Крымское Эхо
Главное Россия

Не нужно бежать впереди паровоза

Не нужно бежать впереди паровоза

Война, как воспринимается всеми специальная военная операция, которая идет сейчас на территории Украины, наверное, является самой странной из всех, которые до сегодняшнего дня знал мир.

Ну, например. Располагая большими по численности и полностью укомплектованными соединениями и объединениями, где проходят военную службу солдаты и сержанты по призыву, а также огромными мобилизационными ресурсами, Москва направляет в зону специальной военной операции исключительно контрактников и добровольцев, число которых, как бы там ни было, ограничено.

По некоторым оценкам, в боевых действиях на территории Украины участвует не более 10% от «списочного» состава ВС РФ, численность которых законодательно установлена на уровне 1,15 млн. военнослужащих. Если открытые данные верны, то сегодня в зоне СВО находятся всего чуть больше 100 тыс. российских военных. Даже если посчитать силы народных милиций ЛНР и ДНР, маловато получается против 700 тысяч кадровых и мобилизованных украинских солдат и офицеров (это только штатная численность ВСУ, которую озвучивал министр обороны Резников, без учета еще сотен тысяч граждан, проходящих службу в СБУ, погранвойсках, Нацгвардии, полиции и т.д.).

Представляете, как могли бы пойти боевые действия на территории Украины, если бы Россия задействовала хотя бы часть своего мобилизационного резерва, который, по данным из открытых источников, составляет более 30 млн. человек? Уверен, что «партизан», как в советское время называли призванных из запаса на военные сборы матерых мужиков, нашлось бы и чем вооружить, и во что обуть-одеть, и что они свой воинский долг выполняли бы достойно.

Или другая «странность» этой войны. Союзные силы ВС России, ЛНР и ДНР наносят удары по военным объектам, но стремятся избегать разрушения жилых домов и объектов гражданской инфраструктуры. А их, этих объектов, в том числе использующихся в интересах ВСУ, превеликое множество: промышленные предприятия, порты, железнодорожные узлы, склады, объекты энергетики, газопроводы, линии электропередачи, мосты и другие.

Можно ли себе представить, чтобы так избирательно действовали хваленые военные США, Великобритании, Франции да и любой другой страны НАТО?

Их же хлебом не корми – дай только ударить из РСЗО по площадям, в том числе населенным пунктам, или осуществить «ковровое» бомбометание. Вспомним хотя бы Югославию или Ливию.

Опять же, представим, как могла бы складываться обстановка на Украине, если бы Россия сняла с себя это гуманное добровольное табу? Скажем, стоило только загореться Харьковской ТЭЦ и всего на несколько часов погаснуть лампочкам в ряде восточных украинских областей, как там поднялся форменный вой под привычным общим знаменателем «а нас за що».

Думается, исчезни электричество на несколько суток – и кастрюлеголовые бабушки в считанные часы поднимут на вилы и Зеленского, и всех его приспешников, включая руководителей силового блока. На том простом основании, что борщ придется варить на кострах и даже без учета того обстоятельства, что парализованной окажется вся украинская экономика.

Наконец, можно ли представить себе «агрессора», который не только не выкачивает все наличные ресурсы с освобожденных территорий, а напротив, помогает наладить там мирную жизнь, снабжая эти регионы гуманитарной помощью, восстанавливая объекты жизнеобеспечения, образования, здравоохранения, выплачивая пенсии и пособия? Более того, принимает беженцев, и не только с Донбасса? Это ли не удивительное и даже беспрецедентное распыление сил и средств в ущерб продолжающимся собственно военным операциям? Наблюдалось ли подобное в Ираке или Афганистане? Невозможно даже сравнивать.

И самое неприятное, если это слово здесь применимо. Формально Россия воюет лишь с насквозь гнилым киевским режимом, а номинально – с США, объединенной Европой, Канадой, Австралией, Японией и всем блоком НАТО вместе взятым, которые неустанно снабжают Украину вооружениями, военным снаряжением, боеприпасами, специалистами, разведданными, ежедневно закачивают в неё и деньги, и ресурсы.

Не будь всего этого – специальная военная операция, надо полагать, закончилась бы еще несколько месяцев назад. Причем, Россия сражается едва ли не со всем «цивилизованным» миром практически в одиночку, пользуясь лишь тщательно скрываемой или маскируемой косвенной поддержкой преимущественно развивающихся стран. Никто, за исключением редких добровольцев, за нас не воюет, и никто материально нам не помогает.

