Крымское Эхо
Крымография

Наследие Губонина

Наследие Губонина

ПУТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ

В этом году нам повезло: начало весны и первый весенний праздник были по-настоящему теплыми, даже кое-где жаркими, да и зимы по сути не было. Вот только на водохранилища и речки жалко смотреть…

В городе днем жарко, ярко светит солнце, на перевале туман клочьями покрывает деревья и трассу, а на побережье прохладнее — холодное море и снег на горных плато влияют на климат. Здесь, на берегу моря, в укромной деревушке с романтическим названием Гурзуф, в конце XIX века и решил обосноваться Петр Ионович Губонин.

Бывший крепостной, сам выкупивший себя из рабства, каменщик, в дальнейшем строитель многих соборов, железных дорог и крупных заводов Российской империи, купец, а затем и дворянин, миллионер.На дворянском гербе Губонина был девиз: «Не себе, а Родине».

Купив имение Ришелье и все прилегающие к нему земли, он стал обустраивать эти благодатные места, желая превратить Гурзуф в курорт европейского уровня.

Горная своенравная речушка Авунда была усмирена и направлена в новое русло. На ее берегах возник великолепный архитектурный ансамбль из семи гостиниц, украшенных в восточном стиле. Ни одно здание не было похоже на остальные. В этом курортном комплексе проводились бальнеотерапия и грязелечение.

Возведены рестораны, магазины, пекарни. Разбит великолепный парк, растения для которого завозились со всего света. Парк был украшен скульптурами и фонтанами. Один из самых известных — фонтан «Ночь» был привезен Губониным с Венской выставки и работает до сих пор.

Был благоустроен поселок, построены торговые лавки и аптеки, больницы и школы. Появились православный храм Успения Пресвятой Богородицы и мечеть, которые не сохранились до наших дней.

Интересно, что территория имения не была отгорожена от поселка заборами, местные жители могли свободно гулять в парке, любоваться произведениями искусства.

В отличие от наших дней, когда каждый «объект размещения», как сейчас называются санатории, разделившие парк, огораживает свою территорию и никого на нее не пускает.

Уже давно на части территории парка располагается санаторий. Сохранились все семь разноэтажных гостиниц, построенных меценатом. Сделаны они из серого камня разного размера, украшены навесными резными деревянными балконами и террасами. Названы корпуса по именам людей, бывавших здесь, или другими интересными названиями.

В санатории — материковые отдыхающие и крымчане-пенсионеры, куда ж без них. Пока не сезон, нужно успеть посетить бассейн и различные бани, близлежащие дворцы и музеи, винзаводы и зоопарк, все посмотреть и попробовать.

А кто может — сходить на Медведь-гору, сейчас она вся усыпана великолепными подснежниками, целое море цветов! А если встать пораньше, то можно увидеть, как яркое умытое солнце поднимается из моря…

Самый красивый корпус — «Гагаринский», с башенкой, он похож на рыцарский замок. Со всех сторон здание выглядит по-разному. Именно в нем любил останавливаться на отдых первый космонавт планеты.

Перед зданием на массивной скамейке сидит бронзовый Владимир Ильич. Рядом с ним — место, где может посидеть и сфотографироваться любой желающий. Лишь двое пенсионеров не смогли залезть на скамейку и присели у ног вождя.

На курорте

Перед корпусом «Пушкинский» стоит известный фонтан «Ночь», вокруг — клумбы с многолетними агавами. У входа в здание недавно была установлена мемориальная доска, посвященная Петру Ионовичу. Корпус сейчас на ремонте.

Ниже рощица подстриженных банановых деревьев басио. Многовековые хвойные растения и пальмы ароматизируют воздух. Многие деревья и кустарники раскрыли свои бутоны, наполнили свежий воздух неповторимыми ароматами, привлекая насекомых.

Цветет магония и фотиния, калина и земляничник, лавр и японская айва, миндаль и слива. Особенно ароматны маленькие беленькие невзрачные цветочки кустиков, похожих на самшит и образующих живую изгородь вдоль аллей парка.

Многие кусты и деревья изыскано подстрижены в стиле топиар.

Всё в тумане

В парке много скульптурных групп – семейство крымского благородного оленя, медвежья семья и много других. Аллея писателей и поэтов с их бронзовыми бюстами, в честь которых названы некоторые корпуса, выводит к памятнику Пушкину.

Именно здесь, в особняке Ришелье, великий поэт жил вместе с Раевскими, когда путешествовал по Крыму и с восторгом потом вспоминал проведенные здесь часы. Рядом расположилось воспетое поэтом лукоморье с дубом, ученым котом и Бабой-ягой. Сейчас в особняке Ришелье музей поэта. Рядом оливковая роща, которой поэт посвятил стихи, выбитые теперь в камне:

«Там на берегу, где дремлет лес священный,
Твое я имя повторял;
Там часто я бродил уединенный
И в даль глядел… и милой встречи ждал».

Люди, давно не бывавшие в поселке, выйдя из парка к морю, ужасаются, куда делась великолепная в прошлом набережная Гурзуфа. Местами с двух сторон она заставлена ларьками и шалманами, закрывающими вид на море и горы. Стоят огромные многоэтажки с апартаментами и бетонные недострои. А на берегу, ближе к Ялте, рядом с подъемным краном по-прежнему то ли строят, то ли уже не строят высотное здание. Еще одно Калипсо, которое потом никак не смогут снести.

Узкие улочки поднимаются все выше и выше. Отсюда открывается великолепный вид на горы, окружающие Южный берег и который любят снимать фотографы.

Восход в Гурзуфе. Фото Ольги Холявинской

Но вдруг прозрачный воздух стал сереть — показалось, это дым от пожара. Туман появился внезапно откуда-то сверху и сбоку, сделал быстро невидимыми амфитеатр гор, укрыл Медведя и Адалары. Спустился вниз и укутал улицы, дома и море, сразу похолодало. Но через пару часов жаркие лучи солнца высушили капельки воды — солнце и море снова засияли.

На набережной можно встретить материковых туристов в шортах и майках и местных в теплых куртках и пальто с меховыми воротниками.

Дети едут в колясках, а кто постарше, носятся на самокатах.

Местные жители ходят по пляжу с миноискателями и добывают сокровища среди гальки.

В море чайки, но откуда-то прилетели и пресноводные кряквы. Нырять они могут только возле берега, где неглубоко. Да еще нахальная чайка выхватила у одной кряквы только что пойманную рыбку. Утка громко крякает от возмущения! Надо было сразу глотать с таким трудом пойманную добычу. А дальше в море выныривает стайка дельфинов — там наверняка тоже есть рыбка.

Крымская весна выглыдит так

И как всегда Гурзуф – это кошачье царство. Котяры разного цвета и пород валяются на скамейках и клумбах, радуются долгожданному солнышку. Особенно их много в санатории, слишком много! Деловые, упитанные и довольно сытые, они не бросаются к отдыхающим и не орут, требуя еды. Только порой дурным голосом кричат друг на друга и бросаются в драку.

Но что поделать, весна!..

Фото автора

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 4.4 / 5. Людей оценило: 32

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

В поисках Гапки

Олег ШИРОКОВ

УЗИ сочинским кипарисам

Золотая осень. Яблони в цвету

Анна КАПУСТИНА