Крымское Эхо
Архив

Они были с Гагариным

Они были с Гагариным

50-ЛЕТИЮ ПЕРВОГО ПОЛЕТА ЧЕЛОВЕКА В КОСМОС ПОСВЯЩАЕТСЯ

Сегодня, в юбилейный год 50-летия полета первого человека в космос, имя Юрия Гагарина дорого стоит. В буквальном смысле дорого. Первого космонавта покупают и продают. Аукционный дом Sotheby’s выставляет на продажу корабль «Восток-1». Галина Гагарина, младшая дочь Юрия Алексеевича, подала в патентное бюро заявку на регистрацию бренда «Юрий Алексеевич Гагарин». Патент уже был оценен в один миллиард рублей.<br />
Один миллиард рублей стоит его улыбка, которую всех нас учили любить с малых лет. Один миллиард рублей стоит гордость и идеал, к которому когда-то стремилось столько мальчишек.

И никого не возмущает эта попытка оценить в денежных единицах и продать то, что и так принадлежит всем. Ведь то, что мы сегодня понимаем под именем Гагарина, выходит далеко за пределы одной личности.

Гагарин — это труд огромного количества людей: военных, инженеров, ученых, сотрудников лабораторий и институтов, рабочих, выплавивших сталь для создания космического корабля, учителей, которые подготовили всех этих инженеров, ученых и военных. Разве солдатик, мерзнувший на Камчатке ради того, чтоб в нужный момент обеспечить связь с Юрием Алексеевичем, когда тот пролетал над планетой, не имеет права бесплатно гордиться своей причастностью к великому событию? Разве можно измерить в рублях гордость миллионов людей, услышавших по радио сообщение ТАСС голосом Левитана?

Шесть человек, чьи воспоминания вы прочитаете ниже, пользуются брендом «Гагарин» бесплатно. Они это заслужили. Их руки обеспечивали связь между первым человеком, побывавшем в космосе, и землей. И нам удалось встретиться с этими людьми и пожать эти руки, некоторые из которых жал и сам Юрий Алексеевич. Все они — ветераны космических войск и сегодня живут в Евпатории. Все они отлично помнят день 12 апреля 1961 года, когда на них была возложена громадная ответственность, о которой они тогда могли лишь догадываться.

Мы решили представить вам их воспоминания в той же форме, в какой и сами их услышали, исключая из рассказа только воспоминания личного характера, на которые ветераны бывают очень щедры. Итак, знакомьтесь, перед вами люди, причастные к величайшему подвигу советского человека с незабываемой улыбкой.

 

Николай Иванович Регентов

Они были с Гагариным

«Мы гордились, что были причастны к полету»
Николай Иванович Регентов родился 7 ноября 1937 года. Майор в отставке. Окончил Харьковское высшее военно-инженерное училище. Проходил службу на НИП-6 (Камчатка), НИП-12 (Колпашево), НИП-16 (Евпатория). Занимал должности командира радиовзвода, начальника радиостанции, начальника группы дальней связи, начальника отделения передающих устройств, начальника радиоцентра НИПа. Награжден 10 медалями СССР. Осуществлял связь с кораблем «Восток 1» на НИП-12 (Колпашево).

— В то время я проходил службу в городе Колпашево Пермской области. Задача наша стояла жестко. Нужно было хорошо подготовить аппаратуру и обеспечить резерв. Мы переживали за энергоснабжение, поэтому мы подключили свою передвижную станцию. Я очень боялся, что аппаратура может не выдержать мороза, и связь выйдет из строя. Был у нас и такой момент острый. Когда корабль переходил из зоны видимости другого пункта в нашу зону, то вышла из строя связь, начались шумы. Потом уже мы разобрались и узнали, что это было не по нашей вине — антенна смотрела не в ту сторону. Вот, практически, и все. Больше ничего такого не было.

— Вы догадывались о том, кого сопровождаете?

