Крымское Эхо
Архив

«Мне пришлось увидеть эту страну в самую тяжелую минуту»

«Мне пришлось увидеть эту страну в самую тяжелую минуту»

КРЫМЧАНИН СТАЛ ОЧЕВИДЦЕМ ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЯ В ЯПОНИИ

Наш земляк, председатель Союза предпринимателей и работодателей Крыма <b>Александр Дудко</b>, в марте находившийся в Японии, дал эксклюзивное интервью «Крымскому Эхо». <br />
— Как получилось, что вы оказались в Японии во время землетрясения?<br />
— Я был в составе украинской группы, проходившей стажировку по курсу общего обзора системы управления «5S». Изучали секреты японского экономического чуда под руководством одного из его отцов-основателей, профессора Кобаяси.

Александр Дудко


Программа предусматривала не только теоретическое ознакомление, но и посещение предприятий малого и среднего бизнеса, а также таких крупных, как «Тойота».

Я побывал более чем в 50 странах мира и всегда мечтал посетить Японию. И вот получилось, что увидеть эту страну мне пришлось не в будни и праздники, а тяжелую минуту испытаний.

Мы прибыли в Японию вечером 6 марта и должны были улететь 19-го. Все знают, что 11 марта в стране произошло самое страшное за последние 150 лет землетрясение, повлекшее за собой 15-метровое цунами. Однако это практически не отразилось на нашей программе пребывания — лишь пришлось сократить визит на 2 дня после того, как возникла опасность радиоактивного заражения Токио.

То, что японцы к землетрясениям привычные, мы почувствовали сразу же. Уже на следующий день после прилета вся наша группа была проинструктирована, как следует действовать в случае землетрясения и как оказывать помощь. Нас предупредили, чтобы мы держали наготове также деньги и документы: паспорт, страховки, билеты. Каждый получил каску, фонарик и пособие по «тревожному чемоданчику», в котором должны находиться препараты для оказания первой помощи, свисток, радиомаяк, «сухой паек». Нас проинструктировали, как в случае необходимости эвакуироваться через надувные рукава, которые есть во всех зданиях, и как помогать эвакуироваться другим. Система рукавов позволяет японцам в случае опасности покидать здания в считанные минуты — нажали кнопку, рукав раскрылся, съехали по нему вниз.

Никто без медосмотра не остался «

Буквально через два дня после нашего приезда началось обычное, по понятиям японцев, около 5 баллов землетрясение: шатались люстры, шторы, картины на стенах, японцы на все это никак не реагировали. Мы в тот момент находились на фабрике ортопедических изделий — с персоналом у нас продолжилось традиционное японское чаепитие.

Землетрясение 11 марта застало нас между городами, по дороге на вокзал. И хотя мы находились тогда за 400 км от эпицентра, на северо-востоке Японии, наш автобус стал подпрыгивать на асфальте, будто детская коляска на ступенях. Нам пришлось остановиться, но, главное, по глазам японцев мы поняли, что это уже серьезно. Когда же мы все-таки приехали на вокзал, то там началась эвакуация, мне удалось снять на видео шатающиеся небоскребы.

 

Здания после землетрясения уцелели, только раскачивались


Само землетрясение было недолгим, когда оно закончилось, то все вернулись на вокзал, и уже в прямом эфире на большом плазменном экране зала ожиданий наблюдали за цунами. Знаете, это огромная разница, когда ты смотришь документальную запись и знаешь, что все уже произошло, и ты понимаешь, что ничего не изменится, кто-то уже погиб, а кто-то выжил. И совсем другое, когда видишь катастрофу в реальном времени. Мы наблюдали в прямом эфире за яхтой, которую перевернуло, и она всплыла и стала килем вниз, там было пять человек, которые пытались удержаться, а волна с огромной скоростью несла яхту прямо на мост. Если бы волна прошла ниже, под мостом, или выше — над ним, то эти люди бы спаслись. Они пытались ломать мачты на яхте, чтобы высокие мачты не помешали им пройти под мостом, но яхту понесло прямо на мост, и мы видели, как и ее, и людей просто размазало о бетон. Это было страшно. Не хотелось бы много об этом рассказывать.

Нас поразило то, как быстро японцы начали исправлять ситуацию, а также гласность, с которой события освещались; поразило доверие людей к правительству. Все японские каналы — и местные, и центральные начали сразу рассказывать о том, что произошло и что делается для борьбы с последствиями землетрясения и цунами. По трем центральным телеканалам постоянно транслировались работа чрезвычайного штаба и правительства. Все доклады экспертов и специалистов показывались в прямом эфире, они ничего не утаивали от населения. Люди видели, как принимаются решения и как отдаются распоряжения и команды. Были прямые включения на местах. Местные каналы оповещали, где и какие люди погибли, кого удалось найти, где идет эвакуация и т.д.

