Крымское Эхо
Архив

Ничто не ново под луной

«История повторяется трижды. Первый раз как трагедия и пару раз — для тупых». И в юморе заложен большой смысл для тех, кто понимает. К тем, кто не понимает серьезности изречений великих и шуток современных юмористов, отчего-то чаще всего относятся нынешние политики, которые не только сами предпочитают учиться на собственных ошибках, но и принуждают набивать шишки на своих лбах сторонников и последователей. Сегодняшние украинские события — яркое тому доказательство, хотя исторических аналогий с ними предостаточно: надо только учить матчасть, чтобы представлять дальнейший ход их развития.

— Неизбежно всякое современное событие может ассоциативно вернуть нас в прошлое, — говорит старший научный сотрудник Керченского историко-культурного заповедника, заслуженный работник культуры Крыма Владимир Санжаровец. — Невольно возвращаешься к тому, что сейчас происходит в центре Киева, на этом пресловутом Евромайдане и улице Грушевского, потому что когда видишь груды вывороченных камней, ассоциативно возвращаешься в дореволюционные годы, предвоенные годы.

— Вспомним известную по советским школьным учебникам истории фразу «булыжник – орудие пролетариата» и знаменитую скульптуру Ивана Шадра?

— Поскольку мы с вами рассказываем читателям о Керчи, то проведем параллель истории отсюда. В Керчи были очень популярны бои камнями. Каменные бои были характерны именно для Керчи. Период их «популярности» охватывает время примерно со второй половины XIX века до середины тридцатых годов прошлого столетия.

Бои камнями были диким развлечением, забавой, кончавшейся порой увечьем, а то и смертельными исходами. Поводов для каменных боев не было никаких. Да они и не требовались. Это было своеобразным развлечением молодежи, если хотите, это форма культурного времяпрепровождения, если ее таковой можно считать. Так в Керчи проводили досуг. Начинались бои камнями с драк, которые зачинали самые маленькие участники, чуть ли не с пяти лет.

Велись они едва ли не с раннего утра в определенные дни, а порой эти бои продолжались целыми днями. Чаще, конечно, в свободные и выходные дни, когда к ним могли присоединиться и работающие молодые мужчины. А если говорить о времени, когда дети в подавляющем большинстве посещали школы, то происходило бои чаще всего по окончании занятий. Хотя иной раз ученики включались в каменные бои, начатые малышами, еще не ходившими в школу. Потом к ним могли подключиться и вернувшиеся с работы люди постарше, в том числе и молодые родители.

Это было характерно для Керчи, и нет никаких сведений, которые бы говорили о том, что подобные каменные бои происходили в других городах Крыма, например, в той же Евпатории, где камней тоже предостаточно. Пытался выяснить, имело ли это место, к примеру, на тесно связанной ментально и территориально с Керчью Кубани, но, как рассказали старожилы, камней и там было предостаточно, но никому в голову не приходило ими швыряться.

Дрались традиционно стенка на стенку, и не дай Бог оказаться у кого-то в руках тяжелому предмету — за это жестоко карали сообща, противоборствующие стороны тут же становились союзниками и наказывали того, кто позволил нарушить железный закон рукопашного боя. Кулачный бой – это классический русский бой стенка на стенку.

А вот Керчь знала необычный каменный бой.

Причем есть небольшая книжка, написанная неким Медведевым, посвященная боевым искусствам мира, и вот туда попал Аджимушкай – всем известный район Керчи. Автор считает, что бои камнями зародились именно там. По моим представлениями, случилось это в конце второй половины XIX века, когда Аджимушкай стал относительно крупным селом. Зародились эти нетипичные для других регионов бои в этой местной среде и на территории, где камней было предостаточно, они в буквальном смысле лежали под ногами, и это со временем превратилось в настоящее боевое искусство. Именно боевое.

Трудно сказать, какими источниками пользовался автор этой изданной скромным тиражом, но очень любопытной книжки, но он описывает в деталях, как это происходило, кто затевал бои, чем провоцировал. Например, малышей подсылали бить окна в домах на соседней улице, а уже потом целый квартал ввязывался в бой, разгоралось сражение.

Причем искусству ведения каменных боев надо было учиться, и учились этому с самого раннего возраста: как правильно бросать камень, как подбирать камни, какого веса. Были мастера, которые достаточно тяжелый камень, несколько сот граммов, могли бросить на расстояние в шестьдесят примерно метров с большой точностью. Главное, надо было попасть в мишень.

