Тяжелый бивачный быт породил еще множество изобретений. К примеру, именно после Крымской войны в Европе повсеместно распространились… папиросы и сигареты. До 1850-х годов были только сигары (табак заворачивали в табачный же лист) или курительные трубки, которые во время войны часто разбивались – и вот предприимчивые турки стали мастерить, а потом и продавать другим союзническим армиям свое «ноу-хау»: бумажные самокрутки. Дешево и удобно!

Но самое поразительное, на мой взгляд, что именно в Балаклаве появился прообраз современной валюты евро. Союзнические армии вели между собой оживленную торговлю, и вот чтобы не путаться во франках, фунтах и турецких лирах, свои услуги предложили… австрийские банкиры, чеканившие специальную валюту – шиллинги, немало наживаясь на этом.

Камуфляжная форма тоже появилась впервые в Крымскую войну. До этого войска одевались ярко и зрелищно: недаром поле боя называлось «театром военных действий». Однако к концу обороны Севастополя все воюющие стороны имели опытных снайперов, специализирующихся на «охоте» за неосторожными солдатами и офицерами противника. Французские императорские гвардейцы под Севастополем были вынуждены убрать яркие детали обмундирования. В сумерках и ночью снайперы ориентировались по огонькам трубок и сигарет. Именно тогда родилось в армии выражение «третий не прикуривает».

Зато мясные консервы выглядели куда внушительней. Учитывая, что консервный нож был изобретен чуть ли не на столетие позже, голодные бойцы иногда приходили в бешенство, пытаясь открыть злополучный металлический цилиндр, и даже пробовали расстреливать его или вскрывать штыком.

А вот странный экспонат: свисток. Зачем он на поле боя? Оказывается, для конспирации. Англичане и французы довольно быстро начали разбираться в значении сигналов, которые подавали русские горнисты. И тогда генерал Лепранди придумал подавать команды свистом. Так что редуты англичан в Балаклаве были взяты благодаря этой незатейливой вещице!

…14 сентября 1854 года пятитысячная английская армия неспешно двигалась к Балаклаве в полной уверенности, что там некому сопротивляться. Но командир Балаклавского греческого пехотного батальона, полковник Манто ждал неприятеля, засев в генуэзской крепости Чембало. С ним была его рота из восьмидесяти человек, а также тридцатью отставных солдат. Греки встретили неприятеля огнем из своих четырех маленьких мортир.

Англичане, придя в себя от неожиданности, построились в боевой порядок, и, выдвинув свою артиллерию, открыли сильную канонаду. В то же время со стороны моря двадцать неприятельских судов также начали стрелять по древним развалинам. В результате их снаряды перелетали через крепость, и поражали свои же корабли, а те палили в ответ, опустошая ряды собственной артиллерии. Увидев, кто сражался против них, англичане в знак уважения не отправили оставшихся в живых греков в Турцию, а расположили в Георгиевском монастыре на Феоленте.

Кстати, именно оттуда, из монастыря, англичане по дну Черного моря проложили подводный кабель длиною 380 км до болгарской Варны. С его помощью поддерживалась связь с Парижем и Лондоном.

Осталось рассказать еще об одном балаклавском чуде – первой в Крыму железной дороге, которую построили все те же обстоятельные британцы – после того, как подводы с боеприпасами и продовольствием намертво завязли в непролазной грязи по дороге к Севастополю, то есть к боевым позициям. Из Англии первым делом была доставлена на корабле целая пристань, которую оставалось только собрать. Затем по морю приплыли 1800 тонн рельсов, 6000 шпал, 300 тонн досок, два локомотива и даже машина для забивания свай.

Рабочих отбирали особо: великанского роста и недюжинной силы, со всей Британии. Стройка шла круглосуточно, ночью при свете жаровен, устроенных на высоких подставках. В ежедневный рацион дорожников входила бутылка рома на троих. Черные бутылки толстого стекла в огромных количествах остались в Балаклаве – их немало хранится в музее, а осколками до сих пор усеяны склоны.

Общая длина железной дороги составила 32 км. Так что англичане добирались до своих позиций с комфортом. Причем с чисто британской пунктуальностью поезд отходил из Балаклавы каждый час с 7 часов утра до 7 часов вечера. Неутомимо пыхтели четыре паровоза, таская в общей сложности 190 вагонов, в которых перевозилось ежедневно до 300 тонн грузов. Проектировщики не учли крутые балаклавские горки, так что на подъемах локомотивам помогали 215 лошадей и 17 мулов.

Убираясь восвояси в мае 1856 года, англичане разобрали это чудо техники, снова погрузили на корабли и отправили в Турцию, а там распродали – один из паровозов попал даже в Латинскую Америку, и долгие годы пыхтел в аргентинских пампасах. Французы не уступили союзникам в предприимчивости – к примеру, они продали в Соединенные Штаты военную форму, оставшуюся на складах – именно в ней воевала армия Южан против армии Северян в Гражданской войне США. И проиграла…

До сих пор в Париже «томятся в плену» мраморные сфинксы, стоявшие у входа в Морскую библиотеку Севастополя (фото вверху), а туманный колокол вернули в Херсонес, сняв с колокольни Собора Парижской богоматери только спустя столетие…

Позднее к армии мародеров присоединились и американцы. Об этом писал Марк Твен, который посетил Севастополь 7 февраля 1871 года. Твен вспоминает, что его соотечественников быстро покинул дух истории и они, как и нынешние горе-туристы, с жадностью принялись собирать сувениры. Один из туристов набрал полный мешок. «Теперь он наклеивает ярлыки на свои трофеи, – пишет Марк Твен. – Недавно один из них попался мне на глаза, ярлычок гласил: «Обломок русского генерала». Я вынес его на свет, чтобы лучше разглядеть, — это был обломок лошадиной челюсти с двумя уцелевшими зубами».

 И в заключение как не рассказать о сестрах милосердия – они ведь тоже ведут свою историю от Крымской войны. В Балаклаве склонялась над ранеными легендарная Флоренс Найтингейл. В музее можно увидеть старинный фонарь, который использовали сестры при ночных обходах. Врачей на той войне катастрофически не хватало – на 300 раненых приходился только один медик. Кстати, существенную помощь союзникам оказали 43 хирурга, прибывшие из США. А за русскими бойцами ухаживала Екатерина Михайловна – дворянка, не побоявшаяся сменить светскую жизнь в Петербурге на осажденный Севастополь, где она сутками ассистировала гениальному хирургу Пирогову.

Севастополь
фото — routir — LiveJournal

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Вопреки воле императрицы

Только пули свистят по степи…

Валерий БОРИСОВ

След Великого Гения на крымской земле

Оставить комментарий