Крымское Эхо
Библиотека

Лёва Букетик

Лёва Букетик

ИЗ МИЛИЦЕЙСКИХ ВОСПОМИНАНИЙ

 Этот забавный случай произошёл давно: в шестидесятые годы. И не где-нибудь, а в милиции. Я был курсантом специальной оперативной школы милиции. На практику часть курсантов первого курса, и меня в том числе, направили в бывший Сталинский райотдел милиции Одессы (ныне Жовтнёвый ).

Застали мы оперативников в удручённом состоянии. Вот уже несколько месяцев в Одессе свирепствовал мошенник Лёва, имевший кличку Букетик. Знали оперативники, кто блестяще проворачивает различные афёры, но не могли собрать достаточно доказательств вины преступного виртуоза. Он ловко уходил от наказания. Это был Лёва.

Стройный, красивый парень. Всегда модно и элегантно одет. Очень остроумная и по-одесски смешная речь. Лёва мог заговорить кого угодно. Его сподвижники называли его Букетиком. Это связано с тем, что в конечном итоге у потерпевшего в руках оказывался букет цветов, не оставалось только денег. С этими букетами несчастные приходили в милицию и со слезами на глазах рассказывали о том, как их ловко провели вокруг пальца. В райотделе было возбуждено семь уголовных дел по факту мошеннических и других противоправных действий неустановленным лицом с одним преступным почерком. Потерпевшие не могли толком описать преступника. Описывали они кого угодно, но только не Лёву. На опознании никто ни разу не указал на него. Было понятно, что Лёва действует не в одиночку, что у него есть хорошо обученные им помощники, которых знал только он, и время от времени одних менял на других.

Очередной рабочий день подходил к спокойному вечеру. Сотрудники расходились по домам. В кабинетах и коридорах наступала тишина. Как правило, дольше всех работал старший оперуполномоченный уголовного розыска Ветров И.И., к которому был прикреплён я и ещё один курсант. Уголовно-розыскные дела по преступлениям были в производстве у Ветрова. Он делал всё возможное, чтобы изобличить неуловимого Букетика. Вот потому он находился в РОВД до самой глубокой ночи, разрабатывая оперативные мероприятия по изобличению Лёвы. Курсанты обязаны были находиться вместе со своим учителем-наставником. Иногда вместе с нами оставался и дознаватель Золотарёв, который проводил дознание по уголовным делам.

И Ветров, и Золотарёв отлично знали Букетика. Между ними сложились своеобразные взаимоотношения. Когда они разговаривали между собой, можно было подумать, что идёт беседа между старыми добрыми приятелями. Между прочим, мошенники резко отличаются от остального блатного мира. Как правило, эти люди незаурядных способностей, с обязательным налётом интеллигентности. Хорошо поставлена речь, без употребления блатного жаргона. На лице приятная, располагающая к доверию широкая улыбка, чуть ли не от уха до уха. Не мог такой человек не понравиться при встрече.

Многие женщины от таких мужчин сходят с ума и готовы по их ненавязчивой просьбе всё отдать. Всегда эти ребятки представляются холостяками, что особенно влияет на поведение женщины, будущей жертвы. Я встречал таких «красавцев», у которых на счету было по несколько десятков униженных и оскорблённых несостоявшихся невест и жён. У одного такого изобличённого жениха-мошенника было обманутых свыше шестидесяти женщин всех возрастов из разных городов бывшего Советского Союза. Но это, как говорит Каневский, — совсем другая история.

Нашу вечернюю работу нарушил громкий женский плач, который приближался к нашему кабинету. Это даже был не плач, а крик души человека, который только что понёс тяжёлую утрату. Мы все выскочили в коридор на этот душераздирающий вопль. Нам навстречу шла гигантского роста трудяга-женщина, которая держала в руках красивый букет из живых цветов. На вопросы стала с причитаниями рассказывать, что она сама живёт под Одессой в одном из колхозов. Говорила на суржике, чередуя русскую речь с украинскими словами.

