Крымское Эхо
Архив

О театральном искусстве с фобиями и маниями

О театральном искусстве с фобиями и маниями

ИНТЕРВЬЮ С РЕЖИССЕРОМ ЮРИЕМ ФЕДОРОВЫМ

Юлия ЛЫКОВА

В наше время можно все. Заниматься сексом на сцене, выходить голым, оправдывая это «великими» замыслами режиссера и заверениями, что такова правда жизни, а о том, что ругаться матом с театральных подмостков уже стало нормой, и говорить не приходится. <br />
О проблемах современного искусства мы говорим с главным режиссером Крымского академического Украинского музыкального театра <b>Юрием Федоровым</b>.
<b>— Юрий Валентинович, какой материал никогда не попадет в репертуар вашего театра?

— Есть пьесы антихудожественные, авангардные (которые лишены смысла, у которых извращены тема, идея, задача, сверхзадача), непрофессиональные, неграмотные. Очень много пьес с претензией на политическую тематику, которые я называю пьесы-«однодневки» на потребу дня. В свою очередь, литературный текст может быть слабым или сильным, грамотным или безграмотным, националистским, неофашистским, каким угодно — и это мы тоже должны понимать. Есть пьесы воспевающие похоть, всякого рода извращения. Вообще, очень много литературы написано больными людьми, поэтому все это надо понимать и отсеивать.

Я убежден, что говорить сегодня со сцены надо, с одной стороны, на какие-то вечные темы: дружбы, любви, рождения, смерти, предательства… Есть актуальные вещи, которые преломляют одну из этих вечных тем. С другой стороны, вчера еще не так актуально звучала тема «личности и общества», сегодня она обострилась, и мы находимся на пороге межнационального раскола. Если на эту тему ставить спектакль, то пьеса должна быть объемная по мысли и рассматривать вопрос с разных сторон. Все это я говорю к тому, что литературный материал всегда проходит строгий внутренний отбор человека, который ее читает и предлагает в репертуар.

Впрочем, не попадут на сцену и пьесы, которые могут быть прекрасны по содержанию и нам по силам, но не по средствам.

— Какой авангард вам интересен как режиссеру?

— Смотря что называть авангардом. Если это эксперимент с технологиями — пожалуйста, я его приветствую. Или если мы говорим о том, что должны быть новые способы выразительности, когда человек начинает искать что-то в плане синтеза, пытается по-новому вписаться в предметно-структурную среду. Сегодня много технологий, которые до театра еще не дошли, потому что они очень дорогостоящие.

Как когда-то начинался авангард? Режиссеры отказались от занавеса, потом убрали кулисы, оголили арьерсцену и так далее.

Если мы говорим об экспериментах на Западе, то сейчас там существует и театр-порно, театр жестокости, театр насилия. Но имеет ли право такое «объединение» называться театром?

Есть, к примеру, польский театр «Сука-off», в котором работают четыре человека. У них даже нет режиссера, только руководитель. По их словам, они балансируют на грани авангарда и эксперимента, связанного с телом. В своей стране их перформансы запрещены, но за ее пределами — в Японии, Канаде, США, Парагвае, Чили их выступления проходят «на ура». Спектакль начинается с того, что выходят два человека — мужчина и женщина, она делает надрезы на партнере, он вкалывает себе в ягодицу дозу героина, следует кровопускание, потом – подвешивание на крюках и так далее.

На самом деле все это должно называться не театром, а медицинскими терминами – садомазохизм, садизм, вуаеризм, желанием причинять боль другому, самому ее чувствовать, демонстрировать.

— Как вы думаете, почему люди идут на такие спектакли?

— Такие же и идут. Очень много среди людей вуаеристов, которые получают сексуальное удовлетворение, подглядывая за кем-то — это называется психосексуальные аномалии. И таких людей очень много.

Еще одним любопытным примером был спектакль «Плохие люди из Гуантанама», показанный лет восемь назад на белорусском фестивале студенческих театров. Это история заключенных, которых арестовали американцы по подозрению в терроризме и отправили в тюрьму. Два года они находились за решеткой, пока суд не признал их невиновными. Все это время над людьми издевались психологически, морально, сексуально.

