ДНИЩЕ РУСОФОБИИ
Русофобия в Латвии — понятие растяжимое. И похоже, до бесконечности. По крайней мере, тому свидетельством относительно недавно принятые в стране законы, нацеленные на искоренение русского языка и русской культуры из латвийского социокультурного пространства.
Заслон от ценностей
С 1 января власти прибалтийской республики ввели запрет на русскоязычное теле- и радиовещание в государственных СМИ, повысили НДС до 21% на продажу периодики и книг на русском языке, а также запретили изучение русского языка как второго иностранного в школах.
Эти действия Рига объясняет созданием единого информационного пространства, весь контент которого должен быть только на латышском или на одном из языков Евросоюза. Зачем? Из соображений национальной безопасности. Но при этом создатели такого по-фашистски моногенного пространства нагло закрывают глаза на то, что почти 40 процентов жителей страны говорят на русском языке.
В российском МИД закономерно такую политику считают «грубейшим актом дискриминации и сегрегации по этнолингвистическому признаку, очередным проявлением агрессивного шовинистического национализма, возведенного латвийским руководством в ранг государственной политики и идеологии». Но и всего этого, как видим, оголтелым русофобам мало.
Этим летом в срочном порядке парламент Латвии принял запрет на импорт книг, газет, игрушек, видеоигр, спорттоваров, одежды и обуви из России и Белоруссии. Интересно, что сами депутаты Сейма сам запрет назвали «национальным». Что ж, вполне подходящее для радикальных националистов (а по сути, форменных нацистов) наименование. Запрет, устанавливаемый до 1 июля 2027 года, будет распространяться и даже на импорт российских и белорусских товаров из третьих стран.
Впрочем, что касается игрушек, то, пожалуй, у прибалтийских запретителей есть на то свой резон. Как справедливо отмечает уполномоченный по правам человека в РФ Яна Лантратова, через производимые у себя игрушки Запад пытается транслировать детям свою же систему ценностей. Сколь безнадежно последние далеки от наших, то есть традиционных, вряд ли нужно объяснять. Тот самый случай, когда лучше один раз увидеть. И почему-то не удивляет, что компания, выступающая лидером продажи игрушек за рубежом, охотно перечисляла миллионы на поддержку ВСУ.
А потом, как рассказывает Лантратова, к ней обращаются школьные психологи с рассказами о том, как дети зачастую осознают, что некоторые (импортные, разумеется) игрушки опасны, прячут их по ночам, боясь, что те «проснутся и что-то с ним сделают». Отчетливо понимая значение детских культурных образов, власти Латвии и запрещают ввоз российских игрушек, призванных воспитывать здоровые традиционные ценности.
И не случайно, например, в Молдове тем временем отменяют прокат фильма «Последний богатырь», в Великобритании полсотни парламентариев требуют убрать мультипликационный сериал «Маша и Медведь» со стриминговых платформ, а Киев вводит санкции против создателей и распространителей этого замечательного мультфильма.
На остатке сучка́
А когда парламент Латвии запретил радиостанциям воспроизводить произведения, написанные лицами, находящимися под санкциями страны или Евросоюза, внезапно выяснилось, что в список попали хиты композитора Раймонда Паулса (на фото) в исполнении Аллы Пугачевой, Лаймы Вайкуле и Валерия Леонтьева.
Под запретом, в частности, оказались легендарные песни «Миллион алых роз», «Вернисаж», «Маэстро», «Старинные часы», «Делу – время» и «Без меня». С одной стороны, может показаться странным, как эти, безусловно, ставшие бессмертными символами советской эпохи, композиции не запретили раньше в связи с таким их статусом. С другой, Паулс – не просто рядовой латышский композитор, это, несомненно, большой эстрадный композитор, командор Ордена Трех звезд (высшей, на секундочку, государственной награды Латвийской Республики), министр культуры Латвии в 1989-1993 годах, советник президента Латвии по культуре в 1993-1998 годах.
С присущей ему мудростью маэстро выразил равнодушие к принятому решению.
