Крымское Эхо
Мир

Новый проект для разъединения УПЦ и РПЦ

Новый проект для разъединения УПЦ и РПЦ

ПРОТИВНИКИ КАНОНИЧЕСКОГО ПРАВОСЛАВИЯ НИКАК НЕ УСПОКОЯТСЯ

6 июля на нескольких православных телеграмм-каналах появилось сообщение, что УПЦ во главе с Онуфрием и ПЦУ ведут переговоры об объединении. Причём это объединение произойдёт под патронажем Православной Церкви Америки (ПЦА). Причём некую объединенную украинскую церковь возглавит выходец из ПЦА.

Эта сенсационная новость давалась со ссылкой на болгарского архимандрита Дионисия, который сообщил об этом в интервью болгарскому медиа «Банкеръ». В Болгарии эта новость была опубликована 4 июля, причём Дионисий предварял её многозначительным «мало кто знает, что …».

Со времени откровений болгарского архимандрита прошла почти неделя — но пока никто их не опроверг и не подтвердил. Поэтому стоит разобраться с тем, кто такой архимандрит Дионисий, что такое ПЦА и, если такое объединение произойдёт, то что это означает и кому оно на руку.

Болгарский архимандрит Дионисий – представитель той части Болгарской православной церкви, которая ориентируется на Константинопольский патриархат и США. Неслучайно в этом интервью он заявлял, что БПЦ имеет военно-стратегическое значение.

С точки зрения канонического православия, другого значения, кроме окормления верующих и сохранения православных традиций у церкви нет.

Но для США политика разделения православных церквей действительно имеет стратегическое значение. Свидетельств этому множество — чтобы их описать, потребуется не одна статья.

В БПЦ недавно прошли выборы патриарха. С минимальным преимуществом на них победил митрополит Даниил. Новый болгарский патриарх в 2018 году осудил создание ПЦУ и вмешательство в украинские дела константинопольского патриарха Варфоломея. Интересно, что прибывший на выборы болгарского патриарха Варфоломей не пришёл на первую торжественную литургию, которую совершил новоизбранный Болгарский Патриарх Даниил.

О позиции его конкурента на выборах митрополита Врачанского Григория информации найти не удалось. Но его возможное избрание приветствовали в ПЦУ и связывали с ним надежды на признание этого раскольничьего объединения. То, что Даниил победил с минимальным преимуществом (69 против 66 голосов), говорит о серьёзных противоречиях внутри БПЦ и о том, что внутри неё сильны прозападные настроения.

Теперь о Православной церкви Америки. Она возникла после революции в России и объединила русские православные приходы на территории Северной Америки. После восстановления Русской православной церкви в СССР каноническое общение восстановилось. Но русские приходы постепенно, по мере ассимиляции эмигрантов в американском «плавильном котле» переходили на английский язык, неоюлианский календарь, жили своей жизнью, тем более что контакты СССР и США в условиях холодной войны были затруднены.

В 1970 году РПЦ признала невозможность пребывания в единой церкви и даровала автокефалию Русской митрополии в Америке.

Однако она в качестве самостоятельной автокефальной церкви не признана греческими патриархатами. Поэтому для ПЦА принятие участие в неком объединении УПЦ и ПЦУ– способ получить такое признание.

Сейчас ПЦА имеет в своём составе 14 епархий, 19 монастырей, более шестисот приходов. Неудивительно, что в условиях, когда Вашингтон всё чаще начинает действовать против России на религиозной фронте, ПЦА может стать орудием интересов США.

Итак, ПЦА – это вполне легитимная часть мирового православия, её автокефалия признана Русской православной церковью. Поэтому обвинения её в неканоничности действий на Украине будут звучать для западного подхода к религии не слишком убедительно.

Любопытно, что одним из источников новых прихожан в США и Канаде для ПЦА было возвращение в православие униатов – выходцев с Западной Украины. Ещё на рубеже XIX-XX веков униатство там не было сильно укоренено, и уехав с территории австрийской Галиции, власти которой поддерживали униатство, часть мигрантов возвращалась в православие. По крайней мере двое иерархов ПЦА точно являются потомками эмигрантов с Украины.

Архимандрит Дионисий в своём интервью сказал, что объединение УПЦ и ПЦУ произойдет не просто под эгидой ПЦА, но и возглавить новую церковь может «человек с украинскими корнями».

То есть кандидатура уже подобрана, проверена и одобрена.

В этом контексте стоит вспомнить о неожиданном зарубежном турне предстоятеля ПЦА митрополита Тихона Моллорда, который в начале июня этого года посетил Украину, Румынию и Фанар.

Хотя УПЦ после «дарования Томоса» Варфоломеем ПЦУ разорвала отношения с Константинопольским патриархатом, представители ПЦА после встреч с иерархами УПЦ отправились на Фанар. Очевидно, что это были не просто визиты вежливости. В Стамбуле делегация ПЦА пробыла три дня, провела ряд встреч с Варфоломеем и другими иерархами Константинопольского патриархата.