Идея спектакля, в принципе, хорошая: донести до министерства обороны США истинную ситуацию бесчеловечного отношения к заключенным. Но! Весь спектакль происходит как бы в тюрьме, где два обнаженных человека постоянно подвергаются насилию. То есть сидят зрители и видят, как беззащитных людей бьют, подвешивают, насилуют и так далее. Извините, а в чем театр?

Это все завуалированные извращенные формы, когда собираются люди одних и тех же наклонностей – фобий, маний, перверсий, девиаций.

В наше время то, что называют авангардом, экспериментом, на самом деле — воплощение тех или иных завуалированных форм девиантного поведения.

— То есть получается, что антиискусство занимает приоритетную роль в современном искусстве?

— Приоритетную роль оно не может занимать по определению, оно сегодня завоевывает новые позиции. Больное общество не может порождать здоровое искусство. Мы ведь видим такие проявления не только в театре, но и в живописи, музыке. Вопрос только в том, существуют ли у экспертов критерии, по каким законам мы определяем, что это произведение замечательное, высокохудожественное, а вот это – мазня.

Это и есть самый сложный вопрос и ему уже десятки тысяч лет. Считается, что искусство – субъективная штука: кому-то нравится, а кому-то – нет. Но на самом деле критерии должны существовать и они существуют, иначе мы бы потеряли ощущение, что такое хорошо и плохо, что можно, а что нет. Человечество существует настолько долго, что оно успело выработать эталонные, образцовые вещи, на которые мы сегодня не осмеливаемся покуситься и сказать, что, допустим, «Давид» Микеланджело – это плохо. Есть вещи, которые, безусловно, являются ценностями.

Со второй половины ХХ века начала происходить резкая трансформация, «пробой» в самом теле культуры, люди стали терять морально-нравственные, качественные ориентиры, которые и формируют дальнейшие критерии их оценки. К примеру, пьеса о гомосексуалистах. А что здесь плохого? — говорят некоторые, ведь они такие несчастные, талантливые, одинокие, давайте о них напишем пьесу, ведь их же много. Затем начинаются объяснения, что гомосексуализм был присущ любому обществу с древних времен.

Но когда подвергаются пересмотру исконные ценности культуры, которые на прямую связаны с духовностью народа, тогда начинает наступать катастрофа. И тут мы должны зорко определять, что происходит, какие тенденции в обществе приводят к тому, что молодые люди перестают ориентироваться в том, что хорошо, а что плохо.

Маленький пример. Когда наши экраны телевизоров перенасыщены злом, насилием, агрессией, а молодые люди с детского возраста видят это, когда со смерти сорваны покрова сакральности и таинства, дети перестают на нее реагировать. Подростки совершают преступления по аналогии с увиденным на экране. Так постепенно деформируются основы общества — я уверен, что государство должно оберегать своих граждан от не нужной информации.

— А театр может как-то повлиять на людей?

— Театр оказывает очень сильное воздействие на психику. В театре магия слова, жеста, личности. Вопрос только в том, что работники театра должны понимать, что это очень сильная форма воздействия, поэтому изначально в работу должна быть взята качественная драматургия. Нельзя на почве драматургического, авторского текста выпячивать свои фобии, мании, слабости… А ведь для некоторых режиссеров пьеса – это всего лишь повод.

Не хочется произносить банальные вещи, но, как говорили великие писатели, театр – это большая кафедра, с которой можно сказать миру много добра. Но можно принести и много зла. На самом деле, очень много зависит от того, каким становится театр в сегодняшнем мире. Есть люди, которые очень долго овладевали этой профессией, этой мудростью, и они очень зорко отслеживают происходящие процессы, держат руку на пульсе времени, понимают все угрозы… А есть люди, которые, наоборот, открывают всем веяньям «ворота» своего театра. Это приводит к тому, что появляются бессодержательные пьесы, аморальные, пошлые. Поэтому человек, который занимается театром, должен быть сам высоконравственным и высокопрофессиональным.

— Что нужно современному зрителю? Тому, кто приходит в Украинский театр?