— Я не буду комментировать, — сказал он. — Пусть запрещают. Кто имеет власть, пусть решает.
Оно и понятно: в 90 лет было бы глупо вступать в публичную перепалку с властями предержащими. К тому же, трезво оценивая свой вклад в эстрадную музыку, Раймонд Волдемарович наверняка сознает, что никакие запреты не смогут повлиять на любовь к нему преданной аудитории как в Латвии, так и на всем постсоветском пространстве, особенно в России.
Тем не менее, как метко оценила ситуацию советник российского президента, председатель Совета при президенте РФ по реализации государственной политики в сфере поддержки русского языка и языков народов Российской Федерации Елена Ямпольская, Латвия, запрещая в том числе песни Паулса, продолжает «пилить остаток сучка, на котором сама сидит».
Примечательно, что после столь одиозного решения рядовые латвийцы в соцсетях ополчились на собственных же народных избранников. Получилось, как в известной поговорке про напоровшихся на то, за что боролись. При том, что армии таких борцов, патологически озабоченных санкциями, следовало бы помнить и про яму, в которую обязательно угодит всякий, роющий ту другому.
Потому ничуть неудивительно, что многие латвийцы, комментируя в соцсетях запрет песен классика и советской, и латышской эстрады написали, что выросли с музыкой Паулса, которая звучит на разных языках, и призвали остановить «это кошмар и абсурд».
Другие напомнили, что песни выдающегося соотечественника — гордость Латвии и часть ее культурного наследия. Более того, даже допустили, что нынешние молодые депутаты, у которых «нет ничего святого», «хотят уничтожить все ценности латвийской культурной истории и ввести некую поп-музыку в американском стиле, которая совершенно не соответствует латвийским национальным ценностям».
«Язык здесь ни при чем, Латвия не всегда была свободной, она была под властью поляков, шведов, немцев, так что, может, нам стоит запретить и эти языки? — напомнила пользовательница Сильвия Садовска и гневно добавила: — Больные люди!»
Немало латышей возмущены тем, что вместо того, чтобы решать реальные проблемы, народные избранники заняты борьбой с культурой: «Видно, Сейму больше нечем заняться… Было бы лучше заняться решением реальных проблем страны, вместо того чтобы просто сидеть сложа руки и заниматься музыкой… За что вам платить зарплату? За это?!».
Как видим, фактически власти Латвии в угоду европейским боссам развернули борьбу с интересами собственного народа. Логика охваченных злобой хуторян, привыкших героизировать вредительство, которое помимо условного врага частично направлено и на самих себя.
В этом плане довольно точно и емко официальный представитель российского МИД Мария Захарова сравнила такую публику с вурдалаками. А как еще назвать тех, кто на днях под Ригой, в комплексе «Саласпилс» на месте бывшего нацистского концлагеря в окрестностях латвийской столицы, повалил и сломал памятник на могиле советских солдат, погибших при освобождении Латвии от фашизма?
Как еще назвать тех людей в белых халатах, которые, презрев клятву Гиппократа и прочие тонкости медицинской деонтологии, отказались оказать экстренную помощь мужчине с инсультом в больничном коридоре только потому, что тот обратился к ним на русском языке?! Тем самым эти, с позволения сказать, врачи продемонстрировали не столько незнание русского, на котором, как уже отмечалось, говорят 40 процентов жителей Латвии, сколько собственную профнепригодность.
Даже во время вооруженных конфликтов настоящие медики выхаживают пленных комбатантов. И вовсе не потому, что пышут к тем непреодолимой любовью: просто профессиональное положение обязывает. Но когда положение полностью замещает животная злоба, то, как бы эти оскотинившиеся младоевропейцы ни вопили о своей причастности к европейской цивилизации, на деле они семимильными шагами отдаляют себя от нее.
Потому что «цивилизация», представители которой вместо того, чтобы лечить, позволяют себе опускаться на бесчеловечное днище русофобии, а народные избранники принимают законы, отменяющие художественные произведения национальных классиков, обречена на гибель.
Фото: LETA