— Когда готовились к запуску, то мы догадывались, что полетит человек или произойдет что-то другое, но очень важное. Я знал, как готовились все предыдущие запуски. И в этот раз ответственность и напряжение были повышенные. Значит, что-то должно было быть необычное. Но так чтобы точно знали? Нет, просто догадывались. Хотя все, конечно, было в режиме секретности. И сказали правду нам уже после того, как все закончилось.
Люди очень радовались, ликовали. А те, кто работал, гордились, что были причастны к такому событию, что успешно провели такую большую работу.

Петр Петрович Чистяков»
Они были с Гагариным

«Я принимал участие практически во всех первых запусках»
Петр Петрович Чистяков родился 28 марта 1928 года. Полковник в отставке. Окончил высшее Рижское Краснознаменное инженерно-авиационное училище ВВС. Проходил службу на НИП-5 (Искуп), НИП-8 (Шипицино), НИП-4 (Енисейск), НИП-16 (Евпатория), занимая должности от инженера станции до заместителя командира войсковой части. Награжден 16 медалями СССР и пятью медалями РФ.
Обеспечивал связь с кораблем «Восток 1» на НИП-4 в Енисейске.

— Я закончил инженерное училище и попал в космические войска. В 1959-ом году стал начальником радиолокационной станции «Бинокль», где мы отслеживали все запуски. Это было в Енисейске. Отработку космического корабля «Восток 1», на котором летал Гагарин, мы начали с 15 мая 1960 года. Но до того, как Гагарин полетел, было много других пробных полетов. Сначала отрабатывали на собачках, на крысах. Всего до него было запущено семь кораблей. Мне очень запомнилось два таких запуска.
Мы не знали, к чему готовились. Все ведь было засекречено, и даже вслух говорить какие-то свои предположения было нельзя. Нам говорили: «Мы испытываем космическую технику». Ну, мы так и относились к этому, как к испытанию, хотя и подозревали, что готовится что-то серьезное.

И вот 15 мая состоялся первый запуск корабля. На нем была собачка Лайка. Ночью мы даже видели, как отделяется третья ступень. Вспышка — и звездочка пошла! И вот мы смотрим, корабль летит-летит… А у нас в то время фиксация была на кинопленке, на магнитной ленте и на бумаге. И вот смотрим мы дальность, понимая, что корабль заходит слишком далеко. Такого не должно быть, такая дальность не предусмотрена. Что такое? Все дальше и дальше, и вдруг сигнал пропал. Ну, мы подали отчет о том, как он летел, когда пропал. Что тут еще делать? А уже спустя несколько суток нам сказали, что там собака была внутри, и что произошла авария.. Когда он, этот корабль, вошел в нашу зону видимости, то должна была быть отключена третья ступень. Но она не отключилась. И вот этот первый корабль с собачкой Лайкой ушел в солнечную систему, и где-то там до сих пор летает. Собачка-то погибла, конечно, а корабль где-то летает.

Еще раз запускали с собачкой корабль, я это хорошо помню. По-моему, это был четвертый раз. Запустили корабль. Мы его поймали, все было в порядке, а потом сигнал опять пропал. Через несколько дней над тайгой пролетал самолет, и пилот увидел какой-то странный черный шар с оранжевым куполом внизу. Ну, он и доложил о неизвестном предмете. Тогда поняли, что это тот корабль, который мы потеряли. Он упал в тайге в районе Тунгузки.

Стали разыскивать. Нашли этот объект. Подошли и остановились подальше. Это мне потом человек из экспедиции рассказывал. А близко подойти нельзя, потому что объект этот должен был взорваться при падении, но не взорвался почему-то. И вот один человек кидает кедровую шишку в корпус, а оттуда — лай собачки.

Три последних запуска были успешными. И это я тоже хорошо помню. Рядом с нами находилась телевизионная станция, и мы ходили туда смотреть. Интересно же было. И вот пятый запуск, мы пришли на телевидение, смотрим и видим — человек внутри, но не шевелится. Следующий запуск — опять человек и опять не шевелится. Я тогда даже подумал, что это мертвецы, хотя не сказал никому о своих догадках. Нам запрещено было говорить об этих полетах. Потом я уже узнал, что это были манекены. Думаю, как мне такая глупость в голову пришла? И зачем бы они трупов в космос посылали?