Японцы в поезде, жизнь продолжается»

Разумеется, наша программа была откорректирована, вопрос стоял о ее закрытии, но мы настояли на том, чтобы нам позволили остаться и изучить опыт антикризисного управления в сложившийся черезвычайной ситуации, и надо сказать, что опыт и знания мы получили бесценные. Сократили нашу программу всего на два дня, но не из-за землетрясения и цунами, а потому, что начал подниматься радиационный фон в Токио, и была опасность, что закроют аэропорт. На следующий день после нашего отлета посольство начало эвакуировать граждан Украины.

Мы получили неоценимые знания по антисейсмическим мероприятиям: это первое очень серьезное землетрясение 9 баллов, при котором практически нет разрушений. Все здания выстояли, и практически жертв от самого землетрясения нет. Все жертвы и разрушения принесло цунами, возникшее в результате землетрясения, не где-то далеко в океане, а непосредственно у берегов Японии, поэтому волна была такой высоты и силы, на которую никто не рассчитывал. Пятнадцатиметровая волна, прошедшая фронтом 3.6 километров, и нанесла удар по городам и атомным станциям.

 

Без комментариев

[img=right alt=title]uploads/6/1301551784-6-SORn.jpg» />
На Фукусиме были затоплены вспомогательные здания и генераторная. Основное питание было отключено, а вспомогательное, которое должно было охлаждать реактор, вышло из строя. Хотя взорвался не ядерный реактор, а водород, выделившийся из-за оплавления циркониевых стержней, взрыв был настолько сильным, что от оболочки здания практически ничего не осталось.

Я теперь знаю, как нужно строить, чтобы ничего не завалилось. В 1995 году в Японии было землетрясение в 7 балов, и тогда было около 3 тысяч жертв. Японцы сделали из этого выводы, они потратили полтора миллиарда долларов на науку и испытательные стенды, на которых в реальном времени, а не теоретически, как это делают у нас, изучали, что будет со зданиями и их конструкциями при толчках разной силы.

Исходя из полученных результатов они перестроили и укрепили свои здания так, что при нынешнем 9-бальном землетрясении они устояли. Разрушались перегородки, гипсокартонные потолки, ограждающие конструкции, падали шкафы, но — не дома. Если бы не цунами и радиация, то весь мир бы сейчас поехал в Японию перенимать опыт их сейсмического строительства.


Традиционная японская система — это система полых тяжелых колонн с инженерными коммуникациями в середине, на которые опираются монолитные диски межэтажных перекрытий с минимальной нагрузкой на них по внешнему периметру. То есть здания должны быть с несущими колоннами внутри, а снаружи внешние стены должны быть максимально облегчены; чаще это лишь плиты с утеплителем и стеклоблоки. Тогда здание раскачивается, как раскачивались при 9 баллах японские небоскребы, но не падает. А у нас, напротив, монолитный каркас утяжеляется по наружному периметру бетонными блоками и стенами, и у таких конструкций есть все шансы рухнуть уже при 6 баллах, и потянуть за собой перекрытия и все здание, которое сложится, как домино.

— В прессе много пишут о выдержке японцев, о том, что они не впадали в истерику…

— Я могу это подтвердить. Все было организовано четко по всей стране. Я фотографировал отдельные лица японцев в слезах, когда кто-то узнавал о потери близких, но каждый при этом стремился, чтобы его состояние не повлияло на других, не повлекло цепную реакцию паники. Люди, несмотря на обрушившееся на них горе, продолжали работать.

Я думаю, что менталитет японцев очень близок своим коллективизмом к нашему. Их принцип: быть вместе — если каждый будет спасаться сам, то пропадут все. Слаженность и единство японцев меня вдохновило. Все было в одном ключе: власть, армия, бизнес, народ. Горе огромное, потери, как сейчас уже подсчитали, 320 миллиардов долларов, это больше, чем вся Украина зарабатывает за год, — а все слаженно работают. Я видел, как за три часа японцы эвакуировали 200 тысяч человек! Причем не так, как в Чернобыле, когда вывозили в другие области и раскидывали общежитиям. Японцы сначала вывозили людей на временные базы пребывания — это то, что показывали по телевидению, когда люди находились на вокзалах и в офисных зданиях, на полу матрасы, термосы и пр. Но люди находились там от двух до шести часов, пока решалось куда их направить. За это время правительство и местные власти решали не только, куда и чем людей перевозить, а и где им жить, где каждый уже на следующее утро будет работать, куда пойдут в школу дети, где будут получать пенсию старики. И при этом, даже если людей устраивали не по специальности и на сокращенный рабочий день, то — с зарплатой не менее 2 тысяч долларов в месяц: это граница прожиточного минимума в Японии, меньше которой нельзя платить никому.


