О ЧЁМ ГОВОРЯТ ПОСЛЕДНИЕ СКАНДАЛЫ В УКРАИНСКОМ ПАРЛАМЕНТЕ
И КАКИЕ ОНИ ОТКРЫВАЮТ ВОЗМОЖНОСТИ
За прошедший месяц – с последней декады декабря – на киевском властном «олимпе» наметились интересные тенденции, которые позволяют говорить о начинающейся некоторой смене, конечно, не эпох, а так, эпошек в борьбе за власть на Украине.
Созданные Западом боевые отряды приручения киевской ылитки –противокоррупционные структуры НАБУ и САП – вплотную занялись украинским парламентом. Казалось бы, он уже давно не является центром власти, которая полностью переместилась в бывшее здание ЦК Компартии Украины, ныне – офис президента.
Почему же прозападные противокоррупционеры так озаботились чистотой украинских парламентариев?
Дело в том, что, по конституции, Украина – парламентско-президентская республика. Полномочий и возможностей у Верховной рады очень много, с их реализацией – не очень.
Здесь нужен экскурс в историю, чтобы понять практику распределения реальных властных полномочий в Киеве. Сделали Украину парламентско-президентской ещё в ходе «оранжевой революции». Тогда сошлись интересы украинского олигархата и Запада в нежелании иметь президента с сильными полномочиями. Вот только не на ту культурную традицию напоролись. Мало ли что в формальном документе записано, значение имеет то, кто рулит теми, кто нажимает на кнопки при голосовании.
Пойдём ещё дальше в историю. Практика неформального перераспределения полномочий по давности восходит ещё к первым годам незалежной. В 1994 году Кучма избрался с минимальными полномочиями. В ходе предшествующего политического кризиса при бестолковом говоруне Кравчуке Верховная рада перехватила полномочия. Конституции как таковой тогда вообще не было – продолжала действовать та, что осталась от УССР.
Кучма в течение первого года правления сумел поставить парламент под определённый контроль. Сделал он это при помощи волшебной палочки – прокуратуры: смог провести в генпрокуроры своего человека.
Несколько взмахов этой палочкой в виде уголовных дел — и вот уже ряд оппозиционных фракций послушно голосуют за расширение полномочий президента. Закончилось это принятием конституции 1996 года, которая сделала Украину президентско-парламентской республикой.
У парламента оставались серьёзные полномочия, но игра интересами олигархов и угроза уголовных дел постепенно подчиняла Верховную раду президенту.
Тогда же зародилась практика прямого подкупа депутатов как при конкретных голосованиях, так и для формирования нужных фракций.
К 1999 Кучма окончательно сформировал эту систему, а она уже сделала его президентом во второй раз, несмотря на стартовый рейтинг на уровне содержания алкоголя в светлом пиве.
Потом было по-всякому: менялись конституция и распределение сил в парламенте, но главным механизмом концентрации власти было подчинение парламента президенту. У кого-то это получалось, у кого-то, как, например, у Ющенко, нет.
Поэтому Зеленский, взлетев из квартальных кулис на президентский пост, сразу же начал борьбу за парламент. Несмотря на то, что до новых выборов оставалось менее полугода, он сумел добиться роспуска парламента и на новых выборах получить для своей партии большинство.
Здесь стоит вспомнить, как принималось решение о досрочных выборах. Создать непреодолимые препятствия для роспуска парламента было вполне технически возможно. Но почему-то все быстро согласились. И происходило это при полной поддержке прозападных украинских СМИ.
Такое в Киеве могло быть только при одном условии – внешнем модераторе, который согласовал все интересы разных групп, а несогласных заставил заткнуться. А таким модератором в то время могло быть только американское посольство.
Хотя президентом был и Трамп, его внешнеполитическое ведомство – госдепартамент – работало тогда во многом автономно. Достаточно вспомнить фигуру Джорджа Кента, о которой мы не раз писали.
В 2019 году он занимал в Вашингтоне пост заместителя помощника госсекретаря государства по европейским и евразийским делам. А до этого три года (причём не первый раз) работал в Киеве, где как раз и занимался созданием системы контролируемых из США антикоррупционных органов, призванных держать под контролем коррупмированную украинскую элиту. Его прямо называют создателем НАБУ.
Кент осенью 2019 года дал показания против Трампа по делу давления на Зеленского в интересах внутриамериканской борьбы. В результате Кент неплохо делал дальнейшую карьеру при Байдене, но в 2025-м Трамп его сразу же выгнал с госслужбы. Сейчас он в США собирает взносы в поддержку Украины, катается на велосипеде с плакатами и агитирует. Специфический персонаж.
Именно с роспуска Рады летом 2019 года и нужно отсчитывать время, когда Зеленский попал под полный контроль западных глобалистов.
Поэтому он и сыграл против Трампа в том же году, поэтому мы и видели его опускание в Овальном кабинете 28 февраля 2025 года.
Сюжет с созданием новой партии под нового президента был списан с Франции. Точно так же за два года до Зеленского, в мае 2017 года там побеждает Макрон, летом проводятся парламентские выборы, на которых 53% мандатов получает новая партия, созданная за год до этого под Макрона – на момент выборов она называлась «Вперёд, республика».
Там эту партию собрали с бору по сосенке – разного рода активисты, муниципальные депутаты провинциальных городков. Короче из тех, о ком в циничной политике принято говорить «никто и звать никак».
То же самое было сделано в партийном проекте «Слуга народа».
Не знаю, как там во Франции управлялись с депутатами-ноунеймами, но на Украине большинство в исполнении «Слуги народа» резко снизило затраты – и финансовые, и организационные – в управлении голосованиями.
Знающие люди по старой памяти смеются над суммами, озвученными в прослушке переговоров Тимошенко, опубликованных НАБУ в январе этого года.
Дескать, десять тысяч баксов для такого – не деньги. Но ситуация в Верховной раде уже не та.
То, что избрали в парламент в прямом и переносном смысле дешёвых депутатов, резко снизило расценки. Причём поначалу им вообще не хотели платить – радуйтесь тому, что вы так резко взлетели, будьте благодарны тому, кто вас на помойке подобрал, и довольствуйтесь зарплатой. Но старые депутатские кадры быстро просветили новичков. Однако к прежней цене вопроса уже не возвращались. Потом военное положение и репрессии режима Зеленского резко снизили возможности самостоятельности депутатов, а, значит, и их цену.
Закончим с новейшей украинской историей. Нужно вернуться к тому, что яйцо украинского властного кощея находится внутри расклада сил в Верховной раде. Кто контролирует большинство или может его добиться в нужный момент для нужного голосования, тот и является реальным центром власти на Украине.
Проще всего этого было добиться украинским президентам – они контролировали силовиков, а при их помощи держали за разные болезненные места нужное количество депутатов.
И вот мы видим попытку перехвата этого процесса со стороны западных антикоррупционеров на Украине, которые еще и вступили в конфликт с Зеленским.
Почему это произошло именно сейчас?
Система контроля Верховной рады – это именно система, и одним наездом, одним уголовным делом её не обрушишь. А разрушать систему эффективнее всего с её ядра. Внутри властного кощея есть игла, которой тычут в нужные моменты в нужные властные кресла, в том числе и депутатские. Эта игла – глава президентской администрации, или нынче – офиса.
Неважно, как его зовут. Медведчук или Литвин при Кучме, Балога у Ющенко, Лёвочкин у Януковича, Ермак у Зеленского – все они и были этой иголкой.
Добившись отставки Ермака в результате «миндичгейта», прозападные «антикоррпционеры» создали определённый вакуум власти над парламентом. Украинские силовики тоже взяли паузу, наблюдая за тем, чья возьмёт. Пока Зеленский не в состоянии использовать силовую вертикаль для сохранения контроля за Радой, резвиться на этом поле стали другие силы.
Скандал с плёнками Миндича хорошо иллюстрирует, для чего Западом были созданы антикоррупционные органы.
Никакой победы над коррупцией не видно, а вот влияние на систему власти уже налицо.
Насколько администрация Трампа сейчас управляет антикоррупционными органами Украины – вопрос открытый. Созданы они были антитрампистами. Перехват контроля – дело не простое и в момент не происходит. Но похоже, что Вашингтон значительно продвинулся на этом направлении.
Теперь кратко о непосредственных событиях последних недель. 20 декабря очень близкое к американскому посольству издание «Зеркало недели» проанонсировало, что НАБУ и САП готовят новый удар по ближайшему окружению Зеленского и что он будет связан именно с депутатами «от Слуги народа».
Через неделю, 27 декабря события пошли в режиме реал-шоу. Сначала сообщается о том, что сотрудники НАБУ въезжают в правительственный квартал Киева. Потом об их конфликте с охраной. Потом об обысках. Дальше новость, что четыре депутата от партии «Слуга народа» после обысков получили подозрение в коррупции.
Потом публикация материалов прослушки и прочая малоинтересная нам тягомотина из стандартной украинской коррупции. Потом – Новый год.
В 2026 – новое антикоррупционное шоу. На этот раз с Тимошенко. Повод – Тимошенко пыталась перекупить несколько депутатов из «Слуги народа» и склоняла их голосовать против утверждения нового министра обороны. Как говорится, при Ермаке такой фигни не было. В том смысле, что он всё держал под контролем, а без него начался очередной передел.
Но тут вмешалось НАБУ. 13 января оно провело обыски в офисе партии «Батькивщина». Их удар по Тимошенко – претензия на то, что теперь они будут осуществлять контроль над телодвижениями депутатов. А там дело дойдёт и до контроля над голосованиями.
По оценкам украинских экспертов, НАБУ «держит на крючке» уже около 50-ти депутатов. Реальная «золотая акция».
Причём они в разных фракциях, и их голосованием можно по-разному жонглировать в зависимости от ситуации.
Понятно, что Зеленский не останется безучастным к такой борьбе за власть за его спиной. Насколько он справится с ситуацией без своего любимого Ермака – вопрос открытый. Насколько его новые назначенцы захотят мараться в том, у чего нет особой перспективы, тоже непонятно.
Все эти подробности стандартной украинской коррупции, как говорится, к чёрту. Они банальны, скучны и абсолютно предсказуемы, как в дешёвом сериале, идущем в дневное время.
Значение имеет то, что украинский политикум постепенно переходит от всеобщего одобрямса и сплочения, связанного с угрозой своему статусу со стороны России, к обычной борьбе всех против всех. Их звериное чутьё как бы говорит классическое: «Чует моё сердце, мы накануне грандиозного шухера».
Но в этой клоаке для России открываются некоторые возможности. Борющиеся друг с другом силы будут искать ресурсы, где только возможно. И тут можно предложить многое. Это и воздушные удары по бизнесам конкурентов (и по особнячкам тоже), и вбросы компромата, и многое другое — что знают и умеют специально подготовленные люди.
Всё, что может помочь нашим войскам решать главную задачу, нужно использовать, раз открывается такая возможность.
Фото из открытых источников