— Вы знали, что следом за собаками в космос полетит живой человек?

— Нет, не знали. Хотя в этот раз мы все чувствовали, что происходит что-то очень важное, и что этот запуск будет особенно ответственным. Мы все проверяли очень много раз, готовились, как никогда. Корабль взлетел, все в порядке, мы его уловили. И я, значит, опять иду на телевидение. Вижу картинку: внутри человек, и у него двигается голова. Я оцепенел. Возвращаюсь к себе в «Бинокль» и говорю: «А ведь мы сопровождаем живого человека». И все тоже впали в оцепенение. Вы знаете, нам казалось, что случилось какое-то чудо. Хотя мы видели до этого столько полетов и понимали, что рано или поздно туда полетит человек. Но такого мы не ожидали. Это было чудо в нашем понимании.

 

Андрей Павлович Лысак

Они были с Гагариным

«Гагарин был невысокий и шустрый»
Андрей Павлович Лысак родился 7 января 1935 года. Майор в отставке. Окончил Харьковское училище связи. Проходил службу и работал на стартовом комплексе, НИП-6 (Камчатка), НИП-17 (Якутск), НИП-16 (Евпатория). Занимал должности начальника приемно-передающего центра, начальника станции, старшего инженера отделения. Награжден 10 медалями СССР.
Обеспечивал связь кораблем «Восток 1» на Байконуре.

— С Гагариным я познакомился задолго до его полета в космос, еще когда мы оба были молодыми. Когда облвоенкомат направил меня в военное училище, мы оказались в одной группе с Юрием Алексеевичем. Вместе ходили обедать, на занятия. Близко мы, правда, не были знакомы, но я его запомнил еще тогда. Потом я пошел служить в авиацию: сначала в Прибалтике, потом в Башкирии. А в 60-м году меня отправили на Байконур, где я был в должности начальника узла связи.

В день запуска никто ничего не знал. Работа была очень напряженная. Мы не знали, к чему готовились, просто понимали, что происходит что-то серьезное, что на нас лежит большая ответственность. И вдруг к нам прилетает самолет Е-2, прилетает начальство. И тут мы только узнаем, что, оказывается, человек уже побывал в космосе и приземлился.

А потом меня перевели на Камчатку. Там я познакомился с Титовым и Терешковой. На Камчатке пробыл семь лет и перевелся в Евпаторию. Потом я еще служил в Иркутске.

— Каково вам было узнать, что первым человеком, который побывал в Космосе, стал ваш знакомый?

— Я не мог поверить. Вроде бы мы были однокашники при поступлении. А тут этот человек уже космонавт, и уже побывал в космосе. Я никак не мог это осознать.

— Каким он вам запомнился?

— Он был небольшого роста. Это я отметил еще при поступлении в училище. И шустрый он был. А больше я так не помню. Мы ведь не были близко знакомы.

— А после полета вы Юрия Алексеевича уже никогда не видели?

— Не видел. Хотя, нет, постойте, видел. Это было, когда он сюда приезжал с визитом. Но я не стал подходить к нему, просто видел издалека.

Владимир Иванович Богдаш»
Они были с Гагариным

«У нас дрожали колени»
Владимир Иванович Богдаш родился 1 января 1937 года. Подполковник в отставке. Окончил Ростовское высшее артиллерийское инженерное училище. Проходил службу на НИП-6 (Камчатка), НИП-16 (Евпатория), Центр КИК (Москва). Занимал должности инженера, старшего инженера, начальника станции, начальника отделения, начальника лаборатории. Награжден семью медалями СССР.
Обеспечивал связь с кораблем «Восток 1» на НИП-6 (Камчатка).