Немного успокоившись, баба Дуся, как себя назвала женщина, в кабинете рассказала, что с ней произошло. Она продала свою корову, купила кое-что из вещей и поехала домой на трамвае. Деньги, вырученные за корову, она спрятала в нижней части своих длиннющих рейтуз. В трамвае неожиданно какой-то парень стал возмущаться на весь вагон, всем показывая на бабу Дусю. Он стал стыдить её за то, что она уже в летах, а до сих пор не бросила воровских замашек, продолжает обворовывать честных советских граждан. Только что она якобы у него вытащила из кармана деньги. Пассажиры стали возмущаться. Перепуганная баба Дуся что есть мочи стала доказывать, что она ничего у парня не украла и что у неё вообще при себе нет денег.

Последняя фраза её сгубила. Возмущался поведением бабы Дуси старый знакомый милиции Лёва Букетик. Это он разыграл всю эту комедию. Как только баба Дуся заявила, что у неё вообще нет денег, Лёва движением фокусника быстро задрал подол дусиного платья, быстро внизу рейтуз нашёл пачку денег, которую торжественно показал едущим в вагоне. Со всех сторон посыпались предложения, что делать с бабой Дусей. Лёва всех успокоил, сказав что у него хорошее настроение, и потому не хочет портить настроение воровки, которую он простил, так как вовремя обнаружил пропажу денег и ему удалось их вернуть.

Тут остановился трамвай. Лёва с искромётной улыбкой послал воздушный поцелуй продолжавшим возмущаться гражданам, и легко выскочил из трамвая. Тем временем баба Дуся пришла в себя и что есть мочи заголосила. Теперь она взывала о помощи. Она кричала, что бандюга забрал деньги, которые она выручила от продажи коровы. Услышав это, каких-то два парня вплотную приблизились к бабе Дусе и, не отрывая от неё глаз, сказали, что бандит должен быть наказан, они готовы догнать его и сдать в милицию, куда рекомендовали прийти и бабе Дусе. Один из добровольцев попросил бабу Дусю подержать букет цветов, чтобы ему было легче гнаться за мазуриком. Парни шустро выскочили из трамвая и побежали по тротуару, а баба Дуся осталась без денег, но с цветами, с которыми и появилась в милиции.

Оперативников интересовал самый главный вопрос, сможет ли она узнать того прохвоста, который так ловко забрал деньги. Когда услышали положительный ответ, все поняли, что этот раз Лёве не отвертеться, что наконец его настигнет суровая кара правосудия. «Я его морду так запомнила, — ответила баба Дуся, — что узнаю по топоту чаботив, когда будете вести его по коридору». Примчавшийся Золотарёв от предстоящего удовольствия потирал руки. «Осталось только правильно задокументировать опознание и Лёва наш»,— торжествовал Золотарёв, обнимая ошалевшую бабу Дусю и чуть ли не целуя её.

Лёву привезли быстро. Он был дома; казалось, что он ждал дорогих гостей. Как всегда, Лёва выглядел безукоризненно. Хорошо сшитый у дорогого мастера летний костюм, сверкающая белизной модная по тем временам белая нейлоновая рубашка. На ногах импортные остроносые макасины. К наряду не хватало галстука. Их почему-то Лёва не любил. Но он всё равно был чертовски хорош и без галстука. Сколько женщин погубил внешний вид Лёвы.