— Я считаю, что всем нужно, приходя в театр, не обманываться. Чтобы зритель не сказал, что заплатил деньги за билет, а его «обманули» слабые артисты, плохая драматургия, не яркое зрелище, примитивные декорации. Поэтому таких вещей нельзя допускать ни в коем случае. Какие бы финансовые расходы не нес театр, нельзя выпускать спектакль, если у него недостаточно постановочных средств.

— Испытывает ли Украинский театр конкуренцию от других театров?

— Конкуренция всегда присутствует. К примеру, если сравнивать помещение Русского и Украинского театров, то в этом смысле наш театр не конкурентоспособен, потому что здание было построено исходя из других задач. В 70-х годах в нашем театре должны были проходить партийные форумы, съезды, фестивали, концерты, спектакли. Поэтому в первую очередь важна была вместимость, у нас 850 мест. Здание подходило, скорее, для дворца съездов, это не театральное помещение в настоящем смысле этого слова. Нет у нас красивого зала с красивыми ложами, балконами, люстрами. К тому же, технологии тех лет уже дали трещину, они не справляются со своими нагрузками сейчас.

Наша конкуренция, прежде всего, за зрителя. Нам надо брать репертуаром, артистами, которые могут и танцевать, и петь, и играть. На сегодня мы действительно можем похвастаться, например, лучшими в Крыму сказками.

Но проблема любого театра не только в репертуаре или помещении, дело в том, что люди не богатеют, а беднеют и каждый раз им сложнее и сложнее выделять из бюджета деньги на духовную пищу. При этом не все живущие в Симферополе – театралы, а молодежь, скорее, пойдет на 3D-фильм, чем на спектакль.

— Как вы относитесь к критике своих спектаклей?

— К сожалению, я никогда не слышал объективной критики. Я бы рад был поговорить с человеком, который бы мне сказал: «Дорогой, на мой взгляд, этот спектакль поставлен тобой плохо, потому что…» — и по пальцам перечислил бы слабые стороны работы, обосновывая свое мнение. И я бы понял, что он прав. А когда на уровне вкусовщины — «это плохо», потому что «мне не понравилось»… Тут уже каждому свое. Я считаю, что обсуждать надо только на профессиональной основе, а когда люди не обладают этой базой, то дискутировать на эту тему сложно: все переходит на личности.

— Ну и традиционный вопрос: что в ваших творческих планах?

— Я жду, когда у нас при ТНУ им. Вернадского будет закончена перерегистрация ученого совета, чтобы я мог уже защитить докторскую работу.

Что касается театра, то мы хотели бы на юбилейный год порадовать своего зрителя хорошими, качественными спектаклями. Я давно задумал поставить рок-оперу «Ярослав Мудрый». У нас уже есть это произведение, написанное талантливым человеком Сергеем Бедусенко, есть студийная запись — то есть это работа по нашим возможностям и силам. Тема замечательная, ведь на сегодня Ярослав Мудрый в Украине — фигура номер один. В рок-опере он представлен и как государственный деятель, и как мужчина, и как муж и отец. Это очень важно.

Нам бы хотелось, чтобы спектакль понравился зрителям… Но ведь не все у нас украиноговорящие. Все-таки не будем забывать, что Крым практически русскоязычный. Да, мы понимаем, что мы Украинский театр, да, мы можем хоть полностью перейти на украинскую классику, но если будут полупустые залы, театр серьезно пострадает.

Есть патриотически настроенные граждане, которые говорят об украинском языке в театре, но вопрос в том, почему они сами-то не ходят в театр! Они один раз могут прийти на спектакль — и все, а постановка должна идти достаточно долго в репертуаре. Можно сделать очень хороший спектакль на украинском языке и вложить в него много денег, но по названным причинам он будет идти или на школьном абонементе, или раз в четыре-пять месяцев. А мы живем в состоянии конкуренции, поэтому должны «семь раз отмерять и один раз отрезать».

Тем не менее мы ищем такие решения, чтобы они были не очень затратны, но тема, идея превалировала, и наши духовно-нравственные обязанности перед обществом выполнялись.

 

Фото автора

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Сегодня у мужчин профессиональный праздник

Борис ВАСИЛЬЕВ

Кино — так кино

Олег ШИРОКОВ

Крым хочет свою монету

Ольга ФОМИНА