Все эти и другие «странности» продолжающегося вооруженного конфликта объясняются на самом деле очень просто. Думается, уже на стадии планирования СВО в Москве исходили из неоднократно озвученного в том числе на высшем уровне убеждения, что россияне и украинцы – это один народ, в который иезуитски сумели вбить клин западные политтехнологи. Что нам в дальнейшем вместе жить еще многие сотни лет, как сотни лет жили до приснопамятных скаканий на майданах. И что разрушенное в ходе боевых действий неизбежно придется отстраивать или строить заново.

А еще – что всё можно восстановить рано или поздно, только убитых не вернуть и искалеченных не исцелить…

Всё это, наверное, и без лишних пояснений понятные аксиомы. Но без их напоминания невозможно перейти к самой актуальной теме последних дней – организованному отступлению наших сил из Балаклеи, Изюма, Купянска и ряда других населенных пунктов Харьковской области, где, как казалось, российские подразделения закрепились всерьез и надолго. Хотя, да, извините, это не отступление было, а, по официальной версии Министерства обороны, перегруппировка войск.

О множестве сомнений в эффективности системы информационного обеспечения специальной военной операции России на Украине уже не написал, кажется, только самый беспечный наблюдатель, обладающий способностью составлять слова в предложения и доступом в сеть Интернет. Её, эту систему, критикуют все, кому не лень, и следует признать, что доля справедливости в данной критике есть.

Информации о ходе СВО из официальных источников мало, она скудновата в содержательной части, да и поступает со значительной задержкой по времени.

Вот и о том, что российские войска отошли за реку Оскол, оставив противнику Балаклею, Изюм и Купянск, написали сначала телеграм-авторы, и только после значительной по времени паузы об этом последовало официальное сообщение Москвы, причем в достаточно общих чертах.

А всё это время штатные и нештатные украинские пропагандисты торжествовали в своих пабликах, распространяя фото украинских флагов над захваченными в ходе долгожданного «контрнаступа» селами и видео с чуть не хлебом-солью встречающих «вызволителей» местными жителями, хотя где там была правда, а где чистой воды постановка, разобрать не представлялось возможным.

Слушайте, едва ли не на гребень возникшей на этом фоне волны «всепропальщиков» подняло даже людей, которые ранее не замечались ни в излишней доверчивости, ни в девичьей впечатлительности.

Удивительнее всего то, что данным недостаткам оказались подвержены не только рядовые обыватели, но и обладающие вполне реальной властью суровые государственные мужи, вдруг начавшие публично критиковать действия российского военного руководства и обещать донести «истинную» информацию о происходящем до первых лиц российского государства. Как будто эти «лица» ну совсем уж не обладают достоверными сведениями о ходе боевых действий на Украине и черпают их, снова-таки, из СМИ и соцсетей.

Наблюдая подобное, вспоминается старый анекдот о том, что бегущий полковник вызывает в мирное время смех, а в военное – панику. Это не про тех, кто воюет на линии соприкосновения, а про тех, кто лихорадочно суетится в глубоком тылу, и кто со своими скоропалительными выводами явно бежит впереди паровоза, задрав подол нижней юбки. Но кто, между тем, во многом формирует общественное мнение.

Это возвращаясь к вопросу об информационном обеспечении СВО. В свое время в Вооруженных силах действовала стройная система такого обеспечения. В составе военных соединений и объединений существовала десятки лет создававшаяся и совершенствовавшаяся система средств массовой информации от уровня дивизии и выше – газет, журналов, а позже радиостанций и телестудий. И не для того, чтобы, как утверждают либералы, промывать кому-то мозги, а для того, чтобы гарантированно обеспечить непосредственно находящегося на передовой конкретного воина «вторым хлебом» — информацией, чему-то его научить, воспитать и даже развлечь.

А еще для того, чтобы профессионально и оперативно доносить до всех граждан страны правду о ходе боевых действий.

Во времена, когда Министерством обороны руководил, не к ночи будь помянут, «талантливый манагер» Анатолий Сердюков, военную журналистику, ярчайшими представителями которой были Вишневский, Симонов, Джалиль, Полевой, Халдей и другие, даже не уничтожили – разгромили. Кому, мол, нужны многотиражки в эпоху Интернета! А если Интернета просто нет?

И сегодня роль военной печати взяли на себя не только гражданские военкоры, низкий многим из них поклон, конечно, за самоотверженность и готовность к самопожертвованию, но чаще – так называемые эксперты и аналитики, которые подчас и в армии-то не служили.

