Хотел бы начать с темы, относящейся больше уже не столько к боевым действиям, сколько к последствиям войны.
Речь вот о чем. В своем прошлом обзоре «Октябрьский аккорд» я сообщил об освобождении нашими войсками села Новосадовое Краснолиманского, самого северного, района Донецкой Народной Республики. А прошлую субботу, 26 октября, пришло сообщение, что врага прогнали из села Александрополь, это поближе к Донецку — в Ясиноватском районе, километрах в 40 к северу от Авдеевки.
Но что это за населенные пункты?
Село Новосадовое относится к разряду заброшенных. Там еще в 2001 году из местных оставались всего лишь 32 человека. Теперь нет никого. В Александрополе в том же, первом году нового века, проживали 305 человек. Других официальных сведений нет. Как с людьми в селе сейчас? Если кто-нибудь и остался, то таким вряд ли позавидуешь. Добро еще, если есть где купить хлеб.
Да что села — в городе-спутнике Донецка Угледаре местных жителей также не осталось. Жить ведь людям негде, все дома разбиты.
Что с этим всем делать? Кому и, главное, для кого восстанавливать брошенные и разбитые села, поселки, городки — вопрос трудный.
Наверное, к его решению, примеряться будут не раньше, чем фронт уйдет из Донбасса куда-то далеко на запад.
Мой давний товарищ, уроженец Авдеевки, но живущий уже много лет в Донецке, недели три назад впервые побывал в своем родном городе. Авдеевку, как известно, Русская Армия освободила еще 17 февраля этого года. Но из города несколько месяцев выпускали и разрешали возвращаться обратно, только местным жителям, то есть тем, у кого в паспортах значилась авдеевская регистрация.
К тому же городскую территорию надо было хоть до сколько-нибудь приемлемого уровня очистить от мин и неразорвавшихся боеприпасов.
Правда, сейчас, о чем рассказал мой друг, его пустили в Авдеевку после прохождения, как он выразился, «фильтрации». То есть человек предъявил документы, подтверждающие, что Авдеевке он родился и вырос, адрес дома, где он жил в детстве и юности со своими родителями, аттестат школы, которую когда-то закончил.
На своей родине мой товарищ долго не был, поглядел на пятиэтажку, где и сейчас находится квартира его родителей, хотя матери в живых уже нет, а отец с сестрой еще до начала Специальной Военной операции сумели перебраться в Донецк. Сам пятиэтажный дом стоит, но находится в аварийном состоянии, его сильно перетряхнули разрывы снарядов. По этой причине пятиэтажка пустует, жильцы перебрались из нее, кто куда смог.
Подлежит ли постройка восстановлению или ее снесут, вопрос пока открытый, и таких домов в Авдеевке много. Видимо, с похожей ситуацией столкнутся вскоре жители Селидово и Курахово. Из Селидово противник на прошлых выходных днях, 26 и 27 октября, и в понедельник 28 октября, отступал, но для повреждения любых городских построек и объектов то и дело применял беспилотную авиацию.
***
Вражеские обстрелы все так же досаждают Горловке. В городе 26 октября осколочные ранения получили две женщины, 1944 и 1986 годов рождения, а в воскресенье, 27 октября, украинский беспилотник атаковал автобус с маршрутным номером два, двигавшийся по улицам поселка «Химик», в Никитовском районе города. Пострадали три пассажира. Еще один человек был ранен в Центрально-Городском районе.
Язык боевых сводок, в общем-то, официален и сух. И те, кто сообщения с линии фронта или из обстреливаемых населенных пунктов читает изо дня в день, невольно привыкает относиться к ним спокойно, даже отстраненно. Таковы, уж, видно, свойства человеческого восприятия действительности. Это, вероятно, неизбежно, но и неправильно. Война всегда остается кровопролитной и жестокой вещью. Поэтому снова хочу обратиться к впечатлениям обыкновенного рядового человека, чья жизнь идет там, где стреляют.
В прошлый понедельник, 28 октября, моему сыну позвонил приятель, проживающий в Еленовке. Напомню, этот поселок находится около Мариупольской автотрассы, километрах в 15 от южных окраин Донецка и по оперативной классификации относится к беспокойному Южнодонбасскому направлению. Хорошо, конечно, что жители Еленовки, Докучаевска, других соседних с ними поселков и сел, вздохнули легче после того, как российские войска в конце лета освободили село Новомихайловку Марьинского района, откуда эту территорию обстреливали чаще всего. Но опасность, однако, не миновала.
Мой и сын и его товарищ поговорили о том, о сем, а потом еленовский житель рассказал, как недели три назад неподалеку от его частного дома (такие же дома и у его соседей, в Еленовке все жилье, за исключением трех-четырех домов, относится к частному сектору) разорвались два снаряда. Первый снаряд убил двух и ранил также двоих гражданских людей. Осколки второго снаряда посекли супружескую пару, находившуюся в момент разрыва боеприпаса в своем дворе. Муж и жена до сих пор в больнице. У нескольких жителей этой, попавшей под огонь врага улицы, сгорели также зерно и сено, припасенные людьми на холодный сезон для домашней живности.