Доставленный Лёва со всеми поздоровался за руку, как старый знакомый, поинтересовался здоровьем каждого, о процентной раскрываемости совершённых преступлений. Он по-хозяйски опустился на стул и вытянул ноги, демонстрируя свою красивую обувь — мечту одесских пижонов. Золотарёв с Лёвой разговаривал снисходительно и с лукавой улыбкой. А тот в свою очередь, широко улыбаясь, спросил: «Ну, что, капитан, это какой раз мы всем хором будем смешить Одессу? Я в вашем ментовском раю провожу больше времени, чем на родном Привозе. Мне пора уже выдавать что-нибудь из формы, хотя бы фуражку с большой кокардой. Золотарёв, ты представляешь бедного еврея Лёву, идущего по Дерибасовской, в ментовской фуражке? Сколько бы гналось за мной восторженных собак. Но ты, Золотарёв, не хочешь видеть честного гражданина Одессы на Дерибассовской. Ты спишь и видишь его на Крайнем Севере, таскающим для родины брёвна. Я знаю, что на запасных путях ты мне приготовил персональную теплушку с нарами, но без душа, чтобы отвезти меня на Север. Это плохо. Я привык принимать ради красивых женщин Одессы душ минимум два раза в день. Тебе должно быть стыдно за недоверие к порядочному единоверцу».

Рот у него не закрывался. Золотарёв не остался в долгу. Усмехаясь и ласково гладя Букетика по плечу, Золотарёв ехидно произнёс: «Дорогой наш отцвёвший букет хризантем. Как умный еврей кое-что скажу не совсем умному еврею. Сегодня будет последняя сцена нашего затянувшегося спектакля. Тётка, с которой ты недавно расстался, сейчас тебя родного опознает и пойдёшь ночевать в теплушку. А пока выбирай любой из трёх стульев, на котором будешь сидеть во время опознания».

Лёва сказал, что ему, как честному гражданину, не имеет значения, на каком сидеть стуле. Он предложил Золотарёву заключить с ним пари: если его не опознают, то капитан должен будет перед ним в присутствии всех извиниться. Если опознают, он честно ответит на любые вопросы. Золотарёв пошёл на это с лёгкостью. Пока шёл этот разговор, курсанты готовили кабинет для проведения опознания. Потом Золотарёв послал нас на улицу, чтобы пригласить понятых и статистов, похожих внешне и по возрасту на Лёву. Прохожих в это время было мало, поэтому наше задание затянулось. Нужных граждан подобрали и отослали в райотдел. Оставалось подобрать одного человека, похожего на Лёву. Наконец увидели такого, пригласили пройти в милицию. Звали остановленного нами гражданина Аркадием Абрамовичем. Он повёл себя очень странно, под разными предлогами категорически отказывался идти вместе с нами. Были мы молодыми и неопытными, но с азартом. Мы настойчиво попросили мужика всё-таки пройти с нами. Тогда он стал просить дать ему возможность хотя бы попрощаться с семьёй. Мы как могли успокаивали его, уверяя что скоро его отпустим.

Кто мог подумать, что Аркадий Абрамович был заведующим какой-то крупной одесской базы. Видимо, там не всё оставалось лежать на местах, где им положено было быть. Наша настойчивость одержала верх, и мы успешно доставили трясущегося ночного прохожего в кабинет Золотарёва. Было видно, как у доставленного судорожно тряслись коленки. Его испуг усилился, когда он увидел много людей в кабинете и радостно возбуждённого Золотарёва, бегающего по кабинету, победно потирающего руки. Посмотрев на доставленного, спросил нас, из какой больницы мы притащили несчастного. Но время шло, и он решил начать процедуру опознания, объяснив процессуальную роль каждого приглашённого.

Когда все были рассажены по местам, Золотарёв дал команду ввести бабу Дусю, которая всё это время находилась в соседнем кабинете. Лёва невозмутимо маленькой пилочкой полировал ногти и приветливо улыбался мужчинам-статистам, которые сидели у него с обеих сторон. И вот заходит баба Дуся. Прямо с порога, увидев трясущегося Аркадия Абрамовича, она резво рванула к нему, навалилась своим грузным телом и мёртвой хваткой схватила за горло. «Ось вин вражина, вор!!!» — закричала ошалевшая женщина. Стул не выдержал такого натиска. Аркадий Абрамовмич оказался на полу, а на нём баба Дуся. Никто из нас не ожидал такой прыти от столь грузной представительницы слабого пола. И только когда посиневший Аркадий Абрамович прохрипел — «помогите» — первым опомнился Золотарёв, который закричал не своим голосом, чтоб мы немедленно оттащили безумную женщину от заморыша.