Доходит до смешного, если не чудовищного: в прямые эфиры даже центральные телеканалы чуть не ежедневно выводят людей, которые составляют карты и сводки боевых действий на Украине, не отрываясь от стула и компьютера. Более того, в студиях открыв рот внимают представителям временных военно-гражданских администраций освобожденных городов и территорий, нередко касающимся не только круга собственных служебных обязанностей, но и рассказывающим об обстановке на передовой.

Снова-таки, с глубоким к многим из них уважением, в подавляющем большинстве это люди не только не искушенные в плане общения со СМИ, но даже и в нынешних российских реалиях, а также дезориентированные в том, что можно говорить в эфир во время войны, а о чем стоит умолчать.

И это не вина российских СМИ, а беда.

Ежедневно и ежечасно нуждающиеся в свежей информации из Украины, учитывая в том числе и высокий интерес к ней в российском обществе, журналисты частенько вынуждены добывать ее не в официальных инстанциях, а, извините, под заборами, пользоваться сведениями так называемых источников и еще вчера совершенно безвестных блогеров, откровенно ловящих хайп и получающих известность, эксплуатируя популярную тему.

На минуточку, почему в эфире то и дело мелькают они, а не официальные представители российских силовых ведомств и других ответственных структур, которые вроде как и обязаны, по долгу службы, информировать сограждан о происходящем в зоне их компетенции? Посчитайте сами соотношение соответствующих комментариев специалистов и непрофессионалов – удивитесь.

Вот так и формируются у нас полки «всепропальщиков» и дивизии диванных стратегов, которые, отталкиваясь от данных информационного бюро «одна баба казала», берутся не только Генеральному штабу что-то советовать, выдвигая предложения одно абсурднее другого, но и государством руководить.

Далеко же мы зайдем, если доверимся не профессионалам, имеющим соответствующее образование и чаще всего посвятившим избранному делу всю жизнь, а эфирным крикунам, которые формируют не только информационную повестку, но и во многом – общественное мнение.

А что, если разобраться, на самом деле произошло накануне в Харьковской области? Да ничего для условий войны сверхординарного, потому что отступление – это такой же тактический, оперативный или стратегический манёвр, как и наступление. Предпринятый, в данном случае, ввиду явного превосходства противника в живой силе (по ряду свидетельств, семи- или даже восьмикратного) для сохранения организованной обороны и сбережения личного состава.

К тому же хваленая «перемога» украинских войск в данном случае – победа Пиррова. За тактическим успехом ВСУ, изначально подразумевавшим получение больше политических дивидендов, чем собственно военных, – тысячи убитых и раненых в подтянутых из резервов, снятых с других участков фронта бригадах и наспех подготовленных частях территориальной обороны, десятки единиц сожженной российскими артиллеристами и летчиками военной техники. О чем с нескрываемым ужасом пишут с линии соприкосновения сами же украинские военнослужащие.

Да и то, идти в атаку на пулеметы и минометы – это не в окопах да блиндажах сидеть, кратные, по сравнению с противником, потери при наступлении неизбежны, это общеизвестная военная математика.

Конечно, очень жаль не успевших или не пожелавших эвакуироваться граждан Украины с освобожденных и вновь оставленных нами территорий. Уже сообщалось, что в захваченных городах украинские силовики устраивают «фильтрации», выявляя лиц, лояльно отнесшихся к приходу российской армии, а где-то, как в Купянске, украинские неонацисты просто стреляют по мирным, при этом зачем-то (или, скорее, ясно, зачем, вспоминая провокацию в Буче) снимая происходящее на видео.

Но тем самым укро-отморозки только добьются ответной реакции своих же соотечественников, вплоть до, вполне возможно, партизанской войны у себя в тылу. Так что с точки зрения стратегии не самое значительное отступление российских частей в Харьковской области – это временные трудности, от которых на войне никто не застрахован.

Впредь умнее будем, как говорится, и не только в оставленные города вернемся, но и дальше пойдем.

А вот киевский режим всё равно обречен и неизбежно потерпит полное фиаско в экономической, политической и собственно военной сферах. Несмотря на всю образцово-показательную поддержку и помощь объединившегося в борьбе с Россией Запада. И не только потому, что Россия сильнее. Дело наше правое, вот почему.

Фото с сайта zensovet.ru

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 4.3 / 5. Людей оценило: 3

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Лыцари с планеты Труп

Алексей НЕЖИВОЙ

Маски на страже беспорядка

Двенадцать задач, поставленных Путиным в Послании

.

Оставить комментарий