Меня восхитил тот факт, что, несмотря на потерю продуктовых запасов в пострадавших районах и значительный рост транспортных издержек из-за подвоза большинства товаров из соседних префектур, цены не повысились ни на одну йену! Допустим, было сто магазинов в городе, осталось работать всего три. Да, образовались очереди за продуктами, но ни одна фирма ни на один продукт питания цену не подняла! Хотя у них нет государственной регуляции цен. Бизнес саморегулируется и управляется с помощью норм корпоративного права, устанавливаемых отраслевыми гильдиями самих работодателей.

— После того, как такие крупные японские концерны, как «Тойота», «Хонда» и пр. приостановили работу своих заводов на территории Японии, появились опасения, что случившаяся катастрофа может спровоцировать новый виток мирового экономического кризиса.

— Я понимаю, почему вы задаете этот вопрос: действительно Япония — специфическая страна, в которой сосредоточены транснациональные гиганты. И, кажется, что если они остановятся, то в экономике наступит коллапс. Я тоже так думал, пока не узнал, что крупные компании Японии в ее общей структуре экономики составляют всего 0.3%, а 99.7% — это предприятия среднего и малого (12,7%), и мелкого (87%) бизнеса. Причем к мелкому бизнесу в Японии относятся фирмы с численностью до 20 человек в производственной фирме, и до 5 работников в сфере торговли и обслуживания. Поэтому считаю, что природная катастрофа не превратится для японцев в катастрофу экономическую. Сегодня они закрыли крупные заводы из-за того, что не хватает электроэнергии, большая часть которой расходуется именно крупными предприятиями, но по численности работников такие предприятия занимают несущественное положение в экономике Японии.


И второе: экономические потери в 320 миллиардов долларов кому-то надо восстанавливать. Поэтому сейчас Япония скорее будет испытывать дефицит рабочей силы.

— В Интернете, в том числе на форумах физиков-ядерщиков, я с самого начала аварий читала высказывания, что погасить пожар на Фукусиме не удастся, и что при худшем раскладе радиация будет серьезно угрожать Японии. Также высказывалось недоверие японским СМИ и опасения, что они замалчивают реальные угрозы…

— Это неверно — никто с самого начала не скрывал ни от нас, ни от населения, что реакторы могу взорваться. Но это был не ядерный взрыв, о взрыв от перегрева. Более того, японским правительством было четко и заранее заявлено, что, если в течение 24 часов не удастся восстановить энергоснабжение и запустить помпы, чтобы решить вопрос охлаждения, то могут произойти взрывы. И в 11 часов следующего дня был включен прямой эфир первого реактора. Японские специалисты ошиблись всего на 6 минут, то есть взрыв произошел в 11.06, и японцы наблюдали за ним и его последствиями по телевидению. Людей эвакуировали, и тут же туда шли спасатели, и опять нам открыто показывали, какая радиация по периметру станции.


И то, что непосредственно в реакторе и вокруг него в радиусе 10 км радиация очень высокая, это тоже никто не скрывал. Я видел, как гибли бойцы, которые шли отодвигать задвижки, протаскивать провода и проводить те спасательные работы, с которыми не справлялись дистанционные манипуляторы и роботы. Эти люди шли на верную смерть, понимая, что им не выжить после такой дозы радиации. Но гибли они гораздо раньше, не от радиации и чаще не доходя до цели, так как температура там была такой высокой, что они теряли сознание от теплового удара, а их тела даже не горели, а просто испарялись, таяли буквально на глазах.

Японцы уже подсчитали, что при худшем для них сценарии, в смысле радиоактивного взрыва и заражения, они могут потерять до 37 миллионов населения. И территории, где сейчас проживают эти люди, может на долгие годы остаться пустынной. И японцы об этом знают, даже это от них не скрывают, но не паникуют и не теряют надежды. И даже при таких обстоятельствах не собираются бросать свою землю, расселяться, бежать от радиации. Они будут работать, восстанавливать свою страну, строить свой мир и свое будущее.

 

Фото предоставлено А.Дудко

 

Видео, сделанное А.Дудко: [url=http://www.youtube.com/watch?v=9uRgNVbKxGA]Хоккайдо, на вокзале во время землетрясения[/url] и [url=http://www.youtube.com/watch?v=fuzohu5_qMU]съемка с монитора во время прямой трансляции цунами[/url]

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Владимир Корнилов: Надо предупредить Партию регионов, что нельзя останавливаться

Юлия ВЕРБИЦКАЯ

Разорили могилу Неизвестного солдата

Крым. 18 июля

.