Рассказал и об этом эпизоде, пусть он и передан по «беспроволочному телеграфу», но живые свидетельства для истории годятся всегда. Если собрать воедино все такие свидетельства, получившие хождение за последние десять лет, наверняка получится внушительный том.
***
На северных подступах к Селидово российские штурмовые подразделения 27 и 28 октября освободили от ВСУ поселки Измайловку и Цукурино.
Селидово, город, в принципе, небольшой, но территориально также представляет собой разбросанный «куст» шахтных поселков. Какие-то из них расположены вблизи от центральной части города, другие подальше. Выбивать противника из разных таких закоулков, где есть свои терриконы, промзоны, посадки, непросто. Поэтому и после того, как флаг России взвился над центром Селидово, в черте города и его окрестностях боевой работы все еще хватало на двое-трое суток.
Курахово — город более компактный, чем Селидово; предприятий, добывающих уголь, там нет, но есть другие — их украинские войска и приспособили для своего размещения. Российская армия действует в таких случаях, как и надо. По одному из цехов завода «Электросталь», где располагались подразделения 46-й отдельной аэромобильной бригады ВСУ, 30 октября была сброшена фугасная авиабомба (ФАБ) весом 3000 килограммов. С этого же дня бои начались и на улицах Курахово.
На поле боя украинские нацисты терпят поражение. И, как видно, стараются компенсировать свои конфузии изощрением способов ведения войны против мирного населения Донбасса.
Горловка вечером 29 октября была атакована целым роем вражеских беспилотников. Погиб житель города, вышедший в это время из своего дома в магазин, чтобы купить продукты. Получила ранения женщина. Еще один человек погиб в маршрутном автобусе.
Вэсэушники применили такой прием: беспилотник догнал автобус, оснащенный средствами радиоэлектронного контроля воздушного пространства, но затем на аппарате-квадрокоптере в дистанционном режиме были резко отключены двигатели. А радиоэлектронная аппаратура, кроме прочего, реагирует на шум вращающихся винтов, и затем беспилотник-камикадзе, выпавший в последний момент из поля зрения датчиков обнаружения летательных аппаратов, камнем полетел на машину. Раздался взрыв — и одного из пассажиров не стало.
От атак с воздуха пострадали еще два автобуса, обслуживающие в Горловке маршрут № 2. Тут обошлось без человеческой крови, но в жилом массиве «Комсомолец» боеприпас, сброшенный с дрона, ранил человека стоявшего на остановке городского транспорта.
А днем 30 октября кровь пролилась и в Донецке. В поселке Старомихайловка, относящемуся к Кировскому району столицы республики, на мине «лепесток» подорвался местный житель. Человек получил ранения. В Горловке, прошедшей средой, опять же, в микрорайоне «Комсомолец» осколки снаряда ранили женщину.
***
В столице ДНР станет безопасней после освобождения от украинских нацистов Курахово. Город расположен на предельной досягаемости выстрелов дальнобойных орудий противника. Хотя в резерве у врага остаются еще и ракеты, они летят дальше, чем снаряды. Донецк ВСУ обстреливают и с нескольких участков фронта, проходящих пока по территории Ясиноватского района, к западу и к северо-западу от мегаполиса.
Уличные бои, ведущиеся за взятие населенных пунктов, были и остаются одним из самых сложных видов боевых действий.
Здесь при наступлении, безусловно, нужны напористость и решительность, но непременно сопровождаемые осмотрительностью и выверенностью.
Таким образом сейчас завершается освобождение Селидово, продолжается операция в Часов-Яре и начинается бой за Курахово. Это же самое понадобится и при наступлении на города «северной линии» Донбасса — от Константиновки на юге до Красного Лимана на севере.
Характер и в чем-то тактика боевых действий на Западном и Северо-Западном от Донецка направлениях поменяются, когда от противника окончательно будут зачищены Курахово и Красноармейск. За этими городами простирается уже преимущественно полевая, сельскохозяйственная местность. Пейзаж меняет даже электричество. Кому доводилось ездить в темное время суток через Курахово и Красноармейск на Запорожье и Днепропетровск, тот знает, как зарево света над промышленными городами и поселками остается позади, а впереди открывается затемненная степь, подсвечиваемая лишь огоньками в окнах сельских построек.
Значимые военные события ожидают и аграрный, западный Донбасс. Там, правда, остаются еще два шахтерских городка: совершенно убитое еще с 90-х годов прошлого века Белозерское и почти такое же Доброполье. Думается, что начала и этой операции ждать придется не так уж долго. Хотя, о чем также упоминать приходилось не раз, ноябрьская распутица с дождем и мокрым снегом, что на Донбассе случается нередко, свои коррективы в ход и темп боевых действий вносит.
Но на войне, как на войне…
Г.Донецк
Фото ДАН 31.10.2024 —
На направлении октябрьского прорыва