— В 58-м я окончил Ростовское училище. Оно в то время было единственным по ракетной области. А потом поехал служить на Камчатку. Думал, что нужно в молодости перенести трудную службу, чтоб потом перевели в спокойное место. Это была секретная часть, о ней никто не знал. Я был начальником станции, которая работала по лунным объектам: Луна-1, Луна-2, луноходы. И вот из нашей части следили за всеми космическими объектами. Следили за теми, в которых отправляли в космос собак. Потом было два запуска, когда на борту был манекен, который специалисты называли Иваном Иванычем. Мы, конечно, догадывались, к чему все это идет. Хотя и молчали, потому что говорить об этом было нельзя.

И вот, когда к нам приехал старший лейтенант Леонов (сейчас он, по-моему, генерал-полковник), то мы поняли, что это вот-вот случится на днях. Так как у меня лунников тогда не было, то я попал в группу дешифровки результатов полета. Тогда ведь связь с Камчаткой была только по радио, а это было очень ненадежно. Поэтому наша задача была: дешифровать данные и отправить их телеграммой в пункт под Москвой. Работа была очень напряженная. Мы не знали точно, что это именно полет человека, но по уровню ответственности, по напряжению понимали: происходит нечто серьезное. У нас даже колени дрожали во время работы, так все переживали.

Мы все сделали, и тут всех офицеров, принимавших участие в работе, просят собраться на командном пункте. Там нас поздравили и сказали ждать сообщения ТАСС. Когда прозвучали слова о том, что корабль пилотирует гражданин СССР майор Юрий Алексеевич Гагарин, то у Леонова вырвалось: «Ух, салага!» Все засмеялись. Это разрядило обстановку. Мы знали, что Леонов на пару лет старше Гагарина, а потом даже он, наверное, не предполагал, что старшему лейтенанту Гагарину сразу присвоят звание майора.

А в это время на телестанции «Енисей» шла проявка кинопленки этого сеанса, а чтоб было быстрее, проявляли спиртом. Через часа полтора все мы собрались в зале: солдаты, офицеры. Эту черно-белую пленку прокрутили на широком экране, с помехами. Но три минуты мы смотрели на лицо Гагарина в скафандре, видели, как у него шевелятся губы, как он что-то докладывает. Были, конечно, аплодисменты, радость. Это ведь сейчас кажется, что полет в космос — это что-то обыденное. А тогда это было невероятно.

— А вы лично видели Гагарина?

— Видел, как и все, кто здесь потом служил. Он приезжал сюда, вы, наверное, это знаете. Но знаком с ним я не был.

 

Виктор Мефодьевич Сербин

Они были с Гагариным

«Он был просто хорошим человеком»
Виктор Мефодьевич Сербин родился 29 июля 1929 года. Полковник в отставке. Окончил Киевское высшее инженерно-авиационное училище. Проходил службу на НИП-5 (Искуп), НИП-8 (Шипицино), НИП-2 (Макат), НИП-15 (Уссурийск), Центр КИК (Москва). Занимал должности старшего инженера-испытателя, начальника группы станций, заместителя начальника НИПа, заместителя начальника отдела, начальника отдела, заместителя начальника управления, начальника управления в Центре КИК. Почетный радист СССР, заслуженный испытатель космической техники. Награжден орденами «Знак почета», «Трудового Красного знамени» и пятнадцатью медалями СССР.

— Я закончил три авиационных учебных заведения, а после окончания был назначен на формирование частей, которые будут заниматься освоением космоса. Все мы, работники командно-измерительных комплексов, были не просто работниками. У нас и должности с самого начала назывались, например «инженер-испытатель», «старший инженер-испытатель» и так далее. И до сих пор мы всегда находимся в стадии испытания. Я был бессменным руководителем с 1973-его по 1980-ый гг. всех пилотируемых транспортных кораблей, долговременных орбитальных станций и просто пилотируемых кораблей.