Тут мы навалились на бабу Дусю и с трудом оторвали её от изрядно помятого и вконец обезумевшего Аркадия Абрамовича. Баба Дуся, увидев своего обидчика, вошла в раж. Она кричала, что ей уже не нужны ни деньги, ни корова, ни суд, и что ей нужно только горло вора, чтоб она могла его задушить своими натруженными руками. Можете представить, как у неё ещё больше в это время закипала ненависть, когда она слышала подбадривающие слова Лёвы: «Правильно, бабка! Казнить надо мерзавцев без суда и следствия прямо на месте. Я сам, маманя, когда увидел этого биндюжника с Привоза, сразу понял, что он за птица, и что за ним плачет тюрьма ещё с пелёнок, когда он их абстрактно разрисовывал на радость папы и мамы».

«Заткнись!» — не сдержался Золотарёв. — Во время этого бедлама у меня упали очки и разбились. Кто мне скажет, как слепым я буду писать протокол?» Все старались не шевелиться и не разговаривать, так как произошла неприятная история. Понимали, что в очередной раз проиграл капитан Золотарёв. И только Лёва Букетик кощунственно с добренькой улыбкой сочувствовал ослепшему дознавателю: «О ! Этот недодушенный бандит не только обижает тружеников советского села, но ещё ослепляет доблестных сотрудников невидимого фронта. Пусть этот неисправимый ворюга купит бабке вместо коровы носорога, а тебе, капитан — очки в оправе, сделанной из рога этого носорога. Все останутся со счастьем и с воспоминаниями о наших трепетных встречах».

«Базар окончен», — подвёл итог Золотарёв. — Все свободны». Приглашённые, вздохнув полной грудью, дружно выскочили из кабинета. Остался Лёва.

«Капитан, — обратился Лёва к Золотарёву, — я жду исполнения нашего договора. Пусть ваши молодые, будущие орлы-соколы (это он о нас, курсантах) видят, что и в милиции есть порядочные люди».

«Лёва, извини за беспокойство. Ты пока свободен», — тихо пробурчал Золотарёв. Лёва пожал на прощанье всем руки, пожелал дальнейших успехов в работе, чтоб не страдали невиновные и прочее, прочее в том же духе. Пока я находился на практике, я Лёву не видел.

Так опытными работниками милиции и нами, курсантами, были допущены грубые ошибки, которые отрицательно сказались на серьёзном процессуальном действии. Просто тогда все обрадовались, что будет раскрыто сразу несколько преступлений, и Лёва понесёт заслуженное наказание. Поспешили. Ни в коем случае нельзя было делать участником следственного действия человека, который резко отличался от других своим поведением внешним перепуганным видом. Не могла не обратить на это внимание опознающая баба Дуся. Не исключено то, что она при других обстоятельствах опознала бы Лёву Букетика, но скорей всего, она хорошо запомнила парня, который в её горе принял активное участие, специально близко к ней подошёл, спокойно смотрел ей в глаза, и он же вручил букет.

Через пару месяцев я случайно в прокуратуре города встретил Золотарёва. Он хвастливо сообщил, что удалось арестовать Лёву. Он подзалетел на одной девушке, которая твёрдо опознала его и на очной ставке дала ценные показания. Лёва, как сказал Золотарёв, оказался настоящим одесситом. Он как-то заявил Золотарёву, что если тот докажет его вину хоть в одном преступном эпизоде, то расскажет о всех остальных преступлениях.

Он сдержал своё слово. При назначении наказания суд обязательно учитывает это обстоятельство.

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Дипломаты пополнили крымские библиотеки

Олег РОДИВИЛОВ

«Счастливые они и улыбаются…»

Максим КУТЯЕВ

Подпольщица Валя

Игорь НОСКОВ

Оставить комментарий