Обращает внимание и то, что предстоятель ПЦА Тихон на литургии в присутствии иерархов УПЦ помянул Константинопольского патриарха Варфоломея. Этот шаг в другой ситуации мог быть рассмотрен как вызов, но в УПЦ сделали вид, что этого не заметили.

В чём смысл для киевского режима нового проекта объединения церквей? Ситуация с УПЦ зашла в тупик.

Попытки киевского режима запретить её натыкаются на не то чтобы противодействие на Западе, но на желание оторвать Украину от РПЦ и маргинализировать сторонников российского православия максимально мягко, без обвинений во вмешательстве государства в религиозные дела.

Дело в том, что в США принцип религиозной свободы – один из самых фундаментальных. Американские колонии в основном основывались беглецами от религиозных преследований в Англии. С тех пор государственно-конфессиональные отношения в США основываются на максимальной автономии религиозных организаций от государства.

Религиозная свобода – фундаментальная ценность в США, отношение к этому там действительно очень серьёзное, это не «права человека». Поэтому идея государственного запрета одной из крупнейших православных церквей в Вашингтоне не приветствуется. Не поймут этого ни рядовые американцы, ни религиозные деятели, влияние которых на политику в США весьма значительное.

Если киевский режим запретит УПЦ, то проталкивать помощь ему в американском конгрессе станет сложнее – всегда найдётся какой-нибудь принципиальный конгрессмен, который откажется голосовать.

Да и в Европе прямой запрет церкви будет восприниматься не очень. Тем более что УПЦ не даёт никаких формальных поводов для применения против себя репрессивных мер. Украинские эксперты говорят, что есть прямое указание киевскому режиму с Запада – не принимать закон о запрете УПЦ.

Но отказ от прямого запрета не означает того, что разрушение канонического православия на Украине не осталось в числе целей Запада.

Ещё одной особенностью религиозной жизни в США является то, что американские религиозные объединения максимально децентрализованы. В протестантских течениях постоянно плодятся разного рода ответвления, которые принято называть «номинации». Это слово означает «наименование», то есть их различают не по канонам или включении в мировые конфессии, а только по именам. То есть размножение церквей для США – вполне приемлемый сценарий.

Основываясь на таком понимании религиозной политики, которую проводит Вашингтон, я ранее предполагал, что он хочет «протестантизации» Православия на Украине – разделение его на максимально возможное число «номинаций».

Объединение УПЦ с ПЦУ под эгидой ПЦА — это как раз такой сценарий. Очевидно, что такое объединение призна́ет только часть клира и мирян УПЦ. Да и в ПЦУ могут найтись те, кто не захочет входить в новое объединение, а предпочтёт для себя хоть и маленькую, но «незалежность».

Хорошо известно, что выходцы из разных церквей – УПЦ, Киевского патриархата и Украинской автокефальной церкви – внутри ПЦУ до сих пор враждуют между собой. Ресурсов немного, а аппетиты и ожидания от создания и признания Варфоломеем остались.

В результате вместо объединения двух получится разделение двух на четырёх. А если добавить к ним всё ещё существующий филаретовский Киевский патриархат, то получим на Украине пять православных «номинаций». И всё это — под флагом создания единой поместной церкви.

Дьявольский план.

Для нынешнего киевского режима стимул в том, что, если проект объединения удастся и ПЦУ растворится в новой церкви, то это станет для Зеленского не только очередным пиар-поводом. Он не только превзойдёт Порошенко на религиозном фронте, но и переориентирует на себя тех иерархов ПЦУ, которые до сих пор обязаны своему статусу экс-президенту.

Никто не снимает и цели запрета религиозной деятельности той части клира УПЦ, которая, пусть и молча, хранит верность каноническому православию. Если удастся максимально ограничить деятельность тех иерархов и священнослужителей, которые не согласятся с объединением с ПЦУ, маргинализовать их, то и запрет такой немногочисленной и неорганизованной церкви пройдёт малозамеченным для религиозной общественности на Западе.

Нужно учитывать и то, что число противников разрыва с РПЦ на Украине падает за счёт ползучих репрессий и использования арестованных СБУ иерархов и священников в качестве «обменного фонда».

Уничтожение той части УПЦ, которая сохранит связь с РПЦ, скорее всего, сделают уже не путём законодательного запрета, а отдельными арестами, захватами храмов, которые можно будет выдать за противодействие влиянию «страны-агрессора». И противники Православия на Украине удовлетворятся, проведя новую порцию репрессий, и Запад лицемерно сохранит лицо блюстителя религиозной свободы.

Но пока это гипотетический сценарий, основанный на вбросе со стороны прозападного болгарского архимандрита и непонятной активности ПЦА. Как будут развиваться события – посмотрим.

Фото из открытых источников

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 4.3 / 5. Людей оценило: 19

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Начнет ли Россия Третью мировую войну?

Дмитрий ПЛУГИЙ

«Синий» план

Патрик КЛОТЬЕ

На черноморском ТВД*: а зубы таки выбьем

Тимофей МАЙОРОВ

Оставить комментарий