В то время была очень большая секретность. Нас окружали НАТО и другие страны, поэтому все держалось под очень большим секретом, и это было правильно. Даже нам, а я тогда был заместителем командира части по измерениям и связи, не сказали, что готовится. Предупредили, что предстоит очень ответственная и важная работа, которую предстоит выполнять. Я руководил всеми средствами приблизительно такого центра, как под Евпаторией. Мы выполнили работу, а уже потом, к нашей большой радости, нам сообщили, кого мы сопровождали.

— Вам было неизвестно, что на борту был человек?

— Мы знали, что готовится полет человека. Не говорили об этом, но знали. Для нас это была не новость. У нас ведь была станция для связи с космонавтами, телевизионные средства, чтоб можно было наблюдать их. Неизвестны были только сроки.

— Вы были знакомы с Гагариным?

— Да, я был с ним знаком, но не по работе. У нас были всевозможные сборы, занятия. И вот в такой обстановке мы были знакомы, но не близко. Личных каких-то отношений у нас не было. А вот с Титовым — другое дело. С Титовым мы дружили. Что я могу сказать про Гагарина, каким я его запомнил, так это то, что он был очень приятным и хорошим человеком. Он был веселым, добродушным, безотказным. Все чисто человеческие качества были ему присущи. А главное, он не зарвался. Его не испортила слава. Просто очень хороший человек — вот так его можно охарактеризовать.

Федор Семенович Овдиенко»
Они были с Гагариным

«Главное, что мы это сделали раньше американцев»
Федор Семенович Овдиенко родился 17 декабря 1940 года. Майор в отставке. Окончил Волынское военное училище. Проходил службу на НИП-12 (Колпашево), НИП-11 (Сартычалы), НИП-16 (Евпатория). Занимал должности техника станции, помощника начальника станции, старшего инженера отделения. Награжден восемью медалями СССР.
Обеспечивал связь с кораблем «Восток 1» на НИП-12 (Колпашево).

— В 59-м году был призван в ряды советской армии и попал на Балтийский флот. В 60-ом году было большое сокращение, и нас послали в ракетные войска. Я помню, что мы даже не знали, куда нам ехать. Сказали, что нужно ехать до Новосибирска, а оттуда добираться уже до Колпашево. Ну, мы все были молодые парни, поэтому задержались в Москве. Приезжаем в Новосибирск, а оказывается, до Колпашево еще двое суток плыть. Оно-то на карте немножечко расстояния, а добираться долго.

Вот и служил я в Колпашево, на пункте приема связи. Мое дело было какое! Пришел, есть таблица, по этой таблице включил, что нужно, проверил данные и доложил оперативному дежурному. Еще надо было за порядком следить и топить печку, ну и еще что скажут делать. Но печка была очень важна. За бортом было иногда 48 градусов мороза, поэтому тепло нужно было беречь.

С нашей стороны никакого геройства не было. Но мы очень радовались, когда узнали, что наш человек побывал в космосе. Мы тогда все переживали за наш престиж. Очень хотелось, чтобы мы первые полетели, а не американцы. Поэтому, когда это случилось, то мы очень гордились за свою Родину, за то, что первым там побывал советский человек.

— Вы знали о том, что готовится полет человека?

— Нет. Что мы там могли знать? Наше дело — солдатское. Это начальство могло что-нибудь знать, но молчало. А мы ни о чем таком не думали. Настроился на свою частоту — и все. Правда, был какой-то ажиотаж такой. Начальник над душой стоял и нервничал, и я тоже волновался. Ну, думали, какая-то ответственная работа. Вот когда Гагарин уже приземлился, нам сообщили: «Он сказал: «Поехали!» Вот это было единственное, что нам сообщили. И тогда все очень радовались, потому что считали, что теперь мы уже точно выше американцев.

 

Фото автора

 

 

Фото вверху —
с сайта article.techlabs.by

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Кровоточащие язвы Симферополя

Татьяна ГЛЕБОВА

Европа — налево, а мы — направо

.

Чемодан, вокзал, электричка

Ольга ФОМИНА