Щитов, которые мы сейчас видим у противоборствующих на Майдане сторон, тогда не было. Нужно было быть гибким, вертким, с хорошей реакцией, чтобы уклониться от удара и послать в ответ свой камень. Камни эти заранее заготавливали, приносили в мешках, то есть к бою готовились загодя и основательно. Метатель укладывал подобранные по размеру камни на согнутую в локте левую руку. Малыши, совсем маленькие, взрослые могли метнуть целый снаряд, не менее тяжелый, чем сейчас вывороченные из брусчатки.

Эти бои забавными назвать сложно, потому что порой они перерастали в настоящее побоище. Дело в том, что начинались они как перестрелка, а потом, когда стороны сближались, начинался настоящий бой, который вели не малышня, не подростки, а взрослые парни и молодые мужчины. Вожаки таких ватаг имели свою «прописку»: у каждого населенного пункта, фактически – района Керчи — был свой отряд. Тот же Аджимушкай, территориально и сейчас отделенный от городских массивов, шел на Брянский завод, как тогда назывался металлургический комбинат, бывший тоже обособленным от центра Керчи.

Хутор Корецкого, хотя и примыкал к открывающей въезд в Керчь улице Шлагбаумской, тоже был самостоятельным районом и мог соперничать с другим. Той же, например, Глинкой, что расположена в северной части от нынешнего автовокзала, и тоже в определенной степени обособленной, во всяком случае, отделенной от города речкой Мелек-Чесме. Или Горкой, смыкавшейся с городом, но обособлявшей себя, поскольку это была высотная часть Керчи, имевшая своеобразный состав жителей, отличавшихся от населения, проживавшего внизу, в богатых кварталах, на той же Воронцовской (ныне Ленина).

Когда драки между районами превращались в настоящие побоища, в них приходилось вмешиваться конной полиции и раздирать дерущихся, забирать в участки активистов и организаторов. Бывали случаи, что те продолжали сопротивляться. Известен, например, факт, когда одного из таких драчунов увезли в полицию. Там он вступил в бой с полицейскими и был застрелен в участке, потому что он реально угрожал жизни. Надо понимать, знать и осознавать, что никогда, ни в какой стране, ни при какой системе не церемонились, если создавалась ситуация, реально угрожавшая жизни людям, представлявшим власть и закон.

— То есть мы видим сейчас на Грушевского и Майдане не особость и зверства действующей власти, как о том говорят оппозиционеры, а обычную практику общемировой цивилизации?

— То есть это незыблемые правила для любой цивилизации. Попробуйте в Америке поднять руку на полицейского или, держа руки в кармане, подойти к нему – он может застрелить, только подумав, что там вы держите некое средство, угрожающее его жизни. Такие случаи есть, и они нередки. То есть не надо швырять петарды, бросать фейерверки и «коктейли» Молотова в правоохранителей, сооружать катапульты и надеяться, что все обойдется. К дикости вернуться элементарно.

Это с человеком происходит так быстро, почти мгновенно, и не надо для этого уезжать в Африку, чтобы одичать – в этом смысле мы оказались способными переплюнуть любую Африку. Взять те же фаеры. Древний человек спасал себя и нападал на других, защищался от диких зверей, бросая факелы или разжигая костер. В конечном итоге военное искусство достигло такой высоты, что был изобретен знаменитый греческий огонь, специальная смесь, которую невозможно было тушить и при помощи которой сжигались корабли и брались неприступные крепости.

Мир в этом смысле абсолютно не изменился. И человек, к несчастью нашему, увы, легко возвращается в своих поступках, в своих действиях к какому-то совершенно дикому состоянию, превращается в абсолютно нечто противоположное человеку цивилизованному, человеку с европейского континента, чем пытается собственно кичиться та же оппозиция. Какие к черту европейцы – это даже не знаю с чем сравнить.

Горькие мысли одолевают, когда все это наблюдаешь и узнаешь и, повторяю, увы, ничто не ново под луной.

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Читаем вместе крымскую прессу. 8 ноября

Борис ВАСИЛЬЕВ

В Симферополь пришла «Французская весна»

.

Два флота на парад